Агония русского барства. Князь Николай Борисович Юсупов (1750–1831)

Агония русского барства. Князь Николай Борисович Юсупов (1750–1831)

В двадцатипятитомном Русском биографическом словаре, изданном в предреволюционные годы и ныне переиздающемся, больше всего внимания уделено родовитым графам и князьям. Многие из династий Голицыных, Нарышкиных, Долгоруковых приумножили славу России, но не меньшее число вельмож отличилось исключительно спесью, обжорством да придворными интригами. «В преданиях и усадьбах старых русских бар, — писал историк В. О. Ключевский, — встретим следы приспособлений комфорта и развлечения, но не хозяйства и культуры; из них можно составить музей праздного баловства, но не землевладения и сельского управления».

Современники по-разному относились к образу жизни своих богатых соотечественников…

«Отличаясь, таким образом, от массы народа, — писал основоположник финансовой науки в России Н. И. Тургенев, — преимуществами, образом жизни, костюмом и языком, русское дворянство было наподобие племени завоевателей, взявшего на себя всю силу нации вносить другие инстинкты, стремления, иметь другие интересы, чем большинство».

Зато писатель Ксенофонт Полевой искренне грустил о вельможных домах, наполненных няньками, мамками, пленными турчанками, арапами, карлицами, горничными и сенными девками: «Прежде все, казалось, для того только и жило, чтобы пировать и веселиться, и всех жителей можно было разделить на угощаемых и угощающих, а остальные, мелкие москвичи, были только принадлежностью их».

Но право же, современному человеку должно быть ближе к сердцу мнение провинциального чиновника Гаврилы Добрынина, посетившего Москву в 1785 году, когда екатерининский «век просвещения» был в самом разгаре: «Проживши там недели с три на чужом столе и в бесплатной квартире, возвратился в Могилев, довольствуясь иногда воспоминанием виденных там предметов, которых смешение нельзя было не видеть, то есть обилия и бедности, мотовства и скупости, огромнейших каменных домов и вбившихся в землю по окна бедных деревянных хижин, священных храмов и при них торговли и кабаков, воспитания и разврата, просвещения и невежества. Получивших богатое наследство видел бедными, гордыми и подлыми. Там подпора Отечества занимается с вечера до утра важными пустяками, названными игрою, и за игру вызывает на поединок, а от восхождения до захождения солнца спят».

Самым известным московским вельможей был князь Николай Борисович Юсупов, всю жизнь усердно бегавший от скуки, на что тратил гигантские суммы денег, нажитые его расчетливыми предками. Скапливалось колоссальное богатство Юсуповых постепенно — службой у Лжедмитрия и Тушинского вора, участием в суде над цесаревичем Алексеем, следствиями над богатейшим князем Иваном Долгоруким и «полудержавным властелином» князем Меншиковым, особым расположением и родством с Бироном, выдачей скаредных приданых дочерям и множеством мелких поручений, начиная от вполне пристойных и кончая арестом «за дерзость» Ломоносова.

Богатства казненных и опальных вельмож, перешедшие к Юсуповым, князь Николай Борисович укрепил, женившись на племяннице знаменитого князя Г. А. Потемкина-Таврического — Татьяне Васильевне Энгельгардт. Она была чрезвычайно скупа, но обладала страстью коллекционировать драгоценные камни, среди которых были известные своей величиной и красотой алмазы «Полярная звезда» и «Альдебаран», серьги Марии-Антуанетгы, жемчужная диадема королевы Неаполитанской, жемчужина «Перегрина» короля Филиппа II и т. д.

Александр Пушкин с восторженностью писал об Н. Б. Юсупове:

Ты понял жизни цель: счастливый человек,

Для жизни ты живешь. Свой долгий ясный век

Еще ты смолоду умно разнообразил,

Искал возможного, умеренно проказил;

Чредою шли к тебе забавы и чины.

Может быть, эти строки Пушкин писал с грустной завистью, ведь он — гений русской поэзии, блестяще образованный дворянин — имел придворный чин 9-го класса (камер-юнкер), никогда не получал дозволения попутешествовать за границей, почти всегда был в долгах. Герой же его стихотворения еще юнцом служил чрезвычайным посланником при Сардинском дворе, в Риме, Венеции и Неаполе, позже — при императорах Павле и Александре — стал министром Департамента уделов, президентом мануфактур-коллегии. Верховный маршал, действительный тайный советник, сенатор, член Государственного совета, главноуправляющий Оружейной палатой и театральными зрелищами — всех чинов и должностей и не перечислишь. Николай Борисович Юсупов, обласканный четырьмя российскими монархами, имел столько орденов и прочих наград, что, когда уже не знали, чем еще пожаловать блистательного потомка князька Ногайской орды, преподнесли ему жемчужную эполету. Он объехал полмира, в Ватикане встречался с папой Пием VI, гостил в Версале у последнего короля Франции Людовика XVI, в Вене был представлен императору Иосифу II, в Неаполе — королю Фердинанду I, в Берлине — Фридриху Великому, подолгу живал в Фернейском замке у Вольтера, в Лондоне познакомился с Бомарше, был принят в Париже Наполеоном и т. д. В своем московском доме у Харитонья в Огородниках и подмосковных усадьбах не раз принимал российских императоров.

И все же когда речь заходила не о сказочных чертогах Юсупова, а о нем самом, москвичи без особого почтения говорили об этой достопримечательной особе…

«Только что князь сел со своими гостями, загремел оркестр, и вскоре поднялся занавес. Давали балет «Зефир и Флора». Я в первый раз увидел театральную сцену и на ней посреди зелени и цветов толпу порхающих женщин в каких-то воздушных нарядах… Мне и в голову не приходило, что этот гостеприимный вельможа…

На крепостной балет согнал на многих фурах

От матерей, отцов отторженных детей.

Я видел только, как сотни зрителей любовались танцами и дружно хлопали при появлении Флоры. Когда упал занавес, артистку позвали в княжескую ложу, где она выслушала что-то от своего властителя и поцеловала ему руку.

— Как ей не стыдно? — сказал я.

— А не поцелуй, так, пожалуй, высекут.

— Большую-то и такую хорошенькую?

— Да ведь она крепостная девка!

Это возмутило меня, и стали мне противны и этот великолепный князь, и его великолепный театр».

«Великим постом, когда прекращались представления на императорских театрах, Юсупов приглашал к себе закадычных друзей и приятелей на представление своего крепостного кор-де-балета. Танцовщицы, когда Юсупов давал известный знак, спускали моментально свои костюмы и являлись перед зрителями в природном виде, что приводило в восторг любителей всего изящного».

«В передней комнате встречал князя экзекутор и столоначальник. Обязанность столоначальника состояла принять от князя в передней шляпу и трость с золотым набалдашником, украшенным бриллиантами, и нести за ним в присутствие, положить на приготовленный для этого стол и идти к своим занятиям. Когда же князь подымался со своих кресел для выезда из присутствия, тот же столоначальник подавал ему в руки те же трость и шляпу».

«Князь Николай Борисович Юсупов всеми силами поддерживал свою сановитость. Ездил всегда в четырехместном ландо, запряженном четверкой лошадей цугом, с двумя гайдуками на запятках и любимым калмыком на козлах возле кучера. Князь сам не выходил из кареты, а его вынимали и выносили гайдуки».

Милая древняя Москва, отставная столица! Ты стала инвалидным домом для всех, кто был «в случае» при императорском дворе XVIII века, а теперь забавлялся лишь лестью крепостных лакеев. Ты до поры до времени была хлебосольной для тех, кого приглашали на званые обеды очумевшие от скуки и азиатской роскоши старики-вельможи «века просвещения». Ты присутствовала при последней агонии екатерининского барства, когда блестящее самодурство владельцев мраморных палат и крепостных танцовщиц стали сменять купеческие загулы в загородных ресторанах с непременным цыганским хором. Но ты ощутила и другие изменения. Все чаще на дворянских особняках стали появляться надписи: гимназия, больница для чернорабочих, благотворительный комитет. Пусть нечасто, но уже появился такой обычай, что представители привилегированных сословий стали обращаться к простолюдину как к человеку, притом почти как к равному себе. Изменились даже Юсуповы. Единственный сын князя Николая Борисовича стал благодетелем своих крестьян, щедро помогал им во время неурожая, самолично ухаживал за больными во время холеры. В этом самом привилегированном роду вопреки всем правилам медицинской науки после агонии началось выздоровление.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 2 Князь Н. Б. Юсупов в московском обществе и Московском Английском клубе[185]

Из книги Князь Николай Борисович Юсупов. Вельможа, дипломат, коллекционер автора Буторов Алексей Вячеславович

Глава 2 Князь Н. Б. Юсупов в московском обществе и Московском Английском клубе[185] Москва! Как много в этом звуке Для сердца русского слилось, Как много в нем отозвалось! А. С. Пушкин Ну что ваш батюшка? все Английского клоба Старинный, верный член до


Газетчик. Издатель и репортер Николай Иванович Пастухов (1831–1911)

