Глава 4 АССИРИЙСКОЕ ПРЕВОСХОДСТВО

Глава 4

АССИРИЙСКОЕ ПРЕВОСХОДСТВО

Когда Тиглатпаласар III стал царем, Ассирия была в тяжелой, пожалуй, даже отчаянной военной и экономической ситуации. Контроль над большей частью северных территорий был утрачен. В Вавилонии царила анархия, а горные районы к востоку и северу от Ассирии по большей части были захвачены Урарту. В течение следующих 40 лет Ассирия возродилась, вернула себе контроль над всеми прежними территориями и снова заняла место военного и экономического лидера на Ближнем Востоке. Столь резкие перемены не были результатом кардинального улучшения внешней ситуации – за этот период натиск с севера только усилился. Они явились результатом административных реформ Тиглатпаласара, полностью реорганизовавшего государственную службу и провинции. В некоторых случаях провинции уменьшились в размере. Это было сделано, с одной стороны, для более эффективного управления, а с другой, чтобы не допустить опасной концентрации власти в руках губернаторов. Реорганизованные провинции, в свою очередь, были подразделены на более мелкие районы, которыми управляли чиновники более низкого ранга, которые были подчинены губернатору, но имели право, в случае необходимости, обращаться прямо к царю. Это была разумная мера предосторожности, служившая для контроля эффективности и лояльности губернатора. Система почтовых станций (считается, что ее изобрели персы) была организована по всей империи. Она позволяла посланцам губернатора очень быстро добраться до царя. Губернаторы должны были представлять регулярные отчеты о положении дел в провинциях. В буферных государствах за пределами ассирийских провинций Тиглатпаласар и его преемники назначали представителя, который наблюдал за соблюдением интересов Ассирии при дворе. Контроль осуществлялся не напрямую, а косвенно, через местную царскую семью. Такие местные правящие семейства, если, конечно, они исправно платили дань и принимали руководство ассирийского «резидента» в вопросах внешней политики и торговли, обеспечивались поддержкой имперской мощи в случае внутренних беспорядков или нападения врага. Примеры этого можно взять из Ветхого Завета. Так, Ахаз, царь Иудейский, оказавшись под угрозой нападения коалиции сирийцев и Израиля, обратился, и не напрасно, за помощью к Тиглатпаласару (4 Цар., 16: 7 – 9).

Главной военной задачей Тиглатпаласара было обеспечение мира на южной границе, где арамейские племена вдоль Тигра причиняли много беспокойства еще со времен Ашшур-дана III (771 – 754 до н. э.). Племенные земли Пукуду (библейский Пекод), восточнее и севернее современного Багдада, были покорены, переселены и вошли в провинцию Аррапха, которая теперь стала длинной, по форме напоминающей колбасу территорией вдоль восточного берега Тигра. К тому же она была ключом для ассирийского контроля Вавилонии. Племенные области, расположенные дальше к юго-востоку, между Вавилонией и Эламом, стали отдельной провинцией под ассирийским управлением. Это действо укрепило позиции в Вавилонии местного царя Набу-насира, на власть которого в области, западнее Тигра, Тиглатпаласар не посягал. Набу-насир поддерживал гражданский мир и проводил в Вавилонии проассирийскую политику до самой своей смерти в 734 г. до н. э. И Тиглатпаласар мог не тревожиться о беспорядках на юге и обратить самое пристальное внимание на самого грозного противника Ассирии – Урарту. Основные события следующих лет можно реконструировать, пользуясь несколько фрагментарными данными анналов Тиглатпаласара. А подробности дают сообщения, отправленные царю губернаторами, генералами или лазутчиками с границы с Урарту. Последовательность событий в некоторых случаях не вполне ясна, поскольку неизвестно, в каком порядке следует складывать фрагменты анналов.

Давление на Урарту началось с экспедиции в области Намри, что севернее Замуа (современная Сулеймания). Ассирийская армия не встретила сил Урарту (вероятно, система разведки и связи в Урарту была развита значительно хуже ассирийской) и смогла по частям разгромить оппозицию местных правителей. Местные лидеры, нашедшие общий язык с Тиглатпаласаром, были оставлены в покое, как вассалы, обязанные выплачивать дань, а остальные территории были отданы под прямой контроль ассирийских чиновников и заселены племенами из восточной части Вавилонии. Между тем эта вылазка встревожила Сардури из Урарту, который приступил к созданию на западе антиассирийской коалиции. Разведка и связь Ассирии оказались надежнее, чем в Урарту, и Тиглатпаласар, теперь имевший хорошо оснащенную армию (в результате захвата большого количества лошадей, мулов, верблюдов и скота во время экспедиции в Намри, в которой он также получил не меньше 15 тонн меди), выступил на запад. Ассирийская армия нанесла сокрушительное поражение силам коалиции. Было взято очень много пленных – почти 73 тысячи человек. Правда, сам Сардури бежал из лагеря посреди ночи, оставив все свое имущество, включая драгоценности и печать, переправился через Евфрат и скрылся.

