Падение Акры

Падение Акры

[337]

Рассказав о славе и красотах Акры, я теперь вкратце поведаю вам о ее падении и разрушении и причине ее потери так, как я слышал эту историю из уст правдивого человека, хорошо ее помнившего. Пока в Акре вершились великие деяния, о которых я уже говорил, по наущению дьявола вспыхнула яростная и омерзительная ссора в Ломбардии между гвельфами и гибеллинами, и в результате все зло обрушилось на головы христиан. Те ломбардцы, которые жили в Акре, тоже приняли в ней участие, в особенности это касалось жителей Пизы и Генуи, у которых имелись сильные партии в Акре. Эти люди заключили договора и перемирия с сарацинами, чтобы те не мешали им сражаться друг с другом. Когда об этом услышал папа Урбан[338], он опечалился о судьбе христианства и Святой земли и отправил двенадцать тысяч наемников за море, чтобы помочь христианству и Святой земле. Когда эти люди прибыли за море в Акру, они не сделали ничего хорошего, а только днями и ночами сидели в тавернах и во всяких местах, пользовавшихся дурной репутацией, грабили на улицах паломников и купцов и творили еще много зла. Мелот Сафераф[339], султан вавилонский, очень мудрый человек, чрезвычайно искусный в обращении с оружием и храбрый в бою, услышав об этом и узнав об ужасных ссорах жителей Акры, созвал своих советников и собрал парламент в Вавилоне, где пожаловался, что договора часто нарушаются в ущерб ему и его народу. После дебатов по этому вопросу он собрал большое воинство и дошел до города Акры, не встретив никакого сопротивления, поскольку его жители слишком были заняты выяснением отношений друг с другом. Они срубили и уничтожили прекрасные виноградники и фруктовые сады, которыми всегда славилась Акра. Когда магистр тамплиеров[340], очень мудрый и отважный рыцарь, увидел это, он почувствовал, что падение города не за горами, и все из-за распрей горожан. Он посоветовался со своими братьями о том, как можно восстановить мир, а потом вышел навстречу султану, бывшему его личным другом, чтобы выяснить, есть ли средства восстановить нарушенное перемирие. Султан сообщил ему, как это можно сделать. Из его любви к султану и глубокого уважения, которое султан питал к нему, магистру ордена, султан согласился восстановить перемирие, если каждый житель Акры заплатит ему один венецианский грош. Магистр возликовал и, покинув султана, собрал весь народ, которому прочел проповедь в церкви Святого Креста. Он сообщил, что благодаря истовой молитве он сумел убедить султана, и тот согласился восстановить нарушенное перемирие, если каждый житель города заплатит ему один венецианский грош. Тем самым опасность будет ликвидирована и все успокоится. Он посоветовал им обязательно так и сделать, заявив, что ссоры горожан могут стать б?льшим злом для города, чем султан. Собственно, так оно и было. Но когда люди это услышали, они закричали в один голос, что он предал город и должен быть за это умерщвлен. Тогда магистр поспешно покинул церковь и, едва вырвавшись живым из рук горожан, отправился к султану, чтобы сообщить их ответ. Тогда султан, зная, что перессорившиеся горожане едва ли окажут серьезное сопротивление, поставил палатки, собрал шестьдесят машин, сделал подкопы под стены и в течение сорока дней и ночей беспрерывно атаковал город огнем, камнями и стрелами. От стрел воздух казался твердым.

