Разгадка в Эйердопкоппис

Разгадка в Эйердопкоппис

На протяжении 335 миль от Йоханнесбурга до Курумана дорога была хорошая. От Курумана колея вела к национальному парку Калахари-Гемсбок, придерживаясь русла реки Куруман на протяжении 235 миль. В нескольких милях к югу от парка – редко посещаемой туристами местности, кишащей дичью, – группа Клемента выбралась на прямую дорогу, которая проходит через Ритфонтейн, соединяя Апингтон на Оранжевой реке с Юго-Западной Африкой. Затем они проехали через Коппискрааль, большой пан диаметром в десять километров, который пересекают две параллельные черные расщелины, сложенные из долерита. Вскоре после этого экспедиция обогнула южный край Хакскенпана. На севере над горизонтом возвышалась гряда скалистых холмов. Это были Эйердопкоппис, что означало: экспедиция достигла окрестностей Ритфонтейна.

«Местность в нас вселяла надежды: она была расположена как раз там, где мы предполагали, и очень напоминала описания Фарини», – писал Клемент.

Дело в том, что причудливые скалы Эйердопкоппис удивительно напоминали руины огромного рукотворного строения. И Клемент уже заранее знал, что ему надо искать. Он считал, что «это и есть возможное решение загадки затерянного города, которая мучила Южную Африку и остальной мир многие годы. Фарини действительно мог отправиться в экспедицию вверх по Нособу вместе с бастерами, но зашел не так далеко, как указал в своей книге. Скорее всего, его затерянный город лежит в нескольких милях от Мира (Ритфонтейна), и он прошел мимо него, когда был в окрестностях поселка. Это было странное и необъяснимое, с его точки зрения, геологическое образование, к описанию которого он затем добавил свое живое воображение».

То, что в Эйердопкоппис увидел Клемент, полностью подтвердило его предположения.

«Форму большого овального амфитеатра, примерно в треть мили в ширину и в милю в длину, едва ли можно было с чем-то спутать. В некоторых местах было поразительное сходство с двойной стеной, построенной из больших, блестящих черных камней. Не нужно обладать особенно большим воображением, чтобы принять отдельные камни за прямоугольные строительные блоки. Там было также несколько вертикальных скал с плоскими верхушками, напоминающими столы, а одна из них полностью соответствовала иллюстрации в книге Фарини. На одной-двух скалах были желобки, напоминающие рифленую поверхность колонн, а на некоторых можно было увидеть какое-то подобие раствора, а пара были похожи на бассейн», – писал Клемент.

В Ритфонтейне, выжженном солнцем поселке, где тень дают лишь несколько групп пальм и живут всего две европейские семьи – торговца и представителя южноафриканской полиции, – Клемент встретился со старым Виллемом Филандером, чей клан по-прежнему главенствует в этих местах. Дед Виллема позировал сыну Фарини – его фотографии можно найти в книге американца. А Давид Раутенбах, старейший житель Ритфонтейна, чей отец прибыл сюда одновременно с Дирком Филандером, основателем поселения, увидев в книге иллюстрацию, изображающую затерянный город, сказал: «Да, я знаю это место». На карте он указал точку в пятнадцати милях к востоку от Ритфонтейна и к югу от Хакскенпана. Это были Эйердопкоппис, которые Клемент только что посетил.

На следующий день Джон и его группа вновь направились к Эйердопкоппис, уже в сопровождении Барендса Филандера, правнучатого племянника старого Дирка, который служил в полиции и, видимо, решил проверить: это честные археологи или нелегальные искатели алмазов.

Фарини, которому явно был известен мегалитический комплекс в Стоунхендже, скалы в Эйердопкоппис могли напомнить творения человеческих рук. Особенности застывания вулканических пород создали горизонтальные трещины, придававшие скалам вид кладок. Другие щели образовались в результате естественной эрозии. Похожие – и хорошо известные – образования есть и в Намибии, которые уже давно известны там тоже как «Великая Китайская стена».

В своих размышлениях Клемент исходил и из климатических особенностей региона. Он придерживался мнения тех географов, которые считали, что за последние несколько тысяч лет климат в Калахари заметно не менялся. Для большого города нужны источники воды – реки или озера. А на юго-западе Калахари – Нособ и Ауоб типичные тому примеры – водоемы наполняются водой несколько раз за сто лет.

В свете всех этих многочисленных фактов, свидетельствующих не в пользу Фарини, невозможно не прийти к выводу о том, что описанное им – полет фантазии и что основанием для его рассказа о затерянном городе послужили необычные геологические образования, имеющие сходство с руинами. И скорее всего, это место находится в районе Ритфонтейна, где Фарини несомненно побывал.

«У этого клубка загадок, связанных с затерянным городом, – пишет Клемент, – теперь появился один кончик, за который нам предстояло его разматывать: геологическое объяснение руинам».

Профессор Т.В. Геверс из Витватерсрандского университета дал свое заключение по поводу возникновения феномена затерянного города. Если говорить кратко, то стены руин Фарини – это результат эрозии вулканического долерита.

В 1964 году, сразу вслед на Клементом, к Эйердопкоппис отправился уже известный нам Хальдеман. В следующем году он побывал там вновь и, похоже, согласился с выводами Джона. «Как все легенды, легенда о затерянном городе умрет еще нескоро, и, несомненно, найдутся те, кто не будет давать этой теме уйти в небытие, несмотря на все имеющиеся свидетельства. Но, может, это и хорошо, ибо всегда немного грустно, когда рушится легенда…» – писал Клемент.