Глава VII Во время путешествий

Глава VII

Во время путешествий

В год своего серебряного юбилея королева преодолела расстояние в 90 тысяч километров. Но любит ли Елизавета путешествовать?

На первый взгляд так и тянет сказать «нет». По характеру королева скорее домоседка. Один из ее биографов написал: «Никакая гора не кажется ей более «величественной», чем гора Лохнагар, никакой климат ей не подходит в большей степени, чем климат Балморала, никакая страна не подходит ей так, как подходит Шотландия, если речь идет о том, чтобы выгулять одиннадцать собачек породы корги…» Но у королевы есть способность приспосабливаться, и эта способность у нее настолько развита, что ей удалось с течением времени находить определенное очарование в некоторых сторонах официальных «перемещений» по миру.

Ее дети, напротив, очень любят путешествовать, но вне рамок официальных визитов. Так как Виндзоры повсюду проживают в очень хороших условиях, то можно сказать, что они немного пресыщены; но они и сейчас высоко ценят возможность переместиться куда-нибудь на Антильские острова посреди зимы. Во время частых визитов они без колебаний прибегают к псевдонимам или даже к маскировке. Принц Уэльский однажды воспользовался псевдонимом «Чарли Честер», когда ему надо было куда-то лететь самолетом; но следует заметить, что на это имя он может претендовать с полным правом, потому что носит титул графа Честера. После женитьбы они с Дианой под именем «мистер и миссис Харди» отправились на остров Эльютера на Багамах; это было во время первой беременности принцессы Уэльской.

Когда герцог и герцогиня Йоркские пожелали нанести визит своему другу миллиардеру Роберту Сангстеру, знаменитому владельцу великолепных рысаков, участвующих в скачках, в его резиденцию на Барбадосе, они выбрали для себя имя «мистер и миссис Кебридж». Когда Эндрю еще только ухаживал за будущей герцогиней Йоркской, она на некоторое время превратилась в мисс Ануэлл. Принц Эдуард, младший сын королевы, приказал называть себя мистером Бишопом (Бишоп — по-английски епископ. — Ю. Р.), когда находился на отдыхе у друзей в Австрии. Принцесса Маргарет иногда превращается просто в мисс Браун, а герцогиня Кентская — в миссис Грин.

Но путешествовать под псевдонимом вовсе не означает путешествовать без багажа. В ноябре 1989 года в конце кратковременного пребывания в США Сара, герцогиня Йоркская, посетившая Хьюстон и Нью-Йорк, как оказалось, «весила» довольно много: ей пришлось заплатить 4013 евро за лишний вес багажа. Она везла с собой 53 чемодана и коробки — результат всего лишь нескольких дней шопинга (беготни по магазинам). «Члены королевской семьи всегда платят за лишний вес багажа, как любой пассажир, — прокомментировал это известие Букингемский дворец, — с точностью до нескольких долларов…» По свидетельству обслуживающего персонала, герцогиня Йоркская в этой сфере одержала, вероятно, победу над актрисой Джоан Коллинз.

Когда королевская семья путешествует, то берет с собой не только полные чемоданы одежды. Она везет с собой пластинки и диски, а также проигрыватель, удочки для рыбной ловли, охотничьи ружья, видеокассеты, альбомы с фотографиями, книги, коробки шоколадных конфет и плитки шоколада, а иногда даже любимые статуэтки. Все это для того, чтобы везде воссоздать атмосферу домашнего очага. Принц Чарльз никогда не расстается с фотографией королевы, вставленной в серебряную рамку, а также с фотографией Александры, любимой кузины.

Путешествия, совершаемые членами королевской семьи, можно разделить на четыре категории: официальные государственные визиты, длительные ознакомительные поездки, путешествия с определенной целью (например, для того, чтобы присутствовать на конференции стран Содружества) и частные визиты. Официальный государственный визит — это визит вежливости, наносимый одним главой государства главе другого государства, такой визит осуществляется всего один раз в данную страну. Конечно, бывает и так, что Елизавета еще и еще раз посещает одну и ту же страну, но уже с частными визитами.

Официальные визиты

Официальные, или государственные, визиты, имея целью всего лишь обмен любезностями между двумя главами государств, никогда не длятся более трех дней. Если королева задерживается в стране дольше, то это уже в частном порядке.

Программа официального визита предусматривает торжественную встречу при стечении большого количества народа, проезд в роскошной, специально предназначенной для таких церемоний машине по улицам столицы, обмен дарами, банкет, устраиваемый принимающей стороной, и прием в посольстве, устраиваемый гостем. Часто в программу такого визита входит посещение спектакля в театре оперы и балета, а также экскурсия с осмотром исторических достопримечательностей.

Королевские ознакомительные поездки длятся дольше, а порой и намного дольше. Чаще всего королева совершает такие поездки в другие страны Содружества, и их цель состоит в том, чтобы как можно больше увидеть в этой стране, узнать ее жителей и познакомиться с их образом жизни. Во время таких поездок она выезжает за пределы столицы, иногда путешествует из города в город, посещает деревню за деревней, и повсюду, в любом населенном пункте ее встречают мэр и другие представители власти. Она принимает в дар букет цветов, произносит краткую речь, иногда устраивает смотр почетного караула или сажает дерево в память о своем визите. Иногда она посещает местную больницу или завод, осматривает предместья какого-либо города. В самых крупных населенных пунктах в ее честь иногда устраивают обеды или дают балы. Почти всегда на пути следования королевы собирается множество детей, чтобы посмотреть на нее. Королева посещает с визитами только те страны, в которые, как полагает британское правительство, нанести визит своевременно и уместно именно в данный момент. Таким образом, ее путешествия являются точной копией того «дипломатического климата», в котором живет Великобритания.

