Искусство аугсбургских ткачей

Искусство аугсбургских ткачей

В Аугсбурге находилась головная контора Дома Фуггеров, контролировавшего рынок стратегических металлов в Западной Европе. Основу богатства семьи заложил ткач Ганс Фуггер, поселившийся в Аугсбурге в 1357 г. Продавая ткани и квасцы для протравки, к 1396 г. он стал одним из богатейших и уважаемых налогоплательщиков города. Его старший сын Андреас продолжил торговое дело. Он увеличил семейный капитал, торгуя тканями и скупая земли. Внук Ганса, Люкас, получил от императора Фредерика III дворянский герб с изображением золотого оленя на голубом поле, но вскоре разорился.

Карта Аугсбурга XVI в.

Более удачливым оказался младший сын Ганса, Якоб по прозвищу «ткач», получивший герб с изображением лилии на золотом и голубом поле. Он возглавлял гильдию ткачей и исполнял должность бургомистра. К 1461 г. Якоб входил в десятку самых богатых людей Аугсбурга. Но наибольшую известность приобрел сын Якоба-ткача, получивший прозвище «Якоб-богач».

Якоб-богач увеличил семейный капитал до невероятных размеров, монополизировав в Западной Европе добычу золота, серебра, меди, свинца и ртути. В 1495 г. его партнером стал Ян Турзо, которому принадлежали шахты в Северной Венгрии и Татрах. Совместно они приобрели медные рудники в Нойзоле, Госларе, Кремницах и Голлинтце. Поставки стратегических металлов велись через ганзейские города. Договор между промышленниками разграничивал сферы влияния. Фуггеры держали в своих руках торговлю металлом в странах Западной Европы и Англии. Турзо продавал металлы в землях Польской короны, в Пруссии, Великом княжестве Литовском и в Московском государстве.

Процветанию корпорации в немалой степени способствовало внедрение передовых технологий, позволявших значительно ускорить и удешевить процесс добычи руды. Так, в Словакии на четырех шахтах применялась хитроумная система колесных передач, приводившихся в движение водой. Вода подавалась из горных рек с помощью 36-километровой системы деревянных желобов и траншей.

Империя Фуггеров охватывала не только страны Европы, ее торговые агенты действовали в испанской Америке и на португальском Востоке, скупая с большой выгодой слоновую кость, золото и пряности. Не забывали они и о деле основателя Дома, поставляя льняные ткани. Однако наибольших успехов Фуггеры добились в торговле изделиями из стратегических металлов.

Военная наука в Европе развивалась стремительными шагами. Германия лидировала в производстве оружия высокого качества, быстро осваивая массовый выпуск новинок. В Данциге принимались заказы на отливку пушек. По требованию заказчика выдавалось свидетельство, что товар прошел испытания на месте литья. В 1498 г. в Лейпциге при стрельбе в цель были опробованы карабины с нарезными стволами, изобретенные Каспаром Цельнером в Вене. Дешевый порох для полевых испытаний готового оружия изготовлялся на пороховых мельницах с толчеями, которые действовали во многих местах{47}. Покупая итальянские квасцы, Фуггеры поставляли медь для артиллерии Папы.

Якоб Фуггер Богатый. Художник А. Дюрер

Другим важным источником дохода Фуггеров являлось банковское дело. С 1499 г. банк Фуггеров обслуживал Ватикан, осуществляя банковские операции в Восточной Европе. Так, в 1501 г. банк взял на себя обязательство по выплате суммы, обещанной папой Александром VI венгерскому королю Ладиславу II для Крестового похода. Девиз Дома Фуггеров в переводе с латыни означал: «Деньги — мускулы войны» («pecunia nervus bellorum»). Якоб Фуггер финансировал морские экспедиции к берегам Индии, Африки, Америки и не жалел денег на развитие науки и искусства. Фуггеры слыли добрыми католиками и примерными семьянинами. Они гордились рыжим цветом волос, который передавался по наследству, так как, согласно семейной традиции, они брали в жены только рыжеволосых красавиц.

