Пушнина и «приискание новых землиц»

Пушнина и «приискание новых землиц»

Пушнина была одним из главных стимуляторов быстрого продвижения русских на восток к берегам Тихого океана. Своих золотых и серебряных месторождений в Московском государстве XVI–XVII вв. не было, а развивающиеся рыночные отношения и монетное дело требовали драгоценного металла для устойчивой валюты. Все золото и серебро Россия получала из Западной Европы, обменивая его на пушнину, добываемую главным образом в Сибири. Спрос на пушнину также подстегивался европейской модой правящей элиты на меха как украшения и одежду. По сути дела, сибирская пушнина добывалась для четырех рынков – сибирского, русского, западноевропейского и даже азиатского. Все это и определило быстрые темпы развития пушного промысла.

В первые два десятилетия проблем с добычей пушнины не было, но со временем число пушного зверя в районах заселения русских стало сокращаться. Так, например, в 1629 г. только в Мангазейском и Енисейском уездах промышленниками было добыто 85 177 соболей, а в 1675 г. в тех же уездах, а также в Якутии и в Илимском уезде – всего 20 172 соболя. Встал вопрос о поиске новых «землиц», более благоприятных для добычи пушнины. Вначале базой для продвижения на восток становится Томск, затем Енисейск, а потом уже Якутск и Иркутск. Первое русское поселение на берегах р. Уды связано с именем красноярского казака И. Ю. Москвитина из отряда томского атамана Д. Копылова. В 1639 г. Москвитин по рекам Аладану и Мае в августе вышел на р. Уду и спустился до Удской губы, где и перезимовал в построенном им зимовье. Затем, оставив несколько человек в зимовье, москвитинцы совершили короткое плавание до р. Охоты, а в 1640 г. морем ходили уже до устья Амура. Однако вскоре зимовье было заброшено и сожжено. Окончательно русское поселение в этом районе основано в 1679 г. якутскими казаками в нижнем течении р. Уды, в 6 верстах от ее устья. В середине XIX в. острог был перенесен уже на 90 верст от устья реки на ее левый берег. Второй раз русские люди вышли к Тихому океану, когда в мае 1647 г. отряд якутского казачьего десятника С. Шелковникова пришел на устье р. Охоты и после сражения с тунгусами в 3 верстах от устья реки поставил зимовье, которое вскоре было обнесено острожной «косой» стеной. В 1731 г. Охотск стал морским портом. Он несколько раз с момента своего основания переносился на новые места, пока в 1815 г. не был построен там, где находится сейчас.

Пушнина влияла также и на политику русского правительства в отношении аборигенного населения Сибири. Россия того времени была «служилым» государством, где классы-сословия по-разному служили государству и соответственно облагались различными видами податей и налогов. Коренное сибирское население платило натуральный налог – ясак, т. е. с него собирался налог пушниной, поэтому правительство было заинтересовано в увеличении численности аборигенного населения.

Проникновение землепроходцев на восток могло быть остановлено только лишь какой-то естественной непреодолимой преградой, но таковой в их движении к Тихому океану не существовало. Густая речная сеть позволяла им «волоком» перебираться с одной реки на другую, пока они не вышли к Тихоокеанскому побережью. Кроме того, они очень рано успели освоить морской путь из Якутска далее на северо-восток. Местное население нередко откочевывало от них также далее на северо-восток, и казаки в погоне за новыми ясачными людьми должны были волей-неволей идти дальше, открывая все новые и новые земли.

Важное научное и практическое значение имели экспедиции П. А. Кропоткина в Восточные Саяны (1865), Олекминско-Витимская (1866), И. С. Полякова в Туруханский край (1866), И. А. Лопатина на Тунгуску и Енисей (1875–1877). В работе СО ИРГО принимали участие и политические ссыльные. Серьезным вкладом в науку стали результаты исследований, проводившихся участниками польского освободительного движения И. Д. Черским в Прибайкалье, А. Л. Чекановским на Нижней Тунгуске, Оленске и Лене, Б. Дыбовским и В. Годлевским на Байкале и Амуре. В 1877 г. Западно-Сибирским отделом ИРГО были организованы экспедиции И. С. Полякова по Иртышу и Н. М. Ядринцева в Горный Алтай.

Большое значение для исследования севера Сибири имели результаты полярных плаваний А. Э. Норденшельда (1875–1878) и Чукотской экспедиции Г. Л. Майделя (1868–1870), которую организовала местная администрация в сотрудничестве с Географическим обществом и Академией наук.