Страны, не вошедшие в коалицию, поспешили выплатить дань. В последующие годы Тиглатпаласар уделял много внимания укреплению позиций Ассирии на западе, где были произведены масштабные административные изменения. Некоторые царства, ранее имевшие статус вассалов, но оказавшиеся ненадежными, были преобразованы в ассирийские провинции. Некоторые источники беспокойства все еще остались, и в переписке, так же как и в царских анналах, сохранились упоминания о действиях в Сирии, имевших антиассирийскую направленность. Речь шла о самых разных действиях, от явного военного выступления до местных беспорядков, вызванных непопулярными экономическими мерами. В письме Тиглатпаласару от ассирийского чиновника, который наводил порядок в морских торговых портах Тира и Сидона, содержится такой пример. Ассирийские власти обложили налогом древесину, доставляемую из Ливана, после чего разъяренные горожане взбунтовались и убили ассирийского сборщика налогов. Ассирийский военный губернатор отреагировал со всей энергией и ввел в непокорные города войска. Их присутствие, как пишет автор письма, «повергло жителей в панику». Торговцы лесом тоже были потрясены. После столь явной демонстрации силы ассирийский чиновник дал указание торговцам валить лес, как и раньше, но наложил эмбарго на экспорт в Египет и города филистимлян[15]. Возможно, на это событие есть ссылка в Ис., 23: 5. Современные цари Иудеи и Израиля, соответственно Азария и Менаим, были тоже вовлечены в события, и в 4 Цар., 15: 19 – 22 сказано, как «дал Менаим Фулу тысячу талантов серебра». Чтобы выплатить эту сумму, «разложил Менаим это серебро на израильтян, на всех людей богатых».

В последующие годы Тиглатпаласар, судя по всему, оставался в Сирии, а подразделения ассирийской армии были заняты на севере и северо-востоке, закрепляя победу ассирийцев над Сардури. Область Наири, лежащая юго-восточнее озера Ван и севернее старой провинции Тушхан, и земли племен на подходе к Большому Забу были снова завоеваны. На этот раз на них была проведена исключительно популярная в Ассирии политика – депортация местного населения и заселение территории пленными и жителями других частей империи. В регионе были назначены ассирийские губернаторы.

Вывод части ассирийской армии, должно быть, создал у мелких правителей Сирии и Палестины ложное впечатление относительно ассирийского могущества, а экономические меры, вроде эмбарго на экспорт леса, стали причиной трудностей. В 734 г. до н. э. создалось тревожное положение на юге Палестины, где, согласно 2 Пар., 28: 16 – 21, коалиция Эдома и филистимских городов напала на Иудею, где в то время правил Ахаз, а дальше на север сформировалась антиассирийская коалиция между Сирией и Израилем. Согласно свидетельству Ветхого Завета (4 Цар., 16: 5 – 9; и указанный выше отрывок из Паралипоменона), Ахаз проводил проассирийскую политику и позвал Тиглатпаласара на помощь. Помощь была дана. Ассирийский царь легко сломил сопротивление филистимлян и Сирии и вторгся в Израиль, чтобы заменить царя Пекаха Осией. В Паралипоменоне содержится жалоба на то, что Ахазу пришлось заплатить Тиглатпаласару, несмотря на его преданность. Это утверждение частично подтверждается царскими анналами. Вероятно, речь идет о платеже китру, то есть плате за военную помощь, оказанную вассалу в беде.

В 734 г. до н. э. умер проассирийский царь Вавилонии Набу-насир. Халдейские племена уже в течение столетия фактически контролировали приморье (южную часть Вавилонии) и постепенно продвигались вверх по Евфрату и Тигру. В неразберихе, начавшейся после смерти Набу-насира, Укин-зер[16], глава халдейского племени Бит-Амуккани, взбунтовался против законного проассирийского преемника Набу-надин-зера (734 – 732 до н. э.) и в конце концов захватил трон. Нехалдейские племена, жившие восточнее Тигра в северной части Вавилонии, сохранили лояльность Ассирии, как и вавилоняне (в основном), хотя узурпатор и захватил столицу. Сохранилось письмо, рассказывающее о переговорах у ворот Вавилона ассирийских чиновников и людей, забаррикадировавшихся в городе. Они удивительно напоминают разговор между Рабсаком и чиновниками Езекии при осаде Иерусалима в 701 г. до н. э. (4 Цар., 18: 17 – 36). Есть некоторые признаки того, что ассирийским дипломатам удалось посеять рознь между шейхами халдейских племен, тем самым нейтрализовав часть сил, в том числе Мардук-апла-иддина, амбициозного и энергичного лидера, который позднее возглавил мятеж сам. В Ветхом Завете он назван Меродах Валадан (Ис., 39: 1). В противоборстве с Укин-зером во всей полноте проявилось стратегическое планирование Тиглатпаласара. Атака началась из провинции Аррапха. Ассирийская армия обошла сосредоточение городов в узком месте, образованном схождением Евфрата и Тигра, и вошла в Вавилонию через Тигр из точки, расположенной намного южнее. Лояльные племена были поставлены охранять дороги, а армия двинулась на запад, к вавилонским городам. Вавилон был взят, мятежники сбежали в Сапию, главный город племени Бит-Амуккани, расположенный в заболоченной местности на нижнем Евфрате. Ассирийская армия устремилась в погоню за Укин-зером, осадила его в городе и разорила территорию Бит-Амуккани и других мятежных халдейских племен. Меродах Валадан и шейхи, достигшие договоренности с Ассирией, спасли свои земли. Все это длилось три года. Вавилония теперь оказалась в руках ассирийских управленцев, и в 729 г. до н. э. сам Тиглатпаласар «взял руки бога» в новогоднем праздновании в Вавилоне. Тем самым национальный вавилонский бог Мардук официально даровал ему царскую власть над Вавилонией. Ни один ассирийский царь уже более четырех веков не царствовал в Вавилоне. Тиглатпаласар умер в 727 г. до н. э., оставив Ассирию во главе империи, простиравшейся от Персидского залива до границ Египта. В нее входила существенная часть Анатолии и Финикии.

Ассирийские военные операции на юге – в Газе, вкупе с уменьшением египетской торговли из-за эмбарго на экспорт ливанского леса в Египет, были немалой угрозой для Египта. Ко времени короткого и почти недокументированного правления Салманасара V, преемника Тиглатпаласара, египтяне начали дипломатическое контрнаступление, пытаясь разрушить мелкие царства Палестины и юга Сирии. В него был вовлечен Осия из Израиля, вызвав на себя атаку Салманасара (4 Цар., 17: 3 – 5). За взятием Самарии после трехлетней осады последовала обычная политика депортации населения (4 Цар., 17: 6), в результате которых израильтян поселили «в Халахе и в Хаворе, при реке Гозан и в городах Милийских» (Там же).

