АЛЕКСАНДР III. Отец последнего русского императора

АЛЕКСАНДР III. Отец последнего русского императора

Александр III ловил удочкой рыбу. Улов заметно прибавлялся. Адъютант доложил государю о срочной депеше из Парижа. Император, не прерывая ловли, изволил заметить:

— Пока русский царь ловит рыбу, Европа может подождать.

* * *

Врач-терапевт профессор Захарьин был вызван к заболевшему Александру III в Ливадию. Войдя к нему, он увидел, что император пьет квас, который при его болезни был противопоказан. Профессор рассердился и спросил своего коронованного пациента:

— Кто это вам разрешил?

Александр улыбнулся и ответил:

— Его величество, батенька.

* * *

Александр III, беседуя с историком Василием Осиповичем Ключевским, спросил:

— А правда ли, что наша прабабушка родила наследника не от прадедушки?

— Государь, она сама пишет об этом в своих записках.

Царь перекрестился и воскликнул:

— Слава богу, в нас есть русская кровь!

— Но, государь, — продолжал Ключевский, — портрет вашего прапрадедушки абсолютно схож с вашим венценосным прадедушкой.

Александр III снова перекрестился и воскликнул:

— Слава богу, мы законные!

* * *

Австрийский посол, завтракая с императором Александром III, имел намерение несколько припугнуть Россию, сообщив о готовности Австрии придвинуть к русским границам (спорным, по мнению Австро-Венгерской монархии) несколько воинских корпусов. Александр III взял со стола ложку и вилку, скрутил их в жгут, положил его рядом с тарелкой посла и ответил:

— Вот что я сделаю с вашими корпусами.

* * *

Александра III все боялись как огня. Однажды как-то чрезмерно честолюбивый министр угрожал отставкой самодержцу. В ответ на эти угрозы царь взял его за шиворот и, тряся, как щенка, заметил:

— Придержите-ка ваш язык! Когда я захочу вас выбросить, вы услышите от меня об этом в очень определенных выражениях.

* * *

В последние годы писатель Иван Александрович Гончаров почти не показывался в обществе. Не поощрял он и таланты. Однажды он отказался прочесть рукопись начинающего поэта. Мол, плохо вижу.

— Ну так выслушайте, пожалуйста, Иван Александрович, — приставали к нему.

— Ох, и слышу плохо! — воскликнул писатель.

* * *

Однажды вечером к Антону Павловичу Чехову зашел друг и застал писателя ходящим из угла в угол по кабинету. Лицо у того было бледное, осунувшееся.

— Что с тобой?

— Живот болит. Завязал шарфом — не помогает, надо радикально лечиться. — И позвал служившего у него мальчика купить касторки в капсулах.

Мальчик живо принес ее. Чехов развернул коробку и со смехом показал другу две огромные капсулы.

— Каково! За кого они меня приняли? — Он взял перо и крупными буквами написал на коробке: «Я не лошадь».

Мальчик снова отправился в аптеку и на этот раз принес шесть небольших капсул в коробочке, а аптека получила желанный автограф.

* * *

Духовенство одного столичного собора отказалось служить панихиду по Лермонтову, заказанную литераторами по случаю пятидесятилетия со дня смерти поэта, мотивируя отказ тем, что Лермонтов умер не своей смертью. Тогда обратились к митрополиту Исидору. Выслушав просьбу, он ответил:

— Разрешаю, не ради умерших, а ради живых, по вере их! Умерших Бог рассудит!