Выход германских войск к «линии Сталина»

Выход германских войск к «линии Сталина»

Тем временем сухопутные войска Юго-Западного фронта героически сражались с прорвавшимися подвижными и пехотными дивизиями противника. Упорной обороной они сдерживали их продвижение в глубину. Немецкая авиация, как правило, весомо подкрепляла действия наземных соединений. Как только на важном участке фронта положение складывалось не в пользу немцев, там немедленно появлялись или отдельные отряды, или целые группы германских бомбардировщиков.

Так было в ночь на 3 июля восточнее Тернополя. В течение суток части 80-й стрелковой дивизии (37-й ск 6-й А) сдерживали бешеный натиск противника. Командование усилило пехотинцев 144-м гаубичным артиллерийским полком майора А.С. Могилевского. Орудия стреляли по германским танкам прямой наводкой. Несмотря на позднее время, немцы вызвали свою авиацию. «Юнкерсы» сбрасывали на артиллеристов фугаски при свете спускаемых на парашютах осветительных бомб и запускаемых германскими пехотинцами ракет. После нескольких налетов немцам удалось расчленить и окружить части 80-й сд [50].

Разгромленный советский аэродром на Юго-Западном фронте

Интенсивно бомбили они на следующее утро скопления наших войск и артиллерийские позиции в районе Острога. Благодаря поддержке «юнкерсов» и «хейнкелей» соединения Клейста форсировали р. Горынь. Интенсивные действия разведывательной авиации позволили немецкому командованию установить, что части 19-го мехкорпуса и группы М.Ф. Лукина отходят на новый рубеж (командование перебрасывало группу Лукина на Западный фронт), прикрываясь лишь арьергардами, и командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Рундштедт немедленно приказал ускорить темп наступления, чтобы не дать возможности советским войскам организованно занять оборону.

В течение 3 июля армии Юго-Западного фронта совершали отход, по пятам преследуемые дивизиями противника и под сильным воздействием с воздуха. «Его авиация, — доносил в тот день начальник оперативного отдела штаба фронта полковник И.Х. Баграмян начальнику Генерального штаба, — беспрепятственно бомбит Славут, Шепетовку и Полонное» [51]. Очень скоро все указанные выше города оказались заняты немецкими войсками.

В немецких штабах заговорили о «житомирско-киевском» направлении — здесь успешно продвигались, преодолевая все трудности, соединения 1-й танковой группы. Рундштедт приказал стремительным ударом выйти к «линии Сталина» (так в Германии называли укрепленные районы, построенные по старой советско-польской границе), прорвать ее и устремиться к Киеву.

Командование Юго-Западного фронта с опозданием распознало явную угрозу. Только поздним вечером 3 июля в войска была направлена директива N 0040, где говорилось о необходимости отразить наступление противника на ровенском (здесь 3-й моторизованный корпус выходил к Новоград-Волынскому) и тарнопольском (к Полонному и Новому Мирополю выдвигались дивизии 48-го моторизованного корпуса) направлениях. Генерал М.П. Кирпонос потребовал соединениями 5-й армии занять Коростенский, а 6-й армии — Новоград-Волынский укрепрайоны. Директива ставила следующие задачи перед ВВС ЮЗФ:

«Ударами бомбардировочной авиации задержать продвижение ровенской и тарнопольской группировок противника, одновременно препятствуя подходу и подвозу из глубины оперативных резервов. Имея основные силы на поле боя, не допустить прорыва механизированных частей в направлении Новоград-Волынский и Бердичев» [52].

Надо отметить, что к этому времени в действиях нашей авиации наблюдались некоторые изменения. По указанию нового командующего генерала Ф.А. Астахова 2 июля на данном направлении были предприняты первые атаки зажигательными бомбами используемых неприятелем аэродромов Жиличи, Баскаки, Луцк. Согласно отчетам противника, налеты завершили неудачно: над последней базой, занятой группами I/KG51 и III/ JG3, вылетевшие «мессершмитты» и зенитчики сбили около полудня 14 бомбардировщиков из 30. По нашим данным, не вернулось три Су-2 из 226-го бап, а результаты атак аэродромов наше командование оценило излишне оптимистично. Их решили не только продолжить, но и сделать систематическими; на следующий день самолеты с красными звездами бомбами и бортовым огнем атаковали Колки, Ровно, Дубно, Радзехов, Крыстынополь…

Подбитый зенитным огнем И-16 совершил вынужденную посадку

Вероятно, наиболее результативной оказалась атака аэродрома Полонное 8 июля. Накануне летчик 88-го иап 44-й иад мл. лейтенант В.Ф. Деменок проводил разведку в районе станций Проскуров, Шепетовка и на дороге Шепетовка — Бердичев. Он неожиданно обнаружил перебазирование на аэродром Полонное немецких самолетов и доложил командованию. Комполка майор А.Г. Маркелов решил провести доразведку, послав на задание лейтенанта К.Л. Карданова и мл. лейтенанта В.С. Батяева. Стало известно, что около 30 самолетов расположилось на северной окраине летного поля и еще 20 — в восточной части, почти рядом с жилыми домами. Проявив завидную оперативность, командир части поднял в воздух 20 И-16 и вылетел сам [53].

