Иерусалим

Иерусалим

И папы, и короли, и рыцари считали своим священным христианским долгом отобрать у сарацин Иерусалим. Взятие храма Гроба Господня стало для крестоносцев навязчивой идеей, и, как предполагается, история завоевания священного града послужила питательной средой для рыцарских романов о Святом Граале.

Известный в Средние века мир изображался на картах в виде круга. Континенты, острова, моря, океаны, реки воспроизводились внутри этого круга несколькими извилистыми линиями, а города отмечались рисунками замков и церковных шпилей. Европа обычно помещалась в нижней части карт, а в центре средневекового представления о географии мира находился Иерусалим. Папа Урбан II, призывая в 1095 году народы Европы «стать воинами святого Петра», так обрисовал Иерусалим (его речь записал Роберт Монах в своей хронике «Hisioria Hierosolymitana», «История Иерусалимская»):

«Иерусалим – это пуп земли, кладезь мировой благодати, райский сад наслаждения и восторга. Спаситель человечества прославил его своим Пришествием, украсил житием, освятил страданиями, искупил смертью и возвеличил погребением. И этот царственный град, центр земли сейчас полонен его врагами, попран теми, кто не признает Бога, язычниками и варварами. Он стенает и умоляет об освобождении… Идите же туда ради отпущения грехов и обретения непреходящей славы в Царствии Небесном».

Путь крестоносцев в Иерусалим был залит кровью. В ноябре 1098 года они взяли сирийский город Марру и истребили всех жителей.[25] Радульф Каенский, хронист Первого крестового похода, писал, что завоеватели «варили взрослых язычников в котлах, а детей накалывали на вертела, зажаривали и пожирали». Потом рыцари сообщали папе, что сами чуть не погибли, страдая от страшного голода. Покидая Марру, крестоносцы спалили город. В июне 1099 года они подошли к Иерусалиму и после осады, длившейся полтора месяца, завладели городом и потопили в крови всех его обитателей: мусульман, евреев и даже христиан.

«История деяний за морем» («A History of Deeds Done Beyond the Sea») Вильгельма, архиепископа Тирского, стала главным источником для последующих хроник Первого крестового похода. Уильям Кэкстон, напечатавший «Смерть Артура» сэра Томаса Мэлори, перевел и издал «Историю» Вильгельма Тирского подзаголовком «Годфрид Бульонский, или Осада и завоевание Иерусалима» («Godeffroy of Boloyne, or the Siege and Conqueste of Jerusalem»). Хронист писал:

«Доблестный герцог Годфрид Бульонский, рыцари и простые воины шли по улицам с мечами и пиками в руках. Всех, кто попадался им, они рубили, кололи, не щадя никого: мужчин, женщин, детей. Не помогали ни молитвы, ни мольбы о милосердии. Они поубивали так много людей, что на улицах образовались груды мертвых тел, и их невозможно было обойти, приходилось пробираться по ним».

В «Подлинной истории» («The Perfect History») Ибн аль-Атир дал описание мусульманского мира со времени его становления и до 1231 года нашей эры. Он сообщал, что крестоносцы держали Иерусалим в осаде шесть недель, пока город не пал, а население было предано мечу:

«В Масджид-аль-Аксе франки вырезали более 70 000 человек, среди них множество имамов и других мусульманских ученых мужей, набожных и целомудренных, покинувших родные края, чтобы жить уединенно и благочестиво в Святом граде. Франки вынесли из мечети Купол Скалы более сорока серебряных канделябров… большой серебряный светильник, весящий сорок четыре сирийских фунта, сто пятьдесят серебряных канделябров меньшего размера, а также более двадцати золотых канделябров и еще много разного награбленного добра. Беженцы из Сирии добрались на Рамадан до Багдада… Они поведали свою печальную историю служителям калифа, и у тех сжались сердца и слезы выступили на глазах».

Крестоносцы, захватившие Иерусалим, искренне верили, что на месте мечети аль-Акса прежде находился храм Соломона. Здесь же размещался дворец латинских королей Иерусалима, переданный ордену рыцарей-тамплиеров после его основания около 1118 года. (Орден тамплиеров, бедного воинского братства храма Соломона, был военно-религиозной организацией, охранявшей пути передвижения паломников в Иерусалим.)

8 июня 1147 года Людовик VII, король Франции, и его супруга Элеонора Аквитанская отправились в Крестовый поход во главе французского воинства. Их военная миссия стартовала из аббатства Сен-Дени, расположенного к северу от Парижа. Король распростерся перед алтарем, папа Евгений III и аббат Сугерий вынесли серебряный реликварий святого, и Людовик принял орифламму (хоругвь аббатства Сен-Дени), королевский штандарт, паломнический посох и благословение папы. Через год король Людовик напишет Сугерию из Антиохии и попросит аббата побыстрее собрать деньги, «поскольку без великих затрат и усилий мы не сможем исполнить волю Божию».

Когда Людовик и Элеонора выступили в Крестовый поход на священный город, их дочери Марии Шампанской было два года. Повзрослев, она стала патронессой Кретьена де Труа. Как мы знаем от самого Кретьена, он был к ней очень привязан. Мария дружила с графом Филиппом Фландрским, которому Кретьен де Труа посвятил свой роман «Персеваль, или Повесть о Граале». В 1177 году Филипп отправился в Иерусалим, где его встретил кузен, король Иерусалимский Балдуин IV, страдавший проказой. Из-за болезни монарх не мог передвигаться самостоятельно, и его из Аскалона в Иерусалим несли на носилках. Король созвал совет и пригласил на него патриарха Иерусалимского, баронов, священников, магистров орденов тамплиеров и госпитальеров. На совете Балдуин предложил Филиппу Фландрскому стать регентом в королевстве крестоносцев и возглавить армию, защищавшую Иерусалим. Граф подумал, но отказался, сославшись на то, что он находится в Святой земле как простой паломник, а не крестоносец. Филипп хотел, чтобы вдовая сестра короля Балдуина Сивилла, принцесса Иерусалимская, вышла замуж за одного из его вассалов. Вильгельм Тирский сообщал, что бароны Иерусалима пришли в негодование от такого дерзкого предложения. Спустя два года Филипп покинул Святую землю.

