Глава 30 ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В ИСПАНИИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 30

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В ИСПАНИИ

В час своего триумфа Муссолини — глава правительства, фашистский Дуче, основатель империи — был сильно встревожен. Его младшая дочь шестилетняя Анна Мария заболела в мае 1936 года. Сначала ей поставили диагноз коклюш, но затем он перешел в полиомиелит. Муссолини всегда очень волновался, когда дети болели, и теперь просиживал у ее постели ночь за ночью, потому что ребенок просил, чтобы рядом были либо он, либо Рашель. Анна Мария была сообразительным ребенком и настаивала, чтобы ей сказали, что с ней происходит. Когда ей объяснили, что, возможно, она будет парализована, девочка воскликнула: «Если я всю жизнь не смогу двигаться, лучше мне умереть!» 2 июня врачи, лечившие девочку, сообщили Муссолини и Рашели, что ребенок на грани смерти. В течение нескольких следующих дней Муссолини почти не спал и чуть не лишился рассудка. Когда в окно комнаты Анны Марии подул ветер, он воскликнул: «Закройте окно — или ветер унесет мое дитя!»

Он занимался делами в комнате рядом со спальней, где лежала его дочь, но обнаружил, что не может толком сосредоточиться на политической ситуации, хотя к 8 июня Анна Мария стала поправляться. Когда ему принесли отчеты о подготовке к конференции в Женеве по поводу снятия санкций против Италии, он заметил: «Почему меня не оставляют в покое даже упостели моего ребенка!» 12 июля врачи объявили, что девочка, безусловно, выздоравливает, а 20 июля они сказали, что она спасена. Анна Мария оправилась от полиомиелита, но в 1968 году умерла от рака в возрасте 38 лет.

Во время болезни Анны Марии 5 июня Муссолини встретился с австрийским канцлером Шушнигом в Рокка делле Каминате. Шушииг сообщил ему, что Австрия станет первым государством, признавшим Виктора Эммануила III в качестве императора Эфиопии. Второй нацией, сделавшей это, была Германия. Когда начались первые неприятности с Эфиопией, Гитлер прервал дружественные отношения с Италией. Германия покинула Лигу Наций и не была больше связана ее решениями. Так что, когда Лига наложила эмбарго на экспорт оружия и в Италию, и в Эфиопию, Германия стала продавать оружие Хайле Селассие. После того как началась война и Лига ввела санкции против Италии, германское правительство объявило в ноябре 1935 года, что налагает запрет на экспорт в Италию олова, алюминия и других военных материалов. Это должно было обеспечить немцам доброе отношение Британии в тот момент, когда Гитлер задумал оккупировать Рейнскую область. Кроме того, этим он показывал Муссолини, что с Германией стоит дружить.

В ноябре 1935 года Муссолини послал свою дочь Эдду в Германию с визитом доброй воли. Нацистские вожди встретили ее очень тепло, и, вернувшись домой, она постаралась убедить отца в том, как важно наладить отношения с Германией. Вскоре после этого Гитлер согласился снабжать Италию углем, в котором она очень нуждалась после запрета на экспорт из Британии.

11 июля 1936 года в Рокка делле Каминате во время еще одной встречи с Шушнигом Муссолини посоветовал ему заключить с Германией договор о дружбе, а также предложить австрийским нацистам несколько мест в правительстве. Шушниг согласился, и трое австрийских нацистов стали министрами. В 1934 году Муссолини отверг совет британского правительства побудить Шушнига предоставить льготы австрийским социалистам, дабы заручиться их поддержкой против Гитлера. Теперь же он убедил Шушнига предоставитьльготы нацистам и принять Гитлера в качестве союзника против социализма.

* * *

В течение нескольких лет Муссолини пристально наблюдал за положением в Испании. Когда он впервые пришел к власти, Испанией правил правый военный диктатор, премьер-министр короля Альфонса XIII генерал Мигель Примо де Ривера. Но в 1930 году король Альфонс отправил Примо де Риверу в отставку и смягчил диктатуру. Вскоре последовала революция 1931 года, и король оказался в изгнании, а в Испании была провозглашена республика. К власти пришло либеральное левое правительство. Традиционные правые силы страны (в Испании это был союз землевладельцев, армии и церкви) стали в резкую оппозицию к этому правительству. Муссолини также был против республиканского режима в Испании. Он рассматривал революцию 1931 года как победу международного социализма и поддерживал консервативный милитаризм, роялизм и клерикализм в Испании. Это усилило его популярность в Ватикане и католической церкви Италии.

В 1932 году генерал Саканелл Санхурхо стал готовить военный переворот, чтобы свергнуть либеральное испанское правительство. Он тайно связался с Гуарильей, итальянским послом в Мадриде, и передал просьбу, чтобы Муссолини поддержал его государственный переворот. Его эмиссар вступил в контакт с Бальбо. Муссолини дал указания Гуарилье продолжать тайные контакты с Санхурхо и ободрять его, но отказать ему в помощи или открытой поддержке. В августе 1932 года попытка переворота во главе с Санхурхо провалилась.

Однако в 1934 году Муссолини связал себя более серьезными обязательствами с испанским правым крылом. 31 марта в Риме у него состоялась тайная встреча с испанским генералом Эмилио Баррерой и двумя аристократами, лидерами крайне правой организации в Испании. Хотя к власти уже пришло консервативное правительство, Баррера и его сторонники жаждали совершить военный переворот и отдать власть в руки регенту, который намеревался как можно быстрее восстановить монархию. Муссолини пообещал снабдитьих деньгами и оружием, если они решатся на переворот, но они так и не смогли собрать достаточно сил для этого.

В феврале 1936 года испанские либералы, социалисты и коммунисты, создавшие Народный фронт, победили на всеобщих выборах. Либеральное правительство оказалось слишком слабым, чтобы предотвратить акты насилия со стороны анархистов и других левых революционеров в отношении церквей, монастырей и физическую расправу с правыми политиками. Накал событий дошел до высшей точки, когда в июле 1936 года блестящий лидер правых бывший министр Кальво Сотело был зверски убит на улице Мадрида левыми гвардейцами. 17 июля вспыхнуло восстание правых. Руководитель восстания генерал Санхурхо погиб на третий день в авиационной катастрофе, и вождем мятежников стал генерал Франсиско Франко. В цитадели красных, Барселоне, анархистски и социалистически настроенные рабочие подавили попытку переворота. Возглавлявший ее генерал был расстрелян. Люди клялись победить фашизм и провозгласили лозунг: «Но пасаран!» («Они не пройдут!»)

21 июля генерал Франко направил к Муссолини посланца и попросил о помощи, напомнив о поддержке, обещанной им правым заговорщикам в 1934 году. Франко особенно нуждался в самолетах, необходимых для доставки его мавританских частей из Испанского Марокко в Европу, так как флот, по его словам, «был в руках коммунистов», то есть был верен либеральному правительству. Муссолини пожелал Франко удачи, но отказался ему помочь и не захотел вмешиваться во внутреннюю гражданскую войну Испании, если только в нее не вмешаются другие социалистические правительства, поддерживая другую сторону конфликта. Тогда Франко обратился к Гитлеру. Его посол в Берлине встретился с Герингом, который убедил Гитлера отдать 26 июля приказ о направлении немецких самолетов для доставки из Марокко в Испанию войск Франко.

В течение первых двух недель войны испанское республиканское правительство закупало самолеты и оружие во Франции. Однако 2 августа Блюм предложил Франции, Британии и Италии, а позднее и другим европейским державам вести общую политику невмешательства в дела Испаниии наложить запрет на поставку вооружений и той, и другой стороне. Британское правительство поддержало это предложение. Испанское республиканское правительство и его сторонники заявили с горечью, что тем самым их лишают соответствующего всем международным законам права законного правительства получать оружие для подавления мятежа. Социалисты Британии и всего мира обвиняли потом британское правительство в том, что именно оно оказало давление на Блюма, поставив его в известность, что в случае, если Франция ввяжется в войну с Германией и Италией из-за республиканского правительства Испании, Британия останется нейтральной. Иден и тогда, и позже категорически это отрицал. Он утверждал, что идея невмешательства была собственной идеей Блюма, потому что, когда просочились слухи о том, что его правительство поставляет оружие испанским республиканцам, французские правые подвергли его очень резкой критике. Он испугался, что это приведет к мятежу правых и гражданской войне во Франции.

Черчилль использовал все свое личное влияние, чтобы поддержать политику невмешательства. Ненависть к коммунизму и подозрительность в отношении Германии привели его к нейтралитету в испанской гражданской войне: он занял позицию строго между двумя сторонами. Своему другу Фландену он говорил, что в британской консервативной партии очень сильны симпатии к Франко и, если из-за помощи республиканскому правительству Франция окажется в состоянии войны с Германией и Италией, будет весьма затруднительным уговорить Британию выступить на ее стороне.

После того как стало известно, что во второй половине июля Франция поставила самолеты и другое вооружение республиканскому правительству, Муссолини с начала августа стал посылать самолеты и вооружение Франко. В течение августа он произвел широкомасштабные военные поставки Франко, а также встревожил британское правительство, направив самолеты и войска на Мальорку. Как вспоминает Рашель, он решил помочь Франко, потому что считал: если республиканское правительство победит в гражданской войне, это приведет к установлению в Испании коммунизма. «У нас нет альтернативы, — сказал он ей. — Большевизм в Испании означает приход большевизма во Франции, то есть коммунизм станет нашим соседом; таким образом, существует серьезная угроза большевизации Европы». Возможно, у него были и другие мотивы. Возможно, он думал, что, если Франко победит с итальянской помощью, Италия сможет влиять на Испанию и для нее, в случае войны с Британией, окажется возможным захват Гибралтара и установление контроля над западной частью Средиземного моря. Однако нет сомнений в том, что главным мотивом его действий было желание предотвратить превращение Испании в коммунистическую страну.

Гражданская война в Испании была очень жестокой, что характерно для гражданских войн между правыми и левыми в этой стране. Она расколола общественное мнение других стран. Коммунисты, социалисты и либералы видели в ней мятеж военной касты против демократически избранного правительства; правые партии считали ее восстанием патриотов, стремящихся не допустить, чтобы из-за слабости правительства Испания попала в руки коммунистов. Обе стороны совершали зверства, и каждая в своей пропаганде преувеличивала зверства другой стороны. Правые сообщали о разрушении церквей и монастырей на республиканской территории, о том, что толпы анархистов врываются в тюрьмы и убивают заключенных там сторонников Франко. Левые кричали о широкомасштабных казнях республиканских солдат и гражданских сторонников республики солдатами Франко. Испанская гражданская война шла не только между испанцами, но стала частью международной борьбы между силами, которые Муссолини и его противники называли фашизмом и антифашизмом.

После трехнедельных военных поставок Франко 21 августа Муссолини принял предложение Блюма проводить в отношении Испании политику невмешательства и прекратить помощь генералу Франко. Он также согласился сотрудничать с Комитетом по невмешательству, который был создан в Лондоне для наблюдения за выполнением принятых обязательств. Он считал, что сделал достаточно для обеспечения победы Франко и что, если дальнейших поставок оружия ни одной из воюющих сторон не будет, Франко наверняка выиграет, так как уже имеет превосходство в вооруженнии. Армии Франко успешно продвигались вперед. В августе они взяли Бадахос, где расстреляли около двух тысяч пленных республиканцев. В конце сентября захватили Толедо, причем был освобожден гарнизон, больше двух месяцев выдерживавший осаду в крепости Алькасар. Впереди было наступление на Мадрид и захват его. В Лондоне на собрании Комитета по невмешательству советский посол Иван Майский обвинил Португалию, Италию и Германию в том, что они, нарушая соглашение, посылают оружие и войска на помощь Франко. Бальбо и немецкий посол в Лондоне Иоахим фон Риббентроп это обвинение отрицали.

23 октября Майский объявил, что в свете названных нарушений Советский Союз больше не считает себя связанным обязательством не вмешиваться в испанскую гражданскую войну. Сталин немедленно начал посылать республиканскому правительству деньги и вооружение, в том числе самолеты. Он послал в Испанию несколько сот советских технических специалистов и агентов секретной службы. Коминтерн организовал Интернациональную бригаду коммунистических добровольцев из многих стран Европы и Соединенных Штатов. В Интербригаде было 3350 итальянцев, составлявших третью по численности национальную группу. Это были коммунисты, социалисты и другие беженцы-антифашисты, укрывавшиеся во Франции. Их организовал Карло Роселли, социалистический лидер, бежавший из заключения на острове Липари. Они называли себя бригадой Гарибальди — вполне подходящее название, так как Гарибальди воевал за дело свободы в нескольких странах на двух континентах. Тем не менее это очень не понравилось внуку Гарибальди Энцио, который стремился доказать, что, будь Гарибальди жив, он стал бы не коммунистом, а фашистом. В поддержку своего мнения он цитировал критические замечания Маркса по поводу Гарибальди, написанные в 1864 году. Интернациональная бригада прибыла в Мадрид, чтобы участвовать в отражении атаки Франко на город, происшедшей в начале ноября.

Поддержка, которую Муссолини и Гитлер оказывали Франко, сблизила их. Они решили позабыть прошлые разногласия по поводу Австрии и заключить итало-германский альянс. Эту идею горячо поддерживал Галиаццо Чиано, которого Муссолини назначил министром иностранных дел. В течение многих лет Муссолини сам занимался международными делами, так же как и многими другими. В 1929 году он был держателем 9 министерских портфелей. В исполнении этих обязанностей ему помогали заместители. Однако если Гранди и Сувич числились заместителями министра иностранных дел при Муссолини, то Чиано получил титул министра иностранных дел.

В сентябре 1936 года в Рим прибыл Ганс Франк, германский министр юстиции. Это был ловкий адвокат, который во время Второй мировой войны стал необычайно жестоким губернатором Польши. Он пригласил Муссолини посетить Германию с официальным визитом в ближайшем будущем, установив дату визита по своему усмотрению. Муссолини принял приглашение. Они обсудили также необходимость установления оси Рим — Берлин, тесного дипломатического и военного сотрудничества.

В ноябре 1936 года Гитлер и Муссолини признали правительство Франко в Бургосе законным правительством Испании и в свете вмешательства Интербригады на стороне республиканцев увеличили помощь Франко. Муссолини решил послать наземные войска, а также несколько эскадрилий. Немцы предпочли оказать техническую помощь и дать самолеты с немецкими экипажами, но наземных войск не предоставлять. К весне 1937 года Муссолини уже направил в Испанию 50 тысяч солдат. Они участвовали в наступлении на Малагу, которую Франко захватил в феврале, и в убийстве сразу после победы почти четырех тысяч взятых в плен республиканцев. Их лидер Карло Роселли не смог участвовать в бою, так как страдал воспалением вен.

В мае он поехал на лечение во Францию, в Баньоле. Его распорядок дня в Баньоле был таким: по утрам он принимал процедуры, а вечерами отправлялся в своем автомобиле на прогулку по тихой дороге, пролегавшей через парк. Вечером 9 июня 1937 года Роселли со своим младшим братом, Нелло, ехал по этой аллее, как вдруг они увидели, что путь им преградил, видимо, сломавшийся автомобиль. Когда они вышли из машины, чтобы посмотреть, не могут ли чем-то помочь невезучему водителю, на них набросились четверо человек с ножами. Их целью был Карло Роселли, и его убили одним ударом ножа. По всей вероятности, его убийца был специалистом, знавшим, как и куда бить. Нелло, судя по всему, был убит несколькими ножевыми ударами только потому, что оказался в машине вместе с братом.

Затем убийцы покинули парк и бросили автомобиль в нескольких милях от этого места. Их так никогда и не поймали, но нет никаких сомнений в том, что они были членами ОВРА и действовали по приказу итальянского правительства, хотя, возможно, как и в случае с Маттеотти, они понимали, что Муссолини предпочитает не знать об этом заранее. Фариначчи написал в газете «Реджиме фашиста», что убийство братьев Роселли было «актом правосудия», который он лично «поддерживает не колеблясь».

На похороны Карло и Нелло Роселли в Париже пришли двести тысяч человек. Антифашисты провели митинг протеста в Тулузе, где Сильвио Трентин, бывший депутат-социалист, обвинил в этом убийстве фашистов. Фариначчи написал, что «кто-то должен заплатить Трентину той же монетой». Но фашистам так и не удалось до него добраться.

Муссолини был недоволен поражением итальянских частей под Гвадалахарой, но позднее в том же году они сыграли важную роль в захвате больших территорий у республиканцев на севере, в стране басков. Муссолини больше не скрывал, что занимается в Испании интервенцией. Его поздравления итальянским войскам после победы на баскской земле были помещены на видных местах в итальянской прессе.

Итальянские воздушные силы участвовали в налетах на города и деревни на республиканской территории, включая Мадрид и Барселону. Эти воздушные рейды нанесли гораздо больший ущерб имуществу и людям, чем аналогичные налеты во время Первой мировой войны, и были предвестником бомбежек Второй мировой. Франко заявил, что будет вести воздушные налеты до тех пор, пока весь Мадрид, каждое здание не будет разрушено, но не допустит, чтобы город оставался в руках коммунистов.

Почти полное уничтожение маленького городка Герника в апреле 1937 года, особенно потрясшее общественное мнение Британии, Соединенных Штатов и других демократических стран, было осуществлено не итальянскими, а немецкими летчиками. Но итальянские пилоты играли видную роль в этой военной кампании: противники их уважали и боялись. Бруно Муссолини вызвался добровольно служить в воздушных частях в Испании. После того как он отличился в 27 воздушных боях, агенты Франко узнали, что летчики-республиканцы, воюющие на советских самолетах, стали специально за ним охотиться. Франко решил, что Бруно слишком опасно продолжать службу в его эскадрильях, что он совершил достаточно для его дела и своей славы, и настоял, чтобы сын Муссолини вернулся в Италию.

В отличие от брата Витторио Муссолини добровольцем в Испанию не поехал. По возвращении из Эфиопии он женился и стал кинорежиссером. Он работал со знаменитыми режиссерами Голливуда и Германии. Летом 1937 года он побывал в Вашингтоне, и Рузвельт пригласил его на чай в Белый дом. Рузвельт сообщил Витторио, что был бы рад встретиться с его отцом. Однако президенту Соединенных Штатов трудно посетить иностранную державу; единственный раз это произошло в 1919 году с Вудро Вильсоном. Поскольку Рузвельт понимал, что Муссолини будет сложно посетить Соединенные Штаты, возможно, они могли бы встретиться на корабле где-то в Атлантике?

Вернувшись в Италию, Витторио сообщил отцу о предложении Рузвельта. Муссолини рассмеялся и усомнился в серьезности сказанного Рузвельтом. Сегодня Витторио и многие политические комментаторы рассуждают о том, как повернулся бы ход истории, если бы эта встреча состоялась. Но весьма вероятно, что Муссолини правильно оценил ситуацию.

В декабре 1937 года Италия покинула Лигу Наций. Это был жест презрения к либерализму и интернационализму, а также выражение солидарности с нацистской Германией. Но Муссолини сохранил в отношении Британии примирительную политику. Британское правительство не возражало, когда войска Муссолини уничтожали красных в Испании, но тревожилось, что они могут остаться там после победы Франко и захватить Гибралтар. Британцев беспокоило, что итальянские подводные лодки в Средиземном море стали угрозой британскому судоходству, потому что время от времени они топили торговые суда, которые заходили на территории, контролируемые республиканцами. Британское правительство вздохнуло с облегчением, когда Муссолини успокоил их, согласившись подписать пакт, подготовленный в сентябре 1937 года на конференции в Нионе, Швейцария, и дал заверения еще по нескольким вопросам, крайне тревожившим Британию.

Черчилль был очень доволен, так как он по-прежнему восхищался Муссолини. Он отдавал дань уважения его великой роли в мировой истории и «поразительным качествам — мужеству, пониманию, самообладанию и настойчивости, олицетворением которых он являлся». Основав фашистское движение, он нанес поражение серпу и молоту азиатского коммунизма. «Свобода была утрачена, но Италия — спасена».

В июне 1937 года Болдуин подал в отставку. Премьер-министром стал Невилл Чемберлен, жаждавший наладить отношения с Италией. Министр иностранных дел Идеи не возражал против этой политики, но относился к Муссолини с большей подозрительностью, чем Чемберлен. Идена также раздражало, что тот иногда направлял Муссолини личные письма, которые не показывал ему. Кроме того, Чемберлен поддерживал с Муссолини контакты через свою невестку, леди Чемберлен, вдову сэра Остина. У нее был дом в Риме, где она проводила несколько месяцев в году. Ее дружба с Муссолини, начавшаяся еще когда ее муж был министром иностранных дел, продолжалась.

В феврале 1938 года Идеи подал в отставку с поста министра иностранных дел из-за несогласий с Чемберленом. Муссолини и его журналисты очень этому обрадовались, так как со времен эфиопской войны считали Идена врагом Италии, а его действия — препятствием на пути улучшения итало-британских отношений.