Глава 8 НАРОД И ВОЖДЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 8

НАРОД И ВОЖДЬ

Вечный гам и вечный топот,

Вечно глупый, важный вид.

Им, как видно, жизни опыт

Ни о чем не говорит.

Их сердца послушно бьются

По желанию людей,

И в душе не отдаются

Крики вольных лебедей.

Николай Заболоцкий

Личность правителя крупного государства, тем более диктатора, в истории проявляется двояко. Заурядная личность, озабоченная благополучием и властью собственной персоны и своих сообщников, приводит свою страну к упадку, а то и к катастрофе. Выдающаяся сильная крупная личность приводит свой народ, свою страну к успеху.

Таково общее правило, которое подтверждает множество примеров. Да и по сути оно не вызывает сомнений.

Можно предположить, что у неумного и бездарного правителя не исключены умные и одаренные советники. Но тогда это будет не диктатор, а марионетка. У настоящего властного правителя советники и помощники выполняют его задания, действуют по его указаниям. С ними он советуется, но решения принимает сам.

Слишком многое зависит от личности этого человека. Подчиненным требуется четко и своевременно выполнять его приказания. Это не отменяет их инициативности, но ставит ее в ограниченные рамки.

Однако следует помнить: в политической борьбе, так же как в управлении государством, лидер соратников не выбирает. Со временем, став правителем, диктатором, он вынужден с ними считаться. Как говорится, старый друг лучше новых двух.

Иногда говорят, что вина Сталина в том, что у него не было достойного преемника. Вообще-то Г.М. Маленков во всех отношениях превосходил Н.С. Хрущева. Но выбор делал партийно-хозяйственный актив, в значительной степени зараженный буржуазной идеологией…

Впрочем, главное не это. У великих людей не бывает соразмерных им преемников. Это относится ко всем видам человеческой деятельности. Поэтому последователи слишком часто приносят больше вреда учению, чем его критики.

Наследство

История России прошлого века ныне представляется клубком тайн и загадок. Многие историки вольно или невольно, по заказу «свыше» или по своей инициативе подбирают факты выборочно и выстраивают свои концепции, подчас нелепые, пошлые, фальшивые, но на поверхностный взгляд обоснованные.

Есть и объективные трудности. Многие важные документы остаются в секретных архивах; немало выпущено фальшивок и подделок. В.Е. Семичастный, назначенный в 1961 году председателем КГБ, позже свидетельствовал, что к его приходу «многие документы уже были уничтожены или подчищены, вытравлен текст. Это мне сказали и показали архивисты».

Свидетельства очевидцев слишком часто искажают, а не проясняют реальность. Трудно этим людям отрешиться от своих переживаний, личного опыта. Поэтому осмыслить исторические события сравнительно недавнего прошлого не так просто, как кажется на первый взгляд. Основной упор приходится делать на статистические материалы, а исходить из общих соображений, касающихся развития технической цивилизации в ее глобальных и локальных проявлениях.

Одно из наиболее широко распространенных мнений высказал французский советолог Н. Верт. По его словам: «Политическая жизнь СССР в послевоенные годы была отмечена не только идеологическим ужесточением контроля над обществом, но также…»

Прервем цитату. Учтем: любое государство как система, стремящаяся к самосохранению, осуществляет идеологический контроль над обществом. В условиях спокойствия и благоденствия он может быть ослаблен. Но в любой державе он при малейшей угрозе усиливается. Вспомним поведение правителей США после крупного теракта в сентябре 2001 года. Это же не была угроза уничтожения страны, тем не менее тотчас полицейский режим усилился до небывалых для мирного времени размеров.

Вопрос в том, ради чего осуществляется идеологический контроль и в чем выражается. Верт связал его с «политическим принуждением (прежде всего в отношении ключевого вопроса обновления и ротации партийных кадров) 30-х гг.». О каком политическом принуждении идет речь? Разве заставляли партийные кадры поддерживать данную государственную систему? В этом не было никакой необходимости. Все партийные работники клялись строить социализм и коммунизм. А вот другого рода принуждение действительно было актуально: максимальное ограничение коррупционных связей, борьба с казнокрадством.

Верт с подозрительной наивностью «ввернул» в свой учебник истории идеологические штампы антисоветских политологов о состоянии руководства СССР в послевоенный период. Написал об ультранационализме (?!) и шпиономании Сталина, заставлявшего «старых членов партийного руководства… по любому поводу пить ночи напролет до полного изнеможения».

Если бы СССР был построен на основах анархии, то безумие вождя и беспробудное пьянство высшего руководства ни на чем, кроме их здоровья, не сказывались (кстати, почти все эти люди прожили более 80, а то и 90 лет). Но ведь страна, как утверждают те же антисоветчики, была централизована едва ли не до идиотизма. Как же она существовала при такой бездарной, изнемогающей от пьянства центральной власти?!

Еще одно высказывание того же автора (ссылаюсь на него из-за широкой популярности его «Истории Советского государства»): «Смерть Сталина произошла в то время, когда созданная в 30-е гг. политическая и экономическая система, исчерпав возможности своего развития, породила серьезные экономические трудности, социально-политическую напряженность в обществе».

Вот какое тяжелейшее наследие досталось его преемнику! Тут впору благоразумному человеку отказаться от сомнительной чести возглавить страну, пребывающую в тяжелейшем положении. Правда, никаких подтверждений своему диагнозу Н. Верт не привел. И правильно сделал — иначе и быть не могло.

