Семейный сбор

Семейный сбор

9 мая, 11:48

Давайте мы с вами сегодня без салютов, без бронетехники, без километров георгиевских ленточек вспомним своих, кто погиб.

Пожалуйста, поройтесь в семейных альбомах и покажите фотографии ваших родственников, кто не вернулся. Не осталось снимков – назовите имена, годы жизни. Что помните.

Давайте устроим свой парад – не бравурный, а такой, каким он должен быть в этот день.

Начну с моих.

Про отца Шалву Чхартишвили писать не буду. Он провоевал с 22 июня до 8 мая и все время был на фронте, но ему невероятно повезло – он чудом остался жив. Однако чудес, как известно, на всех не хватает. Расскажу про других родственников – не везучих, а обыкновенных.

Брат матери, а мой, стало быть, дядя Яков Файнгольд (1915–1942).

В мирное время в армии не служил, потому что был очень близорук, но когда началась война, ушел на фронт. Дома остались жена и двое маленьких детей.

Был радистом, последнее звание – сержант. Угодил со своей 155 стрелковой дивизией в Ржевскую мясорубку – самое страшное место на самой страшной из войн. Пропал без вести. Только через много лет стало известно, что убит 28 мая 1942 года у деревни со скверным названием Сукино. Там, в Оленинском районе, только по официальным данным погибли 228 тысяч человек, и лишь пятая часть были опознаны и похоронены. Остальные так и остались лежать по лесам и болотам. Моя дядя тоже.

Фотографии дяди Яши нет. Его вдова через годы после войны сожгла все снимки и фронтовые письма. Почему – не знаю. У горя своя логика.

А это двоюродный брат матери Наум Файнгольд (1923–1943)

Хоть он и двоюродный, с ним она была ближе и дружнее, чем с Яковом, потому что почти ровесники. Рассказывала, что он был спортивный, веселый и нахальный.

Командир батареи, гвардии лейтенант. Пропал без вести в феврале 1943 года, когда немцы пытались на Северном Донце взять реванш за Сталинград. В официальном письме, полученном его матерью, сказано: «На территории района погибло более 20 тысяч солдат и офицеров, при захоронении которых личности большинства не были установлены. И в настоящее время установить судьбу отдельных воинов невозможно».

Наум не дожил до двадцати. Таких, совсем юных, почти не поживших, потом помнили только родители. А когда они тоже умерли, вообще никто.

Так что открывайте семейные архивы. Давайте вспоминать.

Из комментариев к посту:

d0npedr0

Ну что за люди? 22 июня день памяти и скорби. А сегодня день победы! С праздником всех! Будьте радостны в этот день ибо скорбят сегодня проигравшие.

dmitry000

А кто это "проигравшие"?

brave_friar

Моему деду повезло пережить войну. Просто повезло. Он сам так считал, да. В армию он был призван сразу, как только исполнилось 18 лет, то есть в мае 1943 года, но и этих двух лет войны, которые деду пришлось пережить, хватило с лихвой. Он попал служить коноводом в артиллерию, дважды был ранен (причем оба раза на переправах), однажды чуть не утонул при переправе – насилу товарищи откачали, чуть в плен не попал, но удалось откупиться, а еще чудом не попал под авианалет, уйдя ночью в самоволку, в то время как его батарею разбомбили и почти никто не выжил. Закончил войну дед в Берлине (в звании ефрейтора), но демобилизовали его только к весне 1946 года (уже в звании сержанта). Вернувшись, он побыл несколько месяцев дома, а потом уехал работать на Донбасс, там обещали хорошие заработки, а деньги семье ой как нужны были. Ну а что, парню то всего 21 год, холостой, что бы и не поехать? Из Украины дед вернулся только в 1954 году, причем сразу уже с женой и ребенком, будущим моим отцом. Ну и с деньгами, конечно – купил дед дом хороший, в котором и прожил до 1987 года…

Вопреки распространенному явлению, когда ветераны не любят рассказывать о прожитом, дед довольно часто и охотно рассказывал о войне, но вспоминал все больше курьезные и забавные случаи, которых было богато. А вот чего в его воспоминаниях небыло совсем, так это пиетета перед командованием. Клял он его последними словами. Всех, кто был на войне в звании старше капитана, дед категорически не любил, а т. н. «полководцев», которых очень активно восхваляли в официальной пропаганде в 80-х годах прошлого века (именно тогда наши беседы с дедом происходили), он вообще считал «мерзавцами, не считавшими солдат за людей». Хорошо помню его слова про сталинскую политическую элиту в общем и Сталина в частности «они не страну, не народ, а свою власть защищали нашей кровью». Помню еще, дед рассказывал, что «совесть чиста, за всю войну ни одного человека не убил». И всю праздничную шумиху (а тогда как раз сорокалетие окончания войны было, тоже пропаганда бушевала не меньше чем сейчас) он не любил, говорил, что «помнить надо, а праздновать нечего, слишком много подлого и плохого было в той войне»…

Больше из моих близких предков в Великой Отечественной никто не участвовал, просто жили либо в советском тылу, либо на оккупированных немцами землях, трудились и выживали, как могли…

alex_new_york

Я согласен: день поминовения погибших – 22 июня.

А 9 Мая – День Победы. Праздник.

И в этот день я не только перечитывал фронтовые письма своего деда, погибшего под Харьковом в 1943-м, но и поздравлял отца и дядю, его брата, которые прошли всю войну от первого до последнего дня и остались целы.

Они мне рассказывали о войне, пока были живы. Много чего рассказывали. Такого, о чем в праздник не хочется вспоминать. Война – свирепая штука. Сталина они оба, мягко говоря, не любили. Как и мой погибший в 1943-м дед. Но к Дню Победы относились как к святому для России празднику. И всегда повторяли, что Россия должна быть сильной. Потому, что в мире есть много обладающих силой и властью негодяев, остановить которых способна только сила. И военный парад они смотрели внимательно и придирчиво, вглядываясь в военную технику и лица солдат.

Спасибо им всем за то, что мы сегодня живы.

И с Днем Победы!