Чайные гонки

Чайные гонки

Чайными гонками называли гонки клиперов с грузом чая по торговому пути из Китая в Англию. Ведь основным товаром, сулившим купцам немалые прибыли, был китайский чай. Перевозимый на старых судах, он иногда находился в пути по двенадцать месяцев, отсыревая и пропитываясь запахами трюма.

В 1834 году Ост-Индская компания потеряла монополию на торговлю с Китаем. В 1849 году было отменено действие кромвелевского Навигационного Акта. И в этом же году в первом же рейсе в Гонконг американский клипер «Ориенталь» на обратном пути затратил восемьдесят один день. В следующем году — восемьдесят дней. После этого английские купцы зафрахтовали его на перевозку в Лондон. В 1850 году на выполнение этого перехода клипер затратил девяносто семь суток. На верфи в Блэкуолле с него сняли мерку (пример промышленного шпионажа). Уже в следующем году с шотландской верфи Худа в Абердине вдогонку американцам сходят клипера «Сторнэуэй» и «Кризелайт». В 1852 году с верфи Грина в Блэкуолле сходит построенный по чертежам разработанным с «Ориенталя» — клипер «Челленжер».

«Гончие псы океана» — такое прозвище получили клиперы на Британских островах — доставляли грузы из Китая за три-четыре месяца. Количественно еще долгое время американский клиперный флот превосходил английский, и в течение еще нескольких лет на долю американских судов доставалась большая прибыль (англичанам приходилось фрахтовать американские суда).

С 1860 года американские клипера не фрахтовались англичанами, и клипер «Флайинг Клауд» был последним американским судном, доставившим чай в Лондон. Начиная с 1859 года, когда из китайских портов вышло одновременно одиннадцать клиперов, чайные гонки стали проводиться регулярно. Самая яркая из них, первая, прошла в 1866 году. Между 26 и 28 мая 1866 года с рейда города Фучжоу (Китай) стартовали шестнадцать клиперов.

Сразу же после старта лихорадка гонок охватила команды. На карту было поставлено все. «Ариель» много часов подряд шел буквально на боку. Однако вместо того, чтобы убрать хотя бы один парус или потравить шкоты, заделывали наглухо парусиной люки и всякие иные отверстия и щели. Люди натягивали на себя клеенчатую робу, или связывались шкертом по нескольку человек. Ни один не покинул своего места.

Штормовые шквалы были столь сильными, что, по мнению многих старых морских волков, могли бы перевернуть судно. Пять часов продолжалось сражение со стихией. Когда буря утихла, капитан выставил большую бочку — и с первого же стакана многих бросило в глубокий сон.

Наконец 5 сентября корабль приблизился к лондонским докам. Но «Ариель» настигал «Тайпин». Капитан приказал еще прибавить парусов. Все, до последней тряпки, подняли на реи и пошли еще круче к ветру. Соперник остался позади. К гавани устремились несметные толпы народа. С быстротой молнии облетела Лондон весть о прибытии первого гонщика. В мгновение ока огромный город будто вымер, фабрики и конторы обезлюдели. На причальной стенке разразилась нескончаемая буря оваций. Люди, как пчелы, облепили доки и восторженно махали оттуда шляпами и платками героям моря. Матросов наперебой целовали и засыпали подарками.

Для лондонцев все они остались героями «чайного рейса», даже тогда, когда выяснилось, что гонки выиграл все же «Тайпин», ошвартовавшийся на восемь минут позже: из Фучжоу он вышел через двадцать минут после Ариеля и к месту назначения пришел, таким образом, на двенадцать минут раньше.

Неудивительно, что молодые капитаны клиперов пользовались большой популярностью. Ими восхищались юноши, их обожали женщины. Девочки-подростки осаждали их, требуя автографы. Портреты их не сходили со страниц газет и модных журналов.

