Тадаси Накадзима Глава 2 АВАРИЯ У МАНИЛЫ (октябрь 1944 г.)

Тадаси Накадзима

Глава 2 АВАРИЯ У МАНИЛЫ

(октябрь 1944 г.)

День 19 октября 1944 года я никогда не забуду. Как инструктор по летной подготовке 201-й авиагруппы утром я был всецело погружен вместе со своим командиром капитаном Сакаэ Ямамото в обычные приготовления к боевым действиям днем. В соответствии с приказами по операции «Сё», которую к этому времени начали проводить, 201-я авиагруппа получила задание атаковать силы противника у входа в залив Лейте.

Уже занялся день, когда капитану вручили депешу. Он прочитал ее и повернулся ко мне:

– Накадзима, депеша от адмирала Ониси. Он хочет, чтобы мы прибыли в его штаб в Маниле в 13.00!

Едва мы познакомились с содержанием послания, как прозвучала воздушная тревога. Ранним утром совершали налет на Мабалакат американские самолеты. Вызванные ими разрушения и сумятица задержали наше отбытие. Только после того как были отправлены в 14.00 наши самолеты на боевое задание, мы наконец поехали в Манилу на автомобиле. Я редко совершал продолжительные автомобильные поездки. Летал над этим районом много раз, но никогда не ездил по тому же маршруту на автомашине. Незаселенные пространства, через которые проходит дорога от Мабалаката в Манилу, могли использоваться партизанами для засад, и мы почувствовали облегчение, когда в 16.30 прибыли в Манилу. Однако мы испытали замешательство и тревогу, когда обнаружили, что адмирал Ониси отправился на машине в Мабалакат. Выходило, что наши автомобили разминулись в пути, о чем мы не подозревали.

Должно быть, у адмирала были веские основания для вызова нас в Манилу, и, кроме того, нам нужно было согласно приказу по операции «Сё» атаковать корабли противника на следующее утро. Поэтому мы решили вернуться в Мабалакат. Если бы мы поехали на автомобиле, то ночь застигла бы нас в дороге, и мы могли подвергнуться нападению партизан. Вот почему я связался по телефону с ближайшим аэродромом Николс и попросил приготовить для нас истребитель. С согласия капитана я решил, что мы доберемся до Мабалаката самолетом.

Мы поспешили на аэродром Николс и увидели истребитель Зеро, который отбуксировали на бетонную дорожку. Авиамеханики возились с двигателем, рокот которого выдавал неполадки. Я приказал заменить свечу зажигания. Когда это сделали, капитан Ямамото взобрался на сиденье позади пилота. Я занял место в кабине и запустил двигатель. Мне не очень понравилось, как он работал, но ночь быстро приближалась, и, в конце концов, полет до Мабалаката занимал всего лишь двадцать минут. Я решил, что нам удастся совершить полет, и поднял самолет в воздух, не придавая значения неполадкам двигателя. Это был глупый поступок, и вскоре я понес за него наказание.

Как только мы поднялись в воздух, я попытался убрать шасси, однако обнаружил, что рычаг управления заклинило. Капитан Ямамото старался мне помочь со своего места, но тщетно. Нам пришлось лететь с выпущенным шасси. Это значительно убавляло скорость, но ничего нельзя было сделать. Я сделал круг над аэродромом Николс и направился на север. Когда мы пересекали Манильский залив, высотомер показывал 400 метров. Затем я почуял запах бензина!

Наличие паров бензина в самолете крайне опасно. Это признак утечки бензина, способной в любой момент вызвать пожар. Как раз в то время, когда я подумал о возможности такого несчастья и о том, что предпринять, внезапно заглох двигатель. Времени не было даже удивиться. Я включил ручной топливный насос и взглянул на манометр. Я перебрал все переключатели, перепробовал все, но двигатель продолжал бездействовать.

Мы не могли ни вернуть самолет на аэродром Николс, ни сесть на каком-нибудь другом аэродроме. Я перебрал в мозгу все варианты посадки. Можно было либо сесть на поверхность моря, либо на посевы риса. С убранным шасси безопаснее было бы сесть на поверхности Манильского залива, но оно оставалось выпущенным. Если бы мы плюхнулись в воду, я, пожалуй, мог бы выбраться из кабины, однако капитан Ямамото, зажатый в задней части фюзеляжа, не успел бы покинуть самолет.

Как только заглох мотор, я сделал вираж резко вправо и стал пикировать на землю. В поле зрения попала дорога, тянувшаяся внизу вдоль правого берега Манильского залива. Если бы я попытался сесть на дорогу, а самолет развернулся влево, мы могли упасть в море и у капитана Ямамото не было бы шанса выжить. Я решил садиться на посевы риса.

Чтобы не дать самолету застрять в грязи, я внимательно следил за скоростью. В то же время я попытался ослабить крепления моего сиденья, чтобы капитан смог легко покинуть самолет в случае пожара при посадке. Мне удалось вытащить правое крепление, но снятию левого препятствовал мой вес. Видимо, это обстоятельство послужило на пользу, потому что при ослабленном креплении сиденье расшаталось бы и помешало мне управлять самолетом.

Мы быстро теряли высоту, едва не задевая крыши построек, разбросанных в окрестностях Манилы. Совсем близко я увидел рисовое поле, затем последовал чудовищный грохот, с которым самолет плюхнулся на него, подняв фонтаны грязной воды. Чудесным образом мы не перевернулись и избежали пожара в самолете. В момент столкновения с землей стойки шасси сломались, и самолет проскользил метров 20, пока не остановился. Это была счастливая посадка.

Я быстро выдернул оставшееся крепление, удалил сиденье и помог капитану Ямамото выбраться из самолета. Во время крушения капитан повредил левую лодыжку, я же отделался всего лишь несколькими царапинами на лице. Мы с трудом выбрались на ближайшую дорогу и остановили проезжавший армейский грузовик, который довез нас, похожих на двух замызганных крыс из канализации, до штаба.

Именно здесь мы впервые узнали о том, что причиной вызова нас адмиралом Ониси было предложение сформировать специальное ударное подразделение. Когда капитан Ямамото услышал об этом от начальника штаба Ониси, капитана Тосихико Одавары, он немедленно позвонил адмиралу Ониси по телефону в Мабалакат, чтобы сообщить с сожалением о нашей вынужденной посадке. Он добавил, что полностью согласен с планом адмирала и, поскольку связан необходимостью оставаться в Маниле, передает решение всех вопросов в Мабалакате на усмотрение своего начальника штаба, капитана Тамаи.

На следующий день, 20 октября, рано утром я вернулся на автомобиле в Мабалакат и узнал там, что уже отобраны 24 пилота для спецподразделения, получившего название «Симпу». Его команда была готова совершить боевой вылет по первому указанию. Капитан Тамаи рассказал мне об обстоятельствах выбора лейтенанта Сэки командиром подразделения, а также пилотов, предыдущей ночью изъявивших желание войти добровольно в состав подразделения. Меня обрадовало, что формирование спецподразделения прошло так гладко.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.