IX. Восстановление великого княжения на Литве под суверенитетом Польской Короны

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

IX. Восстановление великого княжения на Литве под суверенитетом Польской Короны

Старания Ягайлы и поляков примирить литовских князей и бояр с инкорпорацией Великого княжества Литовского и их безуспешность. Агитация Витовта и восстание в Литве. Островское соглашение 1392 г. о назначении Витовта пожизненным великим князем. Подтверждение этого соглашения на сейме 1401 г. Усиление Витовта и стремления немцев поссорить его с Ягайлой и Польшею. Городельский сейм 1413 г. и новый договор Польши и Литвы; окончательное восстановление великого княжения на Литве под суверенитетом Польской Короны.

По смыслу договора, заключенного Ягайлой с польскими панами, в Литве не должно было быть отдельного великого князя. Так и было на первых порах по заключении унии. Ягайло уехал в Польшу и оттуда стал править Великим княжеством, советуясь в важнейших вопросах с окружавшими его польскими прелатами и панами. Но вскоре он должен был делегировать высшую власть на Литве и назначить для нее отдельного великого князя. К этому вынудило его восстание некоторых князей и литовского боярства.

С целью примирить князей и бояр с инкорпорацией Великого княжества Ягайло старался всячески их ублаготворить и наградить. Так, он увеличил владение своего брата Скиргайлы, бывшего его главною поддержкою и опорою и до заключения унии. В 1387 г. он придал ему к Трокскому княжеству еще Полоцкое, отнятое у Андрея Ольгердовича, Минск и ряд других волостей на Руси Литовской. В выданной по этому случаю грамоте Ягайло обязался не отнимать у Скиргайлы его владений, не слушать и не давать веры лихим людям, которые будут доносить на Скиргайлу, держать его выше всей братии и слушать его больше, чем других, никому не давать в обиду и т. д. Кроме того, Ягайло старался умиротворить своего главного противника на Литве Витовта и в 1387 г. дал ему Луцкую землю в добавление к прежним его владениям. Бояр, как уже было сказано, Ягайло старался ублаготворить дарованием прав и вольностей польской шляхты в том же 1387 г. Но всех этих средств оказалось недостаточно для удержания литовских князей и бояр в послушании и верности новому отечеству – Польше. Ягайло и его ближайшие советники, инкорпорируя Великое княжество, очевидно, слишком легко смотрели на такое дело, как внезапная потеря страною своей политической самостоятельности и самобытности.

В свое время нами было отмечено, что в состав боярского класса на Литве вошли многие крупные землевладельцы, пользовавшиеся властью и влиянием в местных обществах до образования Великого княжества и после того. Эти знатные и сильные люди вместе с второстепенными и мелкими литовскими и русскими князьями в общей сложности составляли крупную политическую силу. Пока великий князь со своими ближайшими родственниками правильно служили интересам Литовско-Русского государства, эти князья и бояре охотно подчинялись им и служили верою и правдою. Но уния с Польшею заставила их изменить свое поведение. Эта уния уничтожила самобытность Великого княжества Литовского, сделав его частью Польши, и оттеснила от великого князя на задний план его прежних слуг, заменив их поляками. При таких условиях эти слуги должны были почувствовать и сознать, что уния принесла им не братский союз с поляками, а политическое унижение и порабощение вместе с нарушением существенных материальных интересов, связанных со службою своему государю. Недовольство превратилось в открытый мятеж, руководство которым взял на себя Витовт, раздраженный тем, что Ягайло не отдал ему Трокского княжества и не выдал письменного документа на пожалованное незадолго перед тем княжество Луцкое.

Витовт, улучив момент, когда Скиргайло Ольгердович, бывший главною опорой своего брата на Литве, уехал в пожалованный ему Полоцк, собрал к себе многих князей и бояр литовских и начал перед ними печаловаться по поводу того, что чужестранцы завладели Великим княжеством. Князья и бояре с полным сочувствием отнеслись к сетованию Витовта и положили на совещании овладеть Вильно. Так началась новая борьба в Великом княжестве, в которой приняли участие по обычаю и немцы. Витовт нашел всеобщее сочувствие и поддержку в населении Великого княжества, ибо выставил на своем знамени восстановление независимости Великого княжества. Его войска всюду находили на Литве и Жмуди дружественный прием; им подвозили вдоволь всяких съестных припасов – муки, мяса, корма для лошадей и т. д. Для спасения своей власти в Великом княжестве Ягайло ввел польские войска и расставил польские гарнизоны чуть не по всем городам Великого княжества. Но жители, соединяясь с войсками Витовта, нападали на польские отряды и истребляли их. В конце концов Ягайло увидал себя в необходимости пойти на уступки. Он попытался было отделить дело литовцев от дела Витовта и удовлетворить одних литовцев. Последовало назначение брата его Вигунта Александра, князя керновского, великим князем литовским. Но Вигунт как раз в это самое время умер, и Ягайле поневоле снова пришлось считаться с Витовтом. Посоветовавшись со Скиргайлой, Ягайло решил помириться с Витовтом и сделать его великим князем на Литве. Это примирение состоялось на съезде в Острове 5 августа 1392 г., на котором участвовала и королева Ядвига в качестве представительницы интересов Польской Короны.