В 1943 году исследовательница артуровских романов Хелен Адолф решила доказать, что в «Повести о Граале» Кретьена де Труа отражены реальные события, исторические персонажи и географические местности. По ее версии, священный город Иерусалим – это замок Грааля, в котором жил увечный Король-Рыбак. Граалевский монарх – Балдуин IV, король Иерусалимский, из-за болезни передвигавшийся не иначе как на носилках. Проказа Балдуина свидетельствовала о его грехопадении. Точно так же и рану Короля-Рыбака следовало интерпретировать как знак греховности. На старофранцузском языке слова pecheor (грешник) и p?scheur (рыбак) произносятся почти одинаково. Графом Фландрским якобы являлся Персеваль, нашедший замок Грааля, но не задавший нужный вопрос «Кому подносится Грааль?», когда перед ним прошествовала таинственная процессия со священным сосудом. Филипп Фландрский, отказавшийся принять регентство над королевством крестоносцев, совершил аналогичную ошибку. Сивилла, сестра Балдуина, по теории Хелен Адолф, кузина Персеваля, леди, оплакивавшая мертвого рыцаря. Муж Сивиллы умер, когда она была на сносях, и от ее нового брака зависело будущее королевства крестоносцев. Иными словами, «Повесть о Граале» Кретьена, согласно этой концепции, представляет собой завуалированный призыв поэта к графу Филиппу Фландрскому, его патрону, вернуться в Иерусалим и принять регентство и таким образом достичь Грааля.

Профессор Антонио Л. Фуртадо написал недавно в статье «Грааль крестоносцев», что король Иерусалима Балдуин I был тяжело ранен метательным копьем, вонзившимся в спину между ребрами и едва не задевшим сердце. Король выжил, но часто испытывал невыносимую боль. Балдуин отправился в дельту Нила, который, как считалось, вытекал из одной из четырех рек рая. Он приказал своим людям наловить рыбы. Когда король стал есть пойманную рыбу, его пронзила жуткая боль, словно рана открылась, и монарха охватил страх смерти. Балдуин не сумел подняться на лошадь, и его несли на носилках до «древнейшего города пустыни Ларса», где он и умер.

Фуртадо также описывал один из самых малоизвестных эпизодов в жизни графа Филиппа Фландрского. Около 1166 года граф Филипп похитил из аббатства Сен-Васт в Аррасе голову святого Жака для новой церкви в Эре, Фландрия. Папа Александр III разгневался и потребовал вернуть ее. Графа и понтифика помирил аббат Гуго Сент-Аманский, и, по обоюдному согласию, голову поделили надвое: большую часть возвратили в Сен-Васт, а меньшую отдали церкви в Эре.

Как сообщал Кретьен де Труа, он заимствовал историю Грааля из книги, подаренной ему графом Филиппом. Профессор Фуртадо полагал, что это была хроника Крестовых походов Вильгельма Тирского «История деяний за морем». В нее вошли описания «О неблаговидных поступках графа Филиппа Фландрского за морем» и «О возвращении графа Филиппа Фландрского, так ничего и не совершившего». Вероятно, граф хотел представить идеализированную версию своего пребывания в Иерусалиме. Видимо, он дал эту книгу Кретьену, чтобы тот изобразил его «деяния» в Святой земле в более благоприятном свете.

Не исключено, что написать «Повесть о Граале» Кретьена побудило фиаско Филиппа Фландрского с регентством в Иерусалиме. В 1179 году, когда граф вернулся в Париж, король Людовик VII тяжело болел, а наследник трона Филипп I Август, единоутробный брат патронессы Кретьена Марии Шампанской, еще находился в подростковом возрасте. Людовик, как прежде прокаженный король Балдуин, предложил Филиппу Фландрскому регентство. На этот раз граф согласился. А вдруг именно Мария побудила своего придворного барда Кретьена де Труа на создание поэмы, подразумевавшей описание отказа графа Филиппа от регентства в королевстве крестоносцев и его согласия стать регентом во Франции? Если все было так, то не послужила ли прототипом Грааля тарель из серпентина, священная патена французских королев, хранившаяся в сокровищнице аббатства Сен-Дени?

В 1187 году великий исламский полководец Саладин захватил Иерусалим. Когда в 1099 году в священный город вошли крестоносцы, они уничтожили всех жителей, сооружая погребальные костры, подобные пирамидам. Крестоносцы залили город кровью, а Саладин очистил Иерусалим розовой водой. По свидетельству хронистов, ему потребовались сотни верблюдов для доставки розовой воды из Дамаска. Саладин за выкуп разрешил крестоносцам уйти из Иерусалима.

В 1188 году граф Филипп Фландрский принял крест и отправился в Третий крестовый поход. Через три года он умер в Акре. Кретьену было не суждено завершить «Повесть о Граале».

? См. также: Кретьен де Труа; Святой Грааль; Тамплиеры; Тарель из серпентина; Филипп, граф Фландрский.