Первую атаку с малой высоты наша группа провела безо всякого противодействия, но затем зенитчики опомнились и открыли шквальный огонь. Прямым попаданием был сбит и погиб, вертикально врезавшись в центр летного поля, зам. командира полка майор В.С. Волков. По донесению вернувшихся советских летчиков, было уничтожено 20 неприятельских самолетов. Как отмечают немцы, на аэродром Полонное, всего в 25–35 км от передовых наземных частей, в тот день перелетели отряды ближних разведчиков 5(H)/11, 5(H)/21, 3(H)/21, 5(H)/32 и один из отрядов группы II/JG3. В результате штурмовки было выведено из строя 5–6 Hs126, от прямого попадания РС взорвался транспортный «юнкерс» N 6812, имелись убитые и раненые среди технического персонала и штабной роты, сгорели грузовые и специальные машины.

Однако вернемся на несколько дней назад. Ранним утром 5 июля Ставка ГК направила командующему Юго-Западного фронтагенералу М.П. Кирпоносу директиву N 00184 об организации обороны на угрожаемых направлениях, потребовав не только занять войсками Коростенский и Новоград-Волынский УРы, но и укрепить пространство между ними (на участке Основа, Катериновка) двумя стрелковыми дивизиями и средствами усиления фронта. Документ требовал задействовать для сдерживания противника ВВС фронта.

Капитан В. Эзау (слева) и фельдфебель Г. Шенке на аэродроме Полонное. 12 июля

С учетом сложившейся обстановки, 5 июля основные силы ВВС (действовало 7 авиадивизий; управление 63-й сад в конце июня вывели с фронта) были вновь привлечены для уничтожения мотомеханизированных частей противника. К этому времени численный состав ВВС ЮЗФ сократился более чем наполовину от первоначального. Немало экипажей убыло в тыл за получением новой материальной части. Существенного количества самолетов (новых или старых типов) на ЮЗФ не передали — основные пополнения, включая авиацию, шли на Западный фронт. Можно также отметить разную степень боеспособности авиадивизий, действующих западнее Киева: наиболее сильно пострадали части из состава ВВС 5-й и 6-й армий, на долю которых в предыдущих боях легла основная нагрузка. Так, некогда мощная 15-я сад располагала на 4 июля всего 47 самолетами (из 96 МиГ-3 уцелело только два!). Еще 10 машин длительное время не могли восстановить ввиду отсутствия запчастей и узлов (моторов, ног шасси, консолей крыла и т. д.). Командир дивизии генерал А.А. Демидов обратился к командующему генералу Ф.А. Астахову с просьбой «пополнить полки хотя бы до уровня 10–15 исправных самолетов в каждом, поскольку наступает время одновременной выработки ресурса на всех имеющихся авиамоторах» [54]. В виду невозможности в то время выполнить просьбу комдива, соединение вместе с мастерскими фронта решили временно вывести в тыл. Не в лучшем положении находились 18-я и 19-я бад фронтового командования.

Подвеска бомб под истребитель И-153

В результате степень воздействия на противника в начале июля заметно снизилась. Большинство атак выполнили части 62-й бад в полосе отхода 5-й армии, но сдержать неприятеля не удалось. Впрочем, если наземным войскам и авиации в какой-то мере удалось приостановить продвижение 3-го моторизованного корпуса на пути к Новоград-Волынскому (14-я тд) и южнее города (13-я тд), то передовой отряд 48-го моторизованного корпуса наступал почти беспрепятственно, смяв нашу 199-ю сд, и первым преодолел линию укрепрайонов. В следующую ночь самолеты люфтваффе интенсивно, как никогда ранее, бомбили Новоград-Волынский, Бердичев и Житомир.

В ходе дневных вылетов экипажи бомбардировочных эскадр KG51 «Эдельвейс»,KG54 «Мертвая голова», KG55 «Гриф» стремились подавить очаги наиболее упорного сопротивления. Так, 7 июля 15 Ju88A из I/KG54 атаковали бункеры на «линии Сталина» у Новоград-Волынского. Как отмечалось в отчете, на бетонные сооружения с пикирования были сброшены следующие авиабомбы: 5 SC1000, 4 SD1000, 12 SC500, 2 SD500, 19 SC250, 3 SD250 и 40 SD50; они буквально перепахали землю укрепрайона [55].