Из книги Московские обыватели автора Вострышев Михаил Иванович

Газетчик. Издатель и репортер Николай Иванович Пастухов (1831–1911) В Москве в конце XIX века газету можно было выбрать по своему вкусу. Официальные «Московские ведомости» читали особы, приближенные к генерал-губернатору. Либеральные «Русские ведомости» —


Глава 27 Князь Юсупов

Из книги Григорий Распутин: правда и ложь автора Жиганков Олег Александрович

Глава 27 Князь Юсупов «Как трудно имеющим богатство войти в Царствие Божие!» Евангелие от Луки, 18:24 «Целованием ли предаешь Сына Человеческого?» Евангелие от Луки, 22:48 «Какое счастье — воспитание души аристократов». Г. Е. Распутин Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф


Глава 6 Николай Борисович. «Блистательный екатерининский вельможа»

Из книги Юсуповы. Невероятная история автора Блейк Сара

Глава 6 Николай Борисович. «Блистательный екатерининский вельможа» Точная дата рождения князя Николая Борисовича Юсупова историками все еще не установлена, несмотря на то, что биографию этого, пожалуй, ярчайшего представителя династии изучают уже более двухсот лет. В


Глава 14 Николай Борисович Юсупов-младший. Последний представитель династии по мужской линии

Из книги Юсуповы. Невероятная история автора Блейк Сара

Глава 14 Николай Борисович Юсупов-младший. Последний представитель династии по мужской линии Князь Николай Борисович Юсупов-младший родился в 1827 году. 20 октября 1827 года старый князь Николай Борисович Юсупов писал старосте одного из своих имений Герасиму Никифорову:


Глава 17 Феликс Юсупов. Князь, которого знают все

Из книги Юсуповы. Невероятная история автора Блейк Сара

Глава 17 Феликс Юсупов. Князь, которого знают все Он появился на свет очень слабым ребенком. При крещении батюшка едва не утопил мальчика в купели. Мать мечтала о дочери, поэтому до пяти лет одевала младшего сына в платья. Случалось, что она, выглядывала из окна, а Феликс


2. ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (СТАРШИЙ) (1831-1891)

Из книги Александр III и его время автора Толмачев Евгений Петрович

2. ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (СТАРШИЙ) (1831-1891) Николай Николаевич был третьим сыном Николая I. Родился в Царском Селе. Получил неплохое образование. Вместе со своим братом-погодком Михаилом готовился к военному поприщу. Военную службу начал с 1851 г. в Конногвардейском


202. ФЕДОР II БОРИСОВИЧ ГОДУНОВ, царь и великий князь всей Руси

Из книги Алфавитно-справочный перечень государей русских и замечательнейших особ их крови автора Хмыров Михаил Дмитриевич

202. ФЕДОР II БОРИСОВИЧ ГОДУНОВ, царь и великий князь всей Руси сын царя Бориса Федоровича Годунова от брака с Марьей Григорьевной Скуратовой-Бельской, дочерью известного Малюты, любимца царя Ивана IV Грозного.Родился в Москве весной 1589 г.; принимал личное участие в


Князь Николай Никитич Трубецкой

Из книги Трубецкие. Аристократы по духу автора Муховицкая Лира

Князь Николай Никитич Трубецкой Князь Николай Никитич Трубецкой – предпоследний сын генерал-прокурора князя Никиты Юрьевича Трубецкого, родился в ноябре 1744 года. Как уже упоминалось раньше, князь Николай – единоутробный брат поэта М. М. Хераскова. Известен также как


22 МАРТА 1831 г. УКАЗ НИКОЛАЯ I СЕНАТУ О НАКАЗАНИИ УЧАСТНИКОВ ПОЛЬСКОГО ВОССТАНИЯ 1831 г.

Из книги Польша против Российской империи: история противостояния автора Малишевский Николай Николаевич

22 МАРТА 1831 г. УКАЗ НИКОЛАЯ I СЕНАТУ О НАКАЗАНИИ УЧАСТНИКОВ ПОЛЬСКОГО ВОССТАНИЯ 1831 г. При самом начале мятежа, возмутившего Царство Польское, предвидя влияние оного на умы слабые, готовые увлечься мечтами законопротивными к нарушению спокойствия в губерниях, возвращенных


Ольга Евгеньевна Глаголева, Николай Кириллович Фомин. Дворяне «в штатском»: Провинциальное дворянство на гражданской службе в 1750–1770-е годы[75]

Из книги Дворянство, власть и общество в провинциальной России XVIII века автора Коллектив авторов

Ольга Евгеньевна Глаголева, Николай Кириллович Фомин. Дворяне «в штатском»: Провинциальное дворянство на гражданской службе в 1750–1770-е годы[75] Образ чиновника в русском сознании и русской культурной традиции крепко связан с представлением о взяточничестве. Народные