Революция в Мексике (1910–1917 гг.)

Революция в Мексике (1910–1917 гг.)

Революция в Мексике, вспыхнувшая в 1910 г., оказала огромное воздействие на всю последующую историю этой одной из крупнейших стран Латинской Америки. Уничтожив многие пережитки, унаследованные от предшествующей эпохи, она расчистила дорогу для бурного прогресса мексиканского общества, предопределила его лидирующие позиции во многих областях социально-экономического и политического развития в латиноамериканском регионе. Она выявила сложное соотношение революционных и либерально-реформистских тенденций в становлении гражданского общества, демократических политических институтов и общественного прогресса в целом.

С 1877 г. в Мексике установилась диктатура П. Диаса. На первых порах он пользовался определенной популярностью в обществе. Будучи незаурядной личностью, он сумел навести элементарный порядок, добился стабильности в социально-политической сфере и обещал стремиться к дальнейшему прогрессу в этой области, укреплять национальный суверенитет. Однако постепенно его режим приобретал все более ярко выраженные черты открытой диктатуры, опирающейся на узкий слой олигархической верхушки, с коррумпированным чиновничьим аппаратом и разветвленными репрессивными органами.

Не удивительно, что в обществе стала расти социальная напряженность, опора диктатуры сокращалась, зато постепенно росла и крепла оппозиция. К началу революции ее лидером считался Ф. Мадеро. С 1905 г. он издавал газету «Демократия», вокруг которой группировались умеренные круги оппозиции. Чувствуя рост оппозиционных настроений, Диас усиливал репрессии. В этой обстановке Мадеро, вынужденный бежать в США, разработал «план Сан-Луис Потоси». Поскольку диалога с Диасом не получалось, речь шла о подготовке его свержения. Восстание было назначено на 20 ноября 1910 г., но за несколько дней до намеченного срока агентам полиции стало известно об этом, и по стране прокатилась волна репрессий. В результате восстание вспыхнуло стихийно.

В пустынных районах северной Мексики и в джунглях на юге страны успешно действовали партизанские отряды во главе с Ф. Вильей и Э. Сапатой. В 1911 г. в Мексику вернулся Мадеро. Инициатива начала переходить к противникам режима Диаса. Становилось все очевиднее, что дни диктатуры сочтены. В этой ситуации остро вставал вопрос о характере будущей власти. В начале мая Мадеро сформировал свое правительство. Между ним и Диасом начались переговоры, которые привели к следующему соглашению: Диас уходит в отставку, боевые действия прекращаются, партизанские отряды распускаются, до избрания президента страной управляет Временное правительство.

24 мая 1911 г. в Мехико вспыхнули восстания. Диас, не дожидаясь прибытия Мадеро, счел за лучшее бежать за границу. Диктатура была свергнута. Стремясь не допустить вмешательства США в разгоревшийся конфликт, умеренные круги оппозиции сочли за лучшее пригласить на пост главы Временного правительства посла Мексики в США Ф. де ла Барру, имевшего многочисленные связи в Вашингтоне. Это не устраивало радикальные круги, прежде всего Салату. Тем не менее в октябре 1911 г. без особых эксцессов удалось провести президентские выборы, на которых победил Мадеро.

Ключевым вопросом, стоящим перед новой властью, был аграрный. Крестьяне ждали от нее возвращения тех земель, которые были отобраны у них при Диасе. Однако Мадеро не спешил с этим. Тогда Сапата, по-прежнему командовавший крупным партизанским соединением, выступил с собственным планом решения аграрной проблемы (план Айаллы). Он предусматривал немедленный возврат индейским общинам отнятых у них земель, конфискацию земель сторонников Диаса. Сапата требовал сурового наказания приверженцев бывшего диктатора. Понимая привлекательность идей Сапаты в глазах широких крестьянских масс, Мадеро попытался перехватить у него инициативу: он объявил о создании специальной комиссии по изучению поднятых в «плане Айалла» проблем.