В этот и предыдущий день люфтваффе достигли значительных успехов в поражении важных объектов в тылу наших армий: подорвали нефтесклад и взорвали эшелон с боеприпасами в тыловой полосе 6-й армии. Самолеты всех типов, включая тихоходные «хеншели», по одному и парами непрерывно бомбили и обстреливали наши колонны на дороге Шепетовка — Бердичев. Какого-либо противодействия налетам организовать не удалось. Забитая отступающими войсками, автотранспортом, беженцами дорога стала местом исключительно высоких потерь людей и техники.

Командование Юго-Западного фронта срочно выдвигало новые резервы на пути вражеского продвижения. Наряду с пехотинцами, артиллеристами, танкистами в бой вступили десантники. Последних срочно перебросили на данное направление по железной дороге. Части 211-й воздушно-десантной бригады 8 июля приняли на себя удар передовых отрядов 16-й моторизованной дивизии, но, не выдержав его, на следующий день вынуждены были отойти. В течение этого дня «юнкерсы» и «хейнкели» 5-го авиакорпуса выполнили 149 вылетов в поддержку своих войск.

Члены экипажа обер-лейтенанта Р. Наумана из 3/KG54, погибшие 27 июня, были похоронены около аэродрома Луцка

По донесению штаба эскадры «Мертвая голова», экипажи атаковали советские танковые и пехотные колонны, а также железнодорожные составы на участках Коростень — Киев, Житомир — Киев, Казатин — Фастов. «Советы яростно стреляли из зенитных орудий, а десять их истребителей атаковали «юнкерсы», — отмечали германские офицеры. — В результате машина B3+LL из 3/KG54 совершила вынужденную посадку в районе Луцка с разбитым правым двигателем. Экипаж обер-фельдфебеля Йоханнсена (Johannsen ) (Ju88A-5 код B3+MM) из 4/KG54 сумел с малой высоты добиться прямого попадания в поезд с боеприпасами, но мощная взрывная волна повредила их бомбардировщик и привела к серьезным ранениям штурмана и радиста» [56].

9 июля советское командование подтянуло на северный фланг 6-й армии 204-ю воздушно-десантную бригаду, находившуюся в стадии формирования. Несмотря на подход наших резервов, соотношение сил на важнейших направлениях оставалось в пользу противника, особенно в танках. Южнее Новоград-Волынского ему удалось форсировать реку Случь и продвинуться на восток. Командарм-5 генерал Потапов принял решение восстановить положение с помощью сводного отряда 19-го мк, насчитывающего около 40 танков. «Действуя совместно с группой полковника М.И. Бланка, — говорилось в оперсводке 5-й армии, — корпус подвергся сильной атаке авиации и, потеряв 7 танков, сожженных порошкообразной массой, рассеиваемой с самолетов, к вечеру начал отход в северном и восточном направлениях» [57]. (Экипажи эскадры KG55 «Гриф», наряду с осколочно-фугасными авиабомбами, использовали гранулы белого фосфора).

Аналогичные огнеприпасы решило использовать и советское командование. В тот же день вышла директива Ставки ГК, которая «разрешила (!) уничтожать танки, живую силу, тылы и бензоемкости, авиационные базы и самолеты огнеметанием с воздуха. Для чего немедленно организовать удар по главным и самым опасным группировкам противника с воздуха группами самолетов, снаряженных гранулированным фосфором, термитными шарами, бутылками КС в РАПах и ведрах Онисько, а также ампулами с веществом КС» [58].

В то время как советская авиация концентрировала свои усилия на поле боя, немецкая заметно расширила зону операций. Разведчики проникали в воздушное пространство Харькова, Изюма, Валуек, а бомбардировочная авиация перенесла основные усилия на поражение советских коммуникаций в радиусе 700 — 1000 км. Германское командование поставило задачу перебазировать все бомбардировочные соединения на бывшие советские аэродромы, чтобы приблизить их к линии фронта. В вечерних записях за 9 июля в журнале боевых действий группы армий «Юг» отмечается:

«В результате ударов, нанесенных 4-м воздушным флотом по железнодорожной сети противника, удалось нарушить сообщение западнее Днепра, а также на участке Киев — Нежин. В настоящее время не отмечено существенного движения по железным дорогам. Большое количество паровозов и вагонов стоят заброшенными на путях. В ходе сегодняшнего дня, насколько позволяли погодные условия, продолжались удары по транспортным сооружениям и подвижному составу.

По требованию Верховного главнокомандования сухопутных сил в полосе группы армий в первую очередь должны быть нарушены транспортные сообщения через Днепр в районе Киева, ведущие в восточном и северо-восточном направлениях. Командующий воздушным флотом генерал-полковник А. Лер отдал необходимые распоряжения» [59].

Данный текст является ознакомительным фрагментом.