Глава 5. "Хорошо, не беспокойтесь об этом"

Глава 5.

"Хорошо, не беспокойтесь об этом"

Ничем не примечательное утро вставало над армейской радиолокационной станцией, расположенной на горе Опана в северной части острова Оаху. Обычно за время своего трехчасового дежурства с 4 до 7 утра рядовые Джозеф Локарт и Джордж Эллиот устанавливали контакт примерно с 25 самолетами, но в это воскресное утро практически ничего обнаружить не удалось.

Станция на горе Опана была одной из пяти мобильных радиолокационных станций, установленных в стратегических пунктах по периметру острова Оаху. Все станции были связаны с Информационным центром на форту Шафтер, где обрабатывалась полученная информация и принималось решение. Созданная таким образом система радиолокаторов могла засекать любой самолет в радиусе 150 миль. Разумеется, могла засекать тогда, когда она работала. Станции были развернуты недавно, накануне Дня Благодарения, не были еще достаточно отлажены и часто ломались. Локарт, Эллиот и другие солдаты обслуживания РЛС тратили большую часть времени на изучение материальной части и ее ремонт.

Лето и осень станции работали с 7 утра до 4 часов дня. Но после 27 ноября, когда пришло предупреждение из Вашингтона, расписание дежурства изменилось. Станции стали работать с 4 до 7 часов утра, так как именно в эти часы генерал Шорт считал наиболее опасными. Затем операторы выключали станции, проводя день в обычных плановых занятиях и устраняя обнаруженные за время дежурства дефекты. В воскресенье, как и положено, дежурство должно было закончиться в 7 часов утра. На горе Опана всегда все было спокойно. Установленная там РЛС являлась наиболее удаленной от форта из всех пяти, и шесть обслуживающих ее солдат, главным образом предоставленные самим себе, были весьма довольны этим обстоятельством. У них был свой небольшой лагерь в Ковайоле - в 9 милях внизу, на побережье. На станцию и обратно их доставлял грузовичок-пикап. Обычно они дежурили по трое, но в это воскресенье решили, что двух человек будет совершенно достаточно. Локарт выполнял обязанности оператора, а Эллиот работал за двоих, будучи одновременно и планшетистом, и мотористом. Штатный моторист остался в лагере.

Солдаты заступили на дежурство в полдень 6 декабря, так как кроме работы на РЛС, им вменяли в обязанность и ее охрану, для чего у них имелся кольт 45 калибра и 8 патронов к нему. Ночью, в 3.45, Локарт и Эллиот подготовили станцию к работе и, как того требовала инструкция, начали работу ровно в 4 ночи. В течение последующих трех часов практически ничего не произошло. Правда, около 6.45 был какой-то неуверенный блик, весьма неточно показывающий пару самолетов, идущих к острову с северо-востока на удалении 130 миль, но ничего более. Поэтому солдаты совсем не удивились, когда в 6.54 им позвонили из Информационного центра и сообщили, что можно заканчивать дежурство и выключать станцию.

В Информационном центре изнывал от безделья лейтенант Кермит Тейлор единственный находящийся там офицер. Обычно в центре бывали загружены работой, когда все пять станций сообщали о контактах с воздушными целями и планшетисты передвигали свои стрелки по огромному деревянному столу-планшету. Правда, все это было игрой, на которой учились опознавать свои самолеты, составляли план перехвата "противника", отдавая условные приказы истребителям. Иногда даже приходилось управлять учебными воздушными боями.

По в это воскресенье решительно нечем было заняться. Не считая нескольких солдат-планшетистов, на дежурстве находился только лейтенант Тейлор - офицер связи с истребительной авиацией.

За первые два часа его дежурства не случилось ровным счетом ничего. Около 6.10 одна из станций сообщила о контакте, и планшетисты начали передвигать свои стрелы по столу. В 6.45 пришло сообщение о цели, приближающейся к острову с севера на расстоянии 140 миль. Контакт был не очень надежным, но достаточным, чтобы Тейлор, выйдя из состояния полного безделья, приказал внести это сообщение в суточный рапорт. Прокладка этого ненадежного контакта напоминала царапанье куриной лапой в направлении острова Оаху. Но тут наступило 7 часов утра, и все отправились на завтрак. Тейлор остался один в помещении. По каким-то причинам, известным только армии, он должен был дежурить до 8 утра - на час позже остальных. Офицер сидел один - некем было командовать, некому подчиняться, не с кем было даже поговорить.

На горе Опана рядовые Локарт и Эллиот, выключив станцию в 7 утра, ожидали свой пикап, чтобы отправиться на завтрак. Обычно машина заезжала за ними около семи, но на этот раз что-то запаздывала. Поэтому Локарт и Эллиот решили еще немного поработать на станции, поскольку призванный всего две недели назад Эллиот еще недостаточно освоил управление радаром. Локарт решил еще попрактиковать своего товарища.

