Самый ловкий пират всех времен и народов

Самый ловкий пират всех времен и народов

21 марта, 14:28

Прямо стыдно, как это я его прошляпил, а ведь, собирая материал для романа «Сокол и Ласточка», проштудировал всю историю мирового пиратства.

Меня интересовал вопрос: кто был абсолютным чемпионом среди морских грабителей – по ловкости и удачливости. Как и все, я, разумеется, знал про Генри Моргана, в конце концов ставшего вице-губернатором Ямайки, но решил, что он уступает Рене Дюгэ-Труэну (1673–1736), дослужившемуся до должности командующего флотом Короля-Солнце. К этому убеждению – что Дюгэ-Труэн самый-рассамый – я пришел, прочитав про знаменитый рейд 1711 года. Этот поразительный сюжет я и решил забрать к себе в роман, приписав эскападу вымышленному капитану Пратту.

На родине, в городе Сен-Мало, корсара чтут, почти как в СССР товарища Ленина. Есть даже колледж имени Дюгэ-Труэна

…Когда победители высадились, они увидели, что город пуст. Жители скрылись в окрестных горах, забрав с собою всё сколько-нибудь ценное и даже угнав домашний скот. В домах было нечего взять кроме кухонной посуды да мебели…

Капитаны набросились на Пратта с упреками, виня его за бессмысленные потери. Казалось, экспедиция закончилась полным провалом.

И тогда Невезучий Корсар проявил истинное величие. Можно сказать, совершил грандиознейшее открытие в корсарском деле.

«Да, золото уплыло, и грабить в Сан-Диего нечего, – сказал он. – Но скажите мне, приятели, что во всяком городе стоит дороже всего?»

Они не знали.

«В большом и красивом каменном городе дороже всего стоят дома. Смотрите, тут есть великолепные храмы, дворцы, особняки, купеческие склады, мастерские. Всё это наше. Захотим – спалим или разрушим. Но мы не монстры. Мы готовы продать эту недвижимость местным жителям, по разумной таксе».

И он отправил сбежавшему губернатору письмо с деловым предложением. Каждой из построек города была назначена цена. Если владелец привезет выкуп, сохранность имущества гарантировалась. Дома тех, кто не заплатит в течение трех дней, будут сожжены дотла. Пратт давал свое капитанское слово, что никто из доставивших выкуп не будет задержан или ограблен. К письму прилагался подробный реестр-ценник, над составлением которого корабельные писцы просидели два дня и две ночи. Дороже всего был оценен превосходный губернаторский дворец (в сто тысяч пиастров) и кафедральный собор Святого Диего (в шестьдесят пять). Самые маленькие хибары в предместьях шли всего по сотне. Как наиболее дешевые, они были предназначены к разрушению первыми.

На четвертый день грянули взрывы. Чтобы избежать всеобщего пожара, корсары начали уничтожать дома в тесных небогатых кварталах при помощи пороха.

Нашлась какая-то небоязливая женщина, которая рискнула спуститься с гор и высыпала из узелка горсть монет. Ее скромный домик был оставлен в целости и сохранности, а саму сеньору беспрепятственно отпустили обратно.

После этого в город хлынул целый поток встревоженных домовладельцев. Ни один из них не был обманут.

К исходу дня в назначенных для выкупа местах образовались длиннющие очереди. Золото и серебро тщательно взвешивали и пересчитывали, складывали в сундуки. На выкупленное имущество навешивалась печать Джереми Пратта.

Явился губернатор, чтобы спасти свой чудесный дворец, совсем недавно выстроенный из привозного итальянского мрамора.

Настоятель собора долго торговался, пытаясь сбить цену, взывал к благочестию и пугал небесной карой за святотатство, но Пратт папистских угроз не устрашился и получил от клириков сполна – и за храм Святого Диего, и за все остальные церкви, часовни и монастыри.

В результате четырехдневной торговой операции, в ходе которой порт Сан-Диего по кусочкам выкупил себя у корсаров, на флагманском корабле собралось сокровище, которое не снилось ни одному золотому каравану.

На самом деле это произошло не в придуманном мной Сан-Диего, а во вполне реальном Рио-де-Жанейро. Всё остальное – правда. Идея Дюгэ-Труэна была гениальной по простоте и эффективности, да к тому же нисколько не кровожадной.

Но, оказывается, был грабитель еще более ловкий. Екскюзэ-муа, мон капитэн. Пальма первенства уходит к другому.

Серьезные пираты годами плавали по морям не из любви к приключениям, а потому что никак не могли накопить достаточно денег, чтобы оставить эту дьявольски опасную профессию. Мало кому удавалось по-настоящему разбогатеть, но и этого было мало. Даже нахапав сокровищ, удачливый пират не мог взять и удалиться на покой. Его преследовали враги, мстители, охотники за золотом, ну и, конечно, мылил веревку суровый, но справедливый Закон.

