Народное восстание в Праге

Народное восстание в Праге

В первых числах мая 1945 года в Праге произошло восстание против оккупантов. Улицы города покрылись баррикадами. В бой вступили тысячи пражан.[65] Готовил восстание и активно в нем участвовал бывший «Союз военнослужащих», а руководил им быстро сформированный «Чешский Национальный Совет» (ЧНС). Его возглавил профессор Пражского университета А. Пражак. Официальные советские историки вовсю стараются преуменьшить роль ЧНС в организации восстания. Вероятно, это объясняется в первую очередь тем, что Комитет вступил в активный контакт с генералом Власовым.

В первые часы 5 мая повстанцы добились успеха: заняли радиостанцию, почту, телеграф, вокзалы, мосты через Влтаву. Немецкий гарнизон, состоявший в основном из запасных частей, растерялся, но вскоре стал оказывать сопротивление. Шернер приказал: «Восстание в Праге должно быть подавлено!» К Праге с разных сторон двинулись немецкие войска: с севера — танковая дивизия «Рейх», с востока — танковая дивизия «Викинг», с юга — полк дивизии «Рейх». Выдержать, естественно, столь крупные боевые немецкие части восставшие в одиночку не смогли бы. Предполагая возможный вариант подобных событий, представители ЧНС и командиры повстанцев еще 2 мая в городе Козоеды встретились с командиром 1-й дивизии власовцев — генерал-майором Сергеем Кузьмичом Буняченко.

5 мая в 12 часов 33 минуты по радио прозвучал сигнал о начале восстания. Накануне Буняченко принял решение вступить в соглашение с делегацией чехов и выступить против «фашизма» и «большевизма», освободить Прагу от гитлеровцев. В таком же духе были составлены и разбрасываемые листовки. О принятом решении было через офицера связи информировано немецкое командование: «Начальник штаба дивизии полковник Николаев считал себя обязанным откровенно объяснить майору Швенингеру о том, что командование дивизии, в преддверии разгрома Третьего рейха, для спасения личного состава от неминуемой расправы, в случае захвата советскими войсками, не видит иного выхода, как выполнение просьбы чешских национальных кругов о помощи, в надежде на получение пристанища во вновь созданном чехословацком государстве.

ВОЗЗВАНИЕ ГЕНЕРАЛА А.А.ВЛАСОВА Братья чехи и русские!

Умирающая система национал-социалистической Германии в предсмертной агонии пытается удавить освободительное движение чешского народа за свою независимость.

В Праге поднято восстание против душителей свободы и свободолюбивых народов против национал-социалистической Германии.

Мы, русские солдаты, борющиеся за свободу своей Родины — России, против дальнейшего порабощения ее большевизмом, не можем быть в стороне от борьбы такового же свободолюбивого народа.

Я отдал приказ Вооруженным Силам Комитета Освобождения народов России выступить на поддержку восставшего чешского народа.

Наступил момент, когда человечество должно избавиться от национал-социалистической Германии. Призываю всех верных сынов чешского и русского народов к совместной борьбе. Мы в этой борьбе будем не одни, ибо мы поднимаем борьбу за независимость, за свободу.

Национал-социалистическая клика привела к гибели миллионы людей, принесла бесправие и рабство не меньшее, чем принес нашей Родине — России большевизм. Только свобода избавит нас от этих врагов человечества. Да здравствует свобода! Да здравствует единение в борьбе против врагов человечества — национал-социалистической Германии и большевизма!

Верховный главнокомандующий Вооруженных Сил и Комитета Освобождения народов России генерал-лейтенант А.Власов 5 мая 1945 г.

Буняченко считал, что действия его дивизии по спасению повстанцев и Праги от разрушения вызовут благоприятное отношение союзников. Надежды эти оказались иллюзорными. Главнокомандующий союзных войск отрицательно относился к народно-освободительному движению. И, как известно, признал Красную Армию освободительницей Праги.