В 7.02 Эллиот сел за станцию, включил ее и стал крутить ручки настройки. Локарт, стоя за его спиной, объяснял, что означают разные блики и импульсы. И тут внезапно появился блик гораздо больше любого, чем Локарт когда-либо видел. Такой импульс мог исходить только от очень большого количества самолетов. Но импульс был настолько большим, что Локарт вначале подумал о необходимости нового ремонта станции. Отстранив в сторону Эллиота, Локарт сам сел за настройку локатора. Он очень быстро убедился, что станция исправна. Просто она засекла огромное количество самолетов. Эллиот сел за прокладку и через несколько секунд они уже имели координаты цели: 137 миль к северу, три градуса к востоку.

В 7.06 Эллиот попытался по линии прямой связи дозвониться до кого-нибудь в Информационном центре. Никто не отвечал. Попытка дозвониться в штаб своей части тоже ничего не дала. Наконец он вспомнил о телефонисте на коммутаторе Информационного центра - рядовом Джо Макдональдс. Коммутатор находился в небольшом помещении, смежным с тем, что занимали планшетисты, и Макдональд дежурил даже, когда центр был закрыт. Соединившись с ним, Эллиот на одном дыхании выпалил новость:

- С севера идет целая армада самолетов. Три градуса к востоку!

Макдональд ответил, что в Центре уже никого нет. Он записал сообщение и обернулся, чтобы посмотреть на настенные часы, висевшие в планшетной, и отметить время. Через открытую дверь он неожиданно для себя увидел лейтенанта Тейлора, одиноко сидевшего за планшетным столом.

Макдональд показал ему сообщение Эллиота, заметив молодому офицеру, что никогда еще не получал сообщений, похожих на это.

- Не кажется ли вам, сэр, что мы должны что-нибудь предпринять?

Макдональд предложил вызвать планшетистов с завтрака: они не имели большой практики и им будет полезно выполнить прокладку такого большого количества целей. Тейлор, однако, считал, что в этом нет необходимости. Макдональд вернулся на коммутатор и позвонил на гору Опана. На этот раз он разговаривал с Локартом, который взволнованно сообщил, что импульсы стали больше - расстояние быстро уменьшается: в 7.08 - 113 миль, в 7.15 - 92 мили. По меньшей мере 50 самолетов идут прямо на Оаху со скоростью 180 миль в час.

Выслушав Локарта, Макдональд передал ему слова лейтенанта, что все в порядке. Тогда Локарт попросил к телефону самого Тейлора, снова повторив, что еще никогда не видел такого количества самолетов на экране радара. Макдональд обернулся к Тейлору:

- По-моему, будет лучше, если вы сами поговорите с ними, сэр.

Тейлор взял трубку, терпеливо выслушал Локарта и на минуту задумался. Он знал, что авианосцы находятся в море - это могли быть самолеты с них. Кроме того, он вспомнил, что всю ночь (когда он ехал в Центр) работал радиомаяк, а это случается, когда с Западного побережья на острова перегоняют тяжелые бомбардировщики Б-17. Значит, это могли быть и "Летающие крепости". Но в любом случае это, конечно, были свои самолеты. Оборвав все дальнейшие дискуссии, Тейлор сказал Локарту:

- Хорошо, не беспокойтесь об этом. Локарт решил не спорить. Если офицер так считает, им действительно нечего беспокоиться и остается одно выключить станцию. Но Эллиот захотел еще немного попрактиковаться и они продолжали следить за приближением неизвестных самолетов. 7.25 - 62 мили, 7.30 - 47 миль, 7.39 - 22 мили. В этот момент контакт был потерян, т. к. самолеты вошли в зону непроходимости радиоволн, образованную горами на северной оконечности острова.

Тем временем прибыл пикап, чтобы отвезти солдат на завтрак. Они выключили аппаратуру, заперли станцию, захватили с собой журнал и кальку прокладки курса, залезли в машину и поехали вниз по дороге в лагерь. Было 7 часов 45 минут утра.

А в Информационном центре на форту Шафтер все еще беспокоился рядовой Макдональд. Он спросил лейтенанта Тейлора, что тот действительно думает об этих сигналах на радиолокаторе, и был рад услышать ответ офицера:

- Да ничего не думаю. Все в порядке.

Вскоре - после 7.30 - Макдональд сдал дежурство по коммутатору и, уходя из помещения, сунул в карман первое сообщение с горы Опана. Он никогда не видел ничего подобного и хотел рассказать об этом своим товарищам.

Лейтенант Тейлор снова остался в одиночестве, с нетерпением ожидая, когда пройдут последние томительные минуты его дежурства. Он не испытывал ни малейших сомнений относительно правильности принятого им решения. Он даже в некотором отношении был совершенно прав - работающий всю ночь радиомаяк действительно вел на Гавайские острова 12 "летающих крепостей", вылетевших с материка и подходящих к островам с северо-востока.

Но самолеты, которые засекла радиолокационная станция горы Опана, находились чуть восточнее. Их было гораздо больше и они стремительно приближались.

Капитан 2-го ранга Футида знал, что они уже недалеко от цели авиагруппа находилась в воздухе более полутора часов. Сплошной ковер белых облаков закрыл океан и не позволял более точно откорректировать курс. Футида включил радиоприемник и настроился на радиомаяк Гонолулу, убедившись, что сбился с курса на 5 градусов. Легким движением рулей он лег на нужный курс и вся армада последовала за своим ведущим.