С разницей в десять минут в устье Темзы клипера приняли на борт лоцманов. По этому поводу была большая шумиха в прессе, и владельцы «Тайпина», получив премию, разделили ее с владельцами «Ариэля». А капитан «Тайпина» свою личную премию разделил с капитаном «Ариэля».

Возникли клиперы на американских верфях, а создателем их был конструктор Джон Гриффит. Первоначально это были лоцманские суда, которые у входа в Чезапикский залив ожидали появления заморских гостей. Во время англо-американской войны 1812 года за скорость и поворотливость клиперы заслужили славу наиболее результативных каперских судов.

Клипер — парусное судно с развитым парусным вооружением и острыми, «режущими воду» обводами корпуса. Дословно: стригун, то есть судно, «подстригающее» своим легким корпусом верхушки волн.

Для клиперов характерны были стройные корпуса, похожие на гигантских рыб. Устранено было все, что хоть в какой-то мере могло препятствовать уменьшению сопротивления воде и воздуху. Палубные надстройки сокращены до минимума. Судостроители сотворили истинное чудо, добившись легкости корпуса при одновременном увеличении прочности. Штевень резал волны, как острый нож. И это было ново: ведь даже у фрегатов носовая часть была сравнительно широкая, и они подминали воду под себя, вместо того, чтобы ее резать. Благодаря V-образной форме шпангоутов, острыми были и кормовые обводы, что препятствовало образованию завихрений.

«Катти Сарк» — единственный сохранившийся и самый известный в мире представитель великолепной плеяды «гончих псов океана». По пропорциям, конструкции и размерам корабль почти в точности соответствует непревзойденному клиперу «Фермопилы». Клипер «Катти Сарк» построили в 1869 году на шотландской верфи «Линтон энд Скотт» по специальному заказу судовладельца Джона Уиллиса, для участия в чайных гонках. Длина судна составляла 65 метров, ширина 12 метров, высота борта 6,5 метра. Судно трехмачтовое, с 29 основными парусами. «Катти Сарк» принадлежит рекорд пройденного пути за сутки — 363 мили, средняя скорость более 15 узлов.

Клиперы строили с таким расчетом, чтобы длина их почти в шесть раз превосходила ширину. Впервые к судостроению были применены законы гидродинамики. Легкость конструкции достигалась не в ущерб прочности, а путем применения отборной древесины и железных шпангоутов. Деревянная обшивка обивалась сверху медной жестью. Медная обивка подводной части судна, оказавшаяся весьма эффективной, впервые была введена в Англии. Она хорошо и на долгое время предохраняла корпус судна от обрастания ракушками и водорослями, а также от проедания древоточцами. Это позволяло на одну треть повышать путевую скорость и избавляло от необходимости частого килевания. Нельзя было только прилаживать по соседству какую-либо железную деталь: в сочетании с медью и соленой морской водой образовывался своего рода гальванический элемент, в результате действия которого медные листы быстро разрушались.

Появившиеся позже стальные четырехмачтовые барки уступали обитым медью деревянным судам, так как при скольжении в воде барки не обладали присущей клиперам эластичностью, в которой и заключалась тайна быстрых парусников. Ведь именно высокая эластичность была причиной удивительнейших морских качеств судов викингов и полинезийцев.

Для того чтобы можно было возводить все новые и новые этажи парусов, мачты клиперов делали необычайно высокими. У непривычного человека один лишь взгляд с палубы на верхушку мачты вызывал головокружение.

Для улучшения маневренных способностей судов на них выше марселей ставились еще брамсели. Над ними величественно возвышались бом-брамсели, так называемые у английских моряков «королевскими» парусами, а еще выше, белели трюмсели — «небесные» паруса.

