ГЛАВА 3 Участие бригад в штурме городов

ГЛАВА 3

Участие бригад в штурме городов

Опыт Великой Отечественной войны показал, что бой за крупный населенный пункт является самым сложным видом боя. Это довольно часто упоминалось в боевых документах действующей армии[237].

Оборона города строилась по принципу обороны укрепленного района (УР). Каждое жилое, подсобное и промышленное строение приспосабливалось для размещения в нем огневых средств и живой силы. Перед населенными пунктами и внутри них противник, как правило, устраивал различного рода противопехотные и противотанковые заграждения. Многие участки самого населенного пункта укреплялись минными поясами.

Оборона противника в больших городах характеризовалась особой жестокостью и рассчитывалась на длительное сопротивление даже в условиях полного окружения.

Организация обороны городов, так же, как и их штурм, имела достаточно много общего, что нашло свое отражение в этих же боевых документах и отечественной литературе (см. Приложение 14).

Прежде всего следует отметить, что опыт взятия укрепленных населенных пунктов войска Красной Армии приобрели при освобождении своей территории. Но по мере продвижения вперед части Красной Армии встречали все более ожесточенное и умелое сопротивление.

За годы Великой Отечественной войны войсками Красной Армии было освобождено 1211 городов, в том числе 484 города девяти европейских государств[238]. В освобождении многих городов принимали участие и штурмовые инженерно-саперные бригады.

Одним из наиболее ярких и характерных боевых действий саперов-штурмовиков при овладении крупным городом явились бои за Кенигсберг (Калининград). В штурме города принимали участие три штурмовые инженерно-саперные бригады – 4-я, 2-я гвардейская моторизованная и 3-я.

К концу февраля 1945 г. войска 3-го Белорусского фронта блокировали город с четырех сторон – с северо-запада, с севера, с востока и с юга. Началась подготовка к штурму города. Кенигсберг представлял собой мощный укрепленный район и являлся, по существу, форпостом Германии на восточной границе. В ходе войны немцы превратили город в один из мощных укрепленных районов Восточной Пруссии. Высокая прочность обороны Кенигсберга определялась наличием многочисленных полевых укреплений, их умелым сочетанием с долговременными фортификационными сооружениями, хорошим использованием местности, большими силами и средствами противника.

Частям 3-го Белорусского фронта предстояло выполнить весьма трудную и сложную задачу – преодолеть мощную систему полевых и долговременных оборонительных сооружений и овладеть городом. Решение этой задачи требовало значительных и специально подготовленных сил. В составе фронта была создана Земландская группа войск, которой поручалась подготовка и организация штурма Кенигсберга.

С целью эффективной подготовки к освобождению города для войск были изданы указания по прорыву Кенигсбергского укрепленного района и штурму г. Кенигсберга[239].

Кенигсбергский УР представлял собой сложный инженерный комплекс и состоял из двух поясов обороны: внешнего и внутреннего.

Внешний оборонительный пояс имел протяженность до 50 км и был оборудован по принципу опорных пунктов и узлов сопротивления. В его полосе было создано 12 основных и 3 добавочных форта с системой долговременных сооружений, сплошной круговой, наполненный водой противотанковый ров шириной 6–10 м и глубиной до 3 м; 2–3 линии траншей, проволочные заграждения и минные поля.

Форт сверху представлял собой сжатый симметричный шестиугольник размером 200–360 м по длине и 100–180 м по ширине. Общая высота составляла от 12 до 20 м, в том числе над поверхностью земли – 5–12м.

Стены и несущие покрытия были выполнены из кирпича и имели толщину от 1, 1 до 1, 8 м. Все каменные постройки защищались земляной обсыпкой, имеющей в отдельных местах толщину 5–6 м. Все это делало основные сооружения форта почти неуязвимыми для огня артиллерии.

Следует подчеркнуть, что основным элементом полевой фортификации явилась система траншей и ходов сообщений с многочисленными противотанковыми и противопехотными препятствиями. Траншейная система была оборудована на всю глубину обороны.

О масштабах применения траншей в системе обороны можно судить по следующим данным: на отдельных участках на 1 км фронта приходилось до 15 км траншей и ходов сообщений, до предела насыщенных пулеметными площадками и стрелковыми ячейками[240].

Противотанковые препятствия опоясывали город двумя-тремя сплошными кольцами. Даже в тех случаях, когда перед передним краем обороны имелось естественное препятствие, параллельно ему все равно оборудовался противотанковый ров. Общая длина противотанковых рвов по внешнему обводу составила 48 км, по внутреннему обводу – 2, 5 км[241]. Фасы рвов простреливались артиллерийско-пулеметным огнем. Траншея отрывалась на удалении 10–20 м от рва.

Противопехотные проволочные препятствия прикрывали передний край обороны противника в 1–2 линии.

Массовое применение на всю глубину обороны нашли взрывные заграждения. Передний край обороны сплошь был прикрыт минными противотанковыми и противопехотными полями. Основные танкоопасные направления минировались на глубину 5–6 км и имели большую плотность. Так, на отдельных направлениях южного участка фронта плотность минирования достигала 3500 противотанковых и 4500 противопехотных мин[242].

Внутренний оборонительный пояс имел 24 земляных форта; многочисленные опорные пункты в виде приспособленных для обороны каменных зданий, парков, садов, бульваров и целых кварталов, а также завалов, надолбов, баррикад и т. д.[243]

По существу, второй оборонительный пояс являлся крепостью, окружающей старый город и базирующейся на соответственных препятствиях. Его общая длина составляла 10 км[244].

