Взгляд с высоты птичьего полета

Взгляд с высоты птичьего полета

Теперь, когда мы знаем кое-что о древней культуре Наска, можно ставить и главный вопрос: кем она была открыта и каким образом возникли рисунки на древнем плато? Загадочные линии обнару­жил в 1927 г. перуанский археолог Мехия Ксесспе, когда случай­но взглянул на плоскогорье с крутого склона горы. Первым же исследователем рисунков Наска был американский историк Пол Косок, который в 1939 г. занялся их систематизацией и изучени­ем. Благодаря фотографиям, сделанным с самолета, он обратил внимание на то, что некоторые из линий указывают на отдельные звезды и созвездия, фиксируя разные фазы Луны, а также точки восхода и захода Солнца. Тогда-то ученый и выдвинул гипотезу, что рисунки и линии Наска — это гигантский астрономический календарь.

До этого Косок занимался изучением Месопотамии, в част­ности той роли, которую играла ирригация в жизни древних народов. В дальнейшем у него возник интерес к системам оро­шения в Южной Америке, особенно на засушливом Тихоокеан­ском побережье Перу.

К 1940 г. исследователь обнаружил еще несколько невероят­ных древних знаков и опубликовал первую необычную статью. В ней он поведал миру о гигантской стилизованной птице, раз­мах крыльев которой превышал 200 м, а рядом с ней что-то напоминающее посадочную полосу. Затем он обнаружил гигант­ского паука, обезьяну со странно свернутым хвостом, кита и, наконец, на пологом горном склоне — тридцатиметровую фи­гуру человека с поднятой в приветствии рукой. Так была обна­ружена, пожалуй, самая загадочная в истории человечества «книжка с картинками».

Однако тогда подлинной сенсацией наблюдения Косока не ста­ли: началась Вторая мировая война, и землянам хватало других забот. Правда, и после окончания войны к успевшей позабыться загадке Наска долго никто не возвращался.

В 1977 г. американец Джим Вудман выдвинул собственную ори­гинальную гипотезу о назначении рисунков. Версию об инопла­нетянах он решительно отбросил. По мнению Вудмана, изображе­ния создали древние жители этой страны. А поскольку увидеть их можно только с определенной высоты, значит, индейцы умели строить... воздушные шары. Они поднимались на них в воздух во время религиозных обрядов, и это позволяло им в полном объеме оценить магический смысл символов.

При поддержке международного общества исследователей Вудман основал и возглавил проект «Наска», объединивший большую группу энтузиастов. Их исторические изыскания выяви­ли примечательный факт. Оказалось, что первыми в мире возду­хоплавателями были отнюдь не братья Монгольфье. У французов, совершивших в 1783 г. знаменитый полет на воздушном шаре, был предшественник. Причем не откуда-нибудь, а именно из Юж­ной Америки. История эта такова.

В 1709 г. на аудиенцию к королю Португалии явился его за­морский подданный Бартоломеу ди Гусман. Молодой иезуит, уроженец Бразилии, поразил королевский двор, совершив над Лиссабоном полет на аэростате, наполненном горячим воздухом. Установлено, что Бартоломеу ди Гусман родился в бразильском городе Сантус, учился в католической школе. Его преподавате­лями были миссионеры, подолгу работавшие в самых отдаленных местах Южной Америки, включая Перу. И весьма вероятно, что им были известны народные предания о летательных аппаратах древних перуанцев. Логично предположить, что и ди Гусман мог услышать о них от своих наставников.

Воодушевленный тем, что первый воздухоплаватель был уро­женцем Южной Америки, Джим Вудман соорудил такой же воз­душный шар, на каком летал Бартоломеу. Твердо уверовав в собственную теорию, американец, решил проверить ее на практике. Принять участие в рискованном эксперименте согласился анг­лийский аэронавт Джулиан Нотт. Используя примитивную тех­нику, сродни той, которой располагали местные индейцы, парт­неры соорудили воздушный шар с корзиной. Наполнив свой аппарат горячим воздухом, Вудман и Нотт без помех поднялись на высоту в сотню метров и пролетели над плато Наска, посте­пенно сбрасывая балласт.

Однако воздух в шаре быстро остыл, и аэронавты спаслись чудом. Им удалось выпрыгнуть из стремительно опускавшегося «летательного аппарата», когда он был на трехметровой высоте. Но на этом эксперименты не закончились и впоследствии пов­торялись десятки раз. Один из них проводился сравнительно недавно, когда голландская экспедиция улетела на примитивном шаре из ткани и обычного тростника на 300 км.

Первое серьезное научное исследование изображений в пус­тыне Наска появилось в 1978 г. в журнале «Сайентифик амери­кэн». Автор публикации Уильям Исбелл пришел к выводу, что рисунки на плато Наска поразительно похожи на стилизованные изображения, украшающие старинные гончарные изделия, ко­торые были обнаружены в тех же местах.

Одновременно выяснилось, что на концах линий, образу­ющих рисунки, в почву были вбиты деревянные сваи. Эти на­ходки относятся примерно к VI в. н. э. Для археологов этот период соответствует эпохе цивилизации Наска. Захоронения древних индейцев и остатки их поселений обнаружены непо­далеку от загадочных рисунков.