Я слышал, как один очень почтенный рыцарь сказал, что копье, которое он поднял, чтобы метнуть с башни в сарацин, оказалось все утыкано стрелами. В то время войско султана состояло из шестисот тысяч вооруженных воинов и было разделено на три группы. Сто тысяч человек постоянно осаждали город, и, когда они уставали, их сменяла другая сотня тысяч. Двести тысяч человек стояли перед городскими воротами, готовые к бою, а обязанностью третьей группы из двухсот тысяч человек было снабжение воинов всем необходимым. Ворота никогда не закрывались, и не было часа, когда сарацины не вели сражение с тамплиерами или другими братьями. Но численность сарацин увеличивалась очень быстро, и, когда сто тысяч убивали, их место занимали другие двести тысяч. Но, даже сражаясь против такого многочисленного войска, наши люди не потеряли бы город, если бы помогали и поддерживали друг друга. Но когда они сражались вне стен города, отряд одной партии убегал, позволяя убить отряд другой партии, а в стенах города одна партия наотрез отказывалась защищать замок или дворец, принадлежащий другой партии, и специально покидала замки, дворцы и укрепленные пункты другой партии, оставляя их на разрушение противнику. Вместе с тем каждый знал и верил, что его собственный замок исключительно прочен, а судьба остальных его не интересует. Во время этой неразберихи только магистры и братья орденов защищались изо всех сил и вели непрекращающиеся бои с сарацинами, пока почти все не были убиты. Магистр и братья Тевтонского ордена действительно все пали в одно и то же время. Бои продолжались, обе стороны теряли людей тысячами. Наказание за грехи людские – падение города – приближалось. Когда наступил сороковой день осады, а случилось это в году одна тысяча двести девяносто втором, в двадцатый день месяца мая, славный город Акра, цвет, глава и гордость всех городов Востока, был взят. Люди из других городов – Яффы, Тира, Сидона и Аскалона, – услышав эту новость, бросили все свои пожитки и бежали на Кипр. В первый раз сарацины вошли в город через пролом в стене неподалеку от замка иерусалимского короля. И даже когда они смешались с жителями города, одна партия горожан все равно отказывалась помогать другой, но каждый защищал свой дворец, свой замок. В городе сарацинам было труднее, чем за его пределами, потому что он был хорошо укреплен. В рассказах о потере Акры мы читаем, что на стороне сарацин сражалось четыре элемента. Во-первых, воздух стал таким густым, темным и дымным, что, пока один замок или дворец брали штурмом либо сжигали, этого не видели люди в других замках и бездействовали, пока их собственный замок не подвергался нападению. Только тогда они начинали активно защищаться. Во-вторых, против города сражался огонь – он пожирал его. Земля также сражалась против Акры, поскольку впитывала кровь его жителей. Даже вода была против города. Все происходило в месяце мае, когда море неспокойное. Жители Акры бежали к морю, стремясь отплыть на Кипр. В какой-то момент в море могло вообще не быть ветра, но внезапно поднимался такой сильный шторм, что ни один корабль, ни большой, ни малый, не мог подойти к берегу, а когда отчаявшиеся жители бросались в море, чтобы доплыть до кораблей, они тонули. Все же около тысячи человек спаслись на Кипре. Я слышал от одного очень почтенного господина и еще от одного правдивого человека, который там был, что более пяти сотен благородных дам и девиц, дочери королей и князей, пришли на берег, когда город уже был готов пасть. Они принесли с собой все свои драгоценности, украшения из золота и драгоценных камней, стоимость которых была безмерно велика. Они громко кричали, предлагая проплывающим морякам все свои ценности и себя в придачу, если только их отвезут на безопасный остров. Один моряк взял их на корабль, перевез на Кипр со всеми пожитками и не взял за это ничего. Но кто был этот человек, откуда явился и куда уплыл, неведомо до сих пор. Очень многие другие знатные дамы были убиты или утонули. Потребуется много времени, чтобы рассказать, сколько там было горя и страданий. Когда сарацины были в городе, но еще до того, как он пал, шли ожесточенные сражения за каждый замок и обе стороны потеряли столько людей, что оставшиеся в живых ходили по их трупам. Когда весь внутренний город был потерян, уцелевшие укрылись в очень мощной крепости тамплиеров, которую тут же осадили сарацины. Христиане отважно защищали ее два месяца, и перед ней пала почти вся знать армии султана. Когда весь город внутри стен был сожжен, городские башни и замок тамплиеров остались, и сарацины никак не могли уйти из города. Горожане не давали им уйти, так же как раньше не давали войти. И пока крепость держалась, почти все сарацины были истреблены. Когда сарацинские военачальники увидели, что почти все их воины лежат мертвые, а сами они не могут уйти из города, они скрылись в подкопах, которые еще раньше прорыли под главной башней, желая таким путем выбраться наружу. Но тамплиеры и другие воины, остававшиеся в крепости, видя, что они не могут повредить сарацинам, укрывшимся в подкопах, камнями, обрушили главную башню на подземные ходы, в которых находились сарацины. Когда же другие сарацины, находившиеся вне города, увидели это, они заключили мир с тамплиерами и христианами на условии, что те сдадут замок, забрав с собой все свои вещи, и уничтожат его, но потом восстановят город и будут жить в нем, как и раньше. Тамплиеры и христиане поверили сарацинам. Они вышли из замка и спустились с городских башен. Когда же сарацины таким способом получили возможность овладеть замком и башнями, они убили всех христиан без разбора, оставив лишь немногих пленных, которых увели в Вавилон. Акра остается безлюдной и покинутой по сей день. В городе и в других местах было убито больше ста тысяч человек, и двумстам тысячам человек удалось спастись. Из сарацин было убито около трехсот тысяч человек, что хорошо известно. Сарацины сорок дней осаждали город, пятьдесят дней сражались в городе до его падения и два месяца осаждали замок тамплиеров. Когда славный город Акра пал, восточные люди пели в знак этого события скорбные гимны, какие они поют над могилами мертвых, оплакивая красоту, величие и славу Акры по сей день. С того дня христианки, принадлежащие к знатным родам, и простолюдинки, живущие на восточном побережье [Средиземного моря], одеваются в черное, оплакивая утраченное величие славного города Акры.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.