Русские авторы

Русские авторы

Как обычно, в деле преувеличения своих мнимых заслуг всех превзошли россияне.

(1) Текст в «Малой советской энциклопедии» (том 3, 1959 г.) трудно назвать иначе как демагогией:

 «Атаку начали немцы, и после часового боя им удалось опрокинуть литовцев вследствие превосходства своей конницы. Немецкие рыцари потеснили и польские войска на правом фланге. В этот критический момент положение спасли русские Смоленские полки, которые удержали центр фронта. … Стойкость русских полков позволила польским и литовским частям перестроиться и перейти в контратаку».

В расшифровке стрелок на схеме содержится дополнительная «информация»:

 «Русско-смоленские полки стойко отбивают атаку; 

 «Ободренные стойкостью русских союзные войска вводят в бой свой резерв»…

Кстати говоря, на этой схеме сумма отрезков линии фронта, занятой союзниками, составляет 36 мм, из них на «русско-смоленские полки» отведено не 0,37 мм, а 4 мм, т. е. почти в 11 раз больше реального соотношения! Если же смоленскую хоругвь изобразить в реальном масштабе, как прямоугольник, составляющий 1/98 длины фронта, получится риска в 0,37 мм, которую без лупы и не увидишь. Понятно без лишних слов, что это сделано специально — чтобы ввести читателей в заблуждение.

Но главной проблемой для российских историков, побудившей их сочинять сказки, являлось не соотношение числа смоленских воинов с общим количеством войск. Согласно традиционной концепции истории России, русские княжества в то время «жестоко страдали» под пресловутым «татаро-монгольским игом». Надо было как-то объяснить читателям, почему «русские воины», несмотря на это, бились вместе с татарами, да к тому же приведенными Джелаль эд-Дином, сыном хана Тохтамыша, разорившего Москву в 1382 году. Надо было присвоить себе победу и в то же время уйти от «татарского противоречия».

Авторы статьи в «МСЭ» решили вопрос кардинальным способом. Они начали описание битвы сразу со второго ее этапа — контратаки группы Конрада фон Валленрода, «забыв» об атаке татарской конницы, начавшей битву.

(2) В 4-м томе «Советской исторической энциклопедии» (1963 г.) помещена статья А. А. Малиновского о Грюнвальдской битве. Она невелика (56 строк), однако содержит несколько удивительных суждений. Например (выделения шрифтом мои):

«…Союзники, некоторая часть войск которых состояла из крестьян, превосходили их (войска ордена — А.Т.) в моральном отношении, так как сражались за свою независимость»…

«Три смоленских полка под командованием князя Семена Лингвена Ольгердовича остались на поле боя и сковали часть сил Валленрода»…

«Высокое мужество войск и полководческое искусство Ягайло в Грюнвальдской битве…».

Как ясно следует из всего вышеизложенного, ни о какой борьбе за независимость речь не шла. Да и вообще термин «национальные государства» к эпохе Средних Веков неприменим. Таковые, а вместе с ними и понятия о национальном суверенитете и национализме появились только в XIX веке.

О «смоленских полках» сказано ниже, здесь же отмечу, что А. А. Малиновский уравнял два имени князя: Симеоном его нарекли при крещении в православие, а Лугвен (не Лингвен!) — это его прежнее языческое имя.

Говорить о полководческом искусстве и мужестве короля Ягайло вообще не приходится. В чем он действительно был искусен, так это в политических интригах, двуличии и коварстве.

(3) Берем теперь второй том «Всемирной истории войн» петербургского издательства «Полигон», изданный в 1997 году, открываем на странице 107:

«В состав польских войск входило 7 хоругвей из уроженцев русских областей, 2 хоругви наемников и 42 чисто польские хоругви. В литовском войске было 36 русских хоругвей. Следовательно, всего в польском войске имелось 43 русские хоругви.

Польско-литовское войско имело около 16 - 17 тысяч человек. Но в это число входили плохо вооруженные литовцы и малонадежная татарская конница».

Разве не «изящно»? Назвали литвинские и русинские подразделения «русскими». Ведь, по мнению русских шовинистов, «белорусы — это западная часть русского народа».

Жителей Западной Украины (Галиции) периода средневековья они тоже без малейших сомнений называют «русскими». Например, доктор исторических наук В. Б. Кобрин уже в первой строке статьи о Галицко-Волынском княжестве (Советская Историческая Энциклопедия, том 4, ст. 58) уверенно заявил: 

 «Галицко-Волынское княжество — русское феодальное княжество, возникшее в результате объединения Галицкого и Владимиро-Волынского княжеств (1199)...». 