Положение Мадеро осложнялось не только тем, что он испытывал сильное давление слева. Новое правительство изначально столкнулось с явно недоброжелательным отношением со стороны США. Американцы поддерживали связи с приверженцами Диаса, яростно критиковали Мадеро за недостаточную, по их мнению, жесткость в отношениях с лидерами радикальных группировок. Не без их помощи заметно активизировали антиправительственную деятельность консервативные круги. Над новой властью нависла реальная угроза утраты массовой поддержки.

Стремясь предотвратить подобный вариант развития событий, Мадеро попытался расширить свою социальную базу за счет привлечения на свою сторону рабочего движения. В 1912 г. в правительстве был создан специальный департамент труда, призванный вырабатывать государственную политику в области трудовых отношений. Правительство встало на путь поощрения создания профсоюзов. В них с самого начала шла жесткая конкуренция между сторонниками анархистов и приверженцами популярной в Латинской Америке концепции христианских профсоюзов. Хотя правительство и согласилось в законодательном порядке ограничить рабочий день 10 часами, этого было явно недостаточно для налаживания устойчивых, конструктивных контактов с рабочим движением.

Проблемами и трудностями, с которыми сталкивались новые власти, воспользовались приверженцы прежнего режима. Используя поддержку США, опираясь на верхушку армии и представителей старой олигархии, они готовились к решающему столкновению с правительством, надеясь реставрировать старый порядок. Еще в октябре 1912 г. племянник свергнутого диктатора Ф. Диас поднял в крупнейшем портовом городе Мексики Веракрусе восстание, которое, правда, было подавлено. Это, однако, был важный симптом, свидетельствующий о назревании социально-политического кризиса.

Встретить его во всеоружии правительство не смогло. В феврале 1913 г. в Мехико вспыхнуло восстание, в результате которого власть захватил генерал Уэрта. Мадеро был арестован и расстрелян. Это событие послужило началом для нового, еще более ожесточенного раунда гражданской войны, ибо не только руководители крупнейших партизанских соединений, но и многие губернаторы отказались признать правительство Уэрты.

На роль лидеров противников Уэрты быстро выдвинулся губернатор штата Коауила В. Карранса. В марте 1913 г. он обнародовал так называемый «план Гуадалупе», в котором призвал население Мексики к вооруженной борьбе против Уэрты. К осени 1913 г. вся Северная Мексика была в руках противников Уэрты, которых называли конституционалистами. Успехи радикальных сил все больше тревожили правительство США, которое не без оснований опасалось, что в случае их победы американские интересы и американская собственность окажутся под угрозой. Над Мексикой все более сгущались тучи: США готовились к открытой интервенции.

Внешняя угроза не снижала накала гражданской войны. Обстановка по-прежнему оставалась крайне запутанной. Мехико и прилегающие к нему районы контролировались войсками генерала Уэрты. Северные штаты страны находились в руках одного из наиболее ярких лидеров радикальных сил Ф. Вильи. В штатах Сонора и Коауила власть принадлежала сторонникам Каррансы. На юге страны большим влиянием пользовался лидер крупнейшего партизанского соединения Салата.

Несмотря на то, что большая часть регулярной армии подчинялась правительству Уэрты, положение последнего ухудшалось с каждым днем. Пришедшие в ходе революции в движение широкие слои населения требовали перемен, страстно мечтали о лучшей жизни, а Уэрта всячески препятствовал уничтожению тех социально-политических препон, которые тормозили переустройство в обществе. Это и предопределило его судьбу. Летом 1914 г. его войска были разбиты, а сам он бежал из страны.

Новое правительство Мексики возглавил Карранса. Являясь лидером умеренных кругов, он тем не менее не мог не считаться с позицией радикальных сил и их лидеров – Вильи и Сапаты. Те были сторонниками скорейших и максимально глубоких преобразований в сфере социально-экономических отношений. Карранса предложил обсудить все спорные вопросы на съезде конституционалистов, назначенном на 1 октября 1914 г. После серьезных колебаний вожди партизанских соединений согласились. Съезд, как и следовало ожидать, не смог принять принципиальных решений. Однако вся грозовая атмосфера, царившая в обществе, убеждала Каррансу в необходимости движения навстречу требованиям радикальных сил.

