13.3.1. Туареги

13.3.1. Туареги

Общие сведения. Туареги – народ берберского происхождения, берущий начало от древних гарамантов, обитавших в Феццане (Ливия). Цивилизация гарамантов была разрушена римлянами, но освоение верблюдов в начале новой эры открыло беглецам Сахару, ставшую их убежищем и источником обогащения. В руки туарегов-гарамантов перешли караванные пути транссахарской торговли. Торговля с Черной Африкой привела к появлению негритянских рабов, со временем вошедших в состав туарегов. В последующие столетия шло переселение туарегов в зону Сахеля, приписываемое в легендах царице Тин Хинан (IV–V вв. н. э.). Окончательно туареги были вытеснены из Северной Африки арабами в VII–XI вв. Туареги не были покорены арабами, но они приняли ислам и усвоили некоторые арабские обычаи.

Турегов всего 5,2 млн. человек, но расселены они на огромной территории пустыни Сахары и степей пограничного Сахеля. Больше половины туарегов живет на юге Сахары и в Сахеле – в Нигере, Мали и Буркино-Фасо – 3, 76 млн.; остальные на севере – в Алжире и Ливии – 1.44 млн. человек. Общетуарегский язык берберской ветви афроазиатской семьи языков, распался на диалекты примерно в IV в. н. э. Главные из диалектов – тамахак в центральной Сахаре и тамашек в Сахеле. У туарегов сохранилось, хотя в измененном виде древнеливийская алфавитная письменность тифинаг, которой владеют женщины и мужчины высшей касты. Туареги делятся на касты: благородных – имхаров; духовенство – инислименов; пастухов вассалов – имрадов; слуг – икланов. Существуют и мелкие категории лично свободных людей, находящиеся в зависимости от имхаров.

Имхары являются туарегской аристократией. Название имхары «благородные» имеет тот же корень, что глагол «грабить». Раньше источником их существования был разбой. Преодолевать огромные расстояния в пустыне, грабить, рисковать жизнью, сражаться и убивать – вот жизнь, достойная высокородного туарега. К своим экспедициям имхары привлекали вассалов имрадов и отдавали им долю добычи. Вернувшись домой, они отдыхали: ухаживали за женщинами, сочиняли стихи, либо спали. Жили имхары за счет имрадов, которым передавали свой скот для выпаса, оставив себе лишь немного коз для еды и верблюдов для езды, и за счет живущих в оазисах земледельцев харатинов. Для бытовых нужд у них были черные икланы. В свою очередь, имхары были всегда готовы к бою за своих вассалов имрадов. Имхары (и священнослужители инислимены) – самые европеоидные среди туарегов. Как правило, имхары высокого роста, худощавые и стройные, смуглые, но не темнокожие, с правильными чертами лица. Волосы не курчавые, а широковолнистые; встречаются серые и зеленые глаза. Держатся они с достоинством, благородно. Анри Лот, живший среди туарегов, описывает имхаров следующим образом:

«В общем и целом имхары гораздо утонченнее имрадов. Их наряд более изыскан, поступь благороднее, часто их можно отличить от вассалов по величавой осанке. Изъясняются они более изящным слогом, в их речи нет грубых выражений, присущих языку прислуги. Это отличие в поведении и языке особенно заметно у имхарских женщин. Последние иногда поражают своей грацией и хорошими манерами. Нередко они выглядят как настоящие «гранд-дамы» – европейские женщины из высшего общества, когда устраивают приемы в своих кожаных палатках. Они очень гордятся тем, что умеют хорошо принять гостей и ублажить их игрой на скрипке. Высоко ценятся у туарегов такие качества молодой девушки, как умение создать уют в палатке, мастерить какие-нибудь поделки из кожи, украшать их вышивкой (подарки друзьям или своему кавалеру), умение играть на скрипке».[288]

Туарег имхар (благородный) со своим верблюдом. Провинция Кайя (ныне в Буркина-Фасо). Середина ХХ в. Музей тропиков. Амстердам. Wikimedia Commons.

Инислимены – класс духовенства, выполняющие роль священников, духовных воспитателей и учителей Корана. В иерархии туарегского общества они следуют за имхарами. В некоторых племенах они имеют своих имрадов, хотя это запрещено Кораном. Инислимены, как и имхары, европеоиды и нередко, без особых на то оснований, претендуют на роль шерифов — потомков пророка. Имхары допускают браки с инислименами.