По мнению официального биографа королевы Энтони Джея, Елизавета в качестве главы государства играет двойную роль: первая — внутренняя, смысл которой состоит в том, что она объединяет под своей властью весь аппарат управления, то есть правительство, администрацию, вооруженные силы, Церковь, суд и местное самоуправление. Вторая — как бы для «внешнего употребления», ибо смысл ее состоит в том, что королева должна олицетворять собой свою страну перед лицом всего остального мира, быть символом Англии. «Можно только радоваться тому образу стабильности и крепости, который она создает во славу Великобритании везде, где бывает, и подвергать ее критике за то, что она создает также впечатление, будто ее страна отстала от моды, и не только от моды, но и от времени, то есть создает образ страны, остающейся в плену своего прошлого. Но мы со всей очевидностью должны признать, что это именно так и есть».

Шталмейстер Короны несет ответственность за официальные и частные визиты, но личный секретарь королевы заботится обо всех деталях перемещения королевы по морю и по воздуху. Государственные визиты организует Форин Оффис в сотрудничестве с королевским двором. Два раза в год королевское семейство в полном составе собирается во дворце, чтобы спланировать заранее все визиты: на большой карте, укрепленной на стене кабинета шталмейстера, отмечают страны, которые посетят члены семьи, с указанием даты визитов, а также составляют подробный и точный список, так что с первого же взгляда ясно, где будет находиться в то или иное время каждый член семьи на протяжении ближайших шести месяцев, а также и то, каким видом транспорта он воспользуется.

У каждого члена семьи свой цвет наклеек для багажа: у королевы — желтый, у герцога Эдинбургского — лиловый, у принца Чарльза — красный, у принцессы Анны — зеленый и так далее. Делается это потому, что за рубежом, в особенности в странах третьего мира, часто бывает так, что посыльные и лакеи не умеют читать.

Если королева отправляется в длительную поездку по одной или нескольким странам, она берет с собой такое количество багажа, что один его вид может произвести сильное впечатление. Итак, она берет с собой два огромных кофра синей кожи, каждый высотой в один метр восемьдесят сантиметров и каждый снабжен колесиками, — в них находятся ее вечерние туалеты; удобный комод, в котором аккуратными стопками лежат перчатки, чулки, носовые платки и белье, — тоже на колесиках. Королева специально заказала его для путешествий за границу. Шляпные и обувные коробки, тоже из синей кожи, содержат около трех десятков шляп и около шестидесяти пар обуви. Полдюжины крупных кофров из толстой кожи битком набиты манто, костюмами, платьями и мехами. Роскошное платье для торжественного выхода находится в отдельном кофре. В дорожном несессере из крокодиловой кожи лежат необходимые любой женщине вещицы: щетки, расчески, ручные зеркала, пудреницы, косметика и так далее. Есть у королевы еще один длинный, изготовленный по особому заказу узкий чемодан, заполненный зонтами от дождя и изящными зонтиками от солнца, чьи инкрустированные драгоценными камнями ручки защищены тонкими футлярами из замши. Фрейлина, одевающая королеву, на которую возложена обязанность заботиться об этом огромном гардеробе, должна удостовериться, что каждый костюм, каждое платье и полагающиеся к ним аксессуары без единого пятнышка и без единой складочки будут абсолютно готовы в нужный момент в определенном месте. Этой даме помогают две камеристки, и она знает наизусть, в каком кофре находится тот или иной предмет туалета, и никогда не ошибается.

Королева берет с собой в путешествия свой любимый чайник, любимую подушку, личное туалетное мыло, а также некоторые свои излюбленные продукты, например ячменный сахар, леденцы и шоколадки с мятной помадкой. Хотя королева и не занимается лично организацией своих путешествий во всех деталях, многое ей все же приходится делать самой, в частности заранее познакомиться с местами, которые ей предстоит посетить, и с людьми, которых ей будут представлять. Ей также надо заказать и примерить новые наряды, что для нее — настоящее наказание, если не пытка. Даже для недолгого путешествия ей необходимо пятьдесят-шестьдесят разных одеяний, чтобы она могла одеваться соответственно характеру каждой церемонии и не быть вынужденной несколько раз надевать один и тот же туалет. Ей нужны пальто и меховые манто, деловые костюмы, платья для послеполуденных визитов, платья для коктейля и вечерние платья. Когда в ходе визита предусмотрен банкет, ей требуется платье для торжественного выхода. На создание такого туалета уходят месяцы и месяцы работы. Мотивы ручной вышивки, украшающей это платье, обычно бывают навеяны цветком, являющимся символом страны, куда она прибыла с визитом. Все ее одеяния должны сочетаться не только с климатом и духом страны, но и со временем года, в который состоится визит. К тому же они должны быть скроены и сшиты так, чтобы позволять ей свободно садиться в машину и выходить из нее с достоинством. Кроме всего прочего, они должны быть таковы, чтобы королеву можно было издали отличить от сопровождающих ее лиц.