В Европе большую известность приобрела золотая шапочка Якоба Фуггера, сшитая по итальянской моде. Шапочка была сделана из золотой шелковой ткани, украшена жемчугом и большим розово-красным рубином овальной формы. Она представляла собой точную копию головного убора, который Карл Смелый потерял в 1475 г. в ходе сражения при Грансоне{48}. В эпоху Ренессанса в Европе была популярна пословица: «Жди беды от лысеющих рыжеволосых людей и немцев, подражающих итальянцам»{49}. Пословица, несомненно, имела отношение к Якобу Фуггеру — он слыл опасным человеком. Якоб-богач создал одну из первых в истории Европы частных разведслужб. Сотрудники многочисленных представительств фирмы в различных европейских странах собирали и передавали в Аугсбург информацию о политических и коммерческих делах. Донесения агентов содержали всевозможные сведения: о военных действиях в регионе и появлении на рынке больших партий какого-либо товара, о расправе с ведьмами и скандалах при королевских дворах, о природных феноменах и городских слухах{50}.

В самом начале XVI столетия в европейскии придворных кругах большой популярностью пользовались слухи о частной жизни членов семей Медичи, Борджиа и Сфорца. Переписка современников поражает обилием подробностей о сексуальных извращениях, кровосмешении или убийствах с помощью тонких ядов, якобы совершенных представителями финансовой элиты Италии и римскими первосвященниками. Какая доля слухов соответствовала действительности, а какая была сфабрикована их политическими противниками, — не ясно, но на переломе XV–XVI вв. большим спросом стали пользоваться противоядия, особенно изделия из рога единорога. В Московии, несомненно, были наслышаны о коварстве итальянцев. В 1502 г. Менгли-Гирей, ходатайствуя за опального пасынка Абдыл-Летифа, прислал великому князю Ивану III перстень с обломком рога «кагерденева, индейского зверя, коего тайная сила мешает действию всякого яда: носи его на руке и помни мою дружбу»{51}.

Удивительно, но пересуды о развратном образе жизни или изощренных убийствах обходили стороной богатейшего человека в Риме — Агостино Чиги, банкира Папы. В 1500 г. папа Александр VI (Родриго Борджиа) передал ему монопольное право на эксплуатацию рудников в Тольфе на крайне невыгодных для Ватикана условиях. Агостино Чиги выплачивал папской курии фиксированный налог в 15 000 флоринов, остальная прибыль шла в его карман. За десять лет состояние Агостино Чиги достигло огромных размеров. Одна его вилла «Фарнезина» на берегу Тибра оценивалась в 800 000 флоринов. Те, кто удостоился приглашения побывать в палаццо, рассказывали о чудесных гобеленах, резной мебели и напольных серебряных вазах, украшавших бесчисленные комнаты дворца. Со смертью Лоренцо де Медичи он получил не только монопольное право на разработку месторождения в Тольфе, но и такое же прозвище — «Великолепный».

Агостино Чиги вкладывал крупные средства в предметы искусства, но в Европе пользовался репутацией крохобора. Рассказывали, что во время роскошных пиров, которые он устраивал на своей вилле, после каждой смены блюд в знак восхищения гости бросали в реку деньги. Говорили также, что по распоряжению Чиги рыбаки натягивали сети ниже уровня воды, чтобы собрать монеты и вернуть ему на следующее утро{52}.

В отличие от Агостино Чиги, Якоб Фуггер довольствовался половиной дома в Аугсбурге (вторую половину занимал император Священной Римской империи во время своих визитов), но не жалел денег на усовершенствование литейного производства или алхимические опыты. В результате германским специалистам удалось усовершенствовать состав сплава и снизить вес пушек. Артиллерия стала такой же мобильной, как и кавалерия. Кроме того, это позволило значительно удешевить стоимость «наряда».

Москва продемонстрировала смену делового партнера в 1508 г., когда на службу к великому князю выехали из Литвы три брата — Михаил, Иван и Василий Львовичи Глинские, а также их семьи и дворовые люди. Вместе со свитой Михаила Львовича, получившего воспитание в Германии и долгое время служившего при дворе Альбрехта Саксонского, прибыл в Москву немец по фамилии Шлейниц.

