Ретроградная партия

Ретроградная партия

Но кто скрывается за этими частыми упоминаниями в дневнике великого князя – «ретрограды», «ретроградная партия»?

Это были столпы николаевского царствования – военные и бюрократы. И, конечно, вместе с ними была придворная камарилья. Камарилья – это испанское слово. Именно так назывались придворные интриганы при испанском дворе. В России слово стало нарицательным. Камарилья – реакционная дворцовая верхушка.

Русское общество опасно проснулось после николаевской спячки. И услышав первые грозные толчки, они тотчас испугались – не грядет ли большое землетрясение? Устоит ли незыблемое самодержавие?

Их знамя – все та же николаевская триада – Самодержавие, Православие и Народность. И ненависть к новым реформам, могущим увести Россию на ненавистный западный путь.

Сейчас, в начале царствования, когда царь увлечен преобразованиями, они предпочитают оставаться безымянными. Но со временем они обретут громкие имена и у них появится опасный вождь. Тогда же, пожарным летом, состоялась их первая победа. В ожидании результатов расследования комиссии, государь согласился на многочисленные аресты «подозрительных».

Двуликий Янус теперь глядел назад – в отцовское время.

8 июня он повелел Инженерному ведомству «сколь можно поспешнее приспособить в казематах Петропавловской крепости помещения на 26 политических арестантов».

Он утвердил положение «О надзоре за типографиями». Высочайшим повелением был прекращен на 8 месяцев выпуск журнала «Современник».

Этот журнал стал символом гласности. Его редактором был уже знаменитый Некрасов. За несколько лет нового царствования Некрасов стал кумиром либералов.

В «Современнике» печатались все именитые тогдашние литераторы. На традиционных обедах в журнал собирался весь цвет литературы. Острили: «Если во время этих традиционных обедов упадет потолок, сразу не станет великой русской литературы». Главными авторами публицистических статей в журнале были двое: совсем молодой Николай Добролюбов и Николай Гаврилович Чернышевский.

Сатирические эссе и статьи Николая Добролюбова и статьи Николая Чернышевского цитировала молодежь. «Если Чернышевский – змея, то Добролюбов – змея очковая», – писал обиженный ими литератор.

Но Добролюбов умер совсем молодым. И публицистика в популярнейшем журнале осталась на Чернышевском. Он становится властителем дум молодежи.

И он пострадал одновременно с журналом, но куда серьезнее.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.