Безупречная организация

Перемещение Ее Королевского Величества из одного места в другое всегда представляет собой некое зрелище, даже «цирк». Не менее чем за полгода до визита в какую-то страну или даже в один из городов Англии к работе приступает целое «подразделение безопасности». Один из лейб-гвардейцев, отвечающих за организацию путешествий, помощник личного секретаря королевы, один из секретарей пресс-атташе и кто-нибудь из представителей полиции делят на участки весь предполагаемый маршрут и проверяют, каковы качество обслуживания и условия проживания в гостиницах, останавливаясь в них; они также проверяют и средства транспорта, совершив путешествие, аналогичное тому, что предстоит совершить королеве. Подобные предосторожности предпринимаются не только по отношению к королеве, но и для принца Чарльза, а также и для всех принцев крови. Представители королевы должны еще иметь в виду, что королева путешествует не одна, а в сопровождении примерно шестидесяти человек из числа ее приближенных.

Итак, представители королевы проверяют весь предполагаемый маршрут. В каждом предусмотренном месте остановки помощник личного секретаря еще и еще раз сверяется с расписанием поездки, ответственный за безопасность офицер проверяет, все ли меры приняты для обеспечения безопасности царственной особы, а эконом королевского двора пытается загодя найти ответы на все вопросы тех, кто будет принимать королеву. Он говорит им, что она предпочитает не апельсины, а свежевыжатый апельсиновый сок, что она не особенно любит изысканные, экзотические блюда, не любит устриц, не любит икры, что ей нравится, когда изголовье ее кровати упирается в стену, что она любит, чтобы в ее апартаментах было большое зеркало, в котором она могла бы увидеть себя во весь рост, прежде чем отправляться на официальную церемонию, что в ее спальне ей совершенно необходим письменный стол, чтобы она могла заняться корреспонденцией и выполнять свою профессиональную работу королевы между двумя торжественными церемониями. Он также сообщает им о том, что принц Филипп предпочитает принимать душ, а не ванну и что ему требуется очень длинная кровать.

Королева никогда не путешествует без свиты, в состав которой входят как минимум две придворные дамы, личный секретарь, пресс-атташе, две камеристки, одевающие королеву, горничная, три секретарши, два шталмейстера, один помощник личного секретаря, парикмахер, восемь ливрейных лакеев, врач и шесть телохранителей.

Итак, кроме багажа самой королевы транспортировки требует и багаж шестидесяти сопровождающих ее лиц. К этому надо присовокупить еще и те подарки, которые она будет дарить во время путешествия, а ведь это могут быть и памятные награды, и золотые пуговицы или запонки, броши, фотографии с надписями, пудреницы с королевским вензелем. В ее багаже должен быть небольшой сувенирчик для каждого, начиная с горничной, метрдотеля, шоферов и поваров и кончая генерал-губернатором.

Всё в таких путешествиях запланировано, изучено, выяснено, систематизировано. Существуют заранее отпечатанные карточки, на которых в сокращенном виде указано, какой вид одежды должен быть надет в то или иное время суток (такие же обозначения стоят и в дневном графике), причем предусмотрено всё: и вечернее платье, и длинное платье, и мундир, и платье для коктейля, обычное платье для улицы и бальный туалет, корона и награды. Обозначения могут соединяться по два или три в одно, и это будет означать, что обязательно наличие в одежде нескольких особенностей, например, что королева должна надеть длинное платье и водрузить на голову корону.

В каждом городе появлению Елизаветы предшествует появление ее слуг, которые быстро осматривают предназначенные ей апартаменты и переставляют мебель, чтобы это временное жилище как можно больше напоминало ее покои в Букингемском дворце. У этой перестановки есть свое оправдание, весьма прозаическое и практическое. Дело в том, что королева может надеяться на то, что ей удастся соблюсти свое расписание минута в минуту только в том случае, если каждый предмет будет находиться на том месте, где она рассчитывает его найти.

На королевский туалетный столик всегда предусмотрительно кладут: щетки для волос — справа, щетки для одежды — слева, в центре — ручное зеркало, рядом с ним — коробочки с тенями для глаз, пудреницу, румяна, все это аккуратно «выстроено» в ряд, как на параде; точно так же на письменном столе прямо напротив стула ставят бювар, за ним — папку для бумаг, в которой находится ее личная писчая бумага, коробку с карандашами кладут справа, бумагу для заметок и записную книжку — слева, а коробку с личными письмами, с которой королева никогда не расстается, — на самый край стола справа. Комод ставят в туалетной комнате, и камеристка тотчас же по прибытии спешит разложить по ящикам носовые платки, чулки и нижнее белье. Предметы одежды, которые королева должна будет надеть к ближайшей торжественной церемонии, тотчас же извлекаются из кофров и проглаживаются на раскладном столе для глажки.

Содержимое коробочек с различными средствами для нанесения макияжа варьируется в зависимости от страны и времени года. В Индии, например, в районах, расположенных высоко над уровнем моря, королева пользуется тональным кремом, но не обычным, а жидким, увлажняющим кожу. В странах с более влажным климатом она наносит на лицо слой компактной пудры и румяна, что придает ее коже матовый оттенок и позволяет дольше не «освежать» макияж А в Австралии, где солнце палит нещадно, она заменяет свою обычную розоватую пудру другой, медового, золотистого оттенка.

Секретариат (канцелярия) королевы планирует всё! «Представьте себе, — поясняет один из придворных, — что вы — принц Уэльский. Вы делаете вид, что пожимаете множество рук, вы напоминаете себе о том, что надо принимать подносимые вам букеты и размахивать ими, и вы должны знать, сколько на это понадобится времени. И вы буквально повторяете его путь, шаг в шаг, точно отмечая, сколько у вас это занимает времени. На каждой остановке вы должны точно знать, кто вас там ждет, кто будет сидеть, а кто — стоять и где они будут сидеть и стоять, а также вы должны знать, что там скажут и сколько времени все это займет. Описание всех действий, расписанных по минутам, составит десятки страниц, и вам потребуется тщательная подготовка».

