Злоключения баритона (Сергей Захаров)

Злоключения баритона

(Сергей Захаров)

Имя певца Сергея Захарова стало популярным в Советском Союзе в 1974 году. Между тем к своей популярности этот артист шел весьма тернистым путем. Он рано женился (в 16 лет) и рано стал отцом (в 18 лет). В 1968 году он ушел служить в армию, где стал запевалой в армейском ансамбле. За отменные успехи на певческом поприще его уволили на гражданку на полгода раньше срока. И Захаров практически сразу из Владимира отправился покорять Москву – поступил в музыкальное училище имени Гнесиных, а в свободное время солировал в знаменитом ансамбле Кадырского, который играл в самом большом ресторане Европы «Арбат».

В 1973 году Захаров устроился работать в ансамбль Леонида Утесова. Причем мэтру ни за что не удалось бы переманить к себе молодого артиста со столь «хлебного» места (за один вечер в ресторане Захаров получал 25 рублей), если бы Утесов не пообещал Захарову помочь в получении прописки и квартиры в Москве. Ведь Захаров спал и видел, как бы воссоединиться с семьей, которая продолжала жить во Владимире. Но мэтр обманул: Захаров ему был нужен исключительно для того, чтобы «закрыть» дыру в оркестре, которому предстояли многомесячные гастроли по стране. На самом деле никакой квартиры он не получил, да и зарплату ему должны были выплатить только после гастролей. А те длились аж полгода! В итоге из Гнесинки Захарова отчислили за прогулы, пообещали выгнать и из общежития. Вылетел он и из «Арбата», что существенно ударило по его карману (с 25 «ресторанных» рублей он опустился до «концертных» 6). Короче, по всем статьям – полное фиаско. В итоге в том же 1973 году Захаров ушел в Ленинградский мюзик-холл. И вот там его дела уже явно пошли на лад. Он стал ведущим солистом, получил однокомнатную квартиру с мебелью и прописку в городе на Неве. Молодая семья воссоединилась.

Между тем, едва слава Захарова пошла в гору, как его персоне уделила почти целую полосу влиятельная газета «Советская культура». Причем статья оказалась не восторженной, а совсем наоборот. Она называлась «Звезда эстрады. Об успехе подлинном и мнимом» и принадлежала перу журналистки Галины Ужовой (номер от 17 декабря 1974 года). Приведу лишь несколько отрывков из этой статьи:

«…На концерте он (Захаров. – Ф. Р.) получил записку, коротенькую. Развернул, ожидая увидеть название песни, которую просят повторить, и прочел: «Вы – бог, а ваше исполнение – еще выше!»

Ну вот, Сережа Захаров уже и выше бога… И опять записки, цветы, девочки с букетами нетерпеливо переминаются, потом бегут по проходу, самые бойкие взбираются на сцену, протягивают для автографа его собственные, неизвестно где и как снятые фотокарточки…

Звезда Захарова взошла невероятно стремительно даже для эстрадного небосклона. Прошлой зимой – подумайте только! – он появился в телевизионной программе «Артлото», и лицо его не было никому знакомо…

Наутро после «Артлото» Сергей проснулся знаменитым. Угрюмые мизантропы, невзлюбившие голубой экран и не слышавшие Захарова, – разъяснение для вас: представьте себе худого, высоченного юношу с крупными завитками черных кудрей, с прекрасными «бархатными» глазами, задорно-курносого, белозубого. Прибавьте голос – баритон. По мнению неспециалистов, сиречь поклонников, – «как у Магомаева».

Весной в Москве при аншлагах проходили гастроли Ленинградского мюзик-холла, где работает Захаров, тут же решается вопрос о поездке Сергея в Болгарию, на фестиваль «Золотой Орфей»-74. Словно фея взмахнула палочкой… Он спел болгарскую песню «Мария», нашу пахмутовскую «Ты – моя мелодия» и получил первую премию. Через месяц его послали в Польшу, в Сопот. Это был фестиваль, проводимый фирмами звукозаписи, а у него не было еще никаких записей – так быстро все произошло. В срочном порядке Захаров напел пластинку. «Сопот-74» закончился для него тоже полной победой.

Центральное телевидение приглашает его и в следующее «Артлото», в октябрьский «Голубой огонек», Московский театр эстрады – на открытие концертного сезона.

В промежутках между фестивалями Ленинградское телевидение сделало о нем передачу: Сергей рассказывает о себе и, конечно, поет. Но прежде чем зазвучит его волнующий, глубокий голос, зритель видит его задорную, мальчишескую улыбку, шапку волос. «Если бы мне в десятом классе сказали, что я буду певцом, я не поверил бы», – неторопливо, раздумчиво начинает Захаров за кадром…

Однако, невзирая на искреннюю интонацию, он неточен. В десятом классе он не учился. И в девятом тоже. И вообще есть реальная, довольно неровная биография, а есть другая, полулегендарная – что-то приукрасить, о чем-то умолчать – биография «звезды», для публики. Ну, право, не стоило бы вдаваться в подробности частной жизни артиста, если бы Сергей Захаров не представлял, на мой взгляд, явления, во многом показательного, наводящего на размышления, общественности далеко не безразличного…

Так вот о двух биографиях Сережи. Цитирую его интервью: «Я стал участником армейской самодеятельности, а после службы мне посоветовали ехать в Москву учиться. Я поступил в музыкальное училище имени Гнесиных, затем перешел в институт. На одном из отчетных концертов меня случайно услышал Леонид Осипович Утесов и пригласил к себе в Государственный эстрадный оркестр РСФСР. С этим оркестром я выступал три месяца. Как раз в это время в Москву приехал на гастроли Ленинградский мюзик-холл. Я посмотрел программу „Нет тебя прекрасней“ и на следующий день пошел к Илье Яковлевичу Рахлину»… И дальше: «Для певца, который хочет расти актерски, рамки концерта в чистом виде слишком узки»… «Моя мечта – поступить в Ленинградскую консерваторию».

Все прекрасно. В действительности было так: после армии Сергей приехал в Москву и после первых же прослушиваний был принят в Гнесинское училище. Вот уж действительно открывались все пути. На первом же курсе училища стал по вечерам петь в ресторане «Арбат», о чем вспоминать сильно не любит. На том же первом году обучения он начал расходиться с руководителем курса во взглядах на дисциплину, что и кончилось скандалом – Сергей не явился на экзамен и был отчислен.

Его педагог по вокалу Маргарита Осиповна Ланда, уже тогда считавшая, что Захаров – дарование незаурядное, кинулась его спасать. Так или иначе, Захаров на следующий год был принят на подготовительное отделение Гнесинского института, но и там пробыл чрезвычайно недолго. В это время его показали Утесову, начиналась новая жизнь…

В оркестр Утесова Захаров был принят на ура. Солидный коллектив, возможность пройти настоящую школу мастерства прямо в процессе репетиций, выступлений. Почему же через три месяца уже другой адрес? «Мы не сработались, – хмуро бросает Сергей. – В Москве мне все только обещали…»

Имеется в виду ставка, прописка, квартира. Все это он получил в Ленинграде. Потому и переехал. Опять-таки не поторопимся осуждать: в конце концов у Захарова, при его мальчишеской внешности, дочери шестой год, надо и о гнезде подумать…

Слава уже есть, а что певца еще нет, никого не тревожит. Ему бы еще только призадуматься, только бы проснуться в ночи от мучительного беспокойства: куда идти? что выбрать? что есть мой путь? А уж поздно, он уже весь на виду, на публике, в графике концертов. Уже он запущен на орбиту, уже начался прокат…

Не хочу, чтобы за моими сердитыми строками забылось главное: Захаров очень одаренный человек. Но как же это получается, что талантливый человек вдруг остался один? По-хозяйски ли пускать «на самотек» его и других, не менее способных, но столь же неопытных?

У него нет репертуара, а есть вещи или случайные, или «с чужого плеча». Но он уже летит в «Красной стреле» Москва – Ленинград, туда и обратно. Еле успевает пройти с пианистом (тот не обязан, просто попросил по-приятельски) новую песню. По три раза в неделю звучит в эфире.

А мне он вспоминается таким, каким я увидела его в гулких коридорах Останкинского телецентра. Целый день он слонялся в ожидании записи, а ему все говорили «сейчас, сейчас». И отойти чтобы хоть отдохнуть, было нельзя, и переодеться вроде рано, и обратный билет на вечерний поезд уже лежал в кармане… Он то уносил в костюмерную, то приносил обратно свои вещички – модный чемодан и термос с кофе, а его все не звали.

– Куда-то ушел… – он назвал фамилию знаменитого диктора. – А он так хорошо галстуки завязывает… – и понурился капризно и обиженно.

Пошел дальше, волоча чемодан, незавязанный галстук свисал с плеча, и был Сережа в этот момент похож на заблудившегося мальчика, идущего куда глаза глядят…»

Как признается много позже сам Захаров, эта публикация были инспирирована не кем иным, как… Леонидом Утесовым, который таким вот образом захотел приструнить молодого певца за его недавний поступок – уход из его оркестра. Версия вполне правдоподобная, если учитывать, что Утесов действительно был чрезвычайно ревнивым и злопамятным человеком.

Однако есть и другое мнение, которое заключается в том, что Захаров и в самом деле настолько «зазвездил», что решено было сбить с него спесь и опустить на землю. Но эта попытка успехом не увенчается, что наглядно подтвердит скандал с певцом, который произойдет три года спустя. Он приведет певца за решетку. Впрочем, более подробно речь об этом еще пойдет впереди.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >