Сводка важнейших показаний арестованных по ГУГБ НКВД СССР За 7 марта 1938 г

Сводка важнейших показаний арестованных по ГУГБ НКВД СССР За 7 марта 1938 г

9 марта 1938 г.

№ 101733

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) тов. СТАЛИНУ

Направляю сводку важнейших показаний арестованных по ГУГБ НКВД СССР за 7-е марта 1938 года.

Народный комиссар внутренних дел СССР Народный комиссар государственной безопасности (ЕЖОВ)

Совершенно секретно

По 3-му ОТДЕЛУ

1. РЕЗАЕВ Камран Амирович, работник иранской секции Коминтерна. Допрашивал: ШАПКИН.

Показал, что в 1930 году в Иране был завербован в шпионско-провокаторскую организацию, существовавшую внутри КПИ, которая по указаниям полиции проводила шпионскую работу на территории СССР и вела провокаторскую работу в компартии Ирана.

В 1932 году РЕЗАЕВ иранской полицией был переброшен на территорию СССР для шпионско-провокаторской деятельности. В шпионско-провокаторскую организацию РЕЗАЕВЫМ были завербованы студенты КУТВа ХАКИМОВ и ДЕХКАН.С 1935 года РЕЗАЕВ установил связь с английским и иранским разведчиком атташе Иранского посольства КАЗИМ ЗАДЕ и передавал ему сведения шпионского характера о деятельности Коминтерна.

2. ЛАТИФ ЗАДЕ Люфти, иранский политэмигрант, до ареста слушатель академии Наркомпищепрома. Допрашивал: АДАРЧУК.

Показал, что в 1928 году он был завербован бывшим секретарем Иранской секции Коминтерна СУЛТАН ЗАДЕ (арестован) в шпионско-провокаторскую организацию, созданную из бывших руководящих работников иранской компартии и иранских политэмигрантов. В том же году СУЛТАН ЗАДЕ направил его в Иран для провокаторской работы, предложив ему связаться с РЕЗАЕВЫМ, в то время секретарем ЦК КПИ (арестован).

ЛАТИФ ЗАДЕ в Иране установил связь с заместителем начальника Мешхедской полиции АЛИЕВЫМ, предал Казвинскую коммунистическую организацию, после чего вернулся в СССР.

С 1931 года до момента ареста ЛАТИФ ЗАДЕ вел шпионскую работу, будучи непосредственно связан с секретарем Иранского посольства АШТА- РИ и атташе посольства КАЗИМ ЗАДЕ.По заданию КАЗИМ ЗАДЕ выехал в Таджикистан, где устроился директором Таджикторга. В Таджикистане вел активную шпионскую работу.

По 5-му ОТДЕЛУ

1. ПОГРЕБНОЙ, бывший заместитель командующего войск ХВО. Допрашивал: БРЕНЕР.

Дополнительно показал о том, что по заданиям СОКОЛОВА он вместе с участниками украинской националистической организации бывшим командиром 23 стрелковой дивизии КУНИЦКИМ (арестован), командиром 23 дивизии (после ареста КУНИЦКОГО) ПАВЛОВЫМ и бывшим нач. подивом 41 стр. дивизии ВОЛКОВЫМ (арестован) проработал план подготовки к поднятию восстания на Харьковщине, Полтавщине, Дубенщине и Кремечупцине.

Согласно выработанному плану КУНИЦКИЙ, БУБЛИЧЕНКО, ПАВЛОВ и ВОЛКОВ проводили вербовочную работу среди командного и начальствующего состава подведомственных им воинских подразделений, создавали повстанческие ячейки среди комсостава запаса и переменников в районах, прикрепленных к их частям через участников организации из числа районных военкомов и руководителей осоавиахимовских организаций.

Далее ПОГРЕБНОЙ показал, что по плану восстания город Харьков должен быть захвачен силами восставших частей 23 дивизии, расположенных в самом городе, под руководством ДУБОВОГО и СОКОЛОВА.

КУНИЦКИЙ и ПАВЛОВ силами 68-го стрелкового полка должны были занять линию железной дороги по направлению на Курск в целях задержки частей, которые могут быть направлены из РСФСР для подавления восстания. ВОЛКОВУ с восставшими частями 41 дивизии поручался захват Криворожья.

ПОГРЕБНОЙ по указанию СОКОЛОВА должен был возглавить руководство частями 23, 25 и 41 стрелковых дивизий и обеспечить захват г.г. Полтава, Кременчуг, Кривой Рог и Дубны.

2. ДУБОВОЙ, бывший командующий Харьковским военным округом. Допрашивали: ЯМНИЦКИЙ и КАЗАКЕВИЧ.