Дочь директора одной из фабрик, которую королева посетила, свидетельствует: «Мой отец — промышленник Королева должна была прибыть на его завод и отобедать там. Так вот, за много месяцев до ее визита представители дворца совершили там настоящую высадку десанта, чтобы прояснить все до мельчайших деталей, вплоть до того, кто где будет сидеть, кто что будет говорить и сколько все это продлится. Они не только обсудили меню, но еще и приготовили все блюда и подали обед к столу. А потом, незадолго до визита королевы, у нас была еще одна генеральная репетиция и нам опять приготовили и подали обед. Я вспоминаю, как однажды принцесса Анна посетила цыганский табор и отметила, что там очень чисто. Ну, разумеется, там было чисто! Как всегда и везде во время королевских поездок, там все было убрано, вычищено, вылизано, как на витрине. Члены королевской семьи, похоже, не отдают себе в том отчета, не понимают, что все для них делается специально, что это театральные мизансцены. Все выглядит таким чистеньким, все блестит и сияет, каждый старается показать себя в наилучшем свете. Я думаю, что чаще всего они не видят реального мира, ничего они не видят».

Излишняя предусмотрительность иногда доходит или доводит до смешного. Однажды принц Филипп и королева должны были открывать какой-то питомник деревьев. Заранее было предусмотрено, что они пробудут на церемонии ровно десять минут. Местные власти распорядились ради такого случая положить ленту из свежего дерна длиной в четыреста метров, чтобы уберечь обувь королевской четы от грязи. И что же вы думаете? Этот роскошный ковер был сорван тотчас же после их отъезда! В другом месте излишне скрупулезно действовавший муниципалитет отдал распоряжение уничтожить островок безопасности для пешеходов на середине дороги ради того, чтобы машине Филиппа не пришлось его объезжать. На одном из вокзалов, где ждали приезда королевы, рабочих послали спрятать таблички с надписью «Для мужчин» за очень «деликатными» синими занавесочками, дабы не оскорблять взор государыни.

Хотя королева и осознает, насколько важна ее функция, ее все же иногда очень и очень забавляет, до какой степени тщательно заорганизовано самое ее малозначительное путешествие. Во время официального обеда в Австралии она обратила внимание на то, что по расписанию обед должен был закончиться ровно в 14 часов, а отъезд был назначен на 14 часов 17 минут. Ее, как говорится, «заело» любопытство, и она потребовала объяснений. Королеве ответили, что заранее было подсчитано, что ей потребуется точно семнадцать минут на то, чтобы выйти из-за стола, дойти до двери, на ходу пожимая протянутые руки, и выйти из здания; ее заверили, что путь, который ей предстояло проделать, был измерен с точностью до шага, несколько раз повторен и захронометрирован. Королева не смогла не выказать долю сарказма. «Надеюсь, я не пролью кофе, — сказала она. — Ведь если бы я по чистой случайности опрокинула чашку, то не имела бы в своем распоряжении ни минуты, чтобы попросить вторую».

Женщина-марафонец

За пятьдесят лет правления и за пятьдесят лет путешествий королева, кажется, испробовала в мире всё. Она попробовала на вкус хот-доги в Чикаго, отведала зажаренную на костре свинину на островах Тонга (причем ела руками, как положено по традиции), она пила каву, национальный напиток островов Фиджи, отличающийся особым, каким-то мыльным вкусом. Она присутствовала на празднике стрижки овец в Австралии, слушала боевые песни племен маори в Новой Зеландии, видела пляски зулусов в Африке, наблюдала за знаменитой «гонкой золотоискателей» в Канаде, побывала на матче американского футбола в Соединенных Штатах. Хотя королева много путешествует по свету (в этом нет ничего удивительного, ведь она — глава Содружества), все же, к счастью, она редко сталкивается с неприятными инцидентами; одна только Новая Зеландия ей готовит все больше и больше неприятных сюрпризов. В 1953 году, во время ее поездки по странам Содружества, она пожала руки 13 тысячам человек, произнесла 137 речей и выслушала 276 ответных, почтила своим присутствием 135 приемов, посетила 15 стран, танцевала на 50 балах, открыла 13 мемориальных досок, посадила 6 деревьев и приняла 500 букетов! Женщина-марафонец, да и только!

В Индии, в 1961 году, королеве очень понравилось взбираться на спину слона и сидеть там на специально установленном и укрепленном кресле под балдахином, чтобы принять участие в очень красочном шествии. Ее это так развеселило, что она громко смеялась. Правда, она смеялась уже гораздо меньше, когда узнала, что один из комментаторов Би-би-си совершил ужасную оплошность, объявив на весь мир, что королева и глава Индии, принимавший ее у себя в гостях, сидели как бы «слившись», вместо того, чтобы сказать, что они сидели в углублении, то есть перепутал два глагола, чем породил скандал.

Но, как бы там ни было, королева никогда не утрачивает ни хладнокровия, ни чувства юмора, что позволяет ей превращать воистину кругосветные путешествия, которые могут длиться до двух месяцев, в путешествия очень приятные, даже при том, что местные обычаи и нравы иногда ставят ее в странноватое, а то и в смешное положение. В жарких странах она была вынуждена на виду у всех снимать жемчужное ожерелье или приподнимать его, чтобы под лучами палящего солнца под жемчужинами на коже не остались белые пятна. Постепенно она даже стала находить в этом кое-что приятное. Путешествуя по свету, она научилась получать удовольствие от самих путешествий. Она может там «дать волю» своему таланту наблюдателя: все видеть и все замечать. По словам одного из членов свиты, «ее взор проникает повсюду». У нее действительно есть привычка все замечать, порой приводящая окружающих в замешательство. Когда на одном из официальных банкетов ей представили местного сановника, королева ему сказала: «Я вас сегодня уже дважды видела в толпе!»

