Терпимость и бескомпромиссность

Терпимость и бескомпромиссность

Христианство терпимо по отношению к другим религиям, но оно должно быть бескомпромиссно христианским. «Ты, который меня отрицаешь перед людьми». Помните: это предупреждение, это императив. Это больше, чем этика, и неизмеримо больше, чем племенная этика. Разве для проповедника не имеет значение, видит ли он Христа в одном ряду с еврейскими раввинами, или, возможно, возвышенного до уровня пророка теми, кто «забивал пророков камнями»? Неужели найдется глупец, который сомневается в том, что еврейская враждебность к христианству сейчас ничем не отличается от той, какой она была всегда? И еще, посмотрите на распятую Россию! Иудаизм всегда нетерпим, но всегда склонен к компромиссу. Факт расовой солидарности, который неизбежен, делает возможным претендовать на имя христианина, оставаясь евреем, или быть американцем, тайно оставаясь членом некоего квазигосударства внутри нас и всегда коварным врагом. Стоит только иудаизму одержать верх численной силой, финансовой выгодой, и вот перед тобой открыто стоит убийца, деспот, Шейлок, такой же безжалостный и неумолимый, как сама смерть. Все те, кто сомневается в этом, прочитайте об этом в Талмуде или переживите революцию, такую, очевидцами которой были многие из живущих ныне, и запомните: «Никто не слеп настолько, чтобы не видеть».

Гои и христиане, особенно сейчас, конечно, проявляют терпимость по отношению к иудаизму и евреям, однако их раввины могут скулить о «расовом преследовании» и «расовых предрассудках». Проявляли ли когда-нибудь неевреи нетерпимость по отношению к евреям – это спорный вопрос, так как ограничения нельзя смешивать с преследованиями, т. е. незаслуженными ограничениями. Паразитов всегда преследуют, во всяком случае, они этого заслуживают. Широко разрекламированные «погромы» в России были не более того, что паразит вправе ожидать – запрет возвращаться к паразитической практике. Если какой-то народ считает еврея опасным по своему поведению или по другим причинам и остерегается его или даже применяет суровые меры, чтобы от него освободиться, – это не преследование и не предрассудок. Их жалобы на мнимые преследования навязли в ушах, и беззаботные люди, принимающие их за чистую монету, присоединяются к еврейскому хору жалоб и стенаний, и даже более осторожные среди нас перестали задавать им вопросы, когда, где, как или почему. Столетия назад преследования так называемых еретиков было обычным делом среди всех религий. Евреи страдали вместе с другими не как евреи, а как еретики от рук христиан, мусульман и даже себе подобных. Эти мнимые «преследования», однако, не означали полного поражения, так как евреи знали, как повернуть их для получения хорошей рекламной выгоды. Христианские батюшки Санкт-Петербурга в России, в царские времена, по выражению одного из них, «осаждались» евреями, которые хотели принять православие, как выяснилось, с единственной целью – чтобы им разрешили жить в столице. «Да, вы можете ходить в эту церковь, – сказал старый раввин, – но не забудьте, что вы евреи».