Большинство наиболее прочных построек было приведено в оборонительное состояние путем заделки всех проемов полуподвальных и первых этажей с устройством амбразур.

Основным типом заграждений внутри города противником применялись баррикады. Для движения было оставлено строго ограниченное число улиц, движение по которым осуществлялось по узким проездам (3–4 м), подготовленным к закрытию металлическими или железобетонными балками. Все остальные улицы и переулки в нескольких местах были забаррикадированы. Баррикады возводились из кирпича или камня с металлической или деревянной одеждой. Их ширина достигала 8 м, а высота – 2, 5 м[245]. В ряде случаев система их обхода и объезда по соседним улицам приводила в замкнутые лабиринты, т. е. огневые мешки. Подступы к баррикадам простреливались из специально оборудованных огневых точек. Рвы, надолбы и прочие препятствия дополняли систему баррикад и взрывных заграждений.

К началу штурма Кенигсберга противник на площади в 200 кв. км имел около 500 км траншей и ходов сообщений, более 60 км противотанковых рвов и каналов, свыше 1000 приспособленных к обороне зданий, более 60 дотов и дзотов, около 600 убежищ долговременного типа, широкую сеть артиллерийских и минометных позиций, наблюдательных пунктов, свыше 500 км проволочных препятствий и свыше 150 тысяч противотанковых и противопехотных мин.

В целом можно сделать вывод, что инженерная подготовка крепости обеспечила оборонительной системе непрерывность по фронту и на всю глубину, замкнутость системы в целом и отдельных ее элементов, непроницаемость с фронта и с флангов. Особенности местности: наличие водных преград с крутыми берегами и широкими болотистыми поймами, разветвленная сеть оросительных каналов и др., а также весенняя распутица в значительной степени усиливали оборону противника. Это в свою очередь выдвигало ряд дополнительных требований и вызывало необходимость проведения целого ряда инженерных мероприятий по обеспечению штурма.

Войскам 3-го Белорусского фронта предстояло выполнить весьма сложную задачу. Прорыв обороны противника намечался на узких участках – 5–8 км на армию, предстояло действовать главным образом в составе штурмовых групп[246]. Инженерно-саперные части, не вошедшие в их состав, создавали отряды разграждения и отряды восстановления дорог и мостов.

Опыт Великой Отечественной войны определил основные задачи инженерного обеспечения боев за крупные населенные пункты как в подготовительный период, так и в период штурма. Вместе с тем подготовка и штурм конкретного населенного пункта имели свои особенности. Условия обстановки и замысел операции по овладению г. Кенигсбергом выдвинули ряд специфических инженерно-саперных задач[247].

В частности, нейтральная полоса и передний край обороны противника на Кенигсбергском обводе изобиловали большим количеством бункеров, железобетонных и кирпичных убежищ, наличие которых могло оказаться серьезной помехой при атаке наших войск. Подразделения противника могли укрыться в них в период артподготовки и встретить неожиданным огнем атакующих. За несколько дней до штурма специально созданные команды, в основном состоящие из саперов-штурмовиков, взорвали все укрытия в межтраншейном пространстве и частично на переднем крае обороны противника. Подрыв бункеров осуществлялся ночью. Уже в период подготовки к атаке города саперы получили некоторую боевую практику штурмовых действий.

В общем комплексе инженерных мероприятий при подготовке штурма Кенигсберга осуществлялась подготовка в инженерном отношении двух десантных операций.

В ходе подготовки к штурму города инженерные войска при активном участии подразделений шисбр успешно решали задачи по организации и ведению инженерной разведки, оборудованию исходного положения для наступления, подготовке дорог и мостов, разминированию и устройству проходов в заграждениях, обеспечению флангов и организации ПОЗ. Только на южном участке фронта перед Кенигсбергской операцией на переднем крае было совершено 375 выходов, в том числе 14 выходов в тыл противника, давших весьма ценные сведения об обороне противника[248].

С целью быстрого и беспрепятственного продвижения всего боевого порядка и организации бесперебойного обеспечения войск всеми видами вооружения, боеприпасами и другим довольствием каждая дивизия первого эшелона имела два маршрута и 20 проходов в заграждениях[249].

Среди прочих условий успеха штурма большое значение имеет организация боевой подготовки инженерных частей, инженерная подготовка других родов войск, отработка взаимодействия, сколачивание и тренировка штурмовых групп.

Особое внимание уделялось подготовке отдельных штурмовых инженерно-саперных батальонов[250]. Кроме специальной и тактико-специальной подготовки, в программу была включена и огневая. За семь дней до начала операции личный состав взводов ошисб был включен в состав штурмовых групп, размещен совместно с их подразделениями и зачислен на довольствие. Дальнейшая боевая подготовка велась по программам штабов стрелковых частей.

Весь офицерский состав инженерных войск прошел специальные сборы. На отдельных из них испытывались предложенные средства инженерного имущества и принимались наиболее рациональные образцы. Была установлена система наиболее простых и доходчивых условных сигналов. Опытным путем определялся предельный вес вооружения сапера-штурмовика.

Подготовка войск велась на местности и в близких к действительности условиях.

Глубокое эшелонирование инженерно-саперных частей в Кенигсбергской операции выступало важнейшим условием успешного инженерного обеспечения боя за город. В ходе штурма инженерные войска действовали тремя эшелонами[251].

Первый эшелон состоял из войсковых саперов и саперов-штурмовиков шисбр. Они следовали в боевых порядках наступающих войск и выполняли задачи инженерной разведки, участвовали в штурмовых действиях, обеспечивали войска проходами в заграждениях противника и пропускали артиллерию, другую боевую технику через заграждения и водные преграды. Кроме этого, инженерно-саперные части обеспечивали боевые действия танков, закрепляли захваченные объекты и прикрывали внешние фланги инженерными средствами.