На этот раз Ягайло отдал Витовту Трокское княжество его отца и сверх того пожаловал ему несколько других держав и имений. Но главное – принял его к соучастию в управлении государством, вручив ему великое княжение на Литве и русских землях по конец его жизни. Со своей стороны Витовт обязался стоять неотступно при короле, короне и земянах Королевства Польского и выдал в этом же смысле особую запись королеве Ядвиге как наследнице Королевства Польского. Условлено было, что по смерти Витовта все его владения перейдут под непосредственную власть польского короля, за исключением тех, которые Витовт, с согласия короля, выделит брату своему Сигизмунду с обязанностью повиноваться и служить королю подобно всем другим Литовско-Русским князьям; кроме того, король обязался за себя и своих преемников не лишать жены Витовта Анны тех имений, которые муж назначил ей в качестве пожизненного вена. Из всего этого видно, что Островское соглашение 1392 г., не изменяя Кревского договора 1385 г. в принципе, внесло в него существенную поправку и дополнение в интересах Великого княжества Литовского. Оставаясь соединенным неразрывно с Польшею, Великое княжество приобретало теперь известную автономию, по крайней мере, на время жизни Витовта, которому в качестве великого князя предоставлялась более самостоятельная роль, чем простому наместнику короля. В формулировке акта 1392 г. поляки старались затушевать это значение Островского соглашения и изложили дело таким образом, что Ягайло взял себе только товарища по управлению своим соединенным государством и в этом едином и нераздельном государстве выделил ему для ближайшего заведования известную часть его, т. е. бывшее Великое княжество Литовское. Но по существу дела нельзя не признать, что Островское соглашение 1392 г. положило начало восстановлению независимости и самобытности Великого княжества Литовского. Факт этот был результатом вмешательства второстепенных литовских князей и бояр. Это было их дело, в котором они наглядно показали свою общественную силу и политическое значение.

Получив великое княжение на Литве, Витовт на первых порах держался действительно товарищем-соправителем Ягайлы. Во всех важных делах он спрашивал согласия Ягайлы. Таким образом, например, с согласия Ягайлы он вывел из областей князей Владимира, Корибута и Свидригайлу Ольгердовичей, Федора Любартовича и Федора Кориатовича, которые не захотели подчиняться ему как великому князю. Ягайло часто приезжал в Вильно и сообща с Витовтом издавал разные распоряжения, касающиеся Литвы. В письмах к великому магистру Прусского ордена Ягайло хвалил Витовта за рвение и верность королю, проявлявшиеся им в управлении и расширении его королевских владений (circa gubernacionem et ampliationem dominiorum nostrorum). Но такая политическая идиллия продолжалась сравнительно недолго и обусловливалась в значительной степени тактом Ягайлы, относившегося к Витовту не как к своему вассалу и подчиненному, а как к равноправному товарищу. После уничтожения областных княжений Витовт почувствовал себя полным хозяином в Великом княжестве, и стоило только задеть его самолюбие, дать ему почувствовать, что он не самостоятельный государь, а вассал и ставленник Польши, чтобы он круто изменил свое отношение к Польше и стал держать себя как государь самостоятельного и независимого государства. И не удивительно: за Витовтом стояли литовские князья и бояре, вся литовская земля, которая не желала поступаться своей самостоятельностью. В 1398 г., в бытность короля Ягайлы в Вильно, в Польше пронесся слух, что Ягайло хочет совершенно сравнять с собою Витовта и дать ему титул короля. Польские паны, а еще более агенты ордена, всячески старавшегося разорвать унию Литвы и Польши, научили королеву Ядвигу потребовать от Витовта дани, так как муж ее записал ей будто бы Русь в качестве вена. Это требование страшно возмутило Витовта. Он собрал своих бояр и спросил их, желают ли они быть данниками Польши, причем прочел им грамоту Ядвиги. Буря негодования разразилась тогда в совете литовских бояр, которые заявили, что они ничьими данниками не были и не будут. Витовт стал готовиться к борьбе с Польшею. Он заключил союз с орденом, причем собственною властью, не спрашиваясь Ягайлы, уступил ордену часть земель Великого княжества. В договоре постановлено было, что орден обратится за утверждением этой уступки к Ягайле лишь при том условии, если это Витовту не будет неприятно. Договор был подтвержден при личном свидании Витовта с магистром на острове Салине 12 октября 1398 г. Витовт приезжал со множеством литовских князей и бояр. Когда по окончании переговоров магистр пригласил всех к себе на пир, то произошел интересный эпизод. Бояре литовские и русские провозгласили Витовта королем. Хотя это провозглашение и не имело последствий, так и осталось застольным эпизодом, но хорошо характеризует настроение Литвы и Руси по отношению к Польше, дает знать, что уния Польши и Литвы была фактом сомнительной прочности.