По личному опыту и статистическим данным могу свидетельствовать: он лжет. Общественно-политическая и государственная Система, созданная Сталиным, доказала свою невиданную в истории прочность прежде всего в период Великой Отечественной войны. Такое испытание не выдержала ни одна развитая капиталистическая держава.

Не менее показательно успешное послевоенное возрождение нашей страны. Вдобавок она оказывала помощь многим дружественным государствам. Еще один неоспоримый факт: после смерти Сталина его общественная Система, которую усиленно расшатывали внутренние и внешние враги, просуществовала 35 лет. Погубили ее именно те, кого он считал опаснейшими и ловко замаскированными врагами народовластия.

Авторитет СССР и его вождя во всем мире был необычайно высок. Ни одно государство и ни один лидер не достигали тогда ничего подобного. Но может быть, ситуация внутри нашей страны к концу сталинского правления стала критической?

Сразу после войны в Советском Союзе начался голод. Его связывают с небывалой засухой. Не менее существенной причиной была послевоенная разруха. Ведь по западным регионам, где жило около 40% населения, прокатилось два огненных вала войны. Миллионы голов скота были угнаны в Германию, обширные сельскохозяйственные угодья были заброшены. И все-таки затем год от года благосостояние советских людей улучшалось.

Наиболее общие показатели жизни народа — демографические. Прежде всего смертность и естественный прирост. Сейчас можно услышать, будто в царской России народу русскому жилось прекрасно, а в сталинском СССР — ужасно. В действительности было иначе.

В 1913 году смертность в России составляла 30,3 человека на 1 тысячу при естественном приросте 16,8. В 1950 году эти показатели составили соответственно 9,7 и 17,0. Можно возразить: зато рождаемость снизилась с 47,0 до 26,7. Но это показывает лишь то, что в царское время была высока детская смертность. Надо еще учесть, что низкая смертность в нашей стране по сравнению с дореволюционным прошлым наблюдалась всего лишь через 5 лет после страшной войны!

Сошлюсь на высказывание историка и социолога С.Г. Кара-Мурзы:

«Война усилила т.н. „морально-политическое единство" советского общества (тоталитаризм), символом которого продолжал быть культ личности И.В. Сталина. Поскольку речь идет именно о культе, то есть явлении иррациональном, объяснять его молодому поколению начала XXI века столь же бессмысленно, как объяснять истоки религиозной веры безбожнику. Однако это поколение обязано знать, что такое явление… оказывало огромное влияние на деятельность государства и бытие народа. К тому же похоже, что „количество культа" есть в каждом поколении величина постоянная (например, в 40-е годы никто не верил астрологам и не было „культа доллара").

В ответ на солидарность с государством, как бы в вознаграждение народу за перегрузки двух десятилетий, принципом государственной политики было сделано постоянное, хотя бы и скромное, улучшение благосостояния населения. Это выразилось, например, в крупных и регулярных снижениях цен (13 раз за 6 лет; с 1946 по 1950 г. хлеб подешевел втрое, а мясо — в 2,5 раза). Именно тогда возникли закрепленные в государственной идеологии (и в то время укреплявшие государство) специфические стереотипы советского массового сознания: уверенность в завтрашнем дне и убеждение, что жизнь может только улучшаться.

Условием для этого было усиление финансовой системы государства в тесной связи с планированием. Для сохранения этой системы СССР пошел на важный шаг: отказался вступить в МВФ и Международный банк реконструкции и развития, а 1 марта 1950 г. вообще вышел из долларовой зоны, переведя определение курса рубля на золотую основу. В СССР были созданы крупные золотые запасы, рубль был неконвертируемым, что позволяло поддерживать очень низкие внутренние цены и не допускать инфляции».

Несмотря на огромное напряжение и материальные лишения, наш народ за считанные годы вновь воссоздал великую сверхдержаву. По сравнению с 1940 годом смертность снизилась почти в два раза, а с 1913-м — более чем втрое!

Сталин оставлял в наследство своему преемнику могучую, уверенно развивающуюся державу. Никаких кризисных явлений в экономике не было и в ближайшем будущем не предвиделось. Только за такое наследство имело смысл сражаться.

О высочайшем потенциале социалистической системы того времени свидетельствует несколько весомых фактов. В нашей стране была запущена первая в мире атомная электростанция. Мы первыми создали водородную бомбу (а не наземное взрывное устройство). Успешно осуществлялась наша космическая программа, в результате которой первым на околоземную орбиту был выведен советский искусственный спутник, а первым человеком, побывавшим в космосе, стал гражданин Советского Союза Юрий Гагарин.

Нет, не по темноте и невежеству советский народ воздавал должное Сталину, славил его (порой чрезмерно, но тут нередко усердствовали его скрытые враги, как он признавался французскому писателю Лиону Фейхтвангеру). Для народа Сталин давно уже превратился в символ своей — народной! — власти. Справедливо считалось, что он не только руководит страной, но и опекает свой народ, оберегая, избавляя от внешних и внутренних врагов. Отсюда и популярность клейма «враг народа» (другой вопрос, всегда ли оно применялось оправданно).

Было Отечество, был и Отец. Ничего дурного или постыдного в этом нет. Таков извечный принцип народного единства и патриотизма (это понятие подразумевает любовь к Отечеству, как к родному отцу).

Сталин хорошо знал труды теоретиков анархизма, а потому вряд ли не отметил мысль, высказанную М.А. Бакуниным в связи с разложением российской аристократии: «Героические времена скоро проходят, наступают за ними времена прозаического пользования и наслаждения, когда привилегия, являясь в своем настоящем виде, порождает эгоизм, трусость, подлость и глупость. Сословная сила обращается мало-помалу в дряхлость, разврат и бессилие».