Корпусные, а также приданные армейские и фронтовые инженерные части второго эшелона следовали непосредственно за боевыми порядками и занимались разминированием маршрутов, расчисткой проездов в препятствиях, производили необходимые дорожно-мостовые работы.

Армейские и приданные армиям инженерные части усиления третьего эшелона осуществляли контрольную проверку маршрутов на минирование, строительство мостов грузоподъемностью 60 т, разминирование города и выполняли специальные задачи.

Части 4-й шисбр (командир – полковник С. Ф. Лукашенко), 2-й гвардейской шисбр (командир – полковник Г. Т. Соколов), 9-й шисбр (командир – генерал-майор Ф. С. Пошехонцев) были распределены по войскам первого эшелона. По одному батальону на стрелковую дивизию[252].

Каждому передовому полку придавалось по одной штурмовой инженерно-саперной роте и взводу огнеметчиков[253]. С целью организации эффективного управления командир ошисб имел непосредственную связь с командиром дивизии, а командиры рот с полками.

Главное внимание при инженерной подготовке штурма города уделялось организации, вооружению, снаряжению и боевой слаженности подразделений ошисб, входящих в состав штурмовых групп. При подготовке штурма г. Кенигсберг группы состояли из стрелковой роты, взвода станковых пулеметов, взвода 82-мм минометов, 2–3 орудий, 1–2 танков или СУ, ПТР, отделения огнеметчиков и 2–3 химиков[254]. В каждой стрелковой дивизии было организовано по 10–12 штурмовых групп[255].

Последние делились на подгруппы: штурма, огневые, закрепления и резерва[256]. Взвод саперов-штурмовиков, усиленный 3–4 огнеметчиками, распределялся по всем подгруппам, кроме резерва[257]. Около 70% личного состава взвода входило в подгруппу штурма, распределявшегося по командам[258]. Команда разведки и разграждения производила разведку естественных и искусственных препятствий, огневых сооружений и подходов к ним, устраивала проходы в заграждениях для пропуска штурмовой группы.

Пропуск танков или СУ через минно-взрывные заграждения, естественные и искусственные препятствия осуществляла команда обеспечения танков.

Команда подрывников выполняла, пожалуй, главную задачу – подрыв и уничтожение дотов, дзотов и укрепленных зданий.

Вместе с ней действовала команда огнеметчиков. Огнеметчики выжигали гарнизон противника из дотов, дзотов, укрепленных построек, отражали контратаки пехоты и танков противника, закрепляли захваченные объекты, при необходимости сжигали укрепленные здания.

Саперы-штурмовики команды закрепления осуществляли устройство заграждений, руководили работами по приспособлению зданий к обороне.

Обеспечением взводов всем необходимым для боя имуществом (ВВ, боеприпасов, огнесмеси и т. д.) занималась команда обеспечения (подносчиков).

Вооружение и оснащение взвода саперов-штурмовиков состояло из 24 автоматов с двумя дисками патронов, 88 ручных и 19 противотанковых гранат, ранцевых огнеметов, миноискателей, 6 щупов, 6 кошек с веревками, 2 кумулятивных, 18 сосредоточенных и 6 удлиненных зарядов ВВ, волокуш, веревочных и деревянных штурмовых лестниц, ножниц, земленосных мешков, противотанковых мин, шанцевого инструмента, финских ножей, флажков – в общей сложности всего 37 наименований[259].

Вопрос обеспечения штурмовых групп инженерными средствами имел исключительное значение. Часть резерва инженерных средств при проведении Кенигсбергской операции находилась на армейских отделениях складов (летучках), расположенных на удалении 8 км от линии фронта. Но всей проблемы обеспечения саперов-штурмовиков, входящих в состав штурмовых групп, такой подход не решал. Задача оперативного снабжения в период штурма была решена путем организации подвижных складов инженерного имущества, следовавших за штурмовыми группами[260]. Взвод саперов-штурмовиков имел в своем распоряжении пароконную повозку, где находилось 30 наименований различного инженерного имущества – от кумулятивных и сосредоточенных зарядов до флажков.

Разгром кенигсбергской группировки противника планировалось осуществить мощными ударами по сходящимся направлениям: с севера – войсками 39-й, 43-й и 50-й армий и с юга – войсками 11-й гвардейской армии и к исходу третьего дня операции овладеть городом[261]

К наступлению все было готово, и 6 апреля 1945 г. войска двинулись на штурм крепости. Подразделения шисбр, входившие в состав штурмовых групп, активно вели борьбу с противником, разрушая оборонительные сооружения, которые не были уничтожены авиацией, огнем артиллерии или танками. Найти наиболее слабое, наиболее уязвимое место оборонительного сооружения выступало одним из главных условий успеха штурма.

Тактические приемы штурмовых групп в Кенигсбергской операции были самыми разнообразными[262]Умелый маневр и успешные действия штурмовой группы – в большей степени результат творческой инициативы офицеров и солдат.

В обобщенном виде характер действий штурмовых групп при штурме Кенигсберга выглядел следующим образом. По сигналу атаки штурмовая подгруппа под прикрытием артиллерийско-минометного огня огневой подгруппы выдвигалась на возможно близкую дистанцию к объекту штурма. Саперы-штурмовики подтягивали к сооружению штурма ВВ, кумулятивные и сосредоточенные заряды, земленосные мешки. А в это время огневая подгруппа мощным огнем подавляла атакуемое огневое сооружение и соседние огневые точки. Ставилась дымовая завеса, ослеплялись амбразуры, на флангах штурмовой группы создавались отсечные дымовые завесы. В этот момент команда разграждения прокладывала проходы в заграждениях, прикрывающих атакуемые объекты, расчищала путь для действий подгруппы штурма.

