Затаенная злоба

Затаенная злоба

Существует предположение, что для этой цели был подкуплен рязанский дворянин Прокопий Ляпунов. В 1605 году он перешел на сторону Лжедмитрия I. А во время крестьянской войны являлся одним из руководителей армии Ивана Болотникова. Но спустя несколько месяцев Ляпунов переметнулся в лагерь царя Василия.

В дни триумфа и подготовки к походу этот переменчивый дворянин предложил Михаилу Васильевичу «ссадить» венценосного дядю и самому стать государем. Полководец отверг провокационное предложение.

По своему ли желанию нашептывал Ляпунов Скопину-Шуйскому о замене царя или по наущению польских феодалов — точно не известно. Однако есть документальные подтверждения того, что слух о мнимом заговоре достиг ушей царя и весьма напугал его.

В XVIII веке известный историк Василий Никитич Татищев писал о том, как государь вызвал Михаила Васильевича: «Призвав его к себе, нечаянно стал ему говорить, якобы он на царство подъиски-вается и хочет его, дядю своего, ссадя, сам возприять и якобы он уже в том просящему его народу обещание дал.

Скопин же противо того со всею покорностию невинность свою в том утверждал и показывал, что ему о том, кроме Ляпунова, никто не представлял и он никому никаких видов к тому не дал. А что Ляпунова письма изодрал, оное учинил, уничтожая то яко бездельное дело, и ему на то, яко недостойному, никаково ответа не дал. И потому от сожаления, а наипаче от воздержания младости ему, дяде своему царю Василию, истину доносил, в чем на него весь народ жалуется, и просил его, чтобы он, опасался Бога и храня свою честь, от всех тех тиранств и хитрых вымышляемых людем утеснений отстал и более б жизнию, нежели гублением, народ к себе привлекал. И розсуждал, что ему лучше добровольно корону другому отдать, нежели ожидать насильного отъятия…

Царь Василий же притворялся, весьма умильно ему на то отвечал: „Я на то согласен, ежели то с пользою отечества моего быть имеет. Но прежде хочу, чтоб польские войска вышли и воры усмирены были, дабы выбор был вольной, а не принужденной“. И хотя Скопин паки ему говорил, что он желает его на царстве утвердить и за то живот свой положить, токмо просит о переменении поступков, но царь Василий жестоко на него тайною злобою возгорелся…»