Такту Ягайлы Польша обязана была тем, что не произошло разрыва с Литвою. Ягайло игнорировал происшедшее и обходился с Витовтом так, как будто бы никаких недоразумений между ними не было. Очень может быть, что он колебался, не знал, что ему делать, что предпринять, и искал руководства в обстоятельствах. Тем временем подоспели события, которые снова закрепили узы, готовые уже было разорваться. Витовт потерпел страшное поражение от татар на реке Ворскле и должен был смириться. Против Витовта стал обнаруживать неприязненные замыслы Свидригайло, незадолго перед тем освободившийся из заключения. Опасность со стороны Свидригайлы была тем значительнее, что он успел сделаться уже популярным у русских людей Великого княжества. Все это заставляло Витовта поневоле искать сближения с Ягайлой и поляками. С другой стороны, в 1399 г. умерла королева Ядвига, и Ягайле, державшемуся в Польше в качестве ее супруга, стала угрожать опасность лишиться польской короны. По крайней мере, мы знаем, что опасения на этот счет у него были. Эти опасения имели свое основание в том, что Ягайло не выполнил точно своих обязательств перед Польшею и не слил с нею в единое политическое тело Великое княжество Литовское. Чтобы восстановить свое пошатнувшееся положение, Ягайло и стал хлопотать о поновлении унии Литвы с Польшею, дабы рассеять всякие сомнения поляков на этот счет. В данном случае с ним должен был вполне сходиться и Витовт, которому не могла улыбаться перспектива возвращения в Литву государя, посадившего его вместо себя на великом княжении. Все это и побудило Ягайлу и Витовта поновить договоры унии и таким образом обеспечить друг друга. В 1401 г. Витовт подтвердил грамотою обещание сохранять верность и покорность королю и Короне Польской, снова признал, что после его смерти Великое княжество должно перейти не к кому иному, как только к королю польскому и его преемникам. По его примеру присягу в верности принесли и другие литовские князья. Для более прочного скрепления унии привлечено было и литовское боярство, проявившее себя к этому времени крупною политическою силою. Литовские прелаты, князья, бароны и знатные люди, собравшиеся в Вильно, за себя и всю знать и обывателей Великого княжества Литовского обещали королю польскому и панам никогда не покидать их, но помогать им и оборонять их от всех врагов, стеречь их добро, как свое собственное; далее письменно же признавали, что по смерти Витовта Великое княжество должно возвратиться снова к королю польскому Владиславу и его преемникам, оговорив только при этом, что в случае бездетной смерти короля Ягайлы поляки не выберут себе короля без предварительного соглашения с ними и Витовтом, буде он останется еще в живых. Таким образом, и Виленский акт 1401 г. подтверждал слияние Литвы с Польшею в одно государство, подтверждал, что уния между ними должна оставаться навсегда, даже с прекращением литовской династии на польском престоле.

Новую фазу в отношениях Польши и Литвы знаменует собою договор унии, заключенный в 1413 г. на Городельском польско-литовском сейме. Новый договор понадобился вследствие перемен, совершившихся к тому времени во внутреннем и внешнем положении Великого княжества. К этому времени Великое княжество Литовское успело уже оправиться от последствий поражения на Ворскле, восстановило свой престиж среди татар и заняло твердое и внушительное положение на Руси. Витовт, как и прежде, до битвы на Ворскле, стал вмешиваться в борьбу, происходившую в Орде между разными претендентами на ханский престол, и влиять на ее исход в интересах Великого княжества. Смоленская земля, выбившаяся было из-под власти великого князя литовского, вновь была покорена и отдана в управление литовским наместникам; с княжествами и землями Северо-Восточной Руси, т. е. с Новгородом, Псковом, Москвою и Рязанью, после некоторых столкновений заключены были большею частью благоприятные для Великого княжества Литовского договоры. После Грюнвальденской победы, которая принесла равную честь и Польше, и Великому княжеству Литовскому, последнее сделалось крупною политическою величиною и во мнении Запада. С Витовтом завязал непосредственные сношения император Сигизмунд; с Витовтом же сносился чаще всего и орден, хлопотавший о мире, прямо или через посредство императора. Самосознание великого князя литовского и его ближайших сотрудников и помощников по управлению – князей и бояр – под впечатлением всего этого должно было повыситься, а это должно было в свою очередь сказаться и в большей независимости и самостоятельности их государственной политики. И хотя в общем Витовт держал себя корректно в отношении к Ягайле как своему сюзерену, тем не менее его поведение в отдельных случаях возбуждало в поляках тревогу и опасения. Эти опасения питались и беспрестанными происками немцев, изо всех сил стремившихся разорвать унию Польши и Литвы. В этом направлении действовали не только должностные лица и агенты Прусского и Ливонского орденов, но даже сам император Сигизмунд. Во время дипломатического съезда в Кезмарке в 1410 г. он предлагал Витовту возвести его в королевское достоинство, освободить от всякой зависимости от Польши и оказывать ему в случае нужды помощь против Ягайлы и всех других врагов. Все эти «козни и махинации», направленные к расторжению унии Литвы и Польши, побудили поляков позаботиться о новом ее подтверждении и скреплении, тем более что отношения к немцам после Торунского мира 1411 г. прогрессивно ухудшались и вели к неизбежной войне. Так создался акт унии 1413 г.

Согласно изменившимся обстоятельствам поляки в этом акте должны были сделать новую существенную уступку литовской самостоятельности. В рассматриваемом акте уже нет упоминания, что по смерти Витовта Великое княжество Литовское поступает под непосредственную власть короля Ягайлы или его преемников. Городельский акт говорит только о том, что по смерти Витовта литовские паны и шляхта (barones et nobiles) никого не изберут и не возьмут себе в великие князья, кроме того, кого признают подлежащим избранию и оставлению король Ягайло или его преемники и прелаты, паны и шляхта Королевства Польского. Со своей стороны и польские прелаты, паны и шляхта обещали в случае прекращения рода Ягайлы не выбирать никого в короли без ведома и совета великого князя литовского, прелатов, панов и шляхты Великого княжества Литовского. Таким образом, Городельский акт предполагал, что Литва, оставаясь в неразрывном соединении с Польшею, всегда будет иметь особого великого князя, которого будет облекать властью король польский. При таких условиях и уния 1385–1386 гг. как будто бы оказывалась ненарушенною. Составители акта Городельской унии, желая подчеркнуть это с особою силою, вложили в уста Ягайлы и Витовта все глаголы, какими только можно было обозначить слияние обоих государств в одно. Ягайло и Витовт заявляли в документах, что свои земли, коими они полноправно, непосредственно и посредственно владели и владеют до сих пор как законные государи, они вновь инкорпорируют и внедряют в Королевство Польское, присваивают ему, объединяют и соединяют с ним, связывают союзом и навсегда скрепляют по воле, одобрению и согласию панов и шляхты Великого княжества.

Итак, полное слияние Литвы с Польшею, предусматривавшееся договором 1385 г., фактически не осуществилось. Уже по Островскому соглашению 1392 г., подтвержденному затем Виленским договором 1401 г., Литва добилась того, что Ягайло утвердил Витовта пожизненным великим князем на Литве и тем до известной степени признал особность и самобытность Великого княжества Литовского. На Городельском сейме 1413 г. Литва получила гарантии того, что и по смерти Витовта она будет иметь особых великих князей и останется и впредь особым государством, состоящим только под суверенитетом польского короля.

Из всей унии 1385–1386 гг. остался, таким образом, один только суверенитет польского короля. Но и этот результат не надо оценивать слишком низко. Провозглашение и признание польского суверенитета над Литвою сделалось юридическим основанием позднейших польских домогательств в отношении Великого княжества, приведших при благоприятных обстоятельствах к реальной унии обоих государств.

Литература

Барбашев А. Витовт и его политика до Грюнвальдской битвы (1410 г.). СПб., 1885; Он же. Витовт. Последние двадцать лет княжения 1410–1430. СПб., 1891; Kochanowski J. К. Witold, wielki ksi??e Litewski. Lwо?w, 1900; Prochaska A. Szkice historyczne z XV w. Krakо?w, 1884; Он же. Krо?l W?adys?aw Jagie??o. Кrakо?w, 1908. T. 1–2; Smolka S. Szkice historyczne. Warszawa, 1881. Ser. 1; Lewicki А. Роwstanie Swidrygie??y. Кгаkо?w, 1892; Грушевський М. С. Історія України – Руси. Київ; Львiв, 1907. Т. 4.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.