А капитан Генри Эвери (1659 – после 1696), мелькнув в истории пиратства головокружительной кометой, виртуозно выполнил обе трудные задачи: не только сорвал рекордный куш, но и ушел от бабушки, от дедушки, от лисы – от всех. Вы ведь обратили внимание на странность в годе его смерти? На этой детали мы еще остановимся.

С виду приличный такой мужчина

Подобно капитану Флинту из сериала «Черные паруса» (если не смотрели – зря), Эвери начинал морским офицером и свернул на кривую дорожку в не юном уже возрасте, по не зависящим от него обстоятельствам. Команда корабля «Карл II», на котором он служил первым лейтенантом (по-нашему старшим помощником) взбунтовалась из-за задержки жалованья. Выбор у лейтенанта Эвери был такой: либо отправляться за борт, либо стать капитаном пиратов. Он выбрал второе.

Корабль сменил «королевское» имя на фартовое – стал называться «Fancy» («Причуда») – и занялся лихим ремеслом, которое сулило либо смерть в бою, либо виселицу.

Долго заниматься этим рискованным промыслом Эвери, впрочем, не планировал. Он некоторое время, очень недолго, поболтался в восточных морях, выбирая максимально аппетитную цель, и нашел ее. Затеял (как и Флинт) предприятие неслыханной дерзости.

Капитану стало известно, что из Индии в Мекку отправляется морской караван с паломниками, придворными Великого Могола, богатейшего владыки тогдашнего мира. На главном корабле, огромном «Гандж-и-Саваи», повезут несметные сокровища для оплаты дорожных расходов и для даров мусульманским святыням. Поплывет там и принцесса – не то дочь, не то внучка могущественного падишаха Аурангзеба (источники сообщают то так, то этак).

Император Аурангзеб Великий

Флот насчитывал 25 вымпелов. На 80-пушечном флагмане плыло больше тысячи человек – это был самый большой корабль во всем Индийском океане. Подобные хаджи совершались и прежде, но никому из пиратов никогда и в голову не приходило покуситься на такую армаду.

А капитан Эвери решил попробовать. Он собрал эскадру из пяти средних и маленьких судов; общее число разбойников было вдвое меньше команды одного «Ганджа».

Черт знает, как удалось капитану Эвери осуществить этот полоумный замысел. В растянувшемся на несколько дней сумбурном бою почти все остальные пиратские корабли погибли, но индийский караван разбросало по морским просторам, и в конце концов «Причуда» оказалась тет-а-тет с плавучей сокровищницей. Уверен, что случайность тут ни при чем – Эвери следовал какому-то хитрому плану. Полагаю, что своих соратников он намеренно использовал для распыления вражеских сил и обрек на гибель. Чтоб потом не пришлось делиться.

Хотя без сумасшедшего везения тоже не обошлось.

Сначала, первым же залпом, «Причуда» сбила «Ганджу» грот-мачту, полностью его обездвижив. Потом, вследствие другого феноменально удачного попадания, у индийца взорвался один из зарядных ящиков, и защитников охватила паника.

В общем, приз был взят.

С побежденными, особенно женщинами, пираты обошлись свирепо. На картинке изображен Эвери, врывающийся в покои бедной принцессы. Некоторые авторы пишут, что он на ней женился, но это сказки. Плохо он с ней поступил. Пират потому что.

Как я уже сказал, это была рекордная добыча за всю историю пиратских войн: по нынешнему денежному эквиваленту не меньше 100 миллионов долларов.

На этом короткая разбойничья карьера капитана Эвери и завершилась. Известно, что он добрался на своем корабле до Карибского моря, которое в ту эпоху называли «пиратским»; что объегорил команду, забрав себе львиную часть добычи (две трети или даже три четверти). Начиная с 1696 года следы Генри Эвери теряются. Больше никаких достоверных фактов нет, одни домыслы, легенды и версии. За славой этот человек не гнался, мемуаров не оставил.

Сменил имя. Жил себе где-то, поживал. Добра, наверное, не наживал, потому что куда ему еще-то?

Эх, жалко, поздно он мне попался. Люблю таких пройдох. Не в жизни, конечно (упаси боже), а в литературном смысле.

От меня Генри Эвери, получается, тоже ушел..