Всего же мачты несли по шести-семи больших прямоугольных парусов. Сверх того, в носовой части судна имелись еще три кливера и фор-стеньги-стаксель. Утлегарь — рангоутное дерево, к которому крепились галсовые углы кливеров — выдавался далеко впереди форштевня. Но это было не все. Между мачтами имелось еще по три стакселя, с помощью которых удавалось ходить очень круто к ветру, а на выдвигающихся дополнительно с боков рей шестах, так называемых лисель-спиртах, крепились еще лисели. Вскоре за трехмачтовыми клиперами последовали четырехмачтовые. Одним из самых больших таких судов был построенный в Бостоне Грейт Рипаблик, длиной 95 метров. Грот-мачта клипера состояла из четырех частей: собственно мачты, стеньги, брам-стеньги и бом-брам— стеньги, называемой также «королевской стеньгой». Все стеньги при необходимости можно было спускать вниз. Мачты имели небольшой наклон назад.

Быстрые рейсы сулили судовладельцам значительное повышение доходов. Честолюбивые капитаны, как правило, участвующие в прибылях, лично подбирали экипажи, вплоть до последнего матроса. Игра стоила свеч: ведь превышение временных показателей грозило увольнением самому капитану. Правда, несколько выше стало и жалованье матросов, ибо служба их была неимоверно тяжелой.

Бешеного темпа требовали от транспортных средств и авантюристы-золотоискатели, валом повалившие в Калифорнию. Строительство трансконтинентальной магистрали с Востока на Запад США в середине прошлого века еще не было закончено, а Панамский канал только планировался, поэтому для охваченных золотой лихорадкой людей оставался лишь длинный морской путь — вокруг американского субконтинента. Быстроходные клиперы стали пользоваться огромным спросом. За место на судне платили любую цену. И тем не менее рейс клипера от Нью-Йорка до Калифорнии, вокруг мыса Горн, длился до четырех месяцев.

Несколько десятилетий просуществовал также флот парусных судов, пускавшихся в авантюрное, полное опасностей плавание вокруг южной оконечности Америки, чтобы доставить из Чили селитру для европейских полей и пороховых заводов.

Мысль о том, что США лидируют в постройке парусников, не давала спокойно спать владельцам английских верфей, и они поручили своим инженерам ответственное задание: разобраться во всех деталях конструкции американских клиперов. Вскоре подобные суда были заложены и на британских верфях. Киль, шпангоуты и весь остальной набор были железными, обшивка — деревянная (композит). В результате такого сочетания новые парусники, прозванные «морскими скакунами», приобрели еще большую скорость. Впервые появилась возможность доставлять в Европу калифорнийские фрукты.

Георг В. Глаузен, работавший на Текленборг-верфи в Геестенмюнде, сконструировал самый большой для того времени парусник — «Прейссен». Он имел 133,2 метра в длину, 16,4 метра в ширину и осадку в полном грузу 8,23 метра. Водоизмещение его составляло 11 150 тонн, а площадь парусов — 5560 квадратных метров. После восьми лет успешной морской службы этот парусник пал жертвой столкновения с английским пароходом, совершающим рейсы через Ла-Манш. Пароход рассчитывал пересечь курс Прейссен, но недооценил его скорости.

Известные клипера, их инженеры и строители

Нажим на капитанов со стороны судовладельцев, требующих совершать рейсы в кратчайшее время, заставлял их зверски эксплуатировать команду. На кораблях царила железная дисциплина. Об этом шла молва по всем портам, и не так-то просто было набрать достаточное число людей для рейса, тем более, что чрезвычайно развитый такелаж клиперов до предела выматывал силы команды. Нередко экипажи клиперов пополнялись школьниками или другими простаками, которые в поисках приключений легкомысленно подписывали вербовочный контракт.

В 1869 году был открыт Суэцкий канал, и для пароходов путь значительно сократился. В 1887 году путь из Бомбея в Лондон на пароходе занимал шестнадцать с половиной дней, из Мельбурна — тридцать пять дней. Они стали приходить первыми возить лучшие грузы, получать большую прибыль, и большим парусникам пришлось уйти на другие маршруты.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.