Однажды, во время пребывания на острове Тонга, королеве, напротив, очень не пришелся по вкусу банкет, данный в ее честь, так как в меню фигурировал омар, а она никогда не ест ракообразных; к тому же ей всю ночь досаждали как «пение» сверчков, так и песни туземцев, кроме того, под утро ее дрему разогнали мелодии флейт. Мало того, целая толпа почитателей, «братьев и сестер по Содружеству», подкарауливала у ограды сада, дожидаясь момента пробуждения в надежде увидеть ее в окошке, так как ставни были открыты. Итак, они ее все-таки увидели, когда она после бессонной ночи отправилась на поиски недавно установленного душа…

Во время путешествия в Катар при входе в порт Доха она наблюдала с борта «Британии» неприятный инцидент, который мог закончиться трагически. Дело в том, что около пяти сотен рыбацких суденышек приблизились к королевской яхте, чтобы приветствовать королеву. В одной из лодок сидела миссис Кей Харрис, англичанка, и по неизвестной причине эта лодка перевернулась. К счастью, помощь подоспела вовремя, чтобы спасти мисс Харрис, не умевшую плавать. Несколько часов спустя имело место еще одно происшествие: нескромный ветерок приподнял юбку Ее Величества, но честь ее осталась незапятнанной, потому что королевская нижняя юбка продолжала скрывать колени Елизаветы, а эмир, находившийся рядом с ней, проявил такт и как бы не заметил этого нарушения протокола.

В подобных обстоятельствах поразительным образом проявляла себя королева-мать. Как рассказывает Питер Таунсенд, однажды во время путешествия по Южной Африке какой-то негр, явно имевший преступные намерения, бросился со всех ног за королевским автомобилем… «В одной руке он сжимал какой-то предмет, а второй сумел ухватиться за край откидного верха машины… Королева быстро-быстро нанесла ему множество ударов зонтиком… Когда же бесчувственное тело оттащили прочь с дороги, я увидел, как сломанный пополам зонтик исчез в машине. В следующую секунду Ее Величество уже махала рукой и улыбалась толпе еще более очаровательной улыбкой, чем обычно».

Не забудем, что королева обладает замечательным чувством юмора, которое она демонстрирует иногда даже на торжественных обедах и ужинах. Так было, например, в 1983 году на одном из званых вечеров в Сан-Франциско. Елизавета вставила в краткую речь столь удачную шутку относительно погоды, что президент Рейган захохотал как сумасшедший.

В подобных путешествиях всегда наблюдается некий феномен, а именно: на всякого, кто встречается с королевой, нападает страх. Да, люди жутко волнуются и трусят, хотя личный секретарь и берет на себя заботу о том, чтобы всех успокаивать и ободрять. Очарование, ослепление, гипноз, производимые самой монаршей властью, столь велики, что порождают иногда, как известно, полный паралич, ведь некоторые даже не могут ни расслышать то, что им говорит государыня, ни сказать ей в ответ ни слова. Елизавета привыкла к подобным случаям утраты дара речи. Приведем здесь список вопросов, наиболее часто задаваемых королевой в тех случаях, когда ей кого-нибудь представляют во время путешествия, визита или на открытии какого-либо объекта, чтобы ее вопросы не застали вас врасплох, если вам доведется с ней встретиться: «Давно ли вы меня ждете?», «Какова ваша роль?», «Чем вы занимаетесь?», «Ваша должность или звание?», «Кто вы по профессии?», «Откуда вы родом?», «Давно ли вы здесь работаете?», «Когда было возведено это здание?», «Какова его площадь?». Вопросы неизменно производят должный эффект.

Существуют многочисленные свидетельства, что во время официальных визитов один вид принцев королевской крови действует на присутствующих так, будто принцы наделены воистину колдовскими чарами. Во время пребывания в Италии весной 1985 года Чарльз и Диана заставили чуть ли не всех представителей итальянской аристократии пережить не слишком приятные минуты, потому что в британской прессе журналисты буквально упивались описаниями, как итальянские аристократы расталкивали друг друга локтями, чтобы только встретиться с этой четой. Мы плохо себе представляем, сколько треволнений пережили 200 князей, 226 герцогов, 518 маркизов и 1001 итальянский граф при мысли о том, что они не получат заветное приглашение! Многие до сих пор вновь и вновь мусолят воспоминания об ужасной, наивысшей своей неудаче в жизни, заключающейся в том, что они не были представлены принцу Уэльскому и его жене.

Во время путешествий герцог Эдинбургский не может удержаться и не совершить несколько своих известных промахов или оплошностей. Осенью 1986 года во время визита в Китай, когда королева заявила, что «Запретный город» в Пекине произвел на нее неизгладимое впечатление, ее супруг признался, что «Пекин смертельно скучен», а затем заявил перед группой английских студентов: «Если вы останетесь здесь подольше, глаза у вас станут раскосыми!»