Семья фон Шлейниц владела обширными землями в Саксонии, в том числе серебряными рудниками во Фрейберге. Коммерческие связи с Домом Фуггеров-Турзо приносили им немалый доход. В конце XV — начале XVI столетия несколько представителей семьи занимали высокие посты в Католической церкви Германии. Так, Иоганн Шлейниц, епископ Мейсенский, исполнял должность легата в Польше{53}. В том же 1508 г. Василий III отправил через Михаила Глинского в Вену тайное послание к императору Священной Римской империи, в котором «напоминал о союзе его с Иоанном и предлагал возобновить оный»{54}. Рим потерял выгодного покупателя.

Агостино Чиги пустил в ход против германского конкурента испытанное оружие — слухи. В начале 1510-х гг. в Германии необычайную популярность приобрели легенды о «рыжих» евреях, которые отождествлялись с племенем Гог из страны Магог.

История о заточении дикого племени каннибалов Гог в стране Магог была широко известна в Европе из сочинений Иосифа Флавия, легенд об Александре Великом и текстов Ветхого Завета. Народ Гог — это могучее варварское племя, которое Александр Великий запер в «Рифейских горах». Отождествление племени Гог с десятью северными израильскими коленами, пропавшими в VII в. до н. э., произошло в европейской литературе в XII столетии. Впервые воинственные племена каннибалов названы «рыжими иудеями» в германской эпической поэме «Младший Титурель» (2-я половина XIII в.), посвященной истории королей Грааля. Легенда помещала пропавших израелитов в Индию, в страну царя Пресвитера Иоанна (Иосефа){55}. Около 1510 г. в Аугсбурге в мастерской гравера Ганса Бургмейера был создан карикатурный портрет Якоба Фуггера в шапочке-кипе.

Слухи об иудейских корнях Якобу Фуггеру удалось замять с помощью денег. Папа Юлий II получил от аугсбургского банкира заем в 170 000 дукатов на расходы в войне против Венеции{56}. Еще 15 000 флоринов Якоб Фуггер внес в фонд города Аугсбурга для устройства приюта для неимущих ремесленников, в том числе — мастеров типографского дела{57}. Однако деньги банкира были потрачены впустую.

Летом 1511 г. когда Шлейниц отправился из Москвы в Германию для закупки вооружения и найма кнехтов{58}, Риму удалось нанести серьезный удар Дому Фуггеров, подняв цены на квасцы. В августе Агостино Чиги получил разрешение от Совета Десяти на монопольную торговлю стратегическим сырьем в Венеции, ссудив городу 20 000 дукатов. В соответствии с контрактом, он продал правителям 7000 кантаров квасцов по 18 дукатов за кантар, затем товар был перепродан на венецианском рынке через посредника по цене в 20 дукатов, установленной Чиги{59}. Стоимость пороха возросла, следом подскочили цены на артиллерию и боеприпасы германского производства.

Две кампании великого князя Василия III против польского короля Сигизмунда закончились неудачей, Смоленск взять не удалось. Для победы требовалось увеличить парк артиллерийских орудий и закупить крупную партию пороха. В оплату, скорее всего, были пущены ценности королевы Елены, сестры великого князя, вдовы короля Александра Казимировича. В книге «Елена Иоанновна, великая княгиня Литовская, Русская, королева Польская» приводится выдержка из любопытного документа — «Записок ордена Миноритов». В нем говорится о загадочной пропаже ценностей покойной королевы после инвентаризации, в проведении которой принимал участие русский дьяк.

Незадолго до своей скоропостижной смерти вдовствующая королева Елена Иоанновна изъявила желание вернуться на родину и вела секретные переговоры с послами великого князя, касательно этого вопроса. Вопреки воле поляков, зимой 1512 г. она отправилась в Бреславль. Ее багаж состоял из 14 больших сундуков с золотыми и серебряными блюдами, поясами и кольцами, драгоценными камнями, а также богатыми одеждами, подбитых мехами. Побег Елены не состоялся, она умерла в Бреславле от яда 20 января 1513 г. Ее похоронили в церкви Пречистой Богоматери. В том же склепе поставили сундуки с сокровищами. Ровно год спустя, «на праздник святой Агнессы» (21 января 1514 г.), сундуки были вскрыты, а сокровища переписаны. Опись составляли два писца-поляка и один писец русский в присутствии нескольких панов, которые опечатывали вскрытые сундуки своими печатями. Согласно инвентаризации, общая стоимость ценностей составила около 400 000 флоринов. Вечером проголодавшихся панов угостили хорошим ужином с вином и пивом. Шесть месяцев спустя выяснилось, что из сундуков пропала большая часть сокровищ{60}. Возможно, ценности Елены Иоанновны были тайно переданы представителю Дома Фуггеров для закупки крупной партии вооружения.

Весной 1514 года в Москву от императора Священной Римской империи прибыл посол Георгий Шнитценпаумер с наказом склонить великого князя к союзу против польского короля{61}. В это же время, после длительного перерыва, в Москве началось энергичное возведение церквей итальянским архитектором. Алевиз Фрязин приступил к строительству сразу одиннадцати храмов: «На Большом посаде Введение пречистые да Володимер Святый в Садех, да Благовещение святыя богородица в Воронцове, да в городе на своем дворе Рожество пречистые, у нея же придел святый Лазарь, да за Неглинною Леонтей, чюд[о] творець ростовский, да Петр, чюдотворець московский и всеа Русии, да на Ваганькове Благовещенье богородици, да за Черторье Алексей человек божий в Девичье монастыре, да за рекою Усекновенье честныя главы Ивана Предтечи под Бором, да на Устретенской улице Введенье пречистые. Да того же лета поставишя церковь при ее животе кирпишную Варвару святую Василей Бобр з братьею с Вепрем да со Юшком Сурвихвостовым. А всем тем церквам мастер был Алевиз Фрязин». Помимо этого «сурожский гость» Юрий Бобынин, ведший торговлю с итальянскими городами Крыма, заложил у Фроловских ворот «церковь кирпишную Афонасей Святый Александрейский»{62}. В мае в Россию прибыл «от турскаго салтана Салим Шагханди-Кирея из Царягорода посол имянем Келмалбех князь». Между Стамбулом и Москвой были установлены дружеские отношения.

Используя конкуренцию между Домом Чиги и Домом Фуггеров в своих интересах, Россия добилась выгодных условий контракта. Новгородский наместник князь Василий Васильевич Шуйский подписал договор с купцом «от семидесяти Ганзейских городов» на торговлю серебром, оловом, медью, свинцом, серой и другими товарами сроком на десять лет{63}. Уже в июне 1514 г. огромная партия артиллерии и боеприпасов была доставлена покупателю, и великий князь выступил на Смоленск. По некоторым сведениям, во время осады «московит имел перед крепостью до двух тысяч штук пищалей больших и малых, чего никогда еще ни один человек не слыхивал»{64}. После трехдневного массированного артиллерийского обстрела ядрами, окованными свинцом, Смоленск капитулировал.

Однако через месяц русская армия потерпела поражение в сражении под Оршей. Победа досталась польско-литовскому войску под командованием князя Константина Острожского, который впервые в Восточной Европе применил артиллерийскую засаду в полевом сражении. «Литовцы, умышленно отступив к тому месту, где у них были спрятаны пушки, направили их против наседавших московитов и поразили задние их ряды, выстроенные в резерве, но слишком скученные, привели их в замешательство и рассеяли. Такой неожиданный боевой прием поверг московитов в ужас, ибо они считали, что в опасности находится только первый ряд, бьющийся с врагом; придя в смятение и полагая, что первые ряды уже разбиты, они обратились в бегство»{65}. Виновным в поражении был признан князь Глинский, его заточили в темницу.

У европейских наблюдателей имелось достаточно оснований, чтобы сделать вывод о разрыве Москвы с Аугсбургом и смене приоритетов. Однако они ошиблись: Якоб Фуггер нашел компромиссный вариант — осуществлять поставки немецкого оружия через посредника, связанного долговыми обязательствами как с Римом, так и с Аугсбургом. Таким посредником стал архиепископ Альбрехт Бранденбургский. В 1514 г. он получил в банке Фуггера ссуду в 21 000 дукатов с тем, чтобы выкупить кафедру архиепископа Майнцинского.

