Рокировка

Рокировка

Выгнали вон Дмитрия. Вот тебе, княже, Бог – а вот порог.

Поглумились над семейкой. В заложниках оставили – чтоб не учудил князь чего злого. Ежли чего – дети твои ответят с женой. А потом размякли. Дали себя уговорить – выпустили. А жизнь показала – и правильно оставили, и зря выпустили!

Митрополиту объяснили, что не надо нам греков, а хоть и болгар, свои есть, которых наши батюшки выбрали, тех и хотим? Э, нет. Митрополит Киприан сам Дмитрия ненавидел: он бы еще народ против него подзуживал. Хитер был матерый Киприан: понял время оставаться в Москве – понял и время бежать из нее…

Вооружились люди чем было, и оружные стали на охрану городских ворот.

Собрали вече. Высказали все, что на душе копилось.

И приговорили звать князя Остея. Народное волеизъявление определилось.

Выбрали группу лучших людей в посыльные за ним.

Ну, и стали пока гулять. Не все купцы да бояре на Москве остались – которые и уехали от греха. Толпе море по колено – кого дома нет, тем и добром поживиться проще; и даже чего ж не поживиться! И выпить, как полагается: дверь в погреб поддомил – и пей боярские вина, запивай купеческими; пришел и на нашу улицу праздник, все люди сладко пожить хотят.

И приехал в Москву избранный князь Остей.