О взятии Самарии, которое Ветхий Завет приписывает Салманасару, заявил его преемник Саргон. Возможно, последний был генералом, командовавшим операцией от имени Салманасара.

Начало правления Саргона (721 – 705 до н. э.) было ознаменовано новыми проблемами в Вавилонии. Шейх племени Бит-Якин Меродах Валадан, блестящий дипломат, как сказано в 4 Цар., 20: 12 и далее (о более позднем периоде), приобрел очень большую силу. Он сделал себя главным шейхом халдеев, заручился поддержкой арамейских племен из Вавилонии и заключил союз с Эламом, старым противником Вавилонии в Южном Иране. Сразу после восхождения на престол Саргона Меродах Валадан вошел в Вавилонию и заявил о своих правах на престол. Он «взял руки Бела» на новогоднем праздновании в 721 г. до н. э. Вероятно, ассирийская армия решила повторить маневр, с помощью которого был побежден Укин-зер, но на этот раз получила отпор от армии эламитов при Дере. Последовал бой, после чего ассирийская армия, хотя и не была разбита, не смогла переправиться в Вавилонию и вернулась в Ассирию. Поскольку у него было много проблем в других регионах, Саргону пришлось оставить Меродаха Валадана на троне на долгих 10 лет. За это время экономика крупных вавилонских городов понесла большой ущерб, поскольку племена мешали торговле и совершали набеги на города. Халдеи были крайне непопулярны в крупных вавилонских городах, и вавилоняне не уставали обращаться к ассирийскому царю с просьбами о помощи.

Непосредственной причиной того, что Саргон оставил нерешенными вавилонские проблемы, был мятеж в Сирии. Он оказался очень кстати для Меродаха Валадана[17], но то, что он стоял за этим мятежом, как в аналогичном случае, о котором рассказано в 4 Цар., 20: 12 – 17, в настоящее время невозможно доказать. Во главе мятежа стоял Хамат, единственное оставшееся независимым княжество в Сирии. Саргон нанес поражение мятежникам при Каркаре в 721 г. до н. э. и впоследствии сделал Хамат ассирийской провинцией. В небольшом государстве – даннике, расположенном южнее, государственный деятель и пророк Исаия указал на уроки из этих событий, считая Ассирию прежним инструментом Господа.

«О, Ассур, жезл гнева Моего! И бич в руке его – Мое негодование! Я пошлю его против народа нечестивого и против народа гнева Моего, дам ему повеление ограбить грабежом и добыть добычу и попирать его, как грязь на улице». (Ис., 10: 5 – 6).

Газа при робкой поддержке некоего египетского генерала также участвовала в событиях, но в столкновении при Рапиху[18] египетский генерал (согласно ассирийскому рассказу) позорно сбежал, предоставив царя Газы незавидной участи – пленению и, возможно, пыткам и смерти. Вероятно, имея в виду именно этот инцидент, Рабсак так прокомментировал союзнические отношения с Египтом: «Вот, ты думаешь опереться на Египет, на эту трость надломленную, которая, если кто опрется на нее, войдет ему в руку и проколет ее. Таков фараон, царь египетский, для всех уповающих на него» (4 Цар., 18: 21).

Если не считать неудачную попытку правителей города Ашдод[19], расположенного на юге Палестины, организовать в 712 г. до н. э. при неуверенной египетской поддержке антиассирийскую коалицию совместно с Иудеей, Эдомом и Моавом, у Саргона больше не было проблем с Палестиной. Исаия (Ис., 20: 1 – 6) упоминает о взятии Азота ассирийскими войсками и указывает народу Иерусалима на тщетность надежд на военную помощь Египта против Ассирии.

Как и у Тиглатпаласара, главная проблема Саргона заключалась в давлении с севера. Царство Урарту, история и культура которого постепенно становятся известными благодаря раскопкам турецких и советских археологов, стало одной из самых могущественных сил Древнего Востока. Оно подвергалось сильному натиску со стороны мигрирующих иранских племен, которые двигались в южном и западном направлениях из русских степей. Одна группа этих мигрантов уже осела при Саргоне, образовав к востоку от озера Урмия царство под названием Зикирту. Но главная группа, мидийцы (мидяне), все еще жила племенами, под началом большого числа полунезависимых вождей. Руса I (733 – 714 до н. э.), энергичный сын и преемник Сардури, потерпевшего поражения от Тиглатпаласара, попытался, причем небезуспешно, договориться с тремя мидийскими вождями, заручившись их военной поддержкой против Ассирии и также, надо полагать, их сотрудничеством в поддержании открытыми торговых путей с востока, жизненно важных для Урарту. Примерно в это время главный маршрут из Ирана пролегал по западному берегу озера Урмия, затем восточнее озера Ван в Эрзерум (где были найдены бронзовые предметы VIII в. до н. э. из Урарту) и дальше к Трабзону на Черном море, согласно преданию основанному в 757 г. до н. э. Царство Урарту, безусловно, торговало с Ираном и, вероятно, с Индией. Это видно, как утверждают некоторые ученые, по предметам, упомянутым, когда в 714 г. до н. э. Ассирия разграбила некоторые города Урарту. Существует вероятность, что царство Урарту могло иметь торговые отношения со странами за пределами Греции, поскольку, предположительно, урартские бронзовые предметы найдены в захоронениях этрусков. Один ученый даже считает, что в Урарту приходили шелковые караваны из Китая. Какая-то часть торговли, которая шла северным маршрутом через Эрзерум и Трабзон, вероятно, раньше проходила через Ассирию к портам Средиземного моря. Желание перерезать урартский маршрут и вернуть торговлю, а с ней и экономическое процветание на прежний путь было одной из причин последующих кампаний Саргона в этом районе.

