Слабость капитала

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Слабость капитала

И остальное общество Верхневолжской Руси во многом было непохоже на прежнее днепровское. Во-первых, это общество беднее прежнего, южнорусского. Капитал, который создан был и поддерживался живой и давней заграничной торговлей киевского юга, на суздальском севере в те века является столь незначительным, что перестаёт оказывать заметное действие на хозяйственную и политическую жизнь народа. Соразмерно с этим уменьшилось и то количество народного труда, которое вызывалось движением этого капитала и сообщало такое промышленное оживление городам Днепра и его притоков. Это сокращение хозяйственных оборотов, как мы видели, обнаруживалось в постепенном вздорожании денег. Земледельческое хозяйство с его отраслями, сельскими промыслами теперь оставалось если не совершенно одинокой, то более прежнего господствующей экономической силой страны; но очень долго это было подвижное, полукочевое хозяйство на нови, переходившее с одного едва насиженного места на другое, нетронутое, и ряд поколений должен был подсекать и жечь лес, работать сохой и возить навоз, чтобы создать на верхневолжском суглинке пригодную почву для прочного, оседлого земледелия. В связи с этой переменой можно, кажется, объяснить уже отмеченное мною при разборе Русской Правды явление, которое представляется неожиданным. В денежной Киевской Руси капитал был очень дорог: при долголетнем займе закон Мономаха допускал рост 40%, а на деле заимодавцы взимали гораздо больше. В удельные века церковная проповедь учила брать «легко» — по 12% или по 14%. Можно думать, что такая дешевизна денежного капитала была следствием сильного падения спроса на него, когда возобладало натуральное хозяйство.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.