Танки по проходам подходили вплотную к Объекту и своим огнем подавляли огневую точку или своим корпусом закрывали ее амбразуры. Личный состав подгруппы штурма броском выдвигался к объекту атаки, забрасывал гранатами и обстреливал из автоматов гарнизон объекта через пролазы, амбразуры, проемы в стенах и врывался в опорный пункт.

Однако ворваться внутрь объекта штурма было, как правило, крайне трудно. Поэтому саперы-штурмовики, подрывая стены кумулятивными или сосредоточенными зарядами, устраивали проходы для подгруппы штурма и, что характерно, очень часто уничтожали взрывами зарядов и гарнизон объекта. В свою очередь огнеметчики создавали очаги пожара, выкуривая гарнизон противника и обеспечивая штурмовой группе возможность проникнуть внутрь атакуемого объекта. Ранцевые огнеметы показали себя как эффективное средство борьбы в городе[263]. Важным условием их успешного применения явилось обеспечение своевременной перезаправки РОКС на взводном подвижном складе.

Чрезвычайно важной задачей штурмовых групп и в первую очередь саперов-штурмовиков явилось закрепление захваченных объектов. При этом закрепление в основном производилось не после полного очищения объекта от личного состава противника, а в динамике боя. Противник пытался отбить потерянные здания и восстановить положение, используя для этого гарнизоны ближайших объектов. Иногда это ему удавалось. Поэтому саперы-штурмовики старались как можно быстрее приступить к приведению зданий в оборонительное состояние и прикрыть подступы к нему имеющимися у штурмовой группы минами. Но вместе с тем действия штурмовой группы должны были развиваться дальше. Надо было продолжать штурм следующих объектов. При штурме Кенигсберга перед саперами-штурмовиками стояла чрезвычайно сложная задача – обеспечить движение штурмовой группы вперед к следующему объекту штурма и осуществить закрепление захваченного сооружения. В целом саперы-штурмовики успешно справлялись с этой задачей.

Проходы в баррикадах и надолбах устраивались взрывным способом или артиллерийским огнем, так как разборка баррикад требовала много времени и создавала недопустимые паузы в боевых действиях наступающих войск.

Следует заметить, что система снабжения штурмовой группы инженерными средствами путем организации подвижных складов оправдала себя полностью. А резерв инженерных сил, особенно в звене штурмовых групп, позволял осуществить не только маневр, но и успешное выполнение задачи штурма.

Кенигсбергская операция была характерна штурмовыми действиями от начала и до ее завершения. Штурмом начался прорыв внешнего фортового обвода. Вот несколько примеров[264].

Форт № 8 прикрывали две линии траншей, сплошные противотанковые и противопехотные минные поля, а также проволочные препятствия. Гарнизон форта состоял из 400 солдат и офицеров, имевших на вооружении, кроме стрелкового оружия, несколько орудий и минометов. Под прикрытием огневой подгруппы команда разведки и разграждения устроила проходы в заграждениях. Для штурма форта были организованы две штурмовые группы, одна из которых действовала с северо-востока, а другая – с юго-запада. В этом случае штурмовые группы были усилены фугасными огнеметами, позиции которых определили против головного капонира.

В ров, окружающий форт, были сброшены дымовые шашки, дым которых заполнил ров и ослепил амбразуры огневых сооружений форта. Одновременно был открыт минометный обстрел сооружений форта, а огнеметы стали производить огнеметание по амбразурам головного капонира. Саперы подвесили штурмовые веревочные лестницы. Под прикрытием дыма и пулеметного огня в ров по лестницам спустились стрелковые подразделения и команда подрывников штурмовой группы. Прорвавшись к форту, стрелковые подразделения штурмовых групп блокировали выходы из форта и забросали окна первого этажа правого крыла казармы гранатами. Саперы-штурмовики взрывным способом проделали два проема в перекрытиях оголовков складов, через которые внутрь подземных помещений ворвались автоматчики. Сознавая бессмысленность дальнейшего сопротивления, гарнизон форта сдался. Было взято в плен 150 солдат и офицеров, в том числе комендант форта. Кроме этого, было захвачено шесть 53-мм орудий, 38 пулеметов, 100 винтовок, 4 батальонных миномета, склад с месячным запасом продовольствия, горючего и боеприпасов.

Особо упорная борьба развернулась за железобетонные убежища, расположенные вдоль окружной шоссейной дороги и уцелевшие после артиллерийской и авиационной обработки. Засевшие в них гарнизоны противника яростно оборонялись. Артиллерия сопровождения пехоты не могла своим огнем пробить стены убежищ, а артиллерия большей мощности не могла вести огонь из-за вероятности поражения своих войск. Было решено взорвать убежища зарядами ВВ. Для решения этой задачи использовались саперы-штурмовики. Под прикрытием огня всех видов оружия штурмовики подползали к убежищам с зарядами ВВ и производили взрывы. Гарнизоны в большинстве случаев уничтожались силой взрыва, а оставшиеся – огнем пехоты или сдавались в плен. Так, для подрыва железобетонного убежища в районе Паршау потребовался заряд в 800 кг ВВ. Гарнизон в количестве 120 человек после взрыва сдался в плен. Убежище в районе артиллерийского полигона было подорвано вместе с его гарнизоном.