Дивизия, проявив решительность, отчаянно сражаясь, разгромила немецкие части, захватила аэродром, уничтожив 50 самолетов, а также около 100 танков.

Чешское население с радостью встретило власовцев, как своих освободителей. Даже в самые худшие сталинско-брежневские времена пражане считали, что их освободили от оккупантов не советские войска, а власовцы, как и спасли они от разрушения город. Многие его районы, здания и мосты были заминированы. В боях за освобождение города от оккупантов, власовцы потеряли от 300 до 700 человек. (Точных данных нет. — Б.Г.)

Чехи высоко чтят память своих освободителей. Над их братскими могилами на русском участке Ольшанского кладбища, после так называемой «Бархатной революции», жители города поставили большой крест с терновым венком.

7 мая — в самый критический день — восставшие обратились по радио к Красной Армии о помощи. Они просили прислать им танки и самолеты. Красная Армия не прислала им ни танков, ни авиации, а могла бы…

Вечером 7 мая у власовцев не оставалось после произошедшего с немцами сражения ни малейших сомнений в том, что город будет занят советскими войсками. В 3 часа генерал Буняченко отдал приказ об уходе 1-й дивизии РОА из Праги.[66]

Во время боевых действий антикоммунистов с оккупантами в Праге американцы неожиданно передвинули свою демаркационную линию дальше от Праги на запад. В результате изменения позиций дивизия власовцев, покинувшая Прагу, с трудом добралась до новой линии фронта американцев. Их союзники не пропустили, что привело к пленению дивизии — более 20 тыс. солдат и офицеров — частями Красной Армии и аресту всех высших командиров власовской армии.

6 и 7 мая — неожиданно для пражан и Москвы — произошли два события, которые в корне изменили общую ситуацию в городе: во-первых, 6 мая произошел общий отход из Чехословакии группы армий «Центр»; во-вторых, 8 мая немецкие войска в Праге капитулировали и покинули ее. На выходе из Праги, по общей договоренности с повстанцами, они оставили им все свое тяжелое оружие: танки, орудия, минометы, самоходные установки и т. п.

«Какая же это капитуляция?» — шумела советская пропаганда, говоря об уходе немцев из Праги… Неужели не понятно было советским пропагандистам, что в тот момент главным для пражан было — избавиться от оккупантов.

Таким образом, протокол об условиях капитуляции немецких вооруженных сил, который 8 мая в 16.00 подписали председатель ЧНС профессор Пражак, его заместитель коммунист Смрковский, полностью отвечал интересам Праги и ее жителей. Этот документ нельзя счесть оскорбительным для чешской стороны. Кстати, примеры соглашений о беспрепятственном отводе вражеских гарнизонов можно найти и в более ранних войнах. Так, в 1813 году одержавшие победу русские и прусские войска обеспечили французским гарнизонам крепостей Торн и Шпандау беспрепятственный отход на почетных условиях даже без сдачи оружия.

Назвать эту капитуляцию «постыдным актом» могли лишь те, для кого соображения престижа оказались дороже судьбы старинного города и его жителей, для кого было важно физически добить уже сдавшегося врага и нажить на этом политический капитал. А Советскому Союзу, присвоившему себе славу освободителя Праги, просто ничего не оставалось, как дезавуировать соглашение, обеспечивавшее немецким войскам беспрепятственный отход из Праги на запад до вступления туда советских частей. 9 мая в 4.40 в Прагу вошли танки 1-го Украинского фронта. Назначенный комендантом города генерал-майор Зиберов, передовой отряд которого на рассвете прорвался в центр и захватил мосты через Влтаву, не обнаружил «организованного сопротивления», а к 10.00 с последними очагами сопротивления в Праге было покончено. Доктор Степанек-Штемп справедливо замечает, что «Прага… фактически… была освобождена от немецких войск уже утром 8 мая». Советские танки вошли «в уже освобожденную Прагу».