Не только теоретически, но и на практике Сталин убеждался, что привилегии номенклатурных работников создают условия для злоупотребления властью и к обогащению максимальному, сверх всякой «средней» меры. Не он один это понимал. В частности, Фейхтвангер отмечал (в книге «Москва 1937»), что в среде советских граждан «развивается известное мелкобуржуазное мышление, весьма отличное от пролетарского героизма». Сталин читал эту книгу и, безусловно, обратил внимание на это предупреждение.

Коррупция как духовная коррозия способна в считанные десятилетия разрушить общественные устои. Но такое возможно лишь в том случае, если для нее существуют благоприятные условия. При «сталинизме» их не было: слишком суровая грозила кара. В особой опасности находились работники высших этажей власти. За ними шел постоянный контроль. Провинившихся не всегда карали. Однако на них заводили дело, и при повторном нарушении они рисковали головой.

Сейчас, имея опыт социалистического подъема и капиталистической деградации в России, любой, кто не утерял ум, честь и совесть, мог убедиться, насколько опасной была коррупционная зараза в нашем государстве. Как только с ней перестали бороться, участь СССР была решена.

Народный вождь

Со времени правления Хрущева во вторую половину XX века смертность в СССР постоянно, хотя и медленно, росла вопреки общемировой тенденции, типичной для всех развитых стран, где она уменьшалась. Почему такая аномалия? Одна из причин: в народе угасала вера в светлое будущее, уверенность в завтрашнем дне.

Подъем смертности населения Советского Союза пришелся на период «горбачизма», когда критика Сталина стала элементом национальной политики. Еще резче повысилась смертность русских при ельцинизме, когда была окончательно разрушена сталинская система. Физическое вымирание русского народа продолжается (сокращение примерно на 1 миллион в год при 60 тысячах самоубийств, преимущественно мужчин дееспособного возраста). Это показывает, кому теперь на Руси жить хорошо и к чему ведут «перестройка» и «реформы».

Сталина называли вождем. Так принято было величать вдохновителя и руководителя народных масс или самого авторитетного человека племени при первобытно-общинном строе. Ни президентов, ни царей-королей вождями не называют.

Скажем, Наполеон Бонапарт, переметнувшись на сторону революции, мог бы стать вождем. Он предпочел титул и почести императора. Ему было противопоказано стать народным вождем уже по складу характера, из-за гордыни, жажды личной славы.

Вспомним песенку про славного короля, который «войну проиграл, полноги потерял, но рад был уж тем, что остался живой». Правда, Бонапарт частей своего тела не терял, в Египте не обгорел, в России не обморозился. Но после него Франция уже не достигала былого могущества. Из-за своих непомерных личных амбиций он подорвал ее экономику, добавил к огромным жертвам революционных репрессий еще и гигантские потери в завоевательных походах. Почему же сохраняется культ его личности?

Таков здоровый инстинкт самосохранения нации. Французы создали легенду о Бонапарте. Даже в России ее восприняли с энтузиазмом. Ее постарался развенчать Лев Толстой. И все-таки культ личности Наполеона сохраняется и у нас. В отличие, скажем, от прославления Иоанна Грозного, не говоря уже о Ленине и Сталине.

У нас Иоанн Грозный стал синонимом тирана. Его так и называют на Западе — Terrible — ужасный, страшный — от латинского terror, ставшего синонимом подавления и уничтожения людей. Таков один из приемов психологической войны против России, а затем и СССР.

Впрочем, даже в царской России ему не нашлось места на воздвигнутом в Новгороде в 1862 году памятнике Тысячелетия России среди 109 русских деятелей. Хотя именно при нем Россия впервые стала великой державой, вдвое увеличив свою территорию. Оправданно ли такое «забвение» его невиданными преступлениями? Ни в коей мере.

В Западной Европе короли Франции, Англии, Испании совершили в то жестокое время значительно больше злодейств против своих народов. В одну только Варфоломеевскую ночь 24 августа 1572 года по приказу Карла IX французы-католики перерезали больше своих соотечественников-гугенотов, чем было казнено опричниками Ивана Грозного за 8 лет!

Старший современник нашего Иоанна IV английский король Генрих VIII ради выгоды имущих власть и деньги превращал крестьянские угодья в овечьи пастбища. Появилось множество обездоленных бродяг и нищих. По приказу Генриха было повешено вдоль дорог 72 тысячи этих бедняков. А испанский король Филипп II в завоеванных Нидерландах казнил более 100 тысяч человек.

По сравнению с ними наш Иоанн Грозный выглядит едва ли не гуманистом. В отличие от этих королей, он каялся в своих преступлениях, а совершал их во имя создания централизованного государства, что позволило царям из династии Романовых стать императорами.

Цель тех, кто на Западе хулит Ивана Грозного, — унизить Россию, представить ее как извечную «империю зла» с тупым покорным населением. Труднее понять, почему им с восторгом подпевают некоторые «россияне». Например, А.М. Сахаров в учебнике для вузов («История СССР…». М., 1983): «На века имя Грозного оказалось связанным с представлением о диком разгуле террора. Опричнина стала нарицательным обозначением крайнего беззакония, произвола, массового истребления неповинных людей». Казалось бы, этот автор должен просто возопить о в сто раз более кровопролитных преступлениях западных королей. Но тут он — молчок…

В сборнике биографий «Все обо всех» (Центр гуманитарных исследований при факультете журналистики МГУ, 1996) сказано: «Иван Грозный оставил по себе недобрую память, несмотря на то, что при нем положение России укрепилось, а границы ее расширились».

