Маршал полковнику не указ

Маршал полковнику не указ

Но как же все-таки сумели советские пропагандисты Малую землю, пример и мужества, и воинского профессионализма, сделать в семидесятые годы общесоюзным посмешищем? Такую операцию, в которой противник несет «страшные потери»? А ведь анекдоты про Малую землю пользовались не меньшей популярностью, чем про Штирлица, Чапаева и Рабиновича.

Собственно, первый анекдот из этой серии опубликовал сам Леонид Ильич, или те, кто за него писал «Малую землю»: «18 апреля в штаб Северо-Кавказского фронта, которым командовал генерал-полковник И.Е. Петров, вылетела группа представителей Ставки во главе с маршалом Г.К. Жуковым. В тот же день вместе с наркомом Военно-Морского Флота Н.Г. Кузнецовым и командующим ВВС А.А. Новиковым они приехали в штаб 18-й десантной. Об этом мне сообщил один из штабных полковников, прибывших на Малую землю, и добавил:

— Маршал хотел вас видеть.

— Это что, приказ? — спросил я.

— Приказа такого от него я не получал, — ответил полковник. — Но он сказал, что хотел бы с вами поговорить.

Откровенно сказать, и мне хотелось поговорить: всех нас очень беспокоило превосходство противника в воздухе. Свою точку зрения на этот счет я еще в первый день немецких атак высказал нашему командующему Константину Николаевичу Леселидзе. Настойчиво просил поддержки авиации. Говорил об этом и с членом Военного совета Семеном Ефимовичем Колониным, к которому относился всегда с уважением. Оба были смелыми, принципиальными, опытными людьми, оба согласились со мной, и я посчитал, что Жукову о положении с авиацией они, конечно, доложат. Мне же лучше в тяжелый момент не покидать плацдарм. Так я и поступил: остался с бойцами на Малой земле.

Как писал потом в своих мемуарах Г.К. Жуков: «Всех нас тогда беспокоил один вопрос, выдержат ли советские воины испытания, выпавшие на их долю в неравной борьбе с врагом, который день и ночь наносил воздушные удары и вел артиллерийский обстрел по защитникам плацдарма». Далее маршал писал, что именно об этом он хотел знать мою точку зрения. Выдержат ли наши воины такой ад хотя бы еще день-два, потому что Ставка уже приняла серьезные меры, чтобы помочь нам».[66]

Итак, маршал, первый заместитель Верховного жаждет встретиться с полковником и узнать его «точку зрения». А тот счел, что командующий армией и член Военного совета как-нибудь и без него, страшно занятого, сумеют объяснить Жукову ситуацию на Малой земле.

Можно себе представить, что говорили фронтовики по этому поводу. Полковник имеет наглость думать о том, стоит ли ему встречаться с Жуковым. Да если бы маршалу пришло это в голову, то начальник политотдела вплавь бы к нему отправился.

Вместе с потерей остатков уважения к Генеральному секретарю терялось и уважение к массовому подвигу тех, кто сражался и умирал на Малой земле, кто побеждал в блестяще задуманной и проведенной десантной операции. А заодно утрачивалось и уважение к самому понятию «патриотизм».