3-я серия

3-я серия

«Связь без брака».

Семейная пара советских «нелегалов», которая смогла поселиться в Берлине после начала Второй мировой войны и периодически выходить на связь с Центром? Если придерживаться исторической достоверности, то такого не могло быть.

Во-первых, к началу Великой Отечественной войны все советские нелегальные резидентуры, действовавшие на территории Германии, оказались без радиосвязи. Мы не будем подробно останавливаться на причинах, из-за чего это произошло. Укажем лишь, что агентура внешней разведки (за исключением Вилли Лемана) была снабжена маломощной радиоаппаратурой (ее сигнал устойчиво принимался лишь в Бресте, а не в Москве или Куйбышеве, куда был эвакуирован радиоцентр НКВД осенью 1941 года). Попытка Москвы установить с ними устойчивую радиосвязь в 1942 году (прислать радистов с необходимой аппаратурой) стала одной из причин «провала» этих агентурных сетей. Сумела уцелеть лишь группа Яна Черняка из военной разведки. А Вилли Леман и группа Арвида Харнака («Корсиканца») — Харро Шульце-Бойзена («Старшины»)[25] были ликвидированы немцами к осени 1942 года. Маловероятно, что Штирлиц перед началом Великой Отечественной войны располагал прямым каналом радиосвязи с Москвой. А может быть, радистка Кэт с мужем сумели проникнуть в Берлин и поселиться там после июня 1941 года?

Теоретически да, а в реальной жизни — нет. Москва действительно посылала «нелегалов» с радиостанциями в Берлин, но по национальности эти люди были немцами, которые много лет прожили на территории Германии. Объяснялось это просто — разведчику не нужно было давать страноведческую и языковую подготовку. А учитывая то, что кандидаты до этого успели повоевать в Испании или несколько лет провести на фронтах «тайной войны», то и времени на специальную подготовку требовалось немного. Так что радистка Кэт Кин (актриса Екатерина Градова) не могла быть девушкой Катей Козловой из Рязани. Опять же, Штирлиц не мог знать ее настоящее имя и место рождения — конспирация.

Во-вторых, сомнительно, что радиостанция советского разведчика могла безнаказанно работать до 1945 года в окрестностях Берлина. У немцев великолепно действовала система радиоконтрразведки, и передатчик «засекли» бы довольно быстро. В фильме, правда, звучит фраза о том, что Штирлиц «охотился» на Кэт в течение восьми месяцев. Значит ли это, что радиоточка начала действовать в середине 1944 года?

В-третьих, у советского разведчика был еще один канал связи с Москвой — профессор Карл Плейшнер, который внезапно умер. Действительно, существовала так называемая группа Зефкова-Якоба-Бестелейна, одним из руководителей которой был Антон Зефков. Бывший рабочий-металлист, друг лидера немецких коммунистов Эрнста Тельмана руководил разветвленной разведывательной сетью из более чем 30 групп, действовавших в Гамбурге и других городах Германии. Сеть успешно функционировала до 1944 года, когда были арестованы руководители групп и около 100 участников. Но и после этого уцелевшие подпольщики продолжали передавать информацию в Центр. Группа Зефкова была создана на основе кадров подпольной Коммунистической партии Германии и использовалась советской военной разведкой для поддержания радиосвязи со своей агентурой как в самой Германии, так и на территории Голландии, Бельгии и Франции — оккупированных немцами.[26]

Нацистские «Митрофанушки»-2

Еще одного руководителя Третьего рейха создатели фильма «обвинили» в низком образовательном уровне. Наверно, факт окончания Генрихом Гиммлером в августе 1922 года сельскохозяйственного факультета Мюнхенского политехнического института (где он изучал химию и удобрение, а также новые разнообразные растения и сельскохозяйственные культуры нового поколения) и диплом экономиста-аграрника[27] не могли служить достаточным основанием для утверждения о том, что у рейхсфюрера СС высшее образование.

Генрих Гиммлер с братьями

Русский агент в гестапо

Айсман написал рапорт на имя Генриха Мюллера о том, что он отказывается проводить анализ операций Штирлица на русском языке! Ну, а шеф гестапо сначала хотел сжечь этот лист (судорожно ища зажигалку), а когда прочел, то решил положить в одну из своих многочисленных папок.

На самом деле в фильме все документы, кроме выписок из «личных дел», написаны на русском языке. Почему не соблюден принцип единообразия — непонятно. Другая пикантная подробность — текст шифровки Плейшнера, который получили в Берлине от агентов в Берне, был тоже на русском языке.

Хотя это мелочи по сравнению с тем, что творилось в Швейцарии. Оба агента Штирлица — пастор Шлаг и профессор Плейшнер — писали свои сообщения (закамуфлированные под обычные телеграммы) по-русски на советских бланках «Международная телеграмма»!

Любитель рыбок

В фильме несколько раз демонстрируется сентиментальная сцена, когда Генрих Мюллер кормит аквариумных рыбок в своем кабинете. Хорошая режиссерская находка. Вот только никто из сослуживцев шефа гестапо почему-то не вспоминал об этой привычке.

Любовь на расстоянии

Сцена встречи советского разведчика со своей супругой в кафе стала классикой — с позиции кинематографа. А вот у профессионалов она вызывает недоумение. Начнем с того, что «нелегала» редко посылают в длительную зарубежную командировку без «боевой подруги». Дело не только в стремлении оградить его от случайных связей: вдруг партнерша по постели окажется агентом местной контрразведки и сумеет «расколоть» его своими женскими чарами, но и в практическом аспекте. Разведчик может рассчитывать на психологическую поддержку своей жены, да и вдвоем проще выжить, чем в одиночку. Если по какой-либо причине советский «рыцарь плаща и кинжала» все же оказывался в одиночестве, то он крайне редко вел жизнь монаха. Просто когда молодой и здоровый мужик не проявляет интереса к противоположному полу, то это выглядит странно. Так что Штирлиц, ведущий аскетический образ жизни, выглядел довольно необычно. В начале книги мы уже писали о том, что к тридцати годам офицер СД должен был жениться.

Сама сцена в кафе с позиции конспирации тоже выглядит странной. Маловероятно, что жену Штирлица (актриса Элеонора Шашкова) перед встречей одели в платье, сшитое в Германии, а не на фабрике «Красная швея» в Москве. Поэтому в своей одежде она выделялась из общей массы посетителей кафе. Взгляды, которыми обменивались супруги, тоже были очень красноречивы и эмоциональны. В 1935 году контрразведывательный режим в Германии был не столь жесток, как во время Второй мировой войны, поэтому такие ухищрения были просто не нужны.

Мало кто знает, что Элеонора Шашкова встречалась с «супругом» в одежде, сшитой спустя много лет после окончания Второй мировой войны. Художник по костюмам в съемочной группе фильма Мариам Быховская в интервью журналисту Александру Добровольскому призналась, что «подготовить специальный наряд мы не успели, и она играла в одном из собственных костюмов…»[28]