Дополнительно показал, что связанный с ним один из руководителей «ПОВ» на Украине КВЯТЕК, бывший заместитель командующего войсками Харьковского военного округа (арестован), в свою очередь был связан по шпионской и повстанческой работе с БРЖЕЗОВСКИМ (осужден), бывшим заместителем начальника Особого отдела НКВД УССР и БЕГАЙЛО — бывшим вторым секретарем Винницкого Обкома КП(б)У.

Из руководителей украинской националистической организации с поляками был связан ЗАТОНСКИЙ (арестован). Он использовал свои поездки в Польшу для установления лично связи с польским министром СВЕНТОСЛАВСКИМ.

Кроме того, связь с поляками (по шпионской и повстанческой работе) ЗАТОНСКИЙ по поручению националистического центра поддерживал через польского консула в Киеве КАРШО-СЕЛЕЦКОГО.

Через КОПУЛОВСКОГО (арестован) «военный штаб» украинских националистов осуществлял связь с украинской националистической организацией в милиции, возглавлявшейся начальником Киевской облмилиции РЯЕОТЕНКО, имевшим свои кадры в органах милиции и, в частности, в школе милиции. РЯБОТЕНКО входил также в «чекистский заговор», будучи связан с бывшим начальником УРКМ БАЧИНСКИМ.

РЯБОТЕНКО и его люди должны были снабжать повстанческие отряды оружием. Военный штаб рассчитывал получить оружие и от военных через военкоматы, через корпусные учебные центры (где имелось оружие, вплоть до артиллерии) из военкабинетов ВУЗов, из учебных центров Осоавиахима. Учетом и обеспечением доступа к оружию, а также военной подготовкой участников повстанческих групп занимались повстанческие штабы в районах и областях.

3. КОВАЛЕВ, бывший командующий 48 стр. дивизией, комбриг. Допрашивали: ПЕТУШКОВ и ЛУКИН.

Дополнительно показал, что он в 1929 году, будучи командиром 2-го Нер- чинского полка на станции Раздольная (ДВК), был завербован для работы в японской разведке командиром 1-й Тихоокеанской дивизии, японским агентом НИКИТИНЫМ (в настоящее время командир 11 стрелкового корпуса в гор. Смоленске — не арестован). До вербовки КОВАЛЕВА в японскую разведку НИКИТИН говорил КОВАЛЕВУ, что он участник организации правых, и сблизился с КОВАЛЕВЫМ на антисоветской платформе правых. НИКИТИН тогда, в 1929—30 г.г., говорил КОВАЛЕВУ, что правые собирают силы и готовятся к захвату власти и рассчитывают на вооруженную помощь японцев на Востоке и французов в блоке с лимитрофными государствами на Западе. НИКИТИН говорил о необходимости территориальных уступок японцам за их помощь.

НИКИТИН предложил КОВАЛЕВУ оказывать в интересах правых содействие японцам как союзникам, сказав, что он уже работает в японской разведке. НИКИТИН связал КОВАЛЕВА с агентом японской разведки командиром взвода 2 Нерчинского полка, которым командовал КОВАЛЕВ, ЕВТРОПОВЫМ (устанавливается). ЕВТРОПОВ до службы в полку работал пом. бухгалтера на КВЖД и, согласно существующему договору советского правительства с правительством Маньчжурии, по достижении призывного возраста прибыл в СССР отбывать военную службу и попал в полк к КОВАЛЕВУ.

Не понимая, какую ценность он представляет для японской разведки как командир полка, когда сам НИКИТИН командир дивизии работает в этой разведке, КОВАЛЕВ просил НИКИТИНА это объяснить. НИКИТИН указал КОВАЛЕВУ, что японская разведка заинтересована и в связи с КОВАЛЕВЫМ, так как может сложиться такая обстановка, когда КОВАЛЕВУ будет удобнее лично передать те или иные материалы японской разведке.

КОВАЛЕВ был связан с агентом японской разведки командиром своего полка ЕВТРОПОВЫМ до отъезда в Москву в 1930 году и передал ему секретные материалы о мобилизационной готовности полка и т. п. По заданию НИКИТИНА КОВАЛЕВ обработал и привлек к участию в организации правых помощника командира 2-го Нерчинского полка КУТУЗОВА и военного прокурора 1-й Тихоокеанской дивизии ЭРКИСА (оба не арестованы).

Тогда же в 1929—30 г.г. НИКИТИН назвал КОВАЛЕВУ как «своих», правых, бывшего командира 19 стрелкового корпуса ХАХАНЬЯНА (арестован) и нач. подива 1 Тихоокеанской дивизии СКОБОРЦОВА (не арестован).

4. ГОРЕВ, бывший военный атташе в Испании, комбриг. Допрашивали: ЛЕБЕДЕВ, ЯКУНИН.