Самой многочисленной кастой являются имрады: их в 5–8 раз больше, чем имхаров. Имрады похожи на эфиопов. Они темнокожи, среднего роста, с европеоидными чертами лица, и волосами не такими курчавыми, как у негров. Название имрад происходит от слова эрейд — «козочка». В прошлом имрады не имели верблюдов, а разводили коз, овец и ослов. Попав в подчинение имхаров, имрады стали выращивать верховых верблюдов – мехари. Быстроногих мехари туареги использовали для набегов. В старой песне поется: «Дай мне мехари, седло и шатер – и я буду счастлив». Каждому имхарскому клану было подчинено несколько имрадских, которые платили дань козами, и предоставляли на время верблюдов. Имхары никогда не притесняли имрадов – брали только необходимое. Со своей стороны имрады участвовали в походах имхаров, и по сей день хранят лояльность сюзеренам, хотя намного их богаче. Как и имхары, имрады могли иметь своих икланов.

На положении крепостных находились оседлые земледельцы харатины; они выращивали в оазисах финиковые пальмы, просо, арбузы и дыни, а часть урожая отдавали имхарам. Харатины, как и имрады, внешне похожи на эфиопов. Нижнюю ступень кастовой иерархии занимают потомки рабов икланы – «слуги». По происхождению икланы – негры, захваченные туарегами во время набегов. Икланы выращивают для своих хозяев просо, пшеницу, ухаживают за их садами и огородами в оазисах, пасут их скот. В конце XIX–XX в. часть икланов была превращена в оазисных или чаще сахельских земледельцев; в некоторых местах икланы смешались с харатинами.

Жилье и одежда. Туареги располагают стоянки в местах, где пастбище богато кормом для скота и где близко есть водоем. Время пребывания на стоянке зависит от обилия корма на пастбище. Оно может длиться от десяти дней до месяца, в редких случаях – дольше. Переходы с пастбища на пастбище зависят от корма и обычно не больше 1–3 км, кроме случаев сильной засухи, когда приходится перебираться в более благополучный район.

У туарегов нет длинношерстых верблюдов, и они в отличие от арабов используют для палаток кожу. Палатка (эхан) представляет тент, сшитый из 30–40 квадратных кусков кожи (до 80 кусков, если это палатка для собраний). Высоко ценится мягкая и прочная шкура муфлона. Там, где муфлоны не водятся, используют бычьи кожи. Кожу пропитывают маслом, чтобы она стала непромокаемой, а затем подвергают обработке красной охрой, защищающей ее от солнечных лучей и дождя. Палатки разделены циновками на мужскую и женскую половины. Мужчина и женщина спят каждый на своей половине: мальчики – с отцом, девочки – с матерью. Спят на бараньих шкурах, на коврах, женщины даже на насыпанном в палатке тонком песке. Летом, когда особенно жарко, туареги иногда строят хижины из соломы: днем из-за жары пребывание в кожаной палатке делается невыносимым, и люди укрываются в тени, где только могут. В оазисах харатины и икланы складывают дома из плоских камней.

В одежде туареги предпочитают синий цвет, получаемый от краски индиго. Этой краской одежду не пропитывают (воду экономят), а вколачивают камнями. При носке краска осыпается, попадает на тело и окрашивает его, за что туарегов прозвали «синими людьми». Туареги утверждают, что краска на теле задерживает влагу, что позволяет пить меньше. Одежда состоит из широких штанов, завязанных на лодыжке, кожанного, обшитого белым холстом пояса и туники темно-синего цвета – доккали. В прохладную погоду носят шерстяные накидки. Их шьют в южных областях Сахары чернокожие портные; вся накидка состоит из сшитых полосок материи. На ногах у туарегов сандалии с широкой подошвой и с загнутыми носами, сделанные для ходьбы по песку и камням. Голову укрывает лисам – куском синей или белой ткани вроде шарфа. Его наматывают вокруг головы и закрывают лицо до глаз. Туарег не снимает лисам даже во время еды и сна. Он лишь слегка отодвигает его, чтобы положить пищу в рот. Высшие касты не татуируют и не раскрашивают тело, как это делают икланы.