Достойно внимания и наблюдение историка Алана Сауэра: боль­шинство рисунков образовано одной непрерывной линией, кото­рая никогда не пересекает саму себя. По всей видимости, это ри­туальный маршрут: следуя по нему шаг за шагом, индеец проникал в сущность изображенного предмета или животного. И хотя наблюдались отдельные исключения (в некоторых рисунках линии все же имеют разрывы), преобладание сплошной прямой, возмож­но, объясняется теми техническими приемами, к которым прибе­гали мастера.

Именно из этой версии исходил другой исследователь пусты­ни Наска Дж. Никелль, отмечавший, что и в других районах мира встречаются гигантские фигуры, прочерченные или вылепленные прямо на земле. Таковы, например, Белая лошадь в Эффингтоне (Великобритания) или Большая змея в штате Огайо (США). Но ни одна из них не похожа по стилю на изображения в перуанской пустыне. Наибольшее сходство с ними, пожалуй, имеют гигант­ские рисунки в пустыне Мохаве в Калифорнии. Однако рисунки Наска намного древнее, и вопрос заключается в том, какие же средства были использованы, чтобы проложить в VI в. на земле безупречно прямые борозды?

Дж. Никелль полагал, что мастера Наска начинали с создания уменьшенного «макета» своих изображений на небольшой по­верхности. Фрагменты этих рисунков, своего рода эскизов, хо­рошо заметны рядом с некоторыми большими композициями. Создав макеты, древние художники, вероятно, делили их на не­сколько частей, которые затем при переносе на местность увели­чивали до нужного размера.

К списку энтузиастов можно добавить и десятки других ис­следователей, но никому из них не сравниться по упорству и му­жеству с Марией Райхе, которая в 1946 г. впервые пересекла гра­ницу загадочной долины.

С помощью нехитрого инвентаря Райхе с немецким упорством начала работу, которую иначе как безумием назвать нельзя. Ос­тавшись наедине с безжизненной пустыней, она упорно подме­тала ее метлами в поисках заметенных песком древних рисунков. Исследовательницу, занимавшуюся ранее математическими рас­четами в астрономии, интересовали сооружения, которые у древ­них перуанцев играли роль солнечных часов. Одной из первых узнав об открытии Пола Косока, она стала его спутницей и по­мощницей. А потом и вовсе переселилась в пустыню Наска. Пе­ред рассветом и на закате, когда канавки видны лучше, она ухо­дила в пустыню и занималась измерениями и съемкой. Многие годы ушли на составление карт и схем.

К концу 1980-х гг. Мария Райхе стала такой же достопримеча­тельностью пустыни Наска, как и знаменитые рисунки. Многие из них были открыты и впервые описаны именно ею. Мария иссле­довала территорию площадью 50 км2, обнаружив более 60 фигур и линий.

Посвятив всю жизнь пустыне, она упорно боролась за то, что­бы сохранить эту жемчужину древности в первозданном виде. На собственные деньги она наняла шестерых охранников, при­обрела для них мотоциклы и поручила следить за тем, чтобы туристы не нанесли непоправимого ущерба гигантским компо­зициям. Ее тревога была вполне обоснованной. Колеса грузови­ков и легковых автомашин могли оставить на почве Наска следы не менее заметные, чем древние чертежи. Приходилось остере­гаться и вторжения строителей. Так, в ходе сооружения Панаме­риканского шоссе дорожники просто разрезали пополам 188-метровое изображение рептилии, безвозвратно уничтожив часть рисунка.

В 1986 г. «первая дама Наска», которой шел уже 84-й год, от­метила 40-летие своей исследовательской деятельности. По это­му случаю над пустынной долиной поднялся воздушный шар, на котором Мария Райхе облетела свои владения. К юбилею она получила своеобразный подарок: перуанский летчик Эдуардо Гомес открыл новые наземные рисунки и предложил музею в Лиме 87 фотографий ранее неизвестных изображений. Эти снимки он сделал с самолета в малоисследованной зоне, так на­зываемой пампе Сан-Хосе. Изображения зверей, растений и людей были нанесены на поверхность пустыни глубокими бороз­дами, как и все ранее обнаруженные.

Скончалась Мария Райхе в 1998 г. в 95-летнем возрасте. Дом в городке Ика, где она провела лучшие годы своей жизни, ныне превращен в музей. Одна из улиц Ики названа ее именем, здесь же установлен и бронзовый бюст. Кроме того, в ее честь названа одна из школ в Наска.

В Ике живет и продолжательница дела немецкой исследова­тельницы — Виктория Никитцки, переселившаяся сюда из Авс­трии. В течение десяти последних лет жизни Марии Райхе она была ее самой близкой подругой и единомышленницей.

Мария Райхе, как и многие другие исследователи, придержива­лась версии, согласно которой рисунки Наска имеют ритуальный характер и использовались в древности для оккультных церемо­ний, факельных шествий вдоль контура животного-предка.

Однако кто мог наблюдать эти церемонии на безлюдном плато? Да и каким образом можно было создать все эти 13 тыс. полос и линий, 100 спиралей, 788 рисунков, среди которых 4—5-метро­вый паук, 80-метровая обезьяна, 50-метровый попугай и, наконец, 250-метровая птица! Ученые попытались разобраться и в этом.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.