Глава третья Фронт

Глава третья

Фронт

Создание фронтовых органов управления

Впервые прообраз фронтового управления появился в России в годы Русско-японской войны, когда в Маньчжурии было развернуто несколько армий и остро встал вопрос согласованного управления ими. Но тогда по разным причинам до конца этот вопрос решен не был. С новой силой он встал летом 1914 года, когда на западной границе Российской империи было развернуто сразу два фронта – Северо-Западный и Юго-Западный. В последующем был создан и третий – Западный фронт. Каждый из фронтов состоял из нескольких армий и для проведения операций должен был руководить ими.

Безусловно, огромную роль в организации управления войсками играло наличие сил и средств управления. До начала войны для управления войсками фронтов и армий предусматривалось широкое использование общегосударственной почтово-телеграфной связи. Все учреждения этой связи в масштабе Ставки Верховного главнокомандующего подчинялись управлению дежурного генерала Ставки, в масштабе фронта – управлению дежурного генерала штаба фронта, в масштабе армии – Управлению дежурного генерала штаба армии.

Почтовые отделения были расположены во всех городах и крупных поселках театра предстоящих военных действий. Но их предполагалось использовать только для несекретной (гражданской) переписки между различными воинскими штабами и учреждениями. Секретная документация передавалась посредством фельдъегерской связи.

Для передачи срочных приказов и донесений, различных служебных переговоров использовались телеграфные линии связи, проложенные в мирное время. Информация передавалась и принималась с помощью телеграфных аппаратов.

Имелись первые линии радиосвязи правительственного, войскового и почтово-телеграфного уровней. Эти радиостанции были расположены, главным образом, на побережье Балтийского и Черного морей и обеспечивали связь с кораблями флота, а также в крепостях. Так, мощные радиостанции на побережье Балтийского моря имелись в Риге, на о. Руно, в Либаве, в Ревеле, на берегу Черного моря – в Николаеве и Одессе, а также в Санкт-Петербурге, Москве и Бобруйске. К началу 1914 года в распоряжении почтово-телеграфного ведомства имелось 19 радиостанций, предназначенных для общего пользования и для обслуживания русских судов.

Оперативную связь в русской армии к началу Первой мировой войны обеспечивали специальные подразделения, на вооружении которых находились различные средства связи. К 1910 году в инженерных войсках имелось уже 39 саперных батальонов, по две телеграфных роты каждый. 11 батальонов с началом войны выделялись в самостоятельные части, которые предназначались для обеспечения связи штабов фронтов и армий.

Телеграфные роты саперного батальона и отдельные телеграфные роты имели одинаковую организацию. В каждой роте имелось 4 телеграфных аппарата, 72 телефонных аппарата различного типа, 32 версты телефонного и 84 версты телеграфного кабеля. Численный состав роты доходил до 425 человек. Все телеграфные роты были вооружены телеграфными аппаратами Морзе. Телеграфные буквопечатающие аппараты Юза и Бодо также имелись на телеграфах Ставки, фронтов и армий. Они принадлежали почтово-телеграфным отделениям гражданского почтово-телеграфного ведомства и придавались этим штабам только для обслуживания их во время войны.

В том же 1910 году в русской армии насчитывалось 8 искровых рот, которые придавались Ставке Верховного главнокомандующего, штабам фронтов и армий. Кроме того, в крепостях, расположенных по западной границе Российской империи, имелись крепостные искровые роты. Каждая искровая рота состояла из двух отделений по три станции в каждом, т. е. имела шесть действующих станций и одну запасную. Эти станции имели дальность действия до 250 верст при развернутой телескопической мачте высотой 25 м. Кроме того, в штабах фронтов к началу войны имелось несколько десятков кавалерийских радиостанций РОБТиТ, которые монтировались на одной двуколке и имели дальность действия до 60 км.

Таким образом, к началу Первой мировой войны необходимость создания системы оперативно-стратегического управления сухопутными войсками уже была доказана теоретически. Был разработан и издан ряд руководящих документов по этому вопросу, в которых рассматривались обязанности Верховного главнокомандующего, командующих фронтами и армиями, состав штабов этих органов управления, их штаты. Недостатком всех этих документов было то, что в них основное значение уделялось количеству личного состава, их денежному содержанию, а не работе в боевой обстановке.

Руководящие документы по вопросам полевого управления войсками в военное время в войска поступили с большим опозданием, фактически с началом мобилизации, в незначительном количестве. Имевшиеся к тому времени в войсках Проекты положения о полевом управлении войск в военное время имели значительные расхождения с утвержденным Положением, что вносило значительную путаницу. Это дает основание утверждать, со ссылкой на авторитетных свидетелей, что к началу войны войска не имели твердой теоретической базы для действий в оперативно-стратегическом масштабе.

Командующие фронтами и армиями в начале Первой мировой войны в недостаточной степени обладали практическим опытом управления войсками такого масштаба при ведении военных действий. В штабах фронтовых и армейских объединений по штату было предусмотрено слишком мало специалистов, способных решать задачи управления в масштабах своих объединений. В среднем на каждую сотню офицеров-командиров приходился один офицер-управленец.

Наличие средств управления в штабе фронта было явно недостаточным для оперативного руководства войсками в условиях войны. Радиосвязь была развита крайне слабо. Для телеграфной, телефонной и почтовой связи использовались стационарные линии, средства и чиновники, которые не обеспечивали необходимой скрытности информации.

Все это в целом дает основания сделать общий вывод, что к ведению военных действий в оперативно-стратегическом масштабе к августу 1914 года вооруженные силы Российской империи не были готовы. Несмотря на развертывание соответствующих органов управления, пунктов управления и наличие определенных средств управления, система управления оперативно-стратегического уровня не выполняла функций управления войсками и сводилась к направлению политических директив, указаний общего плана и сбору информации от нижестоящих штабов и войск.