С 1830–1840-х гг. в Сибири активизировались геологические изыскания, которые привели к открытию золота, графита, каменного угля. В конце 1830-х гг. в разных районах Восточной Сибири насчитывалось до нескольких сотен мелких поисковых партий, вело поисковую работу и горное ведомство, а позже и более крупные золотопромышленные компании. Были открыты и обследованы золотоносные районы Кузнецкого Алатау, Енисейской и Бирюсинской тайги, Прибайкалья. В 1840 и 1860-е гг. удалось открыть богатейшие Ленско-Витимский и Бодайбинский золотоносные районы.

В середине столетия особое значение получили исследования вновь осваиваемых территорий на Дальнем Востоке, административно входивших в Восточно-Сибирское генерал-губернаторство. Амурская экспедиция под командованием Г. И. Невельского, организованная Морским министерством при участии других ведомств и местной администрации, продолжалась с 1851 до 1854 г. Экспедиция исследовала бассейн нижнего Амура, произвела там топографическую съемку, составила первую карту всего Амура, провела большую исследовательскую работу на о-ве Сахалине. Деятельность Амурской и Сибирской экспедиций сделала возможными колонизацию Приамурья и заключение Айгунского (1858) и Пекинского (1860) русско-китайских договоров.

В 1853–1857 гг. в Амурском крае работала экспедиция Академии наук под руководством Л. И. Шренка. Она получила богатые этнографические данные, которые были опубликованы через много лет в работе «Об инородцах Амурского края» (1883–1899). В 1860–1870-х гг. интенсивно велись географические исследования в южных районах Дальнего Востока – в Приморье, Приамурье и на Сахалине. Благодаря путешественникам М. И. Венюкову, П. А. Кропоткину, Р. К. Мааку, Н. П. Аносову, К. Ф. Будогосскому, А. Ф. Усольцеву, Н. М. Пржевальскому и др. появились географические описания и карты, статистические сведения, ботанические и зоологические коллекции, были открыты каменноугольные залежи и золотоносные россыпи. Полученные результаты и отчеты публиковались в трудах ИРГО и отдельными изданиями («Обозрение реки Уссури и земель к востоку от нее до моря» и «Путешествия по окраинам русской Азии и записки о них» М. И. Венюкова; «Путешествие на Амур, совершенное по распоряжению Сибирского отдела ИРГО в 1855 г. Р. Мааком»; «Путешествие в Уссурийском крае, 1867–1869» Н. М. Пржевальского и др.).

Во второй половине XIX в., как и прежде, знания о Сибири умножались благодаря энтузиазму путешественников, купцов, учителей, врачей, священников, чиновников, политических ссыльных. Особенно большой вклад в исследование края внесли местные жители – золотопромышленники М. К. Сидоров и А. М. Сибиряков, священники А. Аргентов, В. И. Вербицкий, А. И. Сулоцкий и Д. В. Хитров (впоследствии епископ Дионисий), чиновники Н. А. Костров и С. И. Гуляев, учителя Н. А. Абрамов и М. В. Загоскин.

В 1860-е гг. активизировалась работа по сбору этнографических и фольклорных материалов. Все большее значение приобретало изучение истории, языков, культуры и быта народов Сибири. Для организации и координации этнографических исследований были важны разработка и рассылка различного рода программ. Большое место в этих программах отводилось сбору сведений об обычном праве, религиозных представлениях и т. п. К концу столетия этнографические изыскания, которыми руководило Географическое общество, поднялись на высокий профессиональный уровень.

Огромный вклад в изучение Сибири внесли сибирские областники, особенно Г. Н. Потанин, Н. М. Ядринцев, С. С. Шашков. Их деятельность послужила стимулом для активизации работ по изучению края.

В последние десятилетия XIX в. все больший вклад в изучение Сибири стали вносить открытый в 1888 г. Томский университет, общества врачей, агрономов, научные общества по изучению отдельных областей края, сибирские музеи.

К концу XIX в. были открыты, описаны и положены на карту основные элементы рельефа и речной сети, определены основные закономерности климата и растительности Сибири. Началось изучение сибирских почв, отмечены успехами и иные геологические изыскания. Были собраны значительные материалы для изучения этнографии и языков народов Сибири.

(Резун Д. Я. Пушнина и «приискание новых землиц». URL: http: //www.sibheritage.nsc.ru)