2.4. Новгород и Хольмград-Холмогоры

2.4. Новгород и Хольмград-Холмогоры

Хорошо известно, что скандинавы, торговавшие с летописным Великим Новгородом, называли его ХОЛЬМГРАДОМ, см., например, [33]. Это название сразу вызывает в памяти широко известный город ХОЛМОГОРЫ недалеко от Архангельска. Более того, в старых источниках часто говорят даже не об Архангельске, а именно о Холмогорах в устье Северной Двины, рис. 43.

Рис. 43. Фрагмент карты Московии Сигизмунда Герберштейна из собрания Государственного исторического музея (Москва). В устье Северной Двины, впадающей в Белое море, вместо Архангельска показаны лишь ХОЛМОГОРЫ (COLMOGOR). См. верхний правый угол данного участка карты. Взято из [44], с. 147.

Таким образом, Холмогоры — это старый порт на Белом море, являвшийся началом известного средневекового Северо-Двинского речного торгового пути. Путь этот вел из Белого моря во Владимиро-Суздальскую Русь и сохранял свое значение вплоть до основания Петербурга. На пересечении Северо-Двинского и Волжского путей находится город ЯРОСЛАВЛЬ, рис. 41. Поэтому через Холмогоры торговали, естественно, прежде всего ЯРОСЛАВСКИЕ купцы.

Северо-Двинский путь шел через Холмогоры — недалеко от которых позже возник город Архангельск — а затем через Великий Устюг, Вологду, и, наконец по реке Мологе выходил к Волге рядом с ЯРОСЛАВЛЕМ, рис. 41. Тут в устье Мологи и располагался великий торг.

Северо-Двинский путь хорошо виден на многих старых западно-европейских картах. Он выделяется на них огромным количеством отмеченных названий сел и городов, расположенных вдоль этого пути, рис. 44. Неудивительно — ведь европейские купцы постоянно ездили там, и, следовательно, должны были знать все остановки по дороге.

Рис. 44. Фрагмент карты начала XVIII века (см. рис. 16 выше) показывающий Северо-Двинский торговый путь из Белого моря через Архангельск и Холмогоры к Вологде и Ярославлю, рядом с которыми на карте написано «Княжество Новгородское» (Duche de Novogorod). Взято из [44], с. 336–337.

Преимущества Северо-Двинского пути состояло в том, что он проходил по спокойной полноводной реке, позволяющей проплывать даже большим кораблям. Судоходство продолжалось около шести месяцев в году. Вот сведения о Северной Двине XIX века: «средняя продолжительность навигации 160–193 дня… Судоходство производится и вниз, и вверх по реке… Из Архангельска вверх по Северной Двине привозят большею частью колониальные товары, доставляемые из-за границы… Длина рек бассейна Северной Двины равна 7693 верст, из которых… 1223 верст для груженых судов и 4294 верст судоходных в обе стороны» [49], статья «Северная Двина». Отметим, что длина непрерывного речного пути от Холмогор до Вологды составляет около 1000 километров.

Современный же город Новгород на Волхове лежит далеко в стороне не только от Северо-Двинского, но и от любого другого мыслимого средневекового торгового пути, рис. 41.

Не торговал волховский Новгород в Средние века ни с кем!

Но если Великий Новгород — это Ярославль, то получается, что для скандинавов торговля с Русью должна была связываться, прежде всего, именно с Холмогорами, которые они называли «Хольмградом». Ведь именно Холмогоры были первым русским портовым городом на их пути в Ярославль — Великий Новгород. Позднейшие же историки, не разобравшись, решили, что скандинавы назвали Хольмградом сам Великий Новгород.

Отождествление скандинавского Хольмграда-Новгорода с городом Холмогоры подтверждается также и следующим ярким обстоятельством. Оказывается, через Холмогоры до конца XV века торговали исключительно НОВГОРОДЦЫ [49], статья «Северная Двина». А сами Холмогоры принадлежали ВЕЛИКОМУ НОВГОРОДУ!

Сообщается следующее. «Около 1342 года сын новгородского посадника Лука Варфоломеев собрал множество товарищей и отправился вниз по Северной Двине… В 30 верстах от Холмогор, вверх по реке, он основал каменную крепость или городок Орлец. Утвердясь здесь, он вскоре сделался обладателем всей Двинской долины. В 1396 году жители Двинской земли добровольно покорились Василию, великому князю московскому. Новгородцам это не понравилось, и они стали убеждать великого князя не принимать двинян под свою власть, но тот не послушался их и послал туда наместника своего, князя Ростовского. Наместник царский, не имея достаточно сил, заперся в Орлеце, который скоро осадили новгородцы; после тридцатидневной осады крепость была взята, и ДВИНСКАЯ ЗЕМЛЯ ОСТАВАЛАСЬ ДАННИЦЕЮ НОВГОРОДА ДО ОКОНЧАТЕЛЬНОГО ЕГО ПАДЕНИЯ» [49], статья «Северная Двина».

Но это ПРЯМО ОТОЖДЕСТВЛЯЕТ ЛЕТОПИСНЫЙ ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД С ЯРОСЛАВЛЕМ.

В самом деле, взгляните на карту, рис. 41. Северо-Двинский речной путь от Холмогор на Русь идет именно к ЯРОСЛАВЛЮ, но никак не к Новгороду на Волхове, рис. 44. От конца этого пути (выходящего к Волге у устья Мологи рядом Ярославлем) до Новгорода на Волхове — более 500 верст по болотам и бездорожью. Какой же это путь в Новгород, если тот находился на Волхове? Но вот если летописный Великий Новгород — это Ярославль, то все опять становится на свои места.

Могут спросить: если Ярославль — это летописный Великий Новгород, то почему об этом ничего не знали сами ярославцы? Допустим, в XVI веке название «Великий Новгород» принадлежало еще Ярославлю. Но тогда, по крайней мере, до середины XVII века в Ярославле об этом должны были помнить. Есть ли следы таких воспоминаний?

Да, они есть. И очень яркие. Оказывается, многие ярославские купцы XVII века считали себя ПОТОМКАМИ НОВГОРОДЦЕВ. Причем подобная местная традиция возводить себя к новгородцам была распространена ИМЕННО В ЯРОСЛАВЛЕ И НИГДЕ БОЛЬШЕ. «Местная историческая традиция считает Скрипиных (ярославские купцы середины XVII века — Авт.), как и представителей многих других купеческих фамилий Ярославля того времени — Светешниковых, Добрыниных, Гурьевых и других — ПОТОМКАМИ НОВГОРОДЦЕВ» [53], с. 7.