К югу от озера Урмия, между Ассирией и областями мидийцев, располагались земли маннеев (мини в Иер., 51: 27), данников Ассирии. Вскоре после начала правления Саргона возникли проблемы в восточной части этого региона, спровоцированные царем Зикирту, за которым, в свою очередь, скрывалась тень Русы. Саргон разобрался с мятежниками, но через два года все повторилось – Руса начал открытые военные действия. Саргон отреагировал быстро и жестко и, расправившись с бунтовщиками, назначил царем маннеев Уллусуну. Через два года Уллусуну подвергся нападению, после внутренних интриг и внешних военных действий, со стороны Урарту. Но Саргон полностью владел ситуацией, оказал Уллусуну всю необходимую помощь и произвел несколько карательных набегов через южные границы Урарту. В дополнение к постоянным вмешательствам Урарту во внутренние дела лояльного ассирийского вассала не обходилось без «булавочных уколов» – пограничных стычек. Чтобы раз и навсегда решить проблему, стали разрабатываться планы полномасштабного вторжения в Урарту. К ассирийскому царю стекались донесения чиновников и иностранных лазутчиков. Один из авторов полагал, что царь должен начать прямую атаку на Урарту, и не сомневался, что столица царства – Турушпа – падет. Другой говорил о восстании внутри Урарту и выразил уверенность, что в случае вторжения племена выступят на стороне Ассирии. Иными словами, вторжения ожидали все.

Силы Саргона выступили в поход на Урарту летом 714 г. до н. э. Маршрут и события известны из отчета, составленного в форме письма богу Ашшуру (см. главу 11). Саргон ввел свои армии в Замуа, а оттуда направил их к северу, к территории своего лояльного вассала Уллусуну, которую он предполагал использовать в качестве базы против Зикирту и Урарту. Затем Саргон повернул своих людей на восток к территории Зикирту, где захватил и уничтожил основные укрепленные города, почти не встречая сопротивления, потому что Метатти из Зикирту вышел вперед на соединение с урартской армией, чтобы защищать перевал. После этого Саргон повернул на запад и выяснил, что урартская армия и ее союзники защищают удобный перевал в горах. В этот момент – позднее нечто похожее произошло с войсками Александра Великого в Индии – уставшие после тяжелой кампании в непростой стране армии Саргона были близки к мятежу. Не надеясь на дисциплину основных сил, Саргон пошел в атаку с личными телохранителями и домашними войсками на один из флангов противника и разбил его. Взбодрившись, ассирийская армия атаковала урартскую коалицию, прорвала фронт и вызвала панику. Урартский генерал повел свой отряд в поспешное, но организованное отступление, а остальные силы коалиции обратились в паническое бегство через горы, где многие погибли из-за суровых климатических условий. Поражение и бегство урартской армии оказалось настоящим шоком, и Саргон сумел проникнуть, встречая лишь незначительное сопротивление, в глубь территории царства. Руса покинул столицу Турушпу (которую Саргон, очевидно, не атаковал) и скрылся в горах, где, если верить Саргону, умер с горя.

Он лег в постель, как женщина в родах; он отказался от еды и питья; он навлек на себя неизлечимую болезнь.

После того как центральное управление Урарту было разрушено, Саргон направился к северу от озера Ван, грабя и разрушая все на своем пути. Сопротивления он не встретил. На обратном пути с севера в Ассирию оказалось, что единственный городской правитель – Урзану из урартского города-государства Мусасира еще не признал Саргона своим господином. Несмотря на удаленное положение города и трудность подходов к нему – его защищали леса и горы, – Саргон счел необходимым наказать непокорный город, чтобы другим неповадно было. Хотя Мусасир и считался святым городом. Позволив своим главным силам продолжать путь в Ассирию, Саргон повернул тысячу кавалеристов против города, одновременно издав указ всем чиновникам севера, чтобы помешали бегству правителя Мусасира. Причина такого распоряжения и организации активной кампании против стоящего на отшибе Мусасира становится ясна, когда мы узнаем следующее. Город был культовым центром Халди, национального бога Урарту, и Саргон прибыл в самый разгар коронационных торжеств, в процессе которых Халди назначал преемника (возможно, правителя Мусасира) на вакантный престол Урарту. Бог и его супруга были взяты в плен, население депортировано, и в Ассирию была отправлена богатая добыча из драгоценных металлов и бронзовых изделий.

Хотя столица Урарту так и не была взята, и, хотя, согласно урартским надписям, показывающим оборотную сторону медали, Руса (до того, как пал жертвой недуга, приписываемого ему Саргоном) организовал успешную контратаку и взял Мусасир, экспедиция Саргона была эффективной. Ведь в течение последующих 20 лет и даже больше не было никаких проблем, инициированных Урарту. Если, конечно, не считать интриг в районе Табала (Фувала в Иез., 38: 2, 3).

Теперь у Саргона были развязаны руки, чтобы разобраться с Вавилонией. После 10 лет правления племен и создания помех торговле население крупных городов было готово к вмешательству Ассирии, а внутренняя обстановка в Эламе не позволяла его царю отреагировать должным образом. Саргон придерживался прежней стратегии – атаковал восточнее Тигра вниз по реке, вынудив халдейскую армию отступить в южном направлении. Воспользовавшись этим, жители городов севера Вавилонии открыли ворота и приветствовали армию Саргона. Тот должным образом «взял руки бога» на новогоднем праздновании в Вавилоне, но принял титул «вице-регент (бога)», а не «царь» Вавилонии. Территория Меродаха Валадана была захвачена, его главная крепость взята. Он сам, подчинившись Саргону, вернулся на место вождя племени Бит-Якин.

