91. О ПРИМЕТАХ ДИМИТРИА ВОЛЫНСКАГО предувещание.

91.

О ПРИМЕТАХ ДИМИТРИА ВОЛЫНСКАГО

предувещание.

ЗДЕ ЧИТАЯ О ПРИМЕТАХ, да не помыслиши, любезный читателю! оныя военныя приметы быти вражбитства некая, или волшебства Богу и вере Христианстей противная. Ибо ино есть примета, и ино волшебство. Волшебство бо и вражбитство есть от Диавола, злобе всегда ходатайственно; примета же от искусства человеку бывает, в таковых случаях прилучившуся. Многажды же и от самаго Бога в пользу, или в наказание хотящее быти человеком предобъявляются различна предзнаименования не токмо на земли, но и на воздусе, яко рещи кометы и различные портенты и читаяй истории многа таковая обрящет, якоже и зде; того ради и предреченный Димитрий не на иного, но на самаго Бога, и на угодников его уповати и молитися увещевает, якоже речется в последующих.

Пришед Димитрий Волынец и рече Великому Князю: хощу искусити приметы своея; точию выиди сам со мною на поле Куликово; и послуша его Великий Князь Димитрий. Волынец ста в нощи посреди обоих войск своих и Татарских, и обратившися услыша от страны Татарския стук велик, аки торг некий собираем, или аки город зиждущися; созади же волцы выют вельми; по правой стороне орлове кличуще; и бысть трепет различных птиц велик зело; против же им враны аки горы вздымающеся; по реце де Непрядве гуси и лебеди крылми плещуще, необычну грозу подаваху. Рече же Волынец Князю Великому: слышите ли, Княже, что? и отвеща ему: слышу, брате, гроза есть велика. Рече же Волынец Великому Князю: обратися на полки своя, и слыши что есть? и бысть тихость велика; и рече Волынец: что слышасте, Княже? и отвеща Князь: ничто же, точию видех много зарей огненных снимающихся; и рече Волынец: огни добро знамение; призывай Бога неоскудною верою. Рече же паки Волынец: еще ми примета есть Княже; и ссевши с коня, паде на десное ухо, приник к земле и лежаше на долгий час, и востав абие пониче; и рече Великий Князь: что есть брате? он же не хотяше ему сказати; принужден же бысть, и сказа ему глаголя: едино есть на пользу, а другое скорбно. Слышах бо, Господине Княже, землю на двое плачущуся, едина страна поганым языком плакася горько чад своих аки вдова некая; другая же страна аки некая девица жалостно плачевный глас аки от свирели испущаше. Аз же, Великий Княже, множество тех приметов испытах; сего ради недеюся на Бога жива, яко силою его и помощию Святых мученик Бориса и Глеба, сродников ваших, будет победа тебе над погаными: но и войску Христианскому многое падение будет. Слышав же то Князь Великий, прослезися вельми, и рече: да будет побеждение Господне! Волынец же рече: Княже Государю! не подобает в полцех сего поведати, но токмо Богу молитися и Святых его призывати; и рано заутра вели всем подвизатися на кони своя, и всякому воину Крестом Христовым вооружитися; то бо есть непобедимое оружие на враги видимыя и невидимыя.