Для выплаты долга Альбрехт добился в марте 1515 г. разрешения у папы Льва Х (Джованни де Медичи) на продажу индульгенций в своей провинции. Переговоры от имени архиепископа в Риме вел представитель банка Фуггеров. Согласно окончательной договоренности, Папа получал 3000 дукатов и половину доходов от продажи индульгенций (обычно доля Ватикана составляла одну треть), другая половина оставалась в распоряжении архиепископа и предназначалась для уплаты долга банку Фуггера. Но не все шло так гладко. Условия секретного соглашения попали каким-то образом к Максимилиану I, и он приостановил действие договора. Император дал свое согласие на сделку лишь после того, как срок договора был снижен до трех лет, а ему была обещана ежегодная выплата в 1000 флоринов{66}. Войдя в долю, Максимилиан I выступил посредником в переговорах России с Польшей о заключении перемирия: «И князь велики для цисаря с королем похотел миру, как пригоже быти, да и опасные грамоты на королевы послы велел дати»{67}.

Пока шли переговоры с императором, европейские наблюдатели отметили активный обмен послами между Москвой, Крымом и Турцией. В августе состоялось подписание союзнического договора с крымским ханом: «И того же лета августа великого князя посол окольничей Михайло Васильевич Тучков пришел ис Крыму. А с ним к великому князю пришел от Магмед-Кирея, царя крымского, посол Янчюра-Дуван о дружбе»{68}. К султану ездил посол В. А. Коробов, а к патриарху в «Царьград» (Стамбул) были посланы с подарками «Василий Копыл Спячей да Иван Варавин». В Казани побывали окольничий Михаил Тучков и оружничий Никита Карпов, «они же шед в Казань, царя и всю землю на записех к шерти приведошя». Весной 1517 г. в Москву от имени магистра Тевтонского ордена прибыл Дитрих фон Шонберг. Он был уполномочен вести переговоры о поставке партии оружия и наемного войска численностью в 10 000 пеших и 2000 конных солдат сроком на два года. Союзнический договор, скрепленный крестным целованием, был заключен в июле того же года{69}.

У европейских наблюдателей не осталось сомнений, что в условиях мира и дружбы с Польшей, Казанским ханством и Стамбулом соглашение русского правительства с Дитрихом фон Шонбергом подразумевало перепродажу товара в третью страну. Не составляло труда догадаться, что договор предусматривал транзитные поставки европейского вооружения «неверным» через территорию России и Казанского ханства.

«Удобная транспортная» развязка находилась в самом сердце Волоцкого княжества, в глухих чащах Оковецкого леса. Здесь брали свое начало реки Ловать, Западная Двина, Днепр и Волга. Следуя их течению, можно было добраться в Рим, в Ганзу или Персию. Верховья рек соединялись волоком, по которому в старину волочили суда при переходе из одной реки в другую. Окруженный непроходимыми чащами и болотами, водный перекресток находился вдалеке от шумных торжищ: иноземные купцы предпочитали идти из «варяг в греки» через более удобный волок на реке Ламе. Истоки Двины и Ловати сходились близ города Ржева. Легкие лодки быстро и скрытно доставляли артиллерийский наряд, а отсюда его переправляли вниз по Волге к Казани. Для европеейских наблюдателей неясным оставался вопрос, кто являлся поставщиком оружия «неверным» — Аугсбург или Ватикан, Якоб Фуггер или Агостино Чиги?

Первый взнос от продажи индульгенций поступил в казну папской курии от архиепископа Майнцинского в 1517 г.{70} Осенью того же года сведения о манипуляциях с индульгенциями стали достоянием гласности. Доказательства финансовых махинаций Ватикана оказались каким-то образом в распоряжении Мартина Лютера. Возможно, именно эти документы послужили главной причиной создания 95 тезисов, которые он прикрепил 31 октября 1517 г. к двери Виттенбергского собора. Полгода спустя в Европе разразился скандал, в центре которого находился вопрос об истоках главных транспортных путей Московского государства.

В апреле 1518 г. в Кракове состоялась пышная церемония бракосочетания польского короля Сигизмунда I и Боны Сфорца, воспитанницы миланского герцога. Переговоры о брачном союзе велись через английских посредников. Эпиталама, посвященная этому знаменательному событию, вышла в Кракове в типографии Иоанна Галлера. Одновременно Галлер издал еще одно произведение — трактат «О двух Сарматиях», автором которого являлся Матвей Меховский, личный врач и астролог польского короля{71}. Профессор Краковского университета изложил в своем труде сведения по истории, географии, обычаях и верованиях жителей Московии, а также соседствующих народов. Сочинение придворного космографа представляло собой пеструю смесь из достоверных сведений и фантастических измышлений.