Утверждение, будто Прага была освобождена войсками Красной Армии, диктуется исключительно соображениями политико-пропагандистского характера, а держится этот тезис лишь за счет умолчания об исторической роли 1-й дивизии РОА в пражских событиях 6–8 мая 1945 года и благодаря дискредитации соглашения ЧНС с немецким командующим от 8 мая. В этой связи интересно взглянуть, как оценивают роль РОА в пражских событиях советские авторы в тех случаях, когда они отказываются от метода умолчания. Гончаренко и Шнайдер в газете «Красная Звезда» просто переиначивают исторические факты, утверждая, что Гитлер «бросил на подавление восстания армию предателя Власова».

Командующий 1-м Украинским фронтом маршал Конев ограничивается лишь кратким сообщением о взятии в плен Власова и «дивизии генерала Буняченко» к юго-востоку от Праги, но ничего не пишет о предшествовавших этому боях в чешской столице. По версии генерала армии Лелюшенко, командующего 4-й гвардейской танковой армией, «банда Власова» была полностью разбита у Хемница(!). Генерал армии Штеменко, после войны — начальник Генштаба Советской Армии, хотя и прибегает к оскорбительным прозвищам, говоря об «отщепенцах», о «готовых на все головорезах», все же пишет, что «некоторые власовцы вошли в Прагу», «когда там назревало время решительного восстания против немецких оккупантов», и что «некоторые группы власовцев по своей инициативе» вступили в борьбу, хотя Чешский национальный совет якобы и слышать не хотел об их помощи. Разумеется, все документы, связанные с этими событиями (соглашение группы «Бартош» с Буняченко 5 мая, а также договор ЧНС с ним 7 мая и соглашение ЧНС с генералом Туссеном) в корне подрывают версию об освободительной роли Красной Армии. И отношение советских представителей к членам РОА и даже к членам ЧНС после занятия Праги советскими войсками свидетельствует, что они понимали это с самого начала.

Вскоре после вступления в город генерал Рыбалко прибыл на заседание ЧНС, чтобы выяснить чрезвычайно важные для СССР вопросы — «узнать о смысле восстания, его течении, участии в нем так называемой власовской армии и капитуляции немцев». Судя по реакции генерала, полученные сообщения не удовлетворили его. Он без обиняков заявил, что все власовцы будут расстреляны. В ответ на «энергичные и сердечные» просьбы председателя профессора Пражака и других членов Совета пощадить этих людей, сражавшихся за Прагу, генерал Рыбалко пошел на «великодушную» уступку», заявив, что расстреляют не всех.

В боях за Прагу погибли сотни солдат РОА, множество было ранено. Раненым в пражских больницах выделили отдельные палаты, на которых сначала висела надпись «героические освободители Праги». Вскоре после вступления Красной Армии в город органы СМЕРШа начали регистрацию раненых. О дальнейшем рассказывает доктор Степанек-Штемр, впоследствии эмигрировавший в Израиль:

«У меня была знакомая, моя землячка из Моравска-Острава Е.Р., молодая женщина, чудом пережившая Освенцим, Терезиенштадт и Дахау. В первые дни после окончания войны она работала в пригороде Праги Мотол. (Рядом с больницей находился большой лагерь для пленных немцев, я часто ездил туда проводить допросы.) Е. Р. рассказала мне, что в больнице в Мотоле лежало около 200 раненых власовцев. Однажды в больницу явились советские солдаты, вооруженные автоматами. Они выгнали из здания врачей и санитарок, вошли в палаты, в которых лежали тяжелораненые власовцы, и вскоре оттуда раздались длинные очереди… Все раненые власовцы были расстреляны прямо в кроватях…»

Такая же судьба постигла и солдат, лежавших в других больницах. С.Ауски на основании достоверных источников сообщает о расстреле в Праге и окрестностях более 600 членов РОА.

Те же власовские солдаты, которые остались в городе после ухода дивизии Буняченко, вместе с повстанцами бились с ними до победного конца.

Все были расстреляны в первый же день вступления 9 мая 1945 года в Прагу частей Красной Армии.[67]