В районе 207-го квартала противник огнем из церкви сдерживал наступление наших частей. Саперный взвод 9-й шисбр получил задачу подорвать ее. Под прикрытием огня штурмовой группы и дымовых завес команда подрывников под руководством старшего лейтенанта Королева подтащила к церкви 300 кг ВВ. Взрывом часть южного фасада церкви была разрушена. Противник, отошедший после взрыва в северную часть церкви, пехотными подразделениями, проникшими через пролом, был выбит из нее.

Группа немцев, засевшая в подвале одного из зданий, простреливала улицу. Младший сержант Питейкин, рядовые Горленский и Лебедев, ползком подобравшись к подвалу, зарядом ВВ подорвали металлическую дверь. Ворвавшись в подвал, саперы-штурмовики захватили 8 пленных, 3 ручных пулемета и 5 автоматов.

Сапер-штурмовик Никитин при сопровождении самоходной установки, действовавшей в составе штурмовой группы, в районе Понарт заметил на улице струйку дыма. Спрыгнув с самоходки, Никитин обнаружил замаскированный фугас весом 100 кг, установленный немцами. Никитин перерезал дымящийся бикфордов шнур и обезвредил фугас. Самоходные орудия без потерь и задержки продолжали путь.

В ночь с 6 на 7 апреля 1945 г. подразделение старшего лейтенанта Кириллова получило задачу блокировать бункер в районе Нойфорверка. Атаковав бункер, пехота вынудила противника укрыться в казематах. Несмотря на сильный обстрел со стороны соседних огневых точек противника, саперы-штурмовики уложили на перекрытия бункера заряд в 500 кг ВВ и подорвали его. Но этого оказалось недостаточно, заряд не пробил железобетонного перекрытия. В образовавшуюся воронку был заложен второй заряд весом 300 кг. Вторым взрывом перекрытие было пробито. После короткого боя гарнизон бункера сдался в плен.

Опыт штурма г. Кенигсберга показал, что принятая организация взвода саперов-штурмовиков в составе штурмовой группы с ее тактическими приемами, вооружением и снаряжением полностью себя оправдала. Выдержала экзамен и система снабжения инженерных штурмовых действий подвижными складами имущества.

Об эффективности действий подразделений шисбр красноречиво говорят показатели, которые не являются полными[265].

Так, саперы-штурмовики, действовавшие в полосе фронта 11-й гвардейской армии, блокировали 3 форта, взорвали 9 железобетонных убежищ и 20 дотов, подорвали 510 огневых точек, находящихся в зданиях, устроили подрывным способом 198 проемов в зданиях и 42 прохода в баррикадах. Огнеметчики подожгли 105 укрепленных домов. Всего уничтожено более 2000 солдат и офицеров противника и свыше 1500 – взято в плен.

Штурм такого мощного укрепленного города, как Кенигсберг, можно назвать скоротечным. Продолжая наращивать удары, 7 апреля войска фронта разгромили последние резервы противника, с севера завязали бои в городе, а с юга вышли к реке Прегель и форсировали ее.

8 апреля войска 11-й гвардейской армии и 13-го гвардейского стрелкового корпуса 43-й армии соединились в районе Амалиенау, отрезав части противника от моря.

Мощный редут Восточной Пруссии, ее политический и экономический центр, база вековой немецкой экспансии на восток, родина философа Эммануила Канта, стратегически важный узел обороны, крепость, удовлетворяющая требованиям долговременной обороны, имевшая гарнизон в 150000 человек, под ударами наших войск пала. В 21 час. 30 мин 9 апреля 1945 г. остатки немецкого гарнизона вместе с его штабом прекратили сопротивление и сложили оружие.

При овладении г. Познань имелся ряд особенностей применения штурмовых инженерно-саперных бригад.

Оперативная обстановка в основном способствовала войскам 1-го Белорусского фронта в успешном штурме г. Познань.

Развивая стремительное наступление, части 8-го гвардейского механизированного корпуса 1-й гвардейской танковой армии 23 января 1945 г. вышли к восточным пригородам г. Познани и, форсировав частью сил р. Варта южнее города, отрезали основные пути отхода познанской группировки противника.

К этому времени 24 января войска 8-й гвардейской и 69-й армий вошли в непосредственное соприкосновение с противником в районе Познани и встретили организованное сопротивление на внешнем обводе Познанского УР.

С целью дальнейшего развития успеха в западном направлении, взятия г. Познани и уничтожения познанской группировки противника были выделены часть сил 8-й гвардейской и 69-й армий со средствами и частями усиления, включая подразделения 2-й шисбр. Подразделениям 2-й шисбр (командир – генерал-майор М. П. Воронов) приходилось выполнять большой объем самых разнообразных задач, среди которых действия в составе штурмовых отрядов и групп были основными[266].

Две стрелковые дивизии 29-го стрелкового корпуса получили задачу форсировать р. Варта южнее Познани и, наступая с юга и юга-запада, прорвать внешний обвод на южном участке и овладеть городом с юга и юго-запада.

Сковать противника активными действиями на рубеже восточных пригородов было поручено 82-й гвардейской стрелковой дивизии 29-го гвардейского стрелкового корпуса, 117-й и 312-й стрелковым дивизиям 91-го стрелкового корпуса.

Прорвав внешний обвод, наши войска продолжали успешно продвигаться к центру города, главным образом с юга и юго-запада.

Действия с востока успеха не имели. Сложившаяся ситуация определила ход дальнейших действий. Явный успех намечался в центре города. А поскольку основой обороны противника являлся именно «старый город» и крепость-цитадель, то главные усилия наступающих были перенесены на эти направления.