Женщины не закрывают лицо: допустима лишь легкая вуаль в присутствии незнакомых. В отличие от арабских женщин, они не носят шаровар, а наматывают вокруг бедер кусок белого полотна в виде юбки. Сверху носят рубаху из белой ткани. Богатые женщины надевают на нее вторую рубаху цвета индиго. На плечи наброшено покрывало цвета индиго из полотна, тонкой шерсти или шелка. Женщины подкрашиваются хной и широко используют косметику. Накладывают на лицо охру для защиты от солнца и для красоты, красят губы индиго. На щеки и лоб наносят слой темной охры, глаза же подводят углем. Во время переездов надевают соломенные шляпы с широкими полями, чтобы укрыться от солнца. Туареги – мужчины и женщины, испытывают безудержную страсть к драгоценностям и украшениям. Имхары до недавнего времени, а некоторые по сей день, носят на поясе длинный меч – такуба, привилегию аристократов.

Большое внимание туареги уделяют прическе. Молодые люди бреют голову, оставляя лишь продольную полосу волос или прядь на макушке. Взрослые мужчины носят длинные волосы, заплетенные в косички, и выбривают спереди часть головы. Когда волосы начинают седеть, мужчины их бреют наголо. Туареги носят бороду, но бреют или коротко стригут усы, чтобы не мешали под лисамом. Женщины заплетают волосы в косички. У женщин принято причесывать друг друга. Эта работа, требующая времени и терпения, выполняется один-два раза в месяц. Сначала волосы расчесывают гребнем, посыпают песком или золой для удаления жира; затем уничтожают вшей. Потом «парикмахерша» отделяет от волос пряди и, смачивая их водой и маслом, заплетает в три-четыре косы, спадающие по обе стороны лица, либо во множество тоненьких косичек. Волосы смазывают маслом, чтобы предохранить от сухого, горячего воздуха, делающего их ломкими.

Пища. Еда туарегов ограничена продуктами кочевого хозяйства, финиками и крупами – сорго, просо, пшеницей, иногда, овощами и фруктами из оазисов. Питание однообразно и скудно: туареги по-настоящему едят раз в день – вечером, когда подоят скот. В течение дня они довольствовались лишь небольшим количеством молока. Молоко – верблюжье, козье или овечье, пьют разбавленным водой или кислым. Цельное молоко считается роскошью, позволительной кормящим матерям, детям и больным. Молоко пьют утром и вечером, после дойки; днем пьют сыворотку, оставшуюся от приготовления масла. Лишь верблюжье молоко употребляется в натуральном виде; козье и овечье молоко идет в переработку для получения масла и сыра. Молоко добавляют в каши, подливы, смешивают с толчеными финиками. Когда туареги совершают длительные переходы, они грузят на верблюдов бурдюки с молоком. В дороге молоко свертывается, и сыворотка, кисловатая на вкус, хорошо утоляет жажду. Однако молоко в основном идет на изготовление масла и сыра. Масло добавляют в каши, им мажут пшеничные лепешки, но никогда на нем не жарят. Сыр туарегов – это сухой творог: его измельчают и добавляют в похлебки и каши.

Туареги едят кашу из проса или сорго с верблюжьим молоком, маслом или сыром; из пшеницы они пекут лепешки. Кускус, заимствованный от арабов, приготовляют по торжественным случаям. Готовят его из манной крупы. Манку сбрызгивают водой, затем из полученной массы формируют крупинки, которые обсыпают сухой манкой, потом просеивают. Кускус варят на пару. Там, где удается получить от земледельцев овощи, туареги делают соус из помидоров, лука, тыквы и красного перца и поливают им каши и кускус. Туареги едят много сушеных фиников; их толкут и заливают верблюжьим молоком. Мясо едят изредка – на семейных торжествах, в дни праздников и в случае угрозы падежа скота от бескормицы. Мясо варят или запекают в золе. В пищу идет мясо верблюжонка, козы, барана, быка, мясо газелей, антилоп, муфлонов. Раньше туареги не ели верблюжатину, но под влиянием арабов, стали есть мясо молодых верблюдов. Туареги также не ели кур, яйца, рыбу и рептилий, то есть животных, которые летают, плавают или ползают. Сейчас, они едят кур и яйца. Как мусульмане, туареги воздерживаются от свинины и мяса бородавочника, и спиртных напитков. Но они любят кузнечиков: их поджаривают на углях, сушат, растирают в порошок и добавляют в пищу.

Когда туареги разделывают тушу, лучшие части – голову и вырезку со спины, отдают женщинам, а худшие – ноги, шею, хвост – икланам. Внутренности запихивают в желудок, перекладывая раскаленными камнями и, завязав желудок с обоих концов