Эту фразу следовало бы чуть изменить для ясности: Иван Грозный оставил по себе недобрую память у врагов России, ибо при нем положение державы укрепилось, а ее границы расширились. Его жестокости возмутительны, хотя в контексте той эпохи они не выглядят ужасными, да и в немалой степени были оправданны сложившейся ситуацией: приходилось спасать страну от междоусобицы. Кстати, в русском народе о его царствовании осталась добрая память. Об этом свидетельствуют сказания и песни об Иване Грозном.

Почти все, сказанное об Иване Грозном, относится к Иосифу Сталину. Сопоставление этих двух правителей стало привычным для недругов России. Оно присутствует в книге Р. Конквиста «Большой террор» — одной из психотронных бомб войны против СССР, наравне с «Архипелагом ГУЛАГ» и с такими же лживыми, многократно преувеличенными данными о репрессиях в нашей стране.

Мне уже приходилось подробно писать о том, что ни Ленин, ни тем более Сталин и другие большевики не принимали активного участия в свержении самодержавия («Мифы революции 1917 года». М., 2007). В действующей армии, в столице и отчасти в стране воцарилась анархия. Николай II под давлением представителей буржуазных партий и военного руководства добровольно-принудительно отрекся от престола в пользу своего брата Михаила. Но и тот, не получив гарантии своей безопасности, тоже отказался от власти, которую подхватило Временное правительство.

Удивительная легкость свержения буржуазного правительства в октябре доказывает его полную несостоятельность. Генерал А.И. Деникин писал: «Революция была неизбежна. Ее называют всенародной. Это определение правильно лишь в том, что революция явилась результатом недовольства старой властью решительно всех слоев населения».

Во время Октябрьского восстания противник был подавлен морально. 26 октября в разговоре с генерал-квартирмейстером Северного флота Барановским свидетель событий поручик Данилевич сказал: «Все это вышло просто до изумительного». Миф о штурме Зимнего под залпы крейсера «Аврора» призван был показать героический энтузиазм красногвардейцев, славный апогей Октября.

В этом своя правда — такая же, как в мифах, воспевающих героическую эпоху и ее героев. Никто не сомневается, что Троянская война отличалась от ее изображения в «Илиаде». Но это не мешает вновь и вновь возвращаться к бессмертным образам Гомера.

Была ли правда в том, что называли Сталина вождем, отцом народа?

Да, безусловно была с точки зрения укрепления государственной власти, сплочения народа под единым руководством, что необходимо в трудные времена.

Но вождей не назначают и не выбирают тайным голосованием. Отцом народа нельзя стать насильно. И возникает вопрос: почему в Советском Союзе глава государства превратился в вождя? Вот уж поистине магия какая-то. Или результат массированной пропаганды?

У нас СМРАП упорно методично внедряли в сознание «россиян» культ президента, премьер-министра В.В. Путина. Словно он спаситель и надежда России, а без его гениального руководства страна пойдет не тем путем. Да, может рухнуть власть олигархов. Потому и осуществляют культ личности бывшего подполковника КГБ и помощника А.А. Собчака.

Говорят, такова российская традиция. Мол, не может русский народ без вождя, культа верховного правителя. Был царь, стали Ленин и Сталин…

Когда была монархия — понятно, система такая, культ «избранника Божия» (хотя Романовых на власть избрали бояре). Только вот тот русский народ почему-то не сильно горевал, когда царь отрекся от престола. И не признал власть буржуазного Временного правительства, Керенского.

Ленин привел свою партию к власти, спас Россию от распада и основал невиданную в мире общественную систему. Находившийся в Париже Великий князь Александр Михайлович признал: «На страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской империи». А ведь у него, одного из внуков Николая I, почти всех родственников казнили большевики. Человеком же он был незаурядным, патриотом России; его по праву называли отцом русской военной авиации.

Неудивительно, что такого лидера признали вождем. То же относится к Сталину. Он заслужил всемирную славу, ибо руководил страной в труднейшие годы, в труде и в боях, превратив ее в сверхдержаву.

А вот культ Хрущева, как ни раздували его продажные СМРАП и политиканы, лопнул, оставив смрадный след. Русский народ не польстился на эту приманку. Скользкие пройдохи «шестидесятники», детки хрущевской слякоти (последовавшей за маленковской оттепелью), впустили свою струю в этот пропагандистский пузырь.

Хрущев, помимо всего прочего, был неугомонным борцом против Русской православной церкви. А Сталин вопреки мнению Троцкого и, пожалуй, пользуясь болезнью Ленина, направил всем партийным организациям строго секретный циркуляр, в котором заявил:

«ЦК предлагает всем организациям партии обратить самое серьезное внимание на ряд серьезных нарушений, допущенных некоторыми организациями в области антирелигиозной пропаганды и вообще в области отношений к верующим и к их культам.

Партийная программа говорит: "необходимо заботливо избегать всякого оскорбления чувств верующих, ведущего лишь к закреплению религиозного фанатизма". Резолюция XII партсъезда по вопросам антирелигиозной агитации и пропаганды подтверждает, что «нарочито грубые приемы, часто практикующиеся в центре и на местах, издевательства над предметами веры и культа взамен серьезного анализа и объяснения — не ускоряют, а затрудняют освобождение трудящихся масс от религиозных предрассудков…"

[…] 1) воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений… по мотивам неисполнения административных распоряжений о регистрации, а где таковое закрытие имело место — отменить немедля […]

2) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и проч. путем голосования на собраниях с участием неверующих; воспретить аресты "религиозного характера" […]

3) ответственность за проведение в жизнь данной директивы возложить на секретарей губкомов, обкомов, облбюро, национальных ЦК и крайкомов лично. ЦК вместе с тем предостерегает, что такое отношение к церкви и верующим не должно, однако, ни в какой мере ослабить бдительность наших организаций в смысле тщательного наблюдения за тем, чтобы церковь и религиозные общества не обратили религию в орудие контрреволюции.