При этом части 74-й, 27-й гвардейской стрелковой дивизии 29-го гвардейского стрелкового корпуса и 39-го гвардейского стрелкового корпуса продолжали наступать с юга и юго-запада с задачей овладеть центром города, а затем крепостью-цитаделью. 82-я гвардейская стрелковая дивизия 29-го гвардейского стрелкового корпуса, смененная на восточном участке частями 91-го стрелкового корпуса, наступала с севера и северо-запада через Виняри и Золач на крепость-цитадель. 91-й стрелковый корпус действовал с востока в направлении восточных пригородов города.

Несмотря на значительное количество окруженных войск в городе, их ожесточенное сопротивление и отсутствие в первый период штурма тяжелой артиллерии, наступающим войскам 16 февраля удалось полностью овладеть городом и выйти на ближние подступы к крепости-цитадели. При активном участии инженерных войск были уничтожены укрепленные пункты вместе с их гарнизонами, блокированы и разрушены форты и доты.

После перегруппировки сил и сосредоточения артиллерии большой мощности части 29-го гвардейского стрелкового корпуса 18 февраля начали штурм крепости-цитадели и к 11. 00 23 февраля, сломив сопротивление гарнизона, овладели цитаделью.

Для выполнения задач инженерного обеспечения штурма г. Познани все инженерно-саперные части были распределены по стрелковым соединениям. Части 2-й шисбр, приданные 29-му гвардейскому стрелковому корпусу, сосредоточились в районе Познани к 12. 00 28 января 1945 г. До 16 февраля 2-я шисбр обеспечивала боевые действия двух дивизий 29-го гвардейского стрелкового корпуса, 74-й гвардейской стрелковой дивизии придавались 7-й ошисб и 516-й отп с задачей действовать в составе штурмовых отрядов и групп. Аналогичную задачу выполняли 10-й ошисб и 14-й обро, приданные 27-й гвардейской стрелковой дивизии.

16 февраля для инженерного обеспечения штурма крепости-цитадели Познани все инженерные части, приданные корпусу, были переданы в оперативное подчинение командиру 74-й гвардейской стрелковой дивизии, действовавшей на главном направлении штурма, – юго-западная часть крепости-цитадели. Остановимся более подробно на инженерном обеспечении штурма г. Познани и прежде всего на действиях подразделений 2-й шисбр.

С выходом к Познани наши войска не располагали достаточными данными об инженерном оборудовании Познанского укрепленного района. Поэтому первой задачей являлась разведка обороны противника, ее инженерного оборудования.

В результате проведенной разведки были определены инженерное оборудование, система огня противника и подступы к огневым сооружениям внешнего обвода.

Характерной особенностью огневой системы внешнего обвода было сочетание огня фортов, отдельных дотов и бронеколпаков, траншей и открытых площадок с огнем из приспособленных к обороне зданий.

Первые попытки штурма фортов без захвата приспособленных к обороне зданий, подавления огневых точек противника приводили к большим потерям и не давали положительных результатов.

В ряде случаев при угрозе окружения фортов или после его осуществления гарнизоны оставляли форты, пытаясь пробиться к основным силам, обороняющим город, или капитулировали.

При штурме фортов огнем артиллерии (включая артиллерию большой мощности), минометов и оружия пехоты подавлялось сопротивление противника из открытых площадок на валах, из колпаков и из казематов основных сооружений форта, возвышающихся над верхом рва.

Поэтому для подавления обороны немцев стали широко использовать артиллерийские средства, стрелковое оружие, фаустпатроны и подрыв крупных зарядов ВВ весом 100–250 кг, сбрасываемых или опускаемых в ров с подожженными зажигательными трубками. В результате взрывов крупных зарядов ВВ взрывной волной выводились из строя гарнизоны казематов, ближайших к месту взрыва. Временное прекращение огня противника давало возможность штурмовым группам преодолеть ров по установленным подразделениями 2-й шисбр штурмовым лестницам, захватить отдельные боевые казематы и создавало благоприятные условия для полного захвата форта.

Блокировка ряда фортов облегчалась отсутствием рвов с одной или нескольких сторон. Это способствовало быстрому выходу штурмовых групп на вал и дальнейшему уничтожению гарнизона форта.

С захватом штурмовой группой одного или нескольких казематов или выходом на вал саперы-штурмовики путем подрыва зарядов ВВ весом 20–40 кг устраивали проломы в стенах, подрывали вентиляционные и другие трубы для обеспечения возможности заливания горючих жидкостей в казематы и последующего поджигания их. Создаваемые пожары в фортах вынуждали гарнизоны капитулировать или приводили к полному уничтожению их.

Показательным в отношении боевых действий штурмовых групп при блокировке фортов стало овладение фортами № 5а, 9а и 2а.

Форт № 5а располагался на северной окраине г. Познань. Он был построен немцами в 1870–1883 гг. и модернизирован польскими властями устройством трех железобетонных противоосколочных колпаков. На валах форта в декабре 1944-го и в январе 1945 г. были оборудованы открытые площадки фронтом на север. На западном и восточном углах валов оборудованы открытые огневые позиции для артиллерии.

Форт был опоясан рвом глубиной 6 и шириной 8 м. Въезд в форт осуществлялся по аппарели с уровня земли до дна рва. Рвы прикрывались мощным огнем из боевых казематов. Въезд в форт прикрывался огнем из казематов центрального входа и дополнительного каземата, устроенного у ворот.

Внешняя оборона форта осуществлялась из верхних казематов центрального входа, железобетонных колпаков и открытых площадок на валу.

