Блокадный директор

Блокадный директор

В декабре 1943 года Военный Совет Ленинградского фронта принял постановление об организации выставки «Героическая защита Ленинграда». На ее основе затем возник знаменитый Мемориальный музей обороны и блокады Ленинграда. Создателем его стал Лев Раков – ленинградский ученый, которого директор Эрмитажа Михаил Пиотровский назвал «легендарной личностью». По тем строгим временам это действительно был совершенно необыкновенный человек: высокий, статный, эрудированный, остроумный, мягкий и интеллигентный, всегда тщательно и элегантно одетый. Посетившая вместе с мужем Ленинград жена будущего президента США Дуайта Эйзенхауэра Клементина, с которой ему поручили работать переводчиком, сказала: «Мистер Раков, вы единственный мужчина в СССР, который умеет носить шляпу».

Родился Лев Львович Раков в 1904 году. Окончил в Петербурге Выборгское коммерческое училище, одну из лучших школ города. Мечтал стать моряком, в 1921 году хотел поступить в Военно-морское училище, но его забраковали – как «выходца из дворянского сословия». В результате поступил в Петроградский институт истории, философии и лингвистики. Однако через два года бросил учебу и пошел работать конторщиком в редакцию «Вестника Ленсовета», потом устроился экскурсоводом в Русский музей. Только в 1927 году решил продолжить учебу и поступил на историко-лингвистический факультет уже Ленинградского университета. Потом был зачислен в аспирантуру на кафедру истории Древнего мира, начал преподавать, стал научным сотрудником Эрмитажа, а потом его ученым секретарем, читал блистательные лекции, удивляя всех своими знаниями и необыкновенной эрудицией. Но больше всего он поражал студентов своей внешностью: стройной фигурой, ростом, осанкой, благородным породистым лицом, исполненным ума.

В то время, когда все, даже профессора ходили в обносках, а лица людей носили после ужасов военного коммунизма печать голода и лишений, Раков выглядел так, словно сошел с обложки журнала мужской моды. Хотя на самом деле у него было всего три старых костюма, но он тщательно гладил и носил их так, словно вчера купил в самом дорогом магазине. Когда ему было 20 лет, он подружился с поэтом Михаилом Кузминым. Тот предсказал Ракову жизнь, полную приключений и романтических встреч: «Конечно, Вы судьбе другой обречены. Любовь и слава!» Увы, его ждали не только слава и любовь, но и горькие разочарования, и застенки НКВД.