Секретарь ЦК И. Сталин. 16/VIII— 23 г.»

Постановление строго секретное. Почему? Разве не в интересах партии провозгласить во всеуслышание эти пункты, чтобы заручиться симпатиями верующих?

Ранее Политбюро по предложению Троцкого приняло строго секретное постановление о суровых репрессиях в отношении церкви и священнослужителей. Попытку М.И. Калинина ослабить это давление (он обратился за помощью к Сталину) пресекло строго секретное постановление Пленума ЦК, подтверждающее антицерковную политику. Когда Ленин заболел, авторитет Сталина значительно вырос, а Троцкого — снизился. Появилась возможность отменить прежние секретные указания.

Сталин еще в молодости стал материалистом и атеистом. Но не воинствующим и не примитивным. Судя по всему, он сознавал: в мире присутствует нечто высшее, умом человеческим не постигаемое, но ощутимое глубинными струнами души. То, без чего материя мертва.

…Недавно я получил письмо из Кельна от своего заочного друга Александра Тринкера, отличного специалиста, который потерял после расчленения СССР и упадка страны работу и вынужден был уехать с семьей в Германию. Вот фрагмент этого письма с небольшой редакторской правкой (выделения в тексте автора письма):

«1. Одно из главных обвинений против Сталина, против большевиков выдвигали на протяжении десятков лет: «Они закрывали церкви, запрещали религии, сажали в тюрьмы священников»!

Когда я рассказываю, что в СССР во времена Сталина церкви, мечети, синагоги работали и прихожане там молились, мне не верят! Я помню: в 1950-е годы Елоховская церковь, Донской монастырь, церковь у метро Новокузнецкая (выход к Лаврушинскому пер.), в Ленинграде, в Киеве, в Курске… — работали! Родители мне рассказывали, есть свидетели, но не верят местные люди.

2. Часто слышу: «Сталин безжалостно выселил немцев Поволжья в 1941 году». Я привожу в пример биографию моего знакомого Виктора Драхенберга — его отец воевал пулеметчиком в РККА, так как жил до войны на Урале, имеет боевые награды. А отец его жены жил до войны на Украине, пришли захватчики в 1941-м и забрали его — молодого и здорового парня — в СС — судьба разделенного народа! Какие «репрессии»? В книге В.В. Кожинова «Россия. XX век», том 2 приведены такие сведения: «Отсутствие геноцида ясно из того, что в 1939 году в СССР жили 1,2 миллиона немцев, а к 1959 году — 1,6 миллиона, несмотря на Указ от 28 августа 1941 года «О переселении Поволжских немцев» (как еще было поступить, когда приближались фашисты?).

3. Обвиняют: «Сталин был антисемитом, и при его правлении не брали евреев на работу». В ответ говорю: посмотрите в Интернете (теперь это просто) страницы: «Академия наук СССР», «Ученые СССР», «Лауреаты Ленинской и Сталинской премии СССР», «Конструкторы СССР», «Писатели и поэты СССР» и вообще все, что касается 1920–1950-х годов. Так куда именно их «не брали»???

Задайте другой вопрос: как Сталин смог так организовать труд всех людей (русских, украинцев, армян, грузин, немцев, евреев…), что они выбирали себе честные профессии, работали, принося пользу Советскому Союзу — своей Родине?! Сталин воспитал много ученых разных народов, например: русский немец академик П.А. Ребиндер, русский еврей академик Ю.Б. Харитон и множество других.

В 1920–1950-е годы Сталин создал единственную в Истории Человечества Единую и Монолитную НАЦИЮ Советских Людей из 130 разных народов, разных мировых религий, а также атеистов, которые все ВМЕСТЕ трудились на благо СССР и защищали свою Советскую Родину! Предателей было ничтожное меньшинство. А после 1985 года никакая пропаганда СМРАП и никакие церковные проповеди — не помогают. Почему?

4. «Сажали в тюрьмы без обвинений, без причин». Так сказали при мне в прошедшую субботу, когда я заходил в наш только что открытый клуб (при церкви). Я услышал эти слова и ответил: «Почитайте все документы, обвинительные протоколы! Примерно в 1942-м посадили якобы незаконно группу арбатской молодежи, «замышлявших покушение на Сталина». Эти старшеклассники-оболтусы нашли сбитый Московской ПВО фашистский бомбардировщик, сняли с него пулемет и притащили на крышу (мы бы, московская шпана послевоенная, никогда этого не сделали!), поставили там, где проезжают правительственные автомашины, и тренировались, целились! Ну что могли подумать в милиции? Конечно, готовится террор в тылу наших войск против верховного командования, в самый разгар войны!

Вот тебе причина, вот тебе следствие!

Я спросил у моих собеседников: «Представьте, что Канцлер Германии или Президент США вздумали приехать в Кельн, а вы — именно вы (я пальцем в собеседника тычу) поставите пулемет, даже без патронов, на пути их следования? Что их охрана с вами сделает? Пристрелят, как бешеную собаку, на месте! Будут писать во всех газетах, говорить по телевидению: «Так и надо!» Вы же сейчас защищаете потенциальных террористов!»

Вот такой разговор был в прошлую субботу в русской церкви.

