Как в Горицкой волости происходят новости…

Горицкая волость Корчевского уезда была вторым по величине центром зеленого движения в Тверской губернии. Но если о крупнейшем в регионе восстании в Ясеновичской и соседних волостях Вышневолоцкого уезда имеются десятки архивных дел (не так давно стали доступны дела из архивов ФСБ, переданные на открытое хранение, – к сожалению, в период сбора материалов, которые легли в основу этой книги, возможности ознакомиться с ними не было), то о событиях вокруг Гориц сохранились только разрозненные источники. Хотя, вполне возможно, следственное дело ждет своего часа в переданных или все еще закрытых архивных фондах.

Выше уже говорилось о том, что в Горицкой волости зеленое движение стало формироваться еще весной, а после Пасхи дезертиров стало очень много. Военком Ворохов провел одну удачную операцию по их аресту, но в основном действия местной милиции и комиссии по борьбе с дезертирством напоминали сизифов труд: арестованные и отправленные в уезд и Тверь дезертиры бежали с дороги и возвращались в волость. Не помогло и направление в уезд специальных уполномоченных ГубЧК. Как пели горицкие дезертиры: «Не по нашему достатку галифе-штаны носить. Не по нашему достатку в Красной армии служить!»

А тем временем во всем Корчевском уезде нарастает недовольство из-за голода. В июне только в Горицкой волости было не менее пятисот дезертиров. Новый военком не обладал талантами прошлого: попытался тоже провести собрание дезертиров и всех арестовать, но удалось захватить только несколько человек. И на эту тему тоже сочинили частушку: «Приехал комиссар – дезертиров записал. Они не являются – по беседам шляются»[265].

Во второй половине июня, под влиянием слухов о событиях в Твери и скором массовом наступлении отрядов по ловле дезертиров, происходит мобилизация зеленых. Здесь также побывала вездесущая комиссия Сосновского, и результат был такой же, как везде: крестьяне поверили, что центральная власть отстаивает их интересы и все беды – от местных больше виков.

В Горицкой волости, а также соседних Красновской и Стоянцевской проходят собрания дезертиров, на которых они решили организоваться для отпора отрядам и взять власть в свои руки. В первой половине месяца в волости был разоружен отряд уездной комподез, захвачено оружие. Тональность частушек про жизнь дезертиров меняется: «Товарищи, товарищи, и мы не хуже вас. У нас ножи наточены, товарищи, для вас». Лидерами этого движения были Николай Судариков, Михаил Степанов, Мухин, Сергей Соболев, Василий Лаврентьев, Александр Клячерин, Александр Колевос, Александр Захаров. После подавления восстания были арестованы только трое первых, все остальные скрылись (по другим данным, было арестовано пять человек из числа руководителей восстания). Также среди лидеров повстанцев источники называют матроса Пилюгина (и матроса Диева – возможно, это один и тот же человек)[266].

Восстание началось 22 июня. В Горицах избили коммунистов, разгромили большевистскую ячейку и народный дом. Зеленые захватили помещения совета и военкомата, взяли тринадцать винтовок, револьверы, патроны. Потом, разделившись на группы, отправились искать большевиков и советских работников, избивали их, отнимали деньги. Также ходили по семьям красноармейцев, искали оружие. Большинство советских служащих и все большевики разбежались, как и дезертиры, по лесам и пережидали события. Но телеграмму в Тверь им удалось отправить.

На следующий день был созван волостной сход, избран новый исполком во главе с лавочником И. Шохиным и штаб зеленых. Тогда же их отряд отправился в Красновскую волость, где жила семья бывшего военкома уезда Ворохова, которого прозвали «корчевским Троцким». Почему он не знал о событиях в соседней волости и не скрылся – неизвестно. Так или иначе, его убили во дворе собственного дома, на глазах жены и троих детей, дезертиры глумились над телом (после подавления восстания Корчевская организация большевиков решила перезахоронить его в го роде). Кто убил комиссара – так и не было установлено, по слухам – Василий Дияков, Сергей Соболев и братья Кузнецовы. А ведь еще в октябре 1918 года был запрос о переводе Ворохова в Бежецк, но этому воспротивились корчевские коммунисты[267]. Глядишь, остался бы в живых. Хотя в Бежецком уезде зеленые тоже убивали военкомов.

24 июня на собрании дезертиров обсуждались вопросы отпора отрядам, в случае их появления. Зеленые организовали караулы, в том числе и в соседних волостях, чтобы заранее знать о появлении красных. Была попытка провести всеобщую мобилизацию мужиков до 43 лет, но, как и везде, прошла она неудачно. Большинство дезертиров предпочитали прятаться по лесам, но ядро зеленых, численность которого определить трудно, решило дать бой.

25 июня прибыл отряд Тверской ГубЧК во главе с Ксенофонтовым (численностью в тридцать пять человек). Начались бои, в которых также принимал участие отряд под командованием начальника тверской городской милиции Пютсена. Восставшим удалось захватить в плен разведчиков красных, передвигавшихся на велосипедах. Это позволило на какое-то время задержать наступление. На этот раз частушки были несправедливы к зеленым: «Как в Горицкой волости происходят новости: под Вереинкой идет бой – дезертиры все домой!» Явно не все – в перестрелках были убиты несколько зеленых, двое крестьян, не имевших отношения к восстанию. Правда, в некоторых воспоминаниях говорится, что основной бой был в километре от Гориц, а Вереинка расположена значительно дальше. Так или иначе, но восстание было подавлено.

Погибли три милиционера: Михаил Кочуров, Иосиф Петровский, Антонов (имя неизвестно). Тверские милиционеры дали «клятву мести»: «Но пусть не торжествуют враги трудового народа: мы славную справили тризну борцам, уложив немало презренных дезертиров…»[268]

К 28-му числу боестолкновения закончились, зеленые скрылись, начались повальные обыски. Часть отрядов ушла в Бежецкий уезд. Непосредственно при подавлении восстания было расстреляно два человека, проведены аресты, но, по признанию местных коммунистов, большинство вожаков повстанцев остались на свободе.

Следствие по делу о восстании взяла в свои руки губернская ЧК, следователь Базанов. В сентябре в Горицы прибыл отряд ГубЧК для поиска лидеров повстанцев, предварительно арестовав в Корчеве всех, кого подозревали в связях с зелеными, в том числе родственников участников восстания. При задержании был убит Василий Дияков, арестовано несколько человек, в том числе Федоров, братья Кузнецовы. По воспоминаниям, всех их расстреляли, но Сергею Соболеву удалось сбежать. По некоторым данным, следствие было завершено в декабре 1919 года, но никаких следов приговора обнаружить не удалось. Как водится, хватало арестованных безо всяких оснований, освобождение которых затянулось до декабря[269].

Избранный во время восстания исполком, разумеется, был разогнан, Шохин смещен с поста председателя, как нетрудовой элемент. Но и новый состав не мог ничего сделать ни для исполнения продразверстки, ни для призыва в армию, поскольку в волости оставалась масса дезертиров. Уездный комитет большевиков даже ходатайствовал перед губернским об оставлении в Горицах отряда Ксенофонтова на неопределенный срок[270].