Попытки овладеть фортом № 5а штурмом с севера не дали положительных результатов. Тогда было принято решение, используя промежутки между фортами, овладеть пригородом Виняри, что южнее фортов, а также отрезать форты с юга и затем захватить их действиями с юга и севера.

Для захвата форта № 5а была создана штурмовая группа в составе стрелковой роты неполного состава, роты саперов-штурмовиков, отделения химиков-дымовиков, батареи 82-мм минометов и батареи 152-мм орудий. Некоторое время в штурме принимали участие два танка Т-34.

После мощной артподготовки штурмовая группа под прикрытием дымовой завесы и танков ворвалась в центральный вход. Ей удалось овладеть центральными воротами и сооружением, прикрывающим подход к воротам. В результате сильного ружейно-пулеметного огня, применения противником фаустпатронов и гранат штурмовая группа, неся потери, вынуждена была отойти.

Вторичный штурм был осуществлен той же штурмовой группой, причем вместо 152-мм орудий для ведения огня по форту были выделены 203-мм орудия, стрелявшие бетонобойными снарядами. Штурм осуществлялся с двух направлений – в направлении центрального входа и на северо-западный угол форта.

После обработки форта артиллерией большой мощности и при непрерывном ведении огня из минометов по огневым точкам на валу форта началась атака штурмовой группы.

Огонь противника из сооружений центрального входа был частично подавлен огнем артиллерии, что обеспечило возможность захвата штурмовой группой двух казематов. Для обеспечения дальнейшего продвижения штурмовой группы саперами-штурмовиками взрывом двух сосредоточенных зарядов весом по 50 кг были устроены два пролома в стенах. После короткого боя штурмовая группа полностью уничтожила гарнизон сооружений центрального входа.

Для подавления огня противника из двойного кофра, фланкирующего северный и западный фасы рва, в ров была спущена и подорвана бочка с ВВ весом в 220 кг. Взрывом был выведен из строя гарнизон кофра, что дало возможность штурмующим спуститься в ров по его откосу и овладеть северо-западным кофром.

После захвата штурмовой группой центрального входа с северо-западного двойного кофра гарнизон форта капитулировал.

Аналогичным образом осуществлялся штурм фортов № 9а и 20.

Упорное сопротивление окруженных частей противника в приспособленных к обороне городских кварталах требовало от наших войск проведения длительных штурмовых действий в городе.

В боях за городские кварталы Познани перед инженерными войсками стояли следующие задачи:

– инженерная разведка обороны, заграждений противника и подступов к опорным пунктам и отдельным обороняемым зданиям;

– действия в составе штурмовых групп и отрядов;

– сопровождение артиллерии прямой наводки и обеспечение продвижения остальной артиллерии на новые закрытые огневые позиции;

– обеспечение продвижения танков и самоходной артиллерии по городским улицам и площадям;

– приспособление к обороне захваченных городских кварталов;

– обеспечение форсирования р. Варта с запада на восток;

– устройство переправ и строительство мостов через р. Варта для перегруппировки войск, ведущих бой в городе.

Бой в городе предъявлял особо высокие требования ко всем разведорганам, и в особенности к органам инженерной разведки, в вопросах разведки обороны, заграждений противника и скрытых подступов к опорным пунктам и отдельным обороняемым зданиям.

Особое внимание уделялось изучению подземных сообщений – подвалов и ходов между ними, подземного городского хозяйства (тоннелей, коллекторов водопровода, канализации, энергетического хозяйства), а также скрытых подступов через дворы, между домами, через проломы в зданиях.

Большое значение в успешном выполнении разведывательных задач имел опрос местных жителей. Так, опросом местных жителей было установлено, что в 1935–1936 гг. по приказанию польских властей большинство подвалов зданий в центральной части города было соединено между собой подземными ходами для обеспечения маневра живой силы при обороне города в случае вторжения немцев. У местных жителей было выяснено устройство отдельных зданий, наличие глухих стен, характер надземных и подземных подходов к ним, места входов и выходов.

Допросом пленных выяснялось расположение опорных пунктов противника, размещение огневых точек, системы огня, характер инженерного оборудования зданий, пути сообщения передовых обороняемых зданий с тыла. Большое количество захватываемых документов противника оказывало существенную помощь при изучении обороны противника.

На первых этапах боев за овладение городскими кварталами в стрелковых батальонах и полках были созданы штурмовые группы, в которые входили стрелки, автоматчики, саперы, огнеметчики (при наличии), химики-дымовики (при наличии), артиллерийские и минометные подразделения и в отдельных случаях – танки.

Опыт боев показал, что при борьбе в городских кварталах с упорно обороняющимся противником захват большинства зданий и продвижение наших войск возможны только в результате штурмовых действий всех подразделений, а не только специально создаваемых штурмовых групп и отрядов. В соответствии с этим специальные штурмовые группы не создавались, а каждое стрелковое подразделение (взвод, рота) составляло основу штурмовой группы. Усиленный стрелковый батальон составлял штурмовой отряд.

Средства усиления, в том числе саперы-штурмовики и ранцевые огнеметчики, подчинялись командиру штурмового отряда (командиру стрелкового батальона) и в состав штурмовых групп выделялись им в зависимости от характера выполняемых задач и наличия средств усиления.

Для обеспечения проникновения штурмовых групп в здания и продвижения их внутри здания устраивались проломы в стене и перекрытиях.

Действия саперов-штурмовиков по устройству проломов можно проиллюстрировать на следующих примерах.

Группе саперов-штурмовиков в составе 5 человек была поставлена задача устроить пролом в стене укрепленного объекта. Все подступы к объекту простреливались противником.