В январе 1915 г. он торжественно обещал вернуть крестьянам земли, экспроприированные у них режимом Диаса. Серьезную прибавку авторитету Каррансы дали его шаги по ограничению прав иностранных инвесторов в Мексике. Прежде всего это касалось нефтяной промышленности. Большое внимание Карранса уделял налаживанию контактов с профсоюзами. В феврале 1915 г. между ними и правительством было заключено соглашение о сотрудничестве. В соответствии с ним стали формироваться рабочие батальоны, которые правительство намеревалось использовать как противовес отрядам Вильи и Салаты, состоявшим из крестьян. Идея противопоставления рабочих крестьянам давала Каррансе шанс стать арбитром в жестком противоборстве социальных сил, раздиравшем мексиканское общество.

Положение Каррансы осложнилось двумя обстоятельствами. Во-первых, это общая экономическая ситуация. В условиях жестокой и кровопролитной войны мексиканская экономика, и без того не имевшая серьезного запаса прочности, пребывала в тяжелейшем состоянии. Улучшить жизнь основной части населения в такой ситуации было невозможно. Другая опасность нависала извне. В США, в правящем истеблишменте, все более негативно относились к тому, что происходило в Мексике.

1916 год оказался, пожалуй, самым тяжелым и для мексиканской революции, и лично для Каррансы. Сложная экономическая ситуация вызвала резкий конфликт правительства с профсоюзами, требовавшими от него действенных мер по улучшению положения рабочих. Ситуация обострилась настолько, что глава правительства издал указ о роспуске рабочих батальонов и о резком ужесточении наказаний за участие в забастовках. Обстановка осложнилась еще больше после того, как в марте 1916 г. американцы, использовав пограничный инцидент как повод для вмешательства в события в Мексике, начали вторжение в эту страну. Внешняя опасность консолидировала на время революционный лагерь, заставила правительство ужесточить свою позицию в отношении иностранной, прежде всего американской собственности на территории Мексики. Борьба с интервентами продолжалась почти год и завершилась в феврале 1917 г. выводом американских войск из Мексики.

Используя временную консолидацию всех сторонников революционных преобразований, Карранса предложил созвать Учредительное собрание для выработки новой Конституции. Оно открылось 1 декабря 1916 г. Помимо обсуждения собственно конституционных вопросов, его делегатов волновало еще несколько проблем: аграрный вопрос, рабочий вопрос и судьба иностранных инвестиций. Достаточно быстро сформировались две группировки – умеренная во главе с Каррансой и радикальная, лидером которой стал А. Энрикес. После жарких дебатов в феврале 1917 г. текст Конституции был наконец одобрен.

Это была в полном смысле слова Конституция нового поколения, ибо помимо вопросов собственно государственного устройства очень большое внимание в ней уделялось социально-экономическим проблемам. Так, в новом Основном законе страны предусматривалось право на экспроприацию крупной земельной собственности, осуждалась практика пеонажа. Большое внимание уделялось в нем проблемам трудовых отношений: устанавливался 8-часовой рабочий день, вводилась 6-дневная рабочая неделя и минимум заработной платы, запрещалась выдача зарплаты товарами и т. д. За рабочими закреплялось право на забастовку и заключение коллективных договоров, церковь лишалась права владения недвижимостью. Ограничивались права иностранцев на владение и распоряжение собственностью. Они обязаны были подчиняться местным законам. Наконец, за нацией признавалось право на контроль за недрами и находящимися в них богатствами.

Мексиканская Конституция 1917 г. являлась наиболее демократичной из всех имевшихся тогда документов подобного рода. Она открыла новую страницу в развитии конституционного права и стала прямым следствием тех глубоких перемен, которые произошли в мексиканском обществе под влиянием революции. Она коренным образом изменила лицо Мексики, уничтожила многие пережитки «старого порядка», тормозившие движение страны по пути общественного прогресса. Заплатив дорогую цену за эти радикальные преобразования, мексиканцы вместе с тем создали хороший плацдарм для превращения своей страны в одно из наиболее развитых, демократичных и стабильных государств Латинской Америки.