Дополнительно показал, что к началу ноября месяца 1936 года в Испании сложились две пораженческие группы: одна из руководящего и командного состава испанцев во главе с КАБАЛЬЕРО; вторая из советских работников в Испании во главе с РОЗЕНБЕРГОМ, полпредом СССР в Испании, и БЕРЗИНЫМ.Эти две пораженческие группы по разработанному плану проводили предательскую работу, направленную на поражение Испанской республики.

В связи с подходом мятежников к Мадриду и создавшимся тяжелым положением Испанской республиканской армии РОЗЕНБЕРГ и БЕРЗИН, влияя на испанское правительство и отдельных членов ЦК испанской компартии, предложили свой план сдачи Мадрида мятежниками без боя и отвода республиканской армии за реку Хараму. Они доказывали безнадежность обороны Мадрида и поэтому необходимость сдачи его фашистскому командованию якобы в целях сохранения республиканской армии и «последующего маневра».

Настаивая перед Республиканским правительством и ЦК испанской компартии на проведении в жизнь этого плана, пораженческая группа во главе с РОЗЕНБЕРГОМ и БЕРЗИНЫМ стремилась (как показывает ГОРЕВ) к сдаче Мадрида и поражению испанской революции.

РОЗЕНБЕРГ и БЕРЗИН в своих телеграммах в Москву об обстановке и положении на фронте под Мадридом дезинформировали советское правительство для того, чтобы заранее подготовить московское руководство к падению Мадрида и добиться директивы об отзыве русских из Испании. Пораженческие группы КАБАЛЬЕРО и РОЗЕНБЕРГА — БЕРЗИНА проводили подрывную работу: а) срывали снабжение фронта под Мадридом боеприпасами, для чего был использован участник пораженческой группы КАБАЛЬЕРО генерал АССЕНСИО; б) добились у командующего центральным фронтом генерала ПОСАС отдачи приказа об отводе войск по обороне Мадрида в направлении гор. Таранкси.

На основании этого приказа 1-я бригада Республиканской армии оставила высоту Серро Рохо, являющуюся ключом ко всем подходам к Мадриду, что дало возможность мятежникам занять выгодные позиции под Мадридом; в) была разрушена служба тыла; г) создана паника; д) в решающий момент РОЗЕНБЕРГ, БЕРЗИН и ряд других советских работников эвакуировались из Мадрида, причем эта эвакуация носила характер бегства и подорвала авторитет советских представителей в Испании.

5. КОКАДЕЕВ А.Н., начальник отдела управления связи РККА. Допрашивал: ЛУЩИНСКИИ.

Дополнительно показал, что в 1936 году им были завербованы в заговор помощник начальника 3 отдела Управления связи РУБИНШТЕЙН Я.М. и МЕЛЬНИКОВ В.И. — военный инженер (оба не арестованы).

РУБИНШТЕЙН проводил политику по линии срыва плана заказов на радиовооружение для РККА, подбирал негодные комплекты для радиостанций и запасные части к ним и тормозил работу по изготовлению военной промышленностью новых типов танковых радиостанций. МЕЛЬНИКОВ проводил аналогичное вредительство по серийным заказам в области радиовооружения для авиации.

6. БЕРГОЛЬЦ А.И., бывший преподаватель Академии Генерального штаба. Допрашивали: КРИВОШЕЕВ, ЛАДАТКО.

БЕРГОЛЬЦ дополнительно показал о том, что ему от ОЗОЛА, бывшего заместителя начальника Политуправления МВО (арестован), было известно, что руководящая тройка латышской фашистской организации в Московском военном округе поддерживает связь с руководителями латышской организации в Харькове, персонально с бывшим помощником командующего войсками округа ЛАТСОНОМ (арестован) и другими.

В августе 1936 года АЛКСНИС рассказал БЕРГОЛЬЦУ, что он руководит подрывной деятельностью в КВО через начальника ВВС КВО комкора ИНГАУНИСА (арестован) и на ДВК через ЛАПИНА (осувден). АЛКСНИС вредительской работе придавал большое значение. ЛАПИН в 1936 году организовал катастрофу самолетов тяжелой эскадрильи, перелетавших на ДВК, за что ЛАПИН был снят с занимаемой км должности. Взамен ЛАПИНА АЛКСНИС добился назначения в ОКДВА ИНГАУНИСА из Киевского военного округа как активного участника латышской организации, который продолжил вредительство, начатое ЛАПИНЫМ.

Начальник Секретариата НКВД СССР старший майор государственной безопасности (ШАПИРО)

АП РФ. Ф. 3. Оп. 24. Д. 406. JI. 1–9. Подлинник. Машинопись.