Тем временем донесения лазутчиков Саргона наводили на мысль, что преемник Русы Аргишти планирует атаку на Ассирию, хотя на самом деле он мог собирать армию с совершенно иной целью. В любом случае армию всегда можно повернуть. В 707 г. до н. э. орда варваров гимиррайя – библейский Гомер из Иез., 38: 6, в классической литературе – киммерийцы – вторглись в Урарту с севера, нанесли поражение Аргишти, который попытался их остановить, и двинулись на запад, к Киликии. Здесь они вышли в район, контролируемый Ассирией. Далее мы вкратце изложим ход событий на этой территории во время правления Саргона.

К началу правления Саргона интересы Мушку (библейский Мешех, классическая Фригия), сильного государства на юго-востоке Малой Азии, вошли в конфликт с интересами Ассирии. В 718 г. до н. э., вероятно, Мушку инициировало мятеж в Каркемише (вследствие которого последний стал ассирийской провинцией), а в 716 г. до н. э. Саргон начал военные действия против Мушку под предлогом того, что противник вторгся в провинцию Куэ. После успешной кампании против Урарту царство, не имевшее свободы действий на востоке, попыталось найти союзников на западе, где и объединилось с Мушку и сумело склонить на свою сторону основного вассала Саргона среди правителей Табала. Саргон смог подавить этот мятеж, но очевидная готовность Мушку оказать, по крайней мере, моральную поддержку нелояльным вассалам Ассирии плюс давление со стороны Урарту вместе были слишком сильным будоражащим фактором, и в 712 г. до н. э. мятеж вспыхнул снова. Непокорная территория попала под прямое управление Ассирии и вместе с Табалом была укреплена, превратившись в длинный клин между Мушку и Урарту. В 709 г. до н. э. на Мушку была организована атака из Куэ. Возможно, из соображений реальной политики или потому, что Ассирия наглядно показала: все торговые пути из Сирии в Малую Азию в ее руках, хотя, быть может, из-за первых «разборок» киммерийского нашествия, внешняя политика Мушку неожиданно изменилась в пользу Ассирии. Его царь Мита (Мидас у классических авторов) отправил подарок и выразил желание заключить договор дружбы с Ассирией. Саргон был в восторге, и в письме, написанном своему эмиссару, ответственному за переговоры, коим почти наверняка был его сын Сеннахериб, он предложил, чтобы Мидаса проинформировали о его удовлетворении.

Такова была ситуация, когда орда киммерийцев, после неудачной попытки Аргишти их остановить, хлынула с запада. Судя по археологическим свидетельствам, Калах (все еще важный административный центр, хотя ближе к концу своего правления Саргон построил новую столицу, расположив ее севернее – в Дур-Шаррукине) в последнем десятилетии VIII в. до н. э. был разрушен. Это можно считать свидетельством – хотя больше никаких доказательств гипотезы нет – внезапного набега киммерийцев на один или несколько крупных ассирийских городов. Саргон прибыл в Табал в 706 г. до н. э. и вступил в бой с киммерийцами. Некий не слишком ясный намек в письме может считаться свидетельством гибели Саргона в этом бою, но этот вывод остается спорным. Какой бы ни была смерть Саргона, она последовала в 705 г. до н. э. В это же время орды варваров двинулись в глубь территории Малой Азии.

Преемник Саргона – его сын Сеннахериб (704 – 681 до н. э.) – уже имел управленческий и военный опыт, полученный на северной границе. Сохранилось несколько его донесений отцу с изложением хода событий в регионе. Поэтому факт, что Сеннахериб не предпринял никаких действий на севере после восшествия на престол, объясняется не его непониманием проблемы, а тем, что его отец проблему уже решил.

Учитывая благоприятную военную ситуацию, которую ему завещал Саргон, Сеннахериб первым делом занялся восстановлением древнего города Ниневии, который сделал своей столицей. Ею Ниневия и осталась до самого падения ассирийской империи. Дур-Шаррукин – город, который Саргон построил как столицу, в которую переехал в последние годы своего правления, – после его смерти использовался только как крепость.

Два года спустя мир в империи был нарушен восстанием в Вавилонии. По причинам, о которых можно только догадываться, Сеннахериб не «взял руки Бела» в Вавилоне, чтобы отметить принятие им царства или вице-регентства. Меродах Валадан, до конца сохранивший преданность Саргону, счел момент подходящим для еще одной попытки занять вавилонский престол. Его поддерживали халдейские и арамейские племена, он заручился поддержкой Элама и начал зондировать почву для создания более широкой антиассирийской коалиции. Вероятно, в годы, предшествующие восстанию 703 г. до н. э., Меродах Валадан отправил посольство к Езекии (Ис., 39).

На новогоднем праздновании 703 г. до н. э. царем Вавилонии был объявлен коренной вавилонянин, вероятно ассирийская марионетка. Меродах Валадан сразу подступил с войсками к столице, сместил официального царя и начал готовить северные города к атаке ассирийцев, которую считал неизбежной. Его основными армейскими формированиями были отряды эламитов, избранные части которых заняли передовые позиции в Куте, чтобы сдержать наступление Сеннахериба. Главные силы базировались в Кише. Сеннахериб перехитрил эламитов, отправив передовой отряд, чтобы отрезать Киш от Куты, а главные силы взяли Куту штурмом. Затем главные силы ассирийской армии вступили в бой и сокрушили силы союзников в Кише, и города Северной Вавилонии опять стали ассирийскими. Вавилон принял Сеннахериба, как и прежде его отца, с энтузиазмом, и дружеские отношения были восстановлены, тем более что грабить ассирийским воинам было позволено только дворец Меродаха Валадана.