Бытует еще одна анекдотическая история, которая очень много говорит об этом персонаже. Случилось это в Нью-Йорке в 1957 году. Побывав в одной научной организации на 55-й улице, Филипп направлялся в отель «Уолдорф», где остановилась королева, и вдруг его машина и машины сопровождавших его лиц попали в гигантскую пробку. «Ну что же, пойдем пешком», — небрежно бросил он. Офицеры службы безопасности сначала ушам своим не поверили. «Пойдемте же, — продолжал настаивать Филипп. — Должно быть, это недалеко». Именно это они и сделали: зашагали от Лексингтон-авеню по 45-й улице, дошли до вокзала, затем вышли на Парк-авеню, попали в подземный гараж, чтобы добраться до небольшой дверцы, выходившей в проулок рядом с отелем. Надо сказать, что портреты принца Филиппа улыбались во всех витринах, его имя было на первой полосе во всех газетах, сотни и сотни людей стояли на улицах часами, чтобы его увидеть. Перед отелем собралась толпа, поджидавшая его машину. Когда же он попытался «проложить себе дорогу», его грубо оттолкнули, а потом ему же и закричали: «Не толкайтесь!» «Да это же я!» — сказал он, обращаясь к стоявшему у отеля полицейскому. Тот с недоумением уставился на него. Толпа все еще не узнавала сказочного принца своих грез. Наконец агенты службы безопасности из его эскорта провели его в отель.

Смех часто бывает заразительным. Один из членов королевского двора рассказывает: «Я стоял неподалеку от королевы Елизаветы во время одной церемонии, как вдруг на меня напал безумный смех, я не сумел скрыть этот приступ неожиданного веселья, и вскоре он овладел и королевой, которая, однако, сумела с большим искусством его замаскировать под ослепительной улыбкой…» Подобные ситуации королева воспринимает с юмором, точно так, как это делал ее отец; например, ее поведение в тот день, когда она по ошибке вручила две награды одному человеку, а следующему награжденному уже ничего не досталось; так вот, ее поведение очень напоминало поведение Георга VI в тот день, когда он по недосмотру возложил властные полномочия в герцогстве Корнуолл и в герцогстве Ланкастер на одного человека. При повторном распределении высоких постов король констатировал, обращаясь к этому счастливцу: «Вы явно очень востребованы!»

Члены королевской семьи опасаются только одного: заболеть за несколько дней до начала путешествия. Вот почему они стараются избегать друг друга, если один из них вдруг начинает страдать от простуды или инфекции. В таких случаях королева общается с супругом по телефону и ни за что не нанесет ему визит. Ибо отмена какого-либо королевского визита из-за плохого состояния здоровья влечет за собой катастрофически огромное число пренеприятнейших последствий.

Отметим, наконец, что если у всех членов королевской семьи имеются паспорта, в том числе и у принца Уэльского, то у королевы сего документа нет и ее багаж с наклейками, на которых золотыми буквами выведено слово «королева», никогда не проходит через таможню.

Необычные транспортные средства

В 1988 году семейство было вынуждено отказаться от «Британии», к чему принуждало состояние семейных финансов. Эта яхта (длина корпуса 125 метров, водоизмещение 5862 тонны, скорость хода 21 узел, команда 21 офицер и 256 матросов) с момента ее спуска на воду в 1953 году была дорога сердцу королевы. Кроме всего прочего, яхта обладала в глазах Елизаветы одним особым достоинством: она чувствовала себя во время торжественных приемов на ее борту гораздо лучше, чем в незнакомых гостиницах и зданиях посольств. Некое очарование этого места и отсутствие строгих правил протокола позволяли королеве вести себя естественно и с присущей ей любезностью принимать гостей. Когда яхту поставили на прикол у набережной Плимута и сняли с нее такелаж, у всех членов королевского семейства, наблюдавших за этой сценой, на глаза навернулись слезы.

К счастью, остается еще «королевский поезд» (хотя в 2001 году количество вагонов в нем было сокращено с 14 до 9). Разумеется, самое непродолжительное путешествие на нем требует затрат в сумме не менее 54 тысяч евро. «Королевский поезд» был полностью отремонтирован в 1977 году, к юбилею королевы, когда она без устали разъезжала по стране из конца в конец; сейчас он стоит на запасном пути в Вулвертоне, неподалеку от Лондона.

Личный вагон королевы таков: у него есть главный вход, двустворчатые двери, внутри — гостиная, спальня и ванная, а также отдельная спальня и ванная королевской камеристки. У герцога примерно такие же апартаменты, но несколько меньшего размера, и вместо ванны установлен душ. Королева и принц Филипп остановили свой выбор на драпировках, ковре и встроенных в стены диванах, заменивших старые в ходе ремонта; вся остальная мебель была доставлена из Букингемского дворца.

Чаще всего «королевским поездом» пользуется принц Уэльский, похоже, он ему очень нравится. В его собственном вагоне стены отделаны красным деревом и панелями из клена. Над двумя голубыми постелями висят картины из королевского собрания живописи. Совершенно очевидно, что сей состав вносит сумятицу в работу всей железнодорожной сети, тем более что примерно на расстоянии в два километра впереди него всегда движется локомотив, чтобы освободить путь и удостовериться, что нет никаких препятствий.

Королева обожает «свой» поезд. Когда она устраивается в своем вагоне после отправления с очередного вокзала, первое, что она делает, это снимает туфли и полулежа устраивается на диванчике, чтобы дать отдых натруженным ногам. Три свистка — это условный сигнал, извещающий о том, что вдоль железнодорожных путей стоят люди. Не давая себе труда вновь надеть туфли, ибо времени на это нет, королева выбегает на небольшую площадку, чтобы приветливо помахать рукой в ответ на приветственные крики. Даже когда королева отдыхает, сидя или лежа на диванчике, она не предается безделью: она либо пишет или читает письма, либо погружается в разгадывание кроссвордов. Филипп предпочитает вытянуться во весь рост, подложив под голову подушку, и подремать. Он способен проснуться точно в нужный момент и без звона будильника.