Попытки саперов приблизиться непосредственно к объекту под прикрытием ружейно-пулеметного огня успеха не имели. Тогда было принято решение – устроить пролом в ближайшем здании, занятом противником, и после захвата первого этажа этого дома штурмовой группой продолжать выполнение основной задачи по захвату объекта.

Под прикрытием ружейно-пулеметного огня группа саперов приблизилась к ближайшему дому, занятому противником, и подрыванием заряда ВВ весом 10 кг устроила пролом в стене. В пролом устремилась штурмовая группа и завязала бой с противником на первом этаже. В это время саперы через боковую дверь вышли из этого дома и, используя уменьшение огня противника, приблизились к объекту, взорвали сосредоточенный заряд весом в 30 кг, проделав в стене пролом размером 1, 5x2 м.

Здание гостиницы, приспособленное к обороне, упорно оборонялось противником.

Для обеспечения проникновения штурмовой группы в здание артиллерийским огнем было устроено два пролома в стене здания. Однако сильный огонь противника препятствовал подходу штурмовой группы к пролому. Тогда было решено под прикрытием дымовой завесы демонстрировать атаку в направлении проломов, устроенных артиллерией, а штурмовой группе атаковать дом с юго-востока.

Под прикрытием дымовой завесы отделение саперов-штурмовиков приблизилось к стене здания и подрыванием двух самодельных кумулятивных зарядов из толовых шашек весом 6 кг каждая устроило два пролома в стене.

В проломы ворвалась штурмовая группа и завязала бой в здании. В ходе боя внутри здания саперами были проделаны ломами проломы в трех внутренних стенах и подрыванием заряда ВВ весом 10 кг – в перекрытии подвала.

В ряде районов города по улицам, площадям и подступам к важнейшим опорным пунктам противником создавался мощный пулеметный, автоматный и ружейно-пулеметный огонь, широко применялись фаустпатроны и ручные гранаты. Подавить огонь противника огнем артиллерии и оружия пехоты не всегда удавалось, а при попытке преодолеть открытый участок, даже под прикрытием дымовой завесы, штурмовые группы несли значительные потери и успеха не имели.

По предложению дивизионного инженера 74-й гвардейской стрелковой дивизии подполковника Сергиенко для преодоления открытых участков использовались подвижные защитные заграждения.

Подвижные заграждения устраивались следующим образом: на железнодорожной тележке с двух сторон крепились деревянные щиты или металлические листы, пространство между которыми заполнялось ящиками с песком, камнем, гвоздями или другими материалами. Оборудованные таким образом тележки выдвигались от дома, занятого нашими подразделениями, к дому, занятому противником, причем передние тележки подталкивались сзади последующими до тех пор, пока через улицу не образовалась сплошная защитная стена. При необходимости двухсторонней защиты стенки устраивались двумя полосами и преодоление открытого участка осуществлялось по образовавшемуся ходу сообщения над уровнем земли, защищенному от ружейно-пулеметного огня противника.

Примером использования защитных заграждений могут служить действия саперов-штурмовиков по обеспечению штурма одного из опорных пунктов противника.

Мощный опорный пункт в центральной части города прикрывался огнем из соседних, приспособленных к обороне зданий. Попытки подавить огонь противника из этих зданий артиллерийским огнем успеха не имели. Штурмовые группы, пытавшиеся приблизиться к зданиям, несли значительные потери и откатывались обратно.

Тогда было принято решение устроить через улицу заграждения выдвижением к объекту оборудованных тележек. Тележки выдвигались толканием первых последующими. По устроенному защищенному ходу сообщения, без потерь, прошли штурмовые группы и по пролому в глухой стене дома, устроенному саперами, ворвались в дом.

В результате упорного боя дом был захвачен штурмовыми группами.

В ряде случаев, при отсутствии или недостаточном количестве средств задымления, устраивались стенки из подручных материалов, обеспечивающие на длительный срок скрытое передвижение за ними и исключающие ведение противником прицельного огня.

В случаях, когда штурмовым группам, проникшим в здание, не удавалось полностью захватить его, производилось частичное или полное разрушение зданий или его поджог.

В одном из кварталов каменное здание гестапо было приспособлено к обороне и имело многочисленный гарнизон, оказывающий упорное сопротивление.

Штурмовой группе под командованием лейтенанта Быльева, в состав которой было включено 6 саперов-штурмовиков 7-го ошисб 2-й шисбр, была поставлена задача овладеть зданием гестапо. Атака штурмовой группы началась из занятого нашими подразделениями объекта. Под прикрытием огня артиллерии и пехотного оружия штурмовая группа с боем ворвалась в первый этаж здания и завязала бой с противником.

Попытки полностью очистить здание от противника успеха не имели, и командиром стрелкового батальона было приказано разрушить здание подрыванием.

Взрывом сосредоточенного заряда ВВ весом 75 кг (запас ВВ, имеющийся в штурмовой группе) были разрушены перекрытие подвала и внутренние стены первого этажа, что изолировало противника в подвале от остального гарнизона, оборонявшего верхние этажи. Однако и после этого овладеть зданием не удалось.

Под огнем противника было подтянуто на веревках еще 175 кг ВВ, и взрывом двух сосредоточенных зарядов здание было разрушено, а гарнизон противника уничтожен.

Опыт боев за г. Познань показал, что поджигание зданий, обороняемых противником, для выкуривания или уничтожения их гарнизонов является одним из наиболее эффективных средств борьбы.

Поджигание зданий производилось огнеметанием из ранцевых огнеметов, огнеметных танков, с помощью бутылок КС, бутылок с горючей смесью, горючих жидкостей (нефть, бензин, керосин, мазут) и подручных горючих материалов.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.