Творение Меховского вызвало в Европе бурную реакцию, т. к. опровергало общепринятые научные представления об устройстве мира. Внимание образованной публики привлекли следующие смелые заявления польского профессора. Во-первых, автор отрицал существование в Московии Рифейских, Гиперборейских или каких-либо других гор. Во-вторых, Меховский утверждал, что Дон, Волга, Западная Двина и Днепр вытекают из лесистой и болотистой равнины в Рязанском княжестве, а не с вершин Рифейских гор, как было принято считать ранее. В-третьих, профессор настаивал, что Волга впадает… в Черное море{72}.

Один экземпляр своей книги Меховский преподнес императору Максимилиану I{73}, другой — попал в руки Якоба Фуггера и по его просьбе был переведен на немецкий язык Леонардом фон Экком{74}. Трактат вызвал серьезное замешательство при дворе императора Священной Римской империи, в Ватикане и Аугсбурге. В июле 1518 г. Максимилиан I направил в Москву своего посла — венецианца Франческо да Колло — с наказом изучить вопрос о Рифейских горах и истоках русских рек на месте. Полгода спустя, по возвращении дипломата из России, разногласия в области географии были разрешены на публичном диспуте.

Диспут между Меховским и да Колло носил настолько принципиально важный характер, что состоялся в присутствии польского короля. Победила точка зрения имперского посла. В своем донесении императору да Колло с удовлетворением отметил, что Меховский «признал ошибку и что был обманут — как мне подтвердил в присутствии короля Сигизмунда после моего возвращения из сих краев (России — Л.Т.), в городе Петрокове»{75}. Да Колло, ссылаясь на мнение самих русских, доказал, что на территории Московии существуют «Гиперборейские горы», что истоки Дона, Западной Двины, Волги и Днепра находятся в их вершинах и что Волга впадает… в Черное море.

Из современников никто не усомнился в местоположении истоков русских рек и устья Волги, т. к. за разногласиями о географии скрывалась политика. Под Рифейскими или Гиперборейскими горами подразумевался источник стратегических металлов, который отождествлялся с рыжеволосыми Фуггерами. Меховский утверждал, что поставщиком стратегического товара врагам христианства являлся Ватикан, да Колло — что оружие немецкого производства. Феномен «реки Волги», впадающей в Черное море, содержал намек, что военная амуниция поступала из Европы в Стамбул транзитом через территорию России и Казанского ханства. Да Колло победил в диспуте, доказав, что Ватикан не имеет никакого отношения к торговле с «неверными», что поставки оружия осуществляет Якоб Фуггер.

Видимо, сведения об участии императора Священной Римской империи в сомнительном коммерческом предприятии и отчислении в его пользу 1000 флоринов также не остались в тени. Банк Фуггеров потратил колоссальную сумму, чтобы замять скандал. Максимилиан I скоропостижно скончался в январе 1519 г. Его преемником был избран Карл V Габсбург. На подкуп избирателей Дом Фуггеров выделил сумму в 543 000 флоринов, 143 000 флоринов пришлись на долю германской семьи Вельзер, 165 000 флоринов выдали три генуэзских банка, представлявшие интересы Фуггеров. В общей сложности избиратели получили 851 000 флоринов{76}. Карл V был избран, но его коронация состоялась десять лет спустя, в 1530 г.

Впрочем, скандал обошелся дорого не только Фуггеру, но и главному банкиру Ватикана. Оплата посреднических услуг англичан в организации брака польского короля и воспитанницы миланского герцога вылилась в колоссальную сумму. Необеспеченные займы, выданные миланским и лондонским филиалами банка, привели Дом Чиги к финансовому краху. Двадцать восьмого августа 1519 г. в присутствии четырнадцати кардиналов Агостино Великолепный подписал завещание, согласно которому все имущество после уплаты долгов переходило к его несовершеннолетним детям. Папа Лев X, заверивший завещание, вошел в состав совета опекунов. В тот же день Агостино Чиги обвенчался со своей любовницей Франческой Ордеачи, по слухам, дочери бедного булочника из Венеции. Они жили в грехе восемь лет и произвели на свет четырех детей. Многих возмутило, что венчал новобрачных сам Папа{77}.