Из кабины своего бомбардировщика Футида оглядел следущие за ним самолеты. Непосредственно за его ведущей машиной шли 48 горизонтальных бомбардировщиков. Слева, чуть выше, капитан 3-го ранга Такахаси вел за собой 51 пикирующий бомбардировщик. Справа, немного ниже, шли 40 торпедоносцев капитана 3-го ранга Мурата. И высоко над ними серебрились 43 истребителя капитана 3-го ранга Итайя - силы прикрытия авиагруппы. Бомбардировщики шли на высоте 3000 метров, истребители - 5000 метров. Стекла кабин сверкали в лучах солнца, стремительно восходящего со стороны левого борта. Но внизу все еще клубилась сплошная пелена облаков. Футида начал беспокоиться - что, если Перл-Харбор также закрыт облаками?

Это крайне затруднило бы нанесение удара. Футида ждал донесения с разведывательных самолетов, которые уже должны были знать обстановку. Но.те молчали.

В этот момент под звуки музыки, лившейся из радиоприемника, как по заказу прозвучала сводка погоды: "...переменная облачность, главным образом, над горами... высота 3500 футов... видимость хорошая". Теперь Футида знал, что над целью облачность рассеется. Он также решил, что лучше всего подойти к Перл-Харбору с запада и юго-запада, поскольку облака, скопившиеся над горами, делали подход с восточной стороны небезопасным. И как бы символизируя предстоящий успех, облака внизу стали редеть, и прямо по курсу Футида увидел белую линию прибоя - остров Оаху.

Пилот одного из бомбардировщиков лейтенант Тосио Хасимото был очарован. Прелестный зеленый остров, голубые лагуны бухт, пестрые крыши домов проплывали под крылом его самолета видениями из какого-то другого мира. Сцена, открывшаяся под ним, была настолько прекрасна, что лейтенант решил сохранить ее на память. Вытащив фотоаппарат, он сделал несколько кадров.

Пилот истребителя Есио Сига, глядя на открывшийся под его самолетом зеленый, залитый солнцем, ландшафт, был охвачен странным смешанным чувством волнения и грусти. Семь лет назад, в 1934 году, он побывал в Гонолулу во время дружеского визита отряда учебных кораблей морского училища. Визита, полного впечатлений и приятных воспоминаний. Отогнав воспоминания, летчик сосредоточил все внимание на управлении самолетом.

Приближалось время нанесения удара, и капитан 2-го ранга Футида мучился перед принятием трудного решения. План предусматривал два варианта атаки - в условиях внезапности и в условиях ее потери. В случае, если внезапности удалось бы достичь, первыми должны были идти в атаку торпедоносцы, затем - горизонтальные бомбардировщики и довершить дело предстояло пикирующим бомбардировщикам, в то время как истребители оставались бы на высоте, осуществляя прикрытие. (Смысл этого плана заключался в том, чтобы прицельно сбросить как можно больше торпед, пока дым от разрывов бомб не закроет цели.) Если же элемент внезапности по каким-то причинам будет утрачен, то пикирующие бомбардировщики и истребители должны были первыми нанести удар по аэродромам и системе ПВО противника, чтобы расчистить дорогу торпедоносцам. Дабы дать понять идущим за ним самолетам, какой из вариантов плана вводится в действие, Футида должен был просигналить ракетами: один раз - в случае достижения внезапности и два раза - в случае ее потери.

Проблема заключалась в том, что Футида не знал, заметили или нет американцы приближение его самолетов. Об этом должны были доложить разведывательные самолеты, выпущенные крейсерами. Но от них не было ничего.

Было уже 7 часов 40 минут. Они шли над западной кромкой острова, стремительно приближаясь к цели. Футида решил рискнуть и провести атаку по варианту достижения внезапности. Он достал ракетницу и выпустил одного "черного дракона". Пикирующие бомбардировщики сразу же стали набирать высоту, выходя на 4000 метров, горизонтальные снизились до 1200 метров, а торпедоносцы ринулись к самой поверхности воды, готовые к великой чести открыть атаку.

Пока самолеты перестраивались из походного ордера в боевой, Футида заметил, что истребители, казалось бы, никак не отреагировали на его сигнал. Он решил, что они его просто не заметили. Тогда ведущий ударной волны выпустил второго "черного Дракона". На этот раз истребители заметили сигнал, но его заметили также и пикирующие бомбардировщики. Они решили, что вторая черная ракета означает потерю внезапности. Значит, честь начать атаку предоставлена им. Ломая тщательно разработанный план, торпедоносцы и пикирующие бомбардировщики одновременно устремились в атаку.

Они уже ясно видели цели со стороны левого борта. На лейтенанта Сига произвел впечатление необычный серый цвет боевых кораблей. Капитан 3-го ранга Итайя был удивлен способом швартовки линкоров друг к другу лагом. Капитан 2-го ранга Футиду более интересовало, все ли они на месте: два, четыре, восемь. Нет сомнения, все линкоры находились в гавани!