Далее ассирийская армия приступила к захвату халдейской территории, которой фактически был весь юг Вавилонии. В халдейские области были назначены ассирийские управляющие, а на севере Вавилонии воцарился вавилонский царь Бел-ибни, один из многих иностранных принцев, живших в качестве заложников при ассирийском дворе, воспитанный и обученный специально для подобной ситуации.

В 701 г. до н. э. в Палестине началось восстание, которое, возможно, по замыслу Меродаха Валадана должно было совпасть с восстанием в Вавилонии. В него был вовлечен Езекия из Иудеи (4 Цар., 18: 13 и далее), хотя и вопреки словам величайшего из его советников – Исаии. В то время Езекия был самым могущественным из мелких царей Палестины и, согласно 4 Цар., 18: 8, установил господство над филистинскими городами и также (Ис., 30: 1 – 5) начал искать союза с Египтом. Лояльные правители филистинских городов были свергнуты, один из них, Пади из Экрона, был заключен в тюрьму в Иерусалиме. Мощные ассирийские силы вошли в Палестину, нанесли поражение египетским войскам в Елтеке, взяли мятежные города (кроме Иерусалима) и вознаградили лояльных вассалов в филистинских городах территориями, ранее принадлежавшими Иудее. Возможно, потому, что события в Вавилонии потребовали скорейшего возвращения ассирийской армии, Сеннахериб не стал осаждать Иерусалим, и город Езекии был пощажен, правда, ему пришлось покориться и выплатить большую контрибуцию.

В Вавилонии, стоило только ассирийцам вывести войска, Меродах Валадан вернулся к своему племени и снова начал плести интриги с Эламом, халдейскими и арамейскими племенами. Белибни, не имевший в своем распоряжении вооруженных сил, не поддерживал эффективное управление, и в 700 г. до н. э. ассирийской армии снова пришлось вторгнуться на халдейскую территорию и провести карательный рейд через границу с Эламом. Бел-ибни был смещен, и его место занял Ашшур-надин-шум, младший сын Сеннахериба.

Ашшур-надин-шум правил в Вавилонии шесть лет. Вскоре после его восшествия на престол Меродах Валадан умер, но Элам остался постоянной угрозой для спокойствия приморья, превратившись в убежище для недовольных из племени Бит-Якин. Чтобы ликвидировать эту опасность, ассирийские власти в конце концов решились на прямую атаку с моря эламитской территории. Сеннахериб поселил сирийских ремесленников в Ниневии и приказал им построить флот судов, которые повели вниз по Тигру моряки из Тира, Сидона и с Кипра. Суда были переправлены через канал в Евфрат и оттуда в Персидский залив. На них погрузились войска и отправились в Элам, где, несмотря на скопление халдеев и эламитов, заняли плацдарм. Оттуда они совершали набеги, грабя и разрушая близлежащие города. Остатки непокорного племени Бит-Якин были взяты в плен.

Утверждение Сеннахериба, что своим набегом он «посеял ужас на обширных землях Элама», было опровергнуто последующими событиями. Элам отреагировал очень быстро. Пока силы Сеннахериба еще были на юге, эламиты совершили набег через Тигр в Вавилонию, где эламитский царь взял в плен Ашшур-надин-шума в Сиппаре и посадил на трон вавилонского царя коренного вавилонянина по имени Нергал-ушезиб. В середине 693 г. до н. э. ассирийские войска, вернувшись с юга, нанесли поражение Нергал-ушезибу в Ниппуре. Но в анналах нет никаких упоминаний о попытке взять Вавилон, где другой халдейский лидер – Мушезиб-Мардук решил стать вавилонским царем при поддержке арамейцев. После двух сезонных кампаний в заболоченном приморье ассирийским войскам, несомненно, нужно было вернуться на базу, и Вавилон не подвергся атаке. Вместо этого, признав, что Элам стал решающим фактором в вавилонской политике, Сеннахериб решил нейтрализовать эту опасность. В 692 г. до н. э. ассирийцы напали на Элам из провинции Дер, к которой были аннексированы захваченные территории. Климатические условия не позволили проникнуть в собственно Элам. В Вавилонии Мушезиб-Мардук отказался признать ассирийского губернатора и поднял мятеж, который, однако, сумели подавить местные ассирийские власти. Сбежав в Элам, он вернулся с армией, объявил себя царем в Вавилоне и, следуя политике Меродаха Валадана, отправил в Элам крупную взятку из храмовых сокровищ, так же как и просьбу о военной помощи. Помощь была близка. Царь Элама собрал большую армию и объединился с армией халдеев. Эта великая армия выступила в провинцию Аррапха и встретилась с ассирийцами в районе Халула на Дияле. Анналы Сеннахериба донесли до нас картину последовавшей резни. Равнина была покрыта телами убитых, которые к тому же были рассечены на куски из-за колец и браслетов, а может быть, и по причине жажды крови. Перепуганные лошади тащили колесницы с мертвыми воинами.

Даже одержав победу, ассирийская армия понесла такие потери, что в течение следующего года так и не смогла закрепить успех. В 689 г. до н. э. правящий дом Элама был целиком поглощен решением внутренних проблем, и ассирийцы, восполнив потери, смогли опять выступить против Мушезиб-Мардука. Халдеи отступили в Вавилон, где выдерживали осаду в течение девяти месяцев, но все же были побеждены голодом и болезнями. Ассирийская армия вошла в город и, отступив от предыдущей политики, разграбила его. Бог Мардук – в смысле, его статуя – был взят в плен ассирийцами, и Сеннахериб принял титул «царя Шумера и Аккада» (то есть юга и севера Вавилонии). В течение следующих восьми лет в Вавилонии было спокойно.

На северной границе Сеннахериб (в результате деятельности отца и своей собственной, а также удара, полученного государством, о котором идет речь от киммерийцев) не имел проблем с Урарту. Небольшие волнения в области Куэ, расположенной на северо-западе, в 696 – 695 гг. до н. э. могли быть вызваны киммерийцами, уцелевшими после завоеваний армии Саргоном. На восточной границе Сеннахериб после кампании против Меродаха Валадана в 703 – 702 гг. до н. э. аннексировал некоторые территории, ранее бывшие независимыми или имевшими статус вассала, и укрепил ряд городов против атаки эламитов.

Во внутренней политике Сеннахериб приобрел известность благодаря активным строительным работам и выраженному интересу к определенным техническим проблемам. Именно он отстроил заново Ниневию, проложил новые улицы, расширил площади. Он изменял течение мелких рек и строил гигантские каменные насыпи, чтобы защитить свой новый дворец от наводнений. Вокруг дворца был разбит грандиозный парк, как «гора Аманус, где росли все виды растений и фруктовых деревьев, как в горах и в Халдее». Чтобы оросить ботанические и фруктовые сады, был прорыт канал длиной почти 10 километров. Сеннахериб впоследствии расширил свои сады, где посадил все растения «земли Сирии, коммифору, которая росла лучше, чем на своей родине, и все горные вьющиеся растения». Позаботился он и о поливе и с помощью специальных дамб создал обширное искусственное болото, которое населил водоплавающими птицами, дикими свиньями и оленями, имитировав естественную флору и фауну Южной Вавилонии. Остатки одного из инженерных сооружений Сеннахериба до сих пор существуют – акведук для переноса воды через вади (сухое русло). Этот акведук имел длину более 300 метров, ширину больше 20 метров, и на его строительство пошло полмиллиона тонн камней (более полное описание приведено в главе 6). Сеннахериб описал свою работу в надписи на акведуке. В ней сказано: «Я прорыл канал к лугам Ниневии. Я заставил мост из известняковых плит перекрыть глубокие русла вади, и вода потекла над ними». Известен также его проект снабжения города Арбайлу (Эрбиля) водой. Интерес Сеннахериба к техническим процессам проявляется также в его заявлении о том, что он изобрел новую технику литья бронзы. «Я, Сеннахериб, благодаря острому уму, данному мне благородным богом Эа, и лично проведя опыты, сумел отлить из бронзы колоссальных львов... чего не делал ни один царь до меня... Я построил глиняную форму для двенадцати колоссальных львов вместе с двенадцатью огромными быками... и налил в нее бронзу, как при литье монет в полсикеля». Речь идет о применении процесса cire perdue[20] к очень большим объектам; сам процесс использовался начиная с начала 3-го тысячелетия.

В 681 г. до н. э. Сеннахериб разделил судьбу многих восточных монархов – был убит в Вавилоне собственными сыновьями. Согласно библейскому рассказу (4 Цар., 19: 36 – 37), это случилось после его возвращения из новой кампании в Палестине, но никаких записей о такой кампании в ассирийских источниках нет. Его законным преемником, выбранным Сеннахерибом и формально принятым богами и ассирийской знатью, стал Асархаддон. Этот принц к моменту убийства отца уже имел богатый опыт, поскольку Сеннахериб поручил ему Вавилонию после разграбления Вавилона в 689 г. до н. э. Его опыт сослужил ему хорошую службу. Он дождался лишь получения формального одобрения богов, после чего, даже без обычной процедуры оснащения и снабжения армии для долгой кампании, быстро выдвинул ее с западного направления против отцеубийц. Направление, с которого действовал Асархаддон, совпадает с (хотя и не является положительным свидетельством) библейским предположением об ассирийской военной активности на западе незадолго до смерти Сеннахериба. Главные силы ассирийской армии готовились противостоять Асархаддону в Ниневии, но при его подходе в армии начался разлад. Часть ее, узнав о предсказании богини Иштар, крайне благоприятном для принца, перешла на его сторону. Отцеубийцы бежали в Урарту, и Асархаддон, теперь поддерживаемый всей армией, был с восторгом принят народом Ассирии. Укрепив свое положение, Асархаддон произвел чистку армии, и судьба участников мятежа была незавидной.

Период волнений, всегда сопровождающий смену верховной власти, дал возможность очередному вождю племени Бит-Якин в Вавилонии заявить о своей независимости, напав на ассирийского губернатора, которого он блокировал в городе, откуда тот осуществлял руководство Южным царством. Как только ситуация в Ассирии стабилизировалась, Асархаддон приказал атаковать бунтовщиков из ассирийских провинций восточнее Тигра. Мятежный вождь бежал к старому и верному союзнику племени Бит-Якин – Эламу и лишь по прибытии обнаружил, что изменились и царь, и внешняя политика. Беглеца казнили. Брат последнего царя подчинился Асархаддону и был поставлен вассальным принцем над всем приморьем. Спустя два года другой халдейский вождь племени Бит-Даккури, которое занимало территорию на Евфрате до самой Борсиппы и которое регулярно посягало на земли жителей Борсиппы и Вавилона, также был заменен вассалом, приемлемым для Ассирии.

Тем временем Асархаддон столкнулся с проблемами на западе и северо-западе. Люди, принадлежавшие к совершенно новому расовому элементу, постепенно заполняли земли Урарту. Этим новым элементом были скифы (аскеназ из Ветхого Завета). Есть некоторые свидетельства, говорящие о брачном союзе Асархаддона с одним из скифских принцев. Возможно, под давлением скифов в районе Табала и в провинции Хилакку снова появились группы киммерийцев. В 679 г. до н. э. ассирийские губернаторы предприняли успешные действия против них, но к 673 г. до н. э. натиск снова усилился, и под угрозой оказалась провинция Шуприя. К концу правления Асархаддона Ассирия лишилась провинций Хилакку и Табал.