Медовый месяц молодоженов завершился раньше положенного срока. В сентябре 1519 г. венецианские дожи единогласно пришли к мнению, что Агостино Чиги — лицо «подозрительное и обманщик», его привилегия монопольной торговли квасцами в Венеции была аннулирована{78}. Едва сообщение об этом достигло Рима, как Папа направил грамоту к Василию III. В своем письме, датированном 26 сентября 1519 г., Лев X писал: «После того, как достоверно мы узнали, что Ваше Величество, по вдохновению Божию, вознамерились обратиться к соединению и повиновению св. Римской Церкви, с которою Вы, со всеми областями и подданными Своими, в продолжении столь долгих лет пребывали в разделении ‹…›, мы готовы соединить силы наши с Твоими могущественными силами, чтобы победить на брани врагов имени Христова, и искоренив идолослужение и суеверия, насадить во всех странах мира веру Христианскую»{79}.

Несомненно, Папа рассчитывал в скором времени заключить выгодный контракт с Московским князем. Дни Агостино Чиги были сочтены, он скончался 11 апреля 1520 г. Контроль за добычей и продажей квасцов в Тольфе перешел в руки совета опекунов из Ватикана. Однако в Москве не торопились принимать условия католических первосвященников. Россия ожидала благоприятного момента, выбирая между Римом и Аугсбургом. Такой момент наступил три года спустя, когда Дом Фуггеров оказался в критической финансовой ситуации, и соперничество двух монополистов вступило в решающую фазу.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

§ 4. Искусство

Из книги История России XVIII-XIX веков автора Милов Леонид Васильевич

§ 4. Искусство Театр. В XVIII столетии в России довольно широкое развитие получило театральное искусство, которое вышло из тесного круга придворного общества, где к тому же и появлялось-то время от времени. Первый русский профессиональный общедоступный театр был создан в


Искусство

Из книги Великий обман. Выдуманная история Европы автора Топпер Уве

Искусство Даже беглый обзор и стилистический анализ сокровищ искусства европейских музеев приводит к неожиданным выводам. Сколько прекрасных миниатюр и иллюстрированных Евангелий, относимых к средневековью, было создано многими столетиями позже! (Рис. 20.) Обратите


Искусство

Из книги Цивилизации Древнего Востока автора Москати Сабатино

Искусство Переходя от рассмотрения письменных документов к памятникам искусства, мы обнаруживаем там замечательно схожие черты. Ведь искусство, в самом широком смысле слова и в самых разнообразных его проявлениях, всегда едино – что на Древнем Востоке, что в


Искусство

Из книги Цивилизации Древнего Востока автора Москати Сабатино

Искусство Очевидно, все сказанное выше об искусстве в широком смысле этого слова относится и к более узкому понятию. В самом деле, искусство, даже больше чем литература, демонстрирует указанные свойства: оно официально и публично, служит политической власти и религии.В


ИСКУССТВО

Из книги Древняя Греция автора Ляпустин Борис Сергеевич

ИСКУССТВО Эпоха эллинизма – это время основания множества городов, в том числе и очень крупных. Соответственно по сравнению с предшествующими столетиями возрос уровень градостроительства, городской жизни. Города теперь строились по регулярному плану, с учетом


Ткачей, улица

Из книги Книга Перемен. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре. автора Синдаловский Наум Александрович

Ткачей, улица 1926. В начале XX века от улицы Большая Щемиловка (ныне – улица Седова) до современной улицы Пинегина проходил небольшой Николаевский переулок. В 1926 году Николаевский переулок был продолжен до проспекта Обуховской Обороны. Продолжение Николаевского переулка


ВОССТАНИЕ ЛИОНСКИХ ТКАЧЕЙ

Из книги 500 знаменитых исторических событий автора Карнацевич Владислав Леонидович