 Далее он же пишет: 

 «Галицкое княжество — русское феодальное княжество, занимавшее северо-восточные склоны Карпатских гор» (ст. 60).

Ну, если в Карпатах жили «русские», то остается только снять кепку перед профессором в знак уважения его учености.

Однако читаем дальше:

 «В сражении при Грюнвальде особенно упорно сражалось русское войско. На смоленские полки легла главная тяжесть боя. Русские прикрыли атакуемый фланг боевого порядка и спасли поляков от разгрома, затем подкрепили первую линию поляков и помогли им перейти в контратаку. Исход боя решила последняя атака литовско-русских войск» (с. 110).

Одним словом, победа при Грюнвальде — заслуга русских ратников. Тут и обсуждать нечего: 43 хоругви из 91 были «русские». А остальные 48 — всякий сброд: поляки, литовцы (в смысле, предки нынешних летувисов), жмудины (то же самое), русины, татары, валахи, чехи, моравы, армяне…

Кстати о малонадежной татарской коннице. Именно такая конница в 1241 году уничтожила в битве под Легницей в Силезии цвет европейского рыцарства, после чего прошла победным маршем через Чехию, Венгрию и Хорватию до Адриатического побережья. Точно такая же конница в 1399 году разгромила войско ВКЛ в сражении на реке Ворскла. Между прочим, в его рядах находились тогда тевтонские, венгерские и польские рыцари. Да и вполне надежных «русских витязей» татары периодически громили до самого конца XVII века. Видимо, суждение о «малой надежности» их конницы, мягко говоря, не соответствует действительности.

(4) Вот книга «100 великих битв» (издание 2000 года). В ней описание сражения начинается уже не со второго этапа, а с первого — татарской атаки. Но кто были самыми «крутыми» в битве? Естественно, русские. Помимо крайне тенденциозной подачи материала, отметим число упоминаний разных наций в этом тексте: поляки — 26 раз, литовцы (под которыми имеются в виду жамойты, предки нынешних летувисов) — 20, русские — 17, татары — 6, немцы — 4. Беларусы — ни разу!

(5) Обратимся «Военному энциклопедическому словарю» издания 2001 года (научное издательство «Большая Российская Энциклопедия»). Том 1, страница 480:

 «Польско-литовско-русское войско (32 тыс. чел.) под командованием польского короля Владислава II Ягейло (Ягайло) окружило и разгромило войско немецкого Тевтонского ордена (27 тыс. чел.) во главе с великим магистром У. Юнигингеном. Победа союзного войска явилась результатом стойкости русских полков и смелой контратаки польских войск».

Как видим, битву выиграли русские в компании с поляками! Литвины (беларусы) со своими тридцатью полками и близко не лежали. Непонятно, присутствовали ли они вообще на поле брани?!

Приведем несколько фактов, опровергающих эти выдумки и преувеличения.

(1) «Смоленских хоругвей» было не три, а одна. Дело в том, что и ею, и Оршанской, и Мстиславльской, и Новгородской командовал один и тот же человек — литвинский князь Симеон Альгердович (1355 - 1431), родной брат Ягайло. Как уже сказано выше, до принятия православия его именовали Лугвен Альгердович. Именно наличие одного и того же командира у нескольких подразделений позволяет некоторым авторам упорствовать в заблуждениии о «трех смоленских полках».

Он с 1392 года был князем Мстиславля, а кроме того с 1408 года наместником Витовта в Смоленске. Более того, Симеон (Лугвен) в 1407 - 1412 гг. был князем еще и в Великом Новгороде, поэтому привел с собой отряд новгородских наемников. Из четырех указанных городов только два — Смоленск и Новгород — находятся на территории современной Российской Федерации. Однако новгородскую хоругвь российские авторы никогда не упоминают — видимо, не знают об ее участии в битве.

Опять-таки, Господин Великий Новгород являлся в то время независимым суверенным государством — феодальной республикой. Создали эту республику варяги — выходцы из Полабской Руси и Скандинавии. Московия, где с самого начала существовала деспотическая форма правления, завоевала Новгород лишь к концу XV века.

Кстати говоря, Ян Длугош упоминает сначала одну Смоленскую хоругвь (в 10-й и 11-й книгах хроники). Но, описывая ход битвы, он говорит уже о трех хоругвях «рыцарей русских из Смоленска», имея в виду мстиславльский, оршанский и смоленский отряды. Увлеченность российских историков упоминанием Длугоша о трех «смоленских полках» объясняется исключительно желанием записать их в «русские воины» — в современном смысле слова.