Проблемы на западе сконцентрировались вокруг Сидона, царь которого поднял мятеж вместе с Сандуарри, правителем нескольких городов в Антиохийском заливе. Асархаддон взял в плен и казнил обоих царей, после чего разграбил и разрушил Сидон, основав на новой территории ассирийскую крепость. В качестве урока потенциальным мятежникам он официально открыл крепость в присутствии двадцати двух царей с западных территорий. Чтобы обеспечить мир в пустынной части западных провинций, где арабский царь только что умер, и, возможно, имея в виду установление дружественных отношений с племенами Синайской пустыни на пути в Египет, Асархаддон в следующем году отправил войска, чтобы утвердить на троне ассирийского претендента.

В Вавилонии постоянное владение ситуацией и примиренческая политика Асархаддона создали благоприятную для Ассирии обстановку. Вавилон, опустошенный Сеннахерибом, в конце его правления, вероятно, начал отстраиваться. Асархаддон сделал многое для его полного восстановления. Надпись, описывающая работы по восстановлению города, иллюстрирует, как можно манипулировать божественной волей. При разграблении Сеннахерибом бог Мардук, предположительно через жреца во время какой-то божественной церемонии, написал – «семьдесят лет как мера заброшенности города». В надписи указано, что бог, преодолев обиду, «перевернул табличку вверх ногами и приказал восстановить город на одиннадцатый год». Смысл совершенно ясен в шестидесятеричной вавилонской системе, где I

представляет «один» или «шестьдесят». Клинописный эквивалент IX означает семьдесят, но в перевернутом виде это XI, то есть одиннадцать.

Эффективное управление в Вавилонии повысило благосостояние горожан, и эмигрантам, вернувшимся после халдейского хаоса, возвращали собственность, если они могли подтвердить свои претензии. Позиции Ассирии в Вавилонии были настолько прочными, что в 676 г. до н. э. ее можно было использовать как базу для экспедиции к краю Соляной пустыни в Персии, где ряд местных царей стали данниками. Эламитский рейд на центральную часть Вавилонии в следующем году имел лишь временное значение.

На северо-востоке хватка ассирийцев, твердо державших в руках маннеев, живших южнее озера Урмия, несколько ослабла в результате проникновения в регион скифских и киммерийских элементов. Некоторые ассирийские крепости были утрачены. Прекращение снабжения лошадьми из этого региона, от которого зависела ассирийская армия, может служить объяснением ассирийского прорыва в Персию, а также повышения интереса к делам Мидии, где Асархаддон помогал ряду вождей справиться с повстанцами. Там недавно были обнаружены и впоследствии опубликованы фрагменты самых крупных из доселе известных клинописных табличек (45 x 30 см), на которых были записаны тексты соглашений с мидийскими правителями. Тексты касались наследственного права. Вероятно, обстоятельства собственного наследования престола стимулировали желание Асархаддона к такому действу.

Асархаддон имел шестерых сыновей, старший из которых умер в младенчестве. Среди оставшихся в живых претендентами на престол считались двое – Шамаш-шум-укин и Ашшур-бан-апли (Ашшурбанипал). Не ясно, кто из них был старше. Не исключено, что они были близнецами. На большом совете в Ниневии в 672 г. до н. э. Асархаддон, предварительно получив одобрение богов и согласие семьи, объявил кронпринцем Ассирии Ашшурбанипала, а кронпринцем Вавилонии – Шамаш-шум-укина. Губернаторы провинций и вассальные правители должны были дать клятвы в признание этого. Вассалы, по крайней мере, ратифицировали клятву соответствующим договором: «Когда Асархаддон, царь Ассирии, умрет, вы возведете Ашшурбанипала, кронпринца, на царский трон. Он будет осуществлять царскую власть и господство Ассирии над вами. Вы будете защищать его в деревне и в городе, вы будете сражаться насмерть за него... Вы не будете враждебны ему и не возведете на трон вместо него ни его старших, ни младших братьев... Если Асархаддон, царь Ассирии, умрет, когда его сыновья будут еще малыми, вы поможете Ашшурбанипалу, кронпринцу, взять ассирийский трон, и вы поможете его брату Шамаш-шум-укину, кронпринцу Вавилонии, взять трон Вавилонии».

Детали престолонаследования были обнародованы во время краткого периода спокойствия в империи, установившегося незадолго до того, как Асархаддон приступил к новой, далекоидущей кампании имперской политики. В 675 г. до н. э. Тарку (Тахарка) из эфиопской династии, правившей Египтом («Тиргак, царь эфиопский» из 4 Цар., 19: 9) вовлек царя Тира в антиассирийскую интригу, а Асархаддон, решив ликвидировать корень проблемы, пересек египетскую границу, хотя дальше не продвинулся из-за песчаной бури. В 671 г. до н. э. организованное вторжение в Египет пошло полным ходом. Армия Тарку была разбита наголову в решающем сражении. Ассирийцы осадили и взяли Мемфис. Сам Тарку сбежал в Фивы или другой южный город. Принцы Нижнего Египта поспешили признать господство Асархаддона. Ассирийские чиновники были назначены в египетские города, чтобы представлять интересы Ассирии на территории местных правителей, а Асархаддон провозгласил себя царем Верхнего и Нижнего Египта и Эфиопии, изрядно преувеличив факты. Ложь была повторена в монументе, установленном в Зенджирли во время возвращения Асархаддона в Ассирию. На нем изображен ассирийский завоеватель, держащий веревки, проходящие через губы двух преклонивших колени фигур: одна – царь Тира, другая – узнаваемая негроидная фигура эфиопа Тарку (см. фото 52). В действительности Тарку был на свободе и обладал значительным влиянием. Как только главные силы ассирийской армии удалились на достаточное расстояние, он вернулся, заставил некоторых принцев Нижнего Египта отречься от своего нового сюзерена и снова взял Мемфис. Асархаддон в 669 г. до н. э. отправился в Египет, чтобы изменить ситуацию, но по пути умер.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.