Из комментариев к посту:

7654321i

Есть анекдот про писателя, добрейшего человека, мухи в своей жизни не обидевшего, но книги которого были часто переполнены сценами убийств и насилий. После смерти он попадает в ад вместе с протопипами своих фантазий и ими вдохнохновленных и жарится с ними вместе на сковороде. Проходят долгие годы и соседей его постепенно отпускают из ада в более приятные зоны обитания. А он всё жарится и жарится. В ответ на его недоуменный вопрос "ну как же так, почему им амнистия, а мне нет?" залетный ангел объясняет, что причиненное преступниками зло забылось, жертвы и их родственники больше не страдают…а книги этого писателя до сих пор на Земле читают. Вот уж прославился так прославился.

bal_besov

А вот писателю Р. Ф. Дондерфилду, Генри все-таки попался в свое время. Биография капитана Флинта, оказывается, слизана с этого парня.

wbz09

Даниэль Дефо пишет про капитана Эвери, что он не исчез бесследно, а перебрался в Ирландию, затем в Англию, где попытался реализовать награбленные бриллианты. Но купцы, к которым он обратился, обчистили его до нитки, бриллианты забрали, а денег не дали, угрожая донести куда следует. В общем, он умер в нищете, даже денег на похороны не было.

lady_gavrosh

Отойдя от дел, Эвери занялся пиратством на литературном поприще: отбирал свеженаписанные романы у малоизвестных авторов и выкладывал их в Сеть. Сеть была развешена на берегу, любой желающий мог за небольшую мзду подойти и читать. Несчастным ограбленным писателям не доставалось ничего.

А однажды, когда под покровом ночи Эвери обновлял содержимое Сети, из моря вынырнула несчастная обесчещенная индийская принцесса, обвила его бледными холодными руками и утащила в пучину.

vsevolodvoronov

Если позволите, несколько крохотных примечаний к замечательному рассказу:

– Корабль (равно и весь караван) шли не из, а в Индию. И, наверное, для русского языка его название привычнее транслителируется как Ганг-и-Савай (в английском написании он пишется двояко: Ganj-i-Sawai и Gang-i-Sawai). Вполне логично крупнейшему индийскому кораблю носить имя "Ганг Великий"

– Грот-мачта, даже не то что сбитая, а и вовсе разжеванная и пущенная на зубочистки, никак не может полностью лишить корабль (тем более, с парусным вооружением фрегата) движения. Скорость замедлится, управляемость слегка упадет, остойчивость чуть увеличится, но корабль продолжит движение.

– Учитывая соотношение числа людей в экипажах фрегата и пиратов, вооруженности кораблей, объем и характер существенных, но отнюдь не смертельных повреждений на борту у индусов (вот кабы там крюйт-камера рванула или хотя бы пару пробоин ниже ватерлинии), можно вполне уверенно судить о том, что единственной реальной причиной победы ребят под черным флагом была невеликая боеспособность индийских моряков. Каковы бы ни были головорезы у Эвори, но 150 против 1000 – это для рукопашной свалки несерьезно. Точнее, было бы несерьезно, имей индусы сколько-нибудь от пиратской организованности и будь на месте командира Ибрагим Хана человек мало-мальски мужественный. Собственно, и первый захваченный в том походе индийский корабль – Фатех Мухаммед – сдался посе третьего выстрела пиратов.

– Ну и… пираты есть пираты: по некоторым слухам Эвори перед своей блестящей атакой упустил караван из 25 судов, следовавших с паломниками, по забавной причине: пираты только что составленной флотилии то ли от радости встречи с коллегами, то ли в предвкушении будущей легкой добычи (у малохольных мобильничек отжать… простите – у паломников мошну потрясти – дело необременительное) так перепились, что были решительно ни на что не способны. И только позже, с похмела узнав об уходящей добыче, бросились в погоню, которая и увенчалась успехом.

semenoff

>>>> Начиная с 1696 года следы Генри Эвери теряются. Больше никаких достоверных фактов нет, одни домыслы, легенды и версии. За славой этот человек не гнался, мемуаров не оставил.

Гораздо вероятнее предположить что его нашли и убили его бывшие друзья, забрав присвоенную часть добычи. Что-то похожее происходит в "Остров сокровищ" в самом начале книги. Я лично совершенно не верю в то что такой человек сумел затаиться и жить мышонком, как миллионер Корейко. Просто не по кайфу такая жизнь. С другой стороны выследить бывшего пирата должно быть довольно легко – мир маленький.

Настоящее пиратство несет черты религиозной секты, братства. Становясь пиратом, человек проходит мистическую процедуру посвящения, отрекаясь полностью от прошлой жизни. Кодекс чести пиратов можно себе представить по воровским "понятиям", только он еще более жесткий. Взять больше своей доли, это до такой степени "не по понятиям", что делом жизни всей команды должно было стать: найти такого человека и наказать примерно.