Это очень важно — дать отпор, но не всегда рядом окажется человек, который сможет защитить честное имя Вождя; очень злобны мысли простых обывателей. Антисоветская, антисталинская пропаганда крепко вдалбливается в пустые головы жвачных людей!

Александр, в Кельне, 26.03.2009».

Затем последовало дополнение:

«Читая историю религии, я удивляюсь: миллиарды людей в трех религиях (христианство-ислам-иудаизм) благодарят и хвалят в молитвах живших тысячи лет назад своих предков, обожествляют своих предков. Но те же люди НЕ понимают, что на поиски Героев не надо далеко ходить. В XX веке жил простой человек, который именно спас человечество от черно-коричневой чумы, избавил миллиарды людей от колониального рабства, дал свободу неграм-китайцам-арабам…

Этот спаситель — Сталин!

Очень мало осталось живых свидетелей, очень много документов уничтожили враги, 50 лет замалчивания — целое поколение выросло.

Неизвестно, что было бы с церковью, со священниками, муллами и т.д., если бы войну выиграли фашисты. Вполне возможно, Гитлер уничтожил бы всех своих конкурентов, а Библию, Коран и Тору просто сожгли бы и все бы забыли об их существовании.

В немецком языке после 1933-го создали слова: „Propaganda-Terror", „B?cherverbrennung" — «сжигание книг», „Hitler-Jugend-Tagung" — «гитлеровская-молодежная-конференция», „Frau, H?terin deutscher Zukunft" — «женщина, хранительница немецкого будущего», „Kinder leRnen: Gehorsam oder Tod" — «Детское обучение: послушание или смерть». Таких «кирпичей культуры» было придумано всего-то за 12 лет Третьего Рейха великое множество.

В «культуре» Третьего Рейха не было места никаким религиям!

Почти никто в Германии (70 миллионов жителей!) слово против не сказал! Сжигали книги многих авторов (не только евреев), издававшихся во Франции, России, Англии, Америке, Германии (до 1933 года); осталась только одна книга для немецкого народа: „Mein Kampf"! Это была библия нацизма.

Я уверен — все сказанное должен знать каждый верующий и неверующий человек в Мире.

Александр из Кельна, 27.03.2009».

…Народ и его вождь, которого признают высшим авторитетом, едины.

Столь простую истину не могут понять хулители Сталина, позволяющие себе клеветать на него даже в школьных учебниках. Так воспитывают новые поколения в духе антикоммунизма, что уже само по себе недостойно и позорно, но и в презрении к старшим поколениям — всем тем, кто создавал и отстаивал, нередко ценой своей жизни, свою Родину — СССР.

А была ли незаурядная личность?

В начале марта 1953 года Сталин тяжело заболел. Черчилль попросил советского посла в Англии А.А. Громыко регулярно информировать его о состоянии здоровья руководителя СССР.

После смерти советского вождя Черчилль остался единственным из «Большой тройки», что придало ему дополнительный вес на международной арене. Он инициировал созыв совещания руководителей великих держав на высшем уровне. Оно состоялось, но уже без Черчилля. Он ушел в отставку в начале 1955 года. Ему шел 81-й год. Его агрессивные выступления как «поджигателя войны» объяснялись вовсе не воинственностью, а политическим расчетом, о чем ясно и справедливо говорил Сталин.

Хрущев и пока еще верный ему Булганин нанесли в 1956 году визит в Англию. На приеме в советском посольстве в Лондоне состоялась беседа нового лидера СССР с Черчиллем. «Вы задумали большое дело, господин Хрущев, — сказал умудренный жизненным опытом старик, — но учтите, что нельзя одолеть расстояния между двумя берегами в два прыжка!»

Сказано было впустую. Хрущев не знал даже, на какой берег собирался прыгать. Его ужимки и прыжки были порой нелепыми, типа культивации повсюду кукурузы и тотального освоения целины. А «борьба с культом Сталина» стала губительной для идеологии и морального состояния советского народа. Переименование Сталинграда стало кощунством по отношению к павшим защитникам города с таким именем.

В 1959 году на торжественном заседании Палаты общин Великобритании, посвященном 80-летию И.В. Сталина, выступил Черчилль. Злобная антисталинская кампания задевала его лично. Человек, которого он часто называл своим близким боевым товарищем по Второй мировой войне, был объявлен бездарным полководцем, мучителем и убийцей, обуянным манией преследования и ненасытной жаждой власти.

Это наносило удар по гордости и самолюбию незаурядного политического деятеля Великобритании, выставляя его или одураченным простачком, или бесстыдным лицемером. Ни тем, ни другим он не был, хотя бывал порой одураченным (редко) и вынужден был лицемерить (частенько). Традиции западных демократий допускают возможность лжи, облаченной в покров правды. Вот и Черчилль о том же выразился красиво: «Правда настолько драгоценна, что ее должен сопровождать эскорт из лжи».

В своей речи он сказал:

«Большим счастьем для России было то, что в годы тяжелых испытаний ее возглавлял такой гений и непоколебимый полководец, как Иосиф Сталин.

Он был выдающейся личностью, вполне соответствовавшей жестокому времени, в котором протекала его жизнь.

Сталин был человеком необыкновенной энергии, эрудиции и несгибаемой воли, резким, жестким, беспощадным как в деле, так и в беседе, которому даже я, воспитанный в британском парламенте, не мог ничего противопоставить.

Сталин обладал большим чувством юмора и сарказма, а также способностью точно выражать свои мысли. Статьи и речи Сталин всегда писал сам, и в них звучала исполинская сила. Эта сила настолько велика, что он казался единственным среди руководителей государств всех времен и народов.

Сталин производил на нас неизгладимое впечатление. Его влияние на людей было неотразимо. Когда он входил в зал на Ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам.

Он обладал глубокой мудростью и чуждой всякой панике логикой. Сталин был непревзойденным мастером находить выходы из самого безвыходного положения.

В самые трагические моменты, как и в дни торжеств, Сталин был одинаково сдержан, никогда не поддавался иллюзиям. Он был необычайно сложной личностью.

Сталин создал и подчинил себе огромную империю. Он был человеком, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставив даже нас, которых открыто назвал империалистами, воевать против империалистов.

Сталин был величайшим, не имевшим себе равных в мире диктатором. Он принял Россию с сохой, а оставил оснащенной атомным оружием.

Нет, что бы ни говорили о Сталине, таких история и народ не забывают».

…Черчилль умер в 1965 году в возрасте 90 лет. Он заранее, до деталей проработал и описал всю церемонию своих похорон (она была не слишком пышной). А через двадцать лет к власти в СССР пришел Горбачев, началась чудовищная перестройка. И сбылись пророческие слова И.В. Сталина: «Время героев и гениев кончается, наступает время дураков и предателей».

Нельзя считать Уинстона Черчилля героем и гением, но он был крупным государственным деятелем. В дипломатических поединках со Сталиным он часто оказывался в проигрыше. Противник был слишком сильным. На стороне противника обычно, если не всегда, была правда (и без эскорта лжи). Об этом человеке Черчилль высказывался не раз. Вот фрагмент его выступления 8 сентября 1942 года в Палате общин, после личного знакомства с Иосифом Виссарионовичем:

«Для России большое счастье, что в час ее страданий во главе ее стоит этот великий твердый полководец. Сталин является крупной и сильной личностью, соответствующей тем бурным временам, в которые ему приходится жить.

Он является человеком неистощимого мужества и силы воли, простым человеком, непосредственным и даже резким в разговоре, что я, как человек, выросший в Палате общин, не могу не оценить, в особенности когда я могу в известной мере сказать это и о себе.

Прежде всего Сталин является человеком с тем спасительным чувством юмора, который имеет исключительное значение для всех людей и для всех наций, и в особенности для великих людей и для великих вождей. Сталин произвел на меня также впечатление человека, обладающего глубокой хладнокровной мудростью, с полным отсутствием иллюзий какого-либо рода…

Одно совершенно очевидно — это непоколебимая решимость России бороться с гитлеризмом до конца, до его окончательного разгрома. Сталин сказал мне, что русский народ является по природе своей миролюбивым народом, но что дикие зверства, совершенные против этого народа, вызвали в нем такую ярость и возмущение, что его характер изменился».

В тот же год член военного кабинета лорд Уильям Бивербрук высказался на ту же тему. Приведем его слова для того, чтобы нынешний читатель обдумал свидетельство умного и честного человека, не имевшего никаких оснований восхвалять советского вождя:

«Коммунизм при Сталине завоевал аплодисменты и восхищение всех западных наций. Коммунизм при Сталине дал нам примеры патриотизма, которым трудно найти аналоги в истории. Коммунизм при Сталине дал миру лучших генералов. Преследование национальностей? Совсем нет. Евреи живут там так же, как и все остальные. Политические репрессии? Да, конечно. Но теперь уже ясно, что те, кого расстреливали, предали бы Россию немцам».

Конечно, не все так просто, однако суть дела изложена достаточно верно.

Черчилль в 1959 году, отдавая должное великим сталинским достижениям, называл его диктатором. С таким определением можно согласиться лишь отчасти. Скажем, в отношениях с руководителями других государств, с тем же Черчиллем, Сталин если и диктовал свою волю, то лишь в интересах СССР и отстаивая правое дело с предельной честностью.

Был ли Сталин диктатором для русского народа? Вряд ли.

Он слишком много трудился и слишком мало заботился о себе и личном благе. Диктаторы упиваются собственной властью, любят выставлять свою персону напоказ. В этом отношении диктаторские наклонности у Черчилля более очевидны, чем у Сталина. Другое дело, что государственное устройство и традиции Англии не допускали возможности даже таким лидерам, как Черчилль, становиться полноправными диктаторами.

Характеристика Сталина, данная Черчиллем, является свидетельством «из первых рук». Проницательно отмечено, что личные качества Сталина полностью отвечали тем задачам, которые требовалось ему решать в труднейшие для Советского Союза времена.

…Говорят, когда у Михаила Шолохова спросили, был ли при Сталине культ личности, он ответил: «Культ был. Но и личность была».

Но ведь незаурядным может быть не только гениальный творец, но и чудовищный злодей. Обратимся к серьезному, на первый взгляд, исследованию в двух объемистых томах британского историка Алана Буллока «Гитлер и Сталин». Сразу отметим, что к Гитлеру этот автор относится с большей симпатий, чем к Сталину, о котором пишет:

«Опыт первой половины жизни, проведенной среди антисоциальных элементов, воров и других отщепенцев… оставил след — психологические комплексы, от которых он так и не освободился…

Сталин был груб, невоспитан, необразован… Он был человеком, который никому не доверял и не вызывал доверия… Эта грубость — отсутствие воспитания, культуры… Сталин по-прежнему выходил из себя, в гневе набрасывался на того, кто ему противоречил или возражал… Эти первобытные свойства (которые Троцкий и другие члены Политбюро называли у Сталина «азиатскими») были особенно заметны на фоне остальных революционеров… Он вынужден был скрывать неприязнь к тем, кто был лучше образован, жил за границей, знал языки…

Он был непревзойденный лицемер и лицедей… приучил себя к сдержанности… Хитрость и коварство были его второй натурой».

Все эти обвинения приведены без доказательств, если не считать ссылки на недругов Сталина, в частности Троцкого. Некоторым оправданием для диктатора могло бы служить то, что согласно диагнозу Буллока, вождь СССР был параноиком. Остается лишь изумляться, как такая патологическая личность пребывала не в психиатрической лечебнице, а во главе государства в труднейший период и три десятилетия.

Если вспомнить хотя бы то, что писал о Сталине не раз встречавшийся с ним Черчилль, то становится ясно: это Буллок не способен к логическому мышлению или — способен на клевету и ложь.

Вот и профессор Б.С. Илизаров, на которого мы уже ссылались, по поводу поступления в вуз жены Иосифа Виссарионовича Надежды изрек: «В перспективе он мог получить дипломированную жену при недоучке-генсеке». И еще: «Все политические деятели первого ряда были людьми европейски образованными. Из них только Сталин так и остался недоучкой-семинаристом».

Да, не было у Сталина никакого диплома, а из семинарии его выгнали (по политическим мотивам). Но за этой формальной правдой кроется большая ложь Илизарова. Ее разоблачить нетрудно по выдержкам из его же книги: «Приятным и даже очаровательным в общении признавали его многие мировые государственные деятели: Черчилль, Рузвельт, де Голль; известные писатели и журналисты: Барбюс, Роллан, Фейхтвангер, Уэллс и другие».

Предположим, необразованный параноик был отменным лицедеем (правда, упомянутых людей не назовешь простаками, и они вели со Сталиным долгие беседы), мог притвориться воспитанным. Но как понять обвинения в отсутствии культуры и образованности, зависти к интеллектуалам, если тот же Илизаров сообщает: «Сталин был заядлым библиофилом. В дореволюционные годы, в период подполья, ссылок и бродяжьей жизни профессионального революционера у него было мало возможностей систематически читать, а главное, хранить книги. Но все, кто с ним встречался в этот период жизни, отмечают его постоянно растущую начитанность. В своих ранних работах, газетных и журнальных статьях… он цитирует не только марксистских классиков, но и зарубежных философов и историков довольно широкого спектра».

И еще: «Живой ум, не угасающая, а, наоборот, возрастающая с каждым годом, несмотря на многочисленные болезни (добавим — и огромную практическую работу. — Р.Б.), любознательность… Знания Сталина становились все более обширными и универсальными…»

Дальше — больше. Оказывается: «Без личного сталинского одобрения не принимался ни один проект станции метро (эти станции метро остаются одними из лучших в мире. — Р.Б.). Сталин принимал решения и по проектированию водных каналов, железных дорог и гидроплотин, решения о выпуске тех или иных видов вооружения, издании книг и учебников, строительстве новейших заводов и т.д. И это были не формальные решения, многие из которых принимает любой глава государства. Талантливейшие конструкторы в своих воспоминаниях в один голос отмечали, что он поражал своих собеседников тонким пониманием конструктивных особенностей тех или иных машин…

Хорошо известно, что он принимал все стратегические решения в ходе войны».

И это — недоучка-семинарист и параноик с букетом комплексов! Да ведь даже незаурядному интеллектуалу не дано так много знать и уметь, обладать подобной работоспособностью, памятью, остротой ума и, конечно же, образованностью.

Получается, что не у него, а у его хулителей обнаруживаются умственные и психические аномалии. Его врагов понять можно. Зависть к чужой необычайной славе, уязвленное самолюбие, непомерная и затаенная гордыня, неспособность оценить меру труда и ответственности подлинного руководителя государства (а не марионетки в руках администрации, влиятельных кланов).

Только под дурманом антисоветской пропаганды историки могут писать нечто несуразное, противоречащее здравому смыслу. Такой феномен объясняется внедрением в сознание и даже в подсознание определенной установки. Она начинает управлять поведением индивида и господствовать над его интеллектом. Достигается это комплексом приемов, используемых психотехнологами. В результате у людей возникает устойчивая неприязнь, ненависть к тем или иным понятиям, личностям, воззрениям.

Такой обработке подверглась значительная часть советских служащих. Вырабатывался четкий условный рефлекс, когда слова «СССР, советский народ, коммунизм, Сталин» вызывают приступы злобы, а от услышанных «буржуазная демократия, США, миллиардер, капитализм» текут слюнки. Сходные эффекты на собаках изучил И.П. Павлов. Завистливых «шариковых», как известно, легко сделать из интеллектуалов, падких на посулы комфортной жизни.

Обратим внимание на такой пассаж А. Буллока: «Сталин, в отличие от Гитлера, любил читать. Его библиотека в основном состояла из книг по политике, марксизму, истории». И тут лукавство. Сталин не просто любил чтение, а постоянно работал с книгами. Об этом свидетельствуют многочисленные пометки и закладки в самых разнообразных изданиях. Его личная библиотека насчитывала не менее 20 тысяч томов.

Согласно его записи, они разделены: «а) философия; б) психология; в) социология; г) политэкономия; д) финансы; е) промышленность; ж) сельское хозяйство; з) кооперация; и) русская история; к) история зарубежных стран; л) дипломатия; м) внешняя и внутренняя торговля; н) военное дело; о) национальный вопрос; п) съезды и конференции; р) положение рабочих; с) положение крестьян». А также: профсоюзы, беллетристика, художественная критика, журналы политические, журналы естественно-научные, словари всякие, мемуары… В конце длинного списка он отметил «антирелигиозную макулатуру».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.