Насильно мобилизованные солдаты ненемецкой национальности не желают воевать за Гитлера

Насильно мобилизованные солдаты ненемецкой национальности не желают воевать за Гитлера

Гитлер насильно мобилизовал в армию австрийцев, лотарингцев, поляков, чехов, словенцев, люсембуржцев и словаков. Но угнетенные Гитлером народы не желают воевать за интересы своих врагов и часто солдаты ненемецкой национальности, как только попадают на передний край советско-германского фронта, — бросают оружие и переходят на нашу сторону. Среди пополнения, которое получают дивизии, действующие против нашего фронта, много солдат ненемецкой национальности. Так, например, 216 пд 12.7.43 г. получила маршевый батальон из города Шаблак в количестве 1000 человек, из них 300 немцев, 300 поляков и 400 человек — венгры, бессарабы, словенцы, чехи.

Вот так отзываются насильно мобилизованные о своих поработителях:

«Австрийцы и люксембуржцы говорят: „Нам незачем проливать кровь. Гитлер нарушил всякие международные принципы, мобилизовал на войну граждан Люксембурга — страны, сохраняющей нейтралитет. Что может получить люксембуржец в случае победы Гитлера? Новые цепи? Спасибо, нам хватит и тех, что на нас уже надели!“ Мой родной город Люксембург стал мрачным. Тех, кто не хочет примириться с гитлеровцами, отправили в тюрьму. Брат моей жены сослан на каторжные работы за участие в подпольной организации „Виктория“ („Победа“). Многие люксембуржцы, призванные в немецкую армию, бежали к генералу де Голлю. Так поступил мой сосед Гасто Вормерингер. У его родителей конфисковали все имущество и выслали их из города». (Солдат 12-й санроты 72 пд люксембуржец Франц Адамс, 12.8.43 г.)

«Офицеры и унтер-офицеры строго следят за поведением солдат — эльзасцев и лотарингцев. Командир нашего отделения унтер-офицер Фроин, как только мы, четыре эльзасца, прибыли в отделение, предупредил нас, что если мы попытаемся перебежать к русским, то он нас сам расстреляет из своего автомата. После этого он в разговоре с солдатами-немцами сказал: „Где уж нам победить, если в нашей армии больше половины солдат — не немцы“. (Солдат 2-й роты 348 пп 216 пд Генрих Циммерманн, 5.8.43 г.)

„1 августа наш маршевый батальон в составе?00 человек прибыл на пополнение в 102 пд. Командир дивизии, генерал, перед строем сказал: „Баварцы! — поднялось три руки. Эльзасцы! — поднялось более 150 рук“. Тогда он подошел к первому эльзасцу, стоявшему в строю, и спросил его, какую страну он предпочитает — Германию или Францию? „Францию“ — ответил солдат. Генерал спросил еще 10 человек, и все они ответили „Францию“. Генерал прервал последнего словами: „Теперь вы вторите друг другу, как попугаи! Смотрите, эльзасцы, кто из вас думает перебежать к русским — не советую, они повесят вас на первом же дереве““. (Перебежчик Гастон Хозенфрат — ефрейтор 233 пп 102 пдд, 10.8.43 г.)

„У нас распространена песня, обращенная к немцам. В ней говорится: „Вы никогда не будете иметь Эльзаса и Лотарингии, несмотря на все, мы останемся французами. Вы хотите нас онемечить, но это вам не удастся, вы никогда не овладеете нашим сердцем“. Эльзасцы, как и многие другие, с большим риском для себя нелегально слушали английское радио. Англичане рекомендовали всем эльзасцам, мобилизованным немцами в армию, при прибытии на Восточный фронт переходить на сторону русских и при переходе кричать пароль: „Я француз, я приятель“. С этим паролем я перешел к вам“. (Перебежчик Георг Риль солдат-радист 7-й роты 508 пп 292 пд, 5.8.43 г.)

цузы с неослабным вниманием следят за борьбой русских. Трудно себе представить, как французы радуются успехам русских. Наша рота стояла в городе Лилль (Франция), где охраняла склады с горючим, на которых работали французы. Мы, австрийцы, подружились с французами и делились с ними своими мыслями. Они нам ежедневно приносили вести с фронтов, которые нелегально узнавали по радио. Помню, однажды в февральское утро они пришли на работу в очень приподнятом настроении. Один из французов сказал мне: „Русские уничтожили целую немецкую армию под Сталинградом“. Он вынул из кармана бутылку вина и мы выпили за победу русских. Также мы отпраздновали взятие русскими Ростова.

Однажды вечером французские патриоты бросили в один из ресторанов Лилля бомбу. Три немецких офицера были убиты, а 8 человек тяжело ранены. Такие случаи бывают часто. Французы обращают свои взгляды и на Запад — ждут высадки англичан — и на Восток — ждут, когда русские вступят в Пруссию. Все честные французы стремятся попасть в армию де Голя». (Австриец перебежчик Аллоиз Бахлер — унтер-офицер 7-й роты 18 пп 6 пд, 8.8.43 г.)

«Оккупировав Польшу, немцы почувствовали себя полновластными хозяевами, отобрали землю и посадили на ней немецких колонистов. За сопротивление немецким властям беспощадно расстреливают. В г. Лодзь на рыночной площади немцы расстреляли 44 поляка. Немцы совершают расстрелы поляков хладнокровно, можно сказать, из любви к искусству. На нас, поляков, они смотрят с презрением. В Лодзи на входах в рестораны и парки я видел надписи „собакам и полякам вход воспрещен“.

Придет время, и мы рассчитаемся с немцами за их зверства и издевательства над нашим народом». (Перебежчик Эдмунд Кобильский — солдат 6-й роты 266 пп 72 пд, 3.8.43 г.)