Глобальная экономика

Глобальная экономика

Экономический рост, тем не менее, не означал, что Британия могла не опасаться соперничества со стороны континентальных стран. До 1840-х гг. серьезные опасения в качестве потенциального индустриального соперника вызывала Франция, а беспокойство, которое испытывали британцы по отношению к Германии, стало основной причиной отмены Законов о торговле зерном, которые поддерживали высокие цены на зерно к выгоде британского сельского хозяйства. В парламентских дебатах по законам о торговле зерном, проходивших в феврале-марте 1839 г. вследствие депрессии, наступившей в сельскохозяйственной сфере, почти каждый из выступавших затрагивал тему угрозы со стороны зарубежных производителей, особенно возросшей в связи с созданием германского таможенного союза (Zollverein) в 1834 г. Уверенность в своем экономическом могуществе достигла высшего пика в 1850-х и 1860-х гг., оказавшихся необычайно благополучными, но и тогда эта уверенность не была абсолютной.

Впрочем, важное значение имело не только экономическое развитие Британии, но и наладившиеся международные связи. В результате завершения периода протекционизма по отношению к сельскому хозяйству, последовавшего за отменой Закона о торговле зерном (1846 г.), и технологических изменений, включая появление пароходов, колючей проволоки, разветвленной сети железных дорог и, в 1880-х гг., охлажденных трюмов, которые привели к подъему сельскохозяйственного производства для европейского рынка в других странах умеренного пояса и к возможности быстрой перевозки продуктов без их порчи, Британия стала начиная с 1870-х и 1880-х гг. частью глобальной аграрной системы. Она больше расчитывала на ресурсы империи, чем на поставки из Европы; зерно в значительных объемах покупалось в Германии, Польше и России только в особых случаях. С континента завозились некоторые важные сельскохозяйственные продукты, особенно фрукты и овощи, например, германская сахарная свекла.

К концу XIX в. основу британских завтраков составлял датский бекон и яйца. Тем не менее Британия не могла обойтись без североамериканского зерна, аргентинской говядины и австралазийской шерсти и баранины, которые, по иронии судьбы, стали доступными благодаря именно британской технологии, в частности, железным дорогам, и производились при участии британских капиталов.

В сочетании эти направления импорта положили конец золотому веку «интенсивного земледелия» и породили тяжелую и продолжительную сельскохозяйственную депрессию, которая начиная с 1870-х гг. жестоко ударила по сельским рабочим и ремесленникам и вызвала быстрый отток сельского населения, не прекращавшийся до конца XIX в. В тот же период прекратилось строительство особняков землевладельцами. Распространение новых технологий, например, косилок, также нанесло удар по сельской рабочей силе. Между 1870-ми и 1914 гг. общая площадь сельскохозяйственных работ в Британии сократилась на полмиллиона акров. Дешевая пища, которой питались рабочие в развивающихся промышленных регионах северной Англии, способствовала поддержанию депрессии на аграрном юге. Сложилось региональное неравенство, полностью сменившее на противоположное в следующем столетии. Сандерленд, ныне испытывающий множество проблем, в 1850 г. был крупнейшим кораблестроительным городом в мире, с высокими зарплатами и высоким уровнем собственного домовладения. Благодаря дешевой пище фабричные рабочие могли тратить на еду более низкий процент с зарплаты, чем раньше, таким образом становясь важными потребителями промышленных товаров, которые сами и производили.