ВОССТАНИЕ ЛИОНСКИХ ТКАЧЕЙ Июльская революция во Франции поставила у власти банкиров, железнодорожных королей, крупнейших заводчиков, владельцев угольных копей и железных рудников. Политическое господство денежных и промышленных тузов обеспечивало безграничную


3. Искусство

Из книги Империя Карла Великого и Арабский халифат. Конец античного мира автора Пиренн Анри

3. Искусство Вторжения германцев не нарушили сколь-нибудь чувствительным образом развитие искусства в Средиземноморье. В искусстве влияние Востока не только сохранилось, но становилось все более и более преобладающим. Влияние культурных традиций Персии, Сирии и Египта


Жилмассив для рабочих-текстильщиков на улице Ткачей

Из книги Ленинградская утопия. Авангард в архитектуре Северной столицы автора Первушина Елена Владимировна

Жилмассив для рабочих-текстильщиков на улице Ткачей Современный адрес — ул. Ткачей, 8, 10, 12, 14, 16, 28, 30, 32, 34, 36, 38, 40, 58, 60, 62, 64, 66, 68; ул. Бабушкина, 18, 20, 23, 25.Поблизости расположен еще один жилмассив для рабочих ткацких фабрик, построенный в 1925–1927 годах по проекту Л.М. Тверского и


Дом специалистов на улице Ткачей

Из книги Ленинградская утопия. Авангард в архитектуре Северной столицы автора Первушина Елена Владимировна

Дом специалистов на улице Ткачей Современный адрес — ул. Ткачей, 4.Здание построено в 1936 году архитекторами A.A. Олем и М.М. Липкиным.Состоит из двух корпусов, поставленных под тупым углом друг к другу, в результате чего здание развернуто в сторону двора. В центре здания —


Искусство

Из книги Всемирная история. Том 3 Век железа автора Бадак Александр Николаевич

Искусство Древнейшие произведения китайского искусства датируются III тысячелетием до н. э. Они представлены в основном керамическими изделиями: сосудами, раковинами, небольшими скульптурными изображениями в виде статуэток. Основным рабочим материалом была глина.


Тема 21 Изобразительное искусство республиканского Рима (скульптура, живопись, декоративно-прикладное искусство)

Из книги Искусство Древней Греции и Рима: учебно-методическое пособие автора Петракова Анна Евгеньевна

Тема 21 Изобразительное искусство республиканского Рима (скульптура, живопись, декоративно-прикладное искусство) Эпоха республики в Риме (конец VI в. до н. э. – последняя треть I в. до н. э.) и особенности развития культуры и искусства в эту эпоху (медленное развитие в


Тема 15 Архитектура и изобразительное искусство старо– и средневавилонского периодов. Архитектура и изобразительное искусство Сирии, Финикии, Палестины во II тысячелетии до н. э

Из книги Искусство Древнего Востока: учебное пособие автора Петракова Анна Евгеньевна

Тема 15 Архитектура и изобразительное искусство старо– и средневавилонского периодов. Архитектура и изобразительное искусство Сирии, Финикии, Палестины во II тысячелетии до н. э Хронологические рамки старо– и средневавилонского периодов, возвышение Вавилона при


Тема 16 Архитектура и изобразительное искусство хеттов и хурритов. Архитектура и искусство Северной Месопотамии в конце II – начале I тысячелетия до н. э

Из книги Искусство Древнего Востока: учебное пособие автора Петракова Анна Евгеньевна

Тема 16 Архитектура и изобразительное искусство хеттов и хурритов. Архитектура и искусство Северной Месопотамии в конце II – начале I тысячелетия до н. э Особенности хеттской архитектуры, типы сооружений, строительная техника. Архитектура Хатуссы и проблемы


Тема 19 Архитектура и изобразительное искусство Персии в I тыс. до н. э.: архитектура и искусство Ахеменидского Ирана (559–330 гг. до н. э.)

Из книги Искусство Древнего Востока: учебное пособие автора Петракова Анна Евгеньевна

Тема 19 Архитектура и изобразительное искусство Персии в I тыс. до н. э.: архитектура и искусство Ахеменидского Ирана (559–330 гг. до н. э.) Общая характеристика политической и экономической ситуации в Иране в I тысячелетии до н. э., приход к власти Кира из династии Ахеменидов в