Есть у королевского семейства еще кое-какие привилегии, например королевские вертолеты. Знаменитые красные вертолеты королевы обладают правом нарушать некоторые правила движения в воздушном пространстве: например, в Лондоне им разрешается пролетать над городом и над Темзой, что строжайше запрещено частным вертолетам. Королевская семья любит этот вид транспорта из-за его удобства; королева-мать, несмотря на свой весьма преклонный возраст, пользовалась им по любому случаю. По причинам безопасности Чарльз и двое его сыновей никогда не летают на вертолетах все одновременно; королева пользуется этим видом транспорта очень редко.

Все были очень взволнованы, когда в 1981 году один из «Андоверов» из эскадрильи королевы едва не столкнулся с «Боингом-747», принадлежавшим компании «Бритиш эруэйз», взлетевшим из аэропорта Гатуик и взявшим курс на Майами. Но что более всего огорчило королеву, так это то, что кое-кто принялся ругать ее супруга за якобы допущенную им ошибку, хотя никакой оплошности он не совершал, потому что не он сидел за штурвалом, к тому же «боинг», оказывается, летел с опережением графика на пять минут.

Самолеты королевы базируются в Бенсоне, в Оксфордшире. Экипажи набирают из добровольцев, служащих в Королевских военно-воздушных силах. Члены королевского семейства никогда не страдают от разницы во времени в различных часовых поясах, потому что в салоне самолета для них устанавливают постели и оборудуют приятные уголки для отдыха. Бывший ливрейный лакей принца Чарльза вспоминает о происшествии, многократно повторявшемся: «Мы находились на высоте бог весть сколько тысяч футов над Африкой, когда секретарь вдруг вспомнил, что подарок, который принц хотел вручить принимающей стороне сразу же на аэродроме, находится в грузовом отсеке самолета. «Боюсь, придется его поискать», — сказал принц. Один из несчастных членов экипажа был вынужден поднять люк в кабине, спуститься по трапу вниз, найти требуемое и принести его в салон. Это было не очень опасно, но все же не слишком приятно, и экипаж потом всю дорогу искоса посматривал на человека, совершившего такую оплошность и перепутавшего багаж».

Расходы на путешествия королевской семьи составили в 2000 году около 9 миллионов евро (а по сравнению с 1999 годом, как оказалось, семейство сэкономило около 4,6 миллиона евро). Но королева желает и далее сокращать расходы или, по крайней мере, следить за ними. Так, сумма в 350 тысяч евро, затраченная в 2001 году на недельное пребывание принцессы Анны на Индийском субконтиненте, показалась ей завышенной. Ей также не понравилось и то, что 84 тысячи евро были затрачены на полет принца Чарльза на вертолетах туда и обратно на Шетлендские острова только для того, чтобы вручить призы победителям местной выставки цветов.

По машинам!

Но представители монаршей власти передвигаются не только на поездах, самолетах и вертолетах. «Совершенно с вами согласна, мэм», — прошептала однажды королева, когда ее машина, разумеется, против воли водителя, окатила грязью женщину, шедшую по аллее по направлению к Сандрингему; само собой, женщина прокричала вслед королеве и шоферу нечто вроде «мерзавцы!».

Множество раз англичане узнавали из ежедневных газет, что члены королевской семьи были задержаны на дороге за превышение скорости. Так, полиция не раз останавливала принцессу Анну в первые годы ее замужества, ее мужа Марка Филлипса и виконта Линли, сына принцессы Маргарет. В прессе появились фотографии, на которых виконт Линли был запечатлен в своей машине, а рядом с ней стоял английский бобби (полисмен. — Ю. Р.), составлявший протокол. Принцесса Диана также получила предписание уплатить штраф за то, что припарковала машину там, где стоянка запрещена, но дело потихоньку замяли, и полиция не стала настаивать на своем. Однажды полицейский увидел, как какая-то машина пытается втиснуться в ряд стоящих машин; он подал знак, чтобы машина дала задний ход, хотя за рулем и находилась принцесса Анна.

На автомобилях, принадлежащих лично королеве, нет номерных знаков, но эта привилегия не распространяется на машины членов ее семьи.

Чтобы преодолеть небольшое расстояние, королева вызывает одну из своих машин. Она с равным удовольствием может прокатиться и на старом «лендровере», и на шикарном «роллс-ройсе». Едет ли она одна или в сопровождении свиты, она очень не любит, чтобы ее сопровождал эскорт мотоциклистов, потому что предпочитает покой и скромность. Если она куда-нибудь едет с официальным визитом, полицейские встают на посты группами на каждом перекрестке и вдоль всего маршрута, и когда ее машина приближается, все движение временно приостанавливается. Подобное же происходит и при переездах других членов королевской семьи. При неофициальных поездках Ее Величество перемещается без всякой помпы, как можно незаметнее. Когда королева отправляется на уик-энд в Виндзор, она едет практически одна: на переднем сиденье сидят шофер и телохранитель, а она сама устраивается на заднем, стремясь захватить с собой как можно большее число собачек.

Особенно ценят в королевском семействе простой, бесхитростный комфорт «лендровера». У королевы есть две или три такие машины разных моделей и годов выпуска, и она пользуется ими теперь для того, чтобы объезжать выстроенные для смотра войска. Это все машины серийного производства, но выкрашены они в цвет королевы: темно-зеленый. Елизавета сама никогда не водит машину в городе, но за городом частенько садится за руль. Она сдала экзамены на водительские права давным-давно, во время войны, когда находилась в военном лагере для подготовки водителей на юге Англии. Кроме «лендроверов» у нее также есть два «форда-гранада», два старых «воксхолла», два «остина», один «Лендровер-3500» и один «Рено-5».

Елизавета, несомненно, сентиментальна и, подчиняясь почти религиозному чувству, свято хранит номерной знак автомобиля, который был подарен ей ее отцом Георгом VI по случаю ее восемнадцатилетия. То же можно сказать и о принце Чарльзе, не желающем ни за что на свете расстаться со своим старым «астон мартином», хотя тому уже двадцать семь лет. Его автопарк состоит из нескольких «бентли», нескольких «рейнджроверов» и нескольких «ягуаров». Все эти машины — настоящие драгоценные игрушки.

Вообще для англичан, в том числе и для королевы, возглавляющей своих верноподданных, машина, большая или маленькая, роскошная или простенькая, не является воплощением каких-то грез или игры воображения, а представляет собой воплощение определенного образа жизни. Они далеки от любящих показной блеск богатых техасцев или от шейхов, разбогатевших на нефтедолларах. Здесь, в Англии, роскошь, утонченность вкуса, умеренность и строгость сосуществуют, не мешая друг другу, даже если кое-какие детали и придают чему-либо свой, совершенно особенный вид, как штрихи и мазки кисти художника придают его манере письма особый стиль.

В 1907 году Эдуард VIII повелел, чтобы Британский автомобильный клуб (клуб автолюбителей) именовался Королевским; но если он по-прежнему находится под высоким патронажем королевы, то все же надо признать, что Елизавета не унаследовала от отца страсти к автомобилям; она не только довольно редко обновляет свою «коллекцию», но и не любит скорость, превышающую 70 километров в час, в отличие от принца Филиппа, любящего быструю езду. Как бы там ни было, ее последнее приобретение — «роллс-ройс» просто великолепен: это превосходный «фантом» каштаново-черного цвета, традиционных цветов для королевских экипажей, предназначенных для официальных визитов; его отличают следующие особенности: длина — 5,80 метра (это самый длинный «роллс-ройс», созданный за последние 40 лет), цельное стекло заднего вида (чтобы толпа могла лучше видеть королеву, отказавшуюся, кстати, использовать для этих целей пуленепробиваемое стекло), специальное внутреннее освещение. Королева предпочла, чтобы вместо бара в машине был установлен магнитофон, для которого она сама подбирает кассеты с записанной на них музыкой. Как вы думаете, что она слушает? Военные марши!

«Роллс-ройсы», на которых королева путешествует по Англии, можно отнести к самым роскошным машинам в мире. Их кузова потребовалось покрыть двадцатью слоями краски, чтобы добиться соответствующего глубокого черного цвета. После каждого выезда их тщательно моют и протирают до ослепительного блеска, как бы непродолжительна ни была поездка (даже в том случае, если машина была только подана к подъезду и так и не выехала за ворота). Целостность покрытия кузова проверяют регулярно, потому что королевским машинам приходится прокладывать себе путь сквозь плотную толпу, так что царапины неизбежны.

Королевские машины (единственные, которым позволено передвигаться по дорогам Великобритании без номерных знаков) снабжены голубыми «мигалками», на каждой машине развевается на ветру королевский штандарт. Капот украшен изображением покровителя Елизаветы — серебряной фигуркой святого Георгия, пронзающего дракона копьем; это, если вам угодно, ее амулет. В Австралии охотники за сувенирами в конце концов овладели всем запасом королевских штандартов, так что пришлось высылать самолетом из Англии новую партию. Но шансов завладеть серебряной фигуркой святого Георгия маловато, потому что королевский шофер, выходя из машины даже на несколько секунд, отвинчивает ее и уносит с собой.

В машине установлено специальное заднее сиденье так, чтобы королеву было хорошо видно людям из толпы. У всех «роллс-ройсов» откидной верх, салоны оборудованы по последнему слову техники — есть специальное освещение, кондиционер, автоматически поднимаются и опускаются боковые стекла, а также стеклянная перегородка, отделяющая водителя от королевы.

Сегодняшнего водителя королевы зовут Дэвид Гриффин, точное название его должности по-английски звучит как «главный шофер». Вообще во дворце в штате состоят десять шоферов, но они в отличие от многих служащих, похоже, недовольны своим положением в дворцовой иерархии, потому что приписаны к королевским конюшням и как бы «идут» после лошадей. Мало того, королева и шталмейстер Короны обожают «пенсионеров» конюшен, то есть старых лошадей, но не слишком интересуются тем, что происходит в гаражах. Прекрасный «роллс-ройс» в их глазах выглядит вещью гораздо менее ценной, чем любой из экипажей, запряженный лошадьми.

Генри Перви, долгое время исполнявший обязанности личного водителя королевы, при выходе в отставку получил от Ее Величества в подарок собачку породы корги, получить-то он ее получил, но, однако же, его, шофера, никто никогда не воспринимал как доверенное лицо или «наперсника» королевы. Один из лакеев свидетельствует: «Часто в Виндзорском замке Перви устраивался в гостиной для слуг с чашкой чая и заводил свое: «Королева мне сказала, что…», «Как мне говорила Ее Величество…» Но мы-то знали, что королева вообще говорит очень мало и что Перви всего лишь повторяет некоторые обычные формулы вежливости. Его мифо-мания нас забавляла».