В «Беларуско-литовской летописи» 1446 года и в «Хронике Великого княжества Литовского и Жамойтского» (около 1520 г.) речь идет то о мстиславльско-смоленских хоругвях, которыми командовал князь Симеон (Лугвен), то о трех полоцко-смоленских полках. Так что их этническая принадлежность не вызывает сомнений.

Не сомневались в этом вопросе и дореволюционные российские ученые. Например, в статье о Грюнвальдской битве, помещенной в «Энциклопедическом словаре» Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона (том IXA, Санкт-Петербург, 1898 год, с. 822), сказано:

«…войско, состоявшее из полков литовско-польских, белорусских (в том числе смоленские полки под начальством доблестного Юрия Лугвениевича) и многих малороссийских отрядов. Было привлечено и татарское войско».

Неточность лишь в том, что искажено имя и отчество князя Симеона Альгердовича. Но это еще ничего. На карте, иллюстрирующей статью о Грюнвальде во 2-м издании «Большой Советской Энциклопедии» (том 13, 1952 год, с. 150) князь Симеон-Лугвен вообще назван Юрием Мстиславским (!!!).

Между тем, в статье «Мстиславские», опубликованной в «Советской Исторической Энциклопедии» (том 9, 1966 год, ст. 757) сказано, что «Мстиславские — княжеский и боярский род в Русском государстве XVI-XVII веков», и что они — «потомки сына Гедимина Явнутия, имели в Литве фамильное имя — Ижеславские». То есть, в начале XV века никаких Мстиславских не было ни в Литве, ни в Московии!

(2) Слово «русские» в начале ХV века вовсе не означало «российские». Это теперь Смоленск находится под властью Москвы, а тогда он входил в состав ВКЛ. И жили там потомки кривичей, такие же, как в тогдашней Литве (нынешней Беларуси), и говорили они на кривичском (беларуском) языке. Их в ВКЛ называли «русинами» — по религиозному признаку, не этническому.

Смоленское княжество возникло в начале XII века и не имело никакого отношения к Москве. Витовт захватил его в 1395 году, а в 1504 преобразовал в воеводство. Московиты впервые завоевали Смоленск только спустя столетие (в 1514 г.), но и после этого он еще дважды переходил из рук в руки.

Так при чем здесь «русские», под которыми и прежде, и теперь авторы из соседнего государства подразумевают исключительно «московских»?!

Но главное, повторю еще раз, и этот «полк» в этническом плане состоял вовсе не из русских, а беларусов (кривичей). Кстати сказать, даже спустя 450 лет после Грюнвальда в Смоленском уезде беларусы составляли 90 % населения, тогда как великороссы — менее 10 % (82.636 беларусов, 7611 русских, 1077 представителей других этносов). Еще шесть уездов Смоленской губернии были этнически беларускими на 80 - 90 %. Русские жили только в ее восточных уездах[21].

Всероссийская перепись населения 1897 года дала аналогичные результаты. Напомню, что при провозглашении БССР 2 января 1919 года Смоленская губерния была частью Беларуси, но в апреле 1919 года Совнарком РСФСР без всяких объяснений перевел в свой состав Смоленскую, Витебскую, Могилевскую, Гомельскую губернии и половину Минской губернии. Поэтому историкам здесь нет о чем спорить. Смоленская область — этническая территория беларуского народа.

Несомненно, если бы РСФСР не вернула Беларуси в середине 1920-х годов Могилев, Витебск, Полоцк и Гомель, то хоругви из этих городов российские историки тоже называли бы сегодня «русскими».

(4) Смоляне сражались героически, но они одни не могли решить исход битвы за остальные 90 хоругвей.

Главные участники битвы от ВКЛ — именно беларусы, выставившие в союзное войско 31 хоругвь. Однако в современных изданиях России, Украины, Летувы и Польши беларусы не упоминаются. Их авторы ссылаются на то, что Длугош не писал о «беларусах». Это так. Но у Длугоша повсюду фигурируют литвины — предки «беларусов».

Равно не было тогда и «украинцев», были русины — но этот факт почему-то не побуждает украинских авторов отказывать своим предкам в участии в битве! Не было и «русских» в современном понимании термина — существовали русины (православные жители ВКЛ и Польши), а также московиты, жители Московского и Владимиро-Суздальского княжеств.


Следующая глава >>