Что такое «Истинно московское название»?

Что такое «Истинно московское название»?

Глубокий знаток московской топонимики, архитектор, историк Москвы Алексей Александрович Мартынов в своей книге «Названия московских улиц и переулков с историческими объяснениями» писал более ста лет назад: «Названия урочищ, площадей, улиц и переулков произошли не случайно; не произвольно выдуманы были имена для обозначения той или иной местности. В этих названиях заключается большей частью указание на историческое событие, на известное в свое время лицо, на бытовую, на местную особенность; в них хранится память прошлого, иногда отдаленного…»

А московский журналист конца XIX века Д. А. Покровский свои «Очерки Москвы» начинает словами: «Московскую да и вообще русскую историю в Москве можно изучать, просто прохаживаясь и разъезжая по улицам да прислушиваясь к названиям улиц, переулков, площадей, урочищ, церквей и вникая в их смысл и значение».

Эти два высказывания, каждое по-своему, и указали и охарактеризовали самую главную черту исконно московских названий. Она заключается в том, что каждое московское название имеет смысл и отмечает какой-либо исторический факт, причем обязательно относящийся к этой улице.

С первого взгляда не всегда бывает очевидна связь названия с его историческим источником, но она всегда существует, и любознательный, настойчивый исследователь когда-нибудь да отыщет этот источник.

Москвичи знают эту особенность. На этом держится их твердая уверенность в том, что каждое московское название имеет свою историю, и этой уверенностью объясняется их страсть придумывать легенды, объясняющие то или другое название, истинный повод для которого скрывается во тьме времен: таковы легенды о Марьиной Роще, о Бабьегородских переулках и других старинных московских улочках.

Вторая черта истинно московского названия: его придумал не какой-нибудь начальник и назвал улицу, как ему хочется, а возникло оно само по себе в народе. В народе обычно бытовало одновременно несколько названий улицы, одни считали самым примечательным в ней одно, другие — другое, третьи — третье, и каждая группа называет улицу по-своему, до тех пор, пока весь московский народ не примет какое-то одно название.

Так известная московская улица Плющиха обрела свое название в XVIII веке. В то время у нее было три названия: Саввинская, так как она проходила мимо Саввинского монастыря; Смоленская, поскольку вела к храму Смоленской иконы Божией Матери в Новодевичьем монастыре, и Плющиха, ибо так назывался находившийся на этой улице кабак. В конце концов, победило последнее название, потому что самым популярным и известным в округе ориентиром на улице оказался кабак.

Третья черта истинно московского названия такова, что оно выдержало испытание временем. И когда множество других названий, просуществовав несколько лет, забываются, уходят в небытие, истинно московское живет века и становится живым памятником московской речи и истории.

Для иллюстрации приведем историю названия Камергерского переулка. Оно возникло в конце XVIII века, когда оказалось, что в этом небольшом переулке живут два камергера, а в начале XIX века к ним присоединился еще и третий. Это был действительно редчайший случай такой кучности камергеров, потому что по штатному расписанию при российском дворе их полагалось всего двенадцать на всю Россию. Название Камергерский возникло как неофициальное. Переулок тогда назывался Егорьевским по монастырю святого Георгия, потом он назывался Спасским по церкви Спаса Преображения, потом Одоевским по дому князя Одоевского. Почти столетие название Камергерский бытовало как народное, но при этом среди москвичей переулок был более известен под ним, чем под всеми другими. Только в 1886 году, столетие спустя, Городская Дума признала название, и впредь в документах его стали именовать Камергерским. В 1923 году переулок переименовали в проезд Художественного театра, но в 1992 году он вернул себе свое прежнее название, что москвичами было встречено с радостью. И можно сказать с уверенностью: как бы его впредь не переименовывали власти, это название все равно будет возвращаться.

И наконец, истинно московское название должно быть выразительно, звучно, легко произносимо и обкатано, отшлифовано, а иной раз и преобразовано по законам живой разговорной московской речи: не Покровская улица, а Покровка, не улица святых Иоакима и Анны, а Якиманка.

Известен обычай москвичей подробно объяснять, где он живет, возле чего и за чем, куда идти и куда не надо ходить. Так вот, В. И. Даль записал московское присловье, пародирующее московский адрес. Оно составлено из названий улиц, урочищ, районов, находящихся в разных концах города и демонстрирующих разнообразие и прихотливость московских топонимов.

«У Всех Святых на Кулишках, что в Кожухове за Пречистенскими воротами, в Тверской ямской слободе, не доходя Таганки, на Ваганке, в Малых Лужниках, что в Гончарах на Воргунихе, у Николы в Толмачах, за Яузой на Арбате, на Воронцовом поле, близ Вшивой горки, на Петровке, не доходя Покровки, за Серпуховскими воротами, позади Якиманской, не доходя Мещанской, в Кожевниках, прошедши Котельников, в Кисловке под Девичьим, в самых Пушкарях, на Лубянке, на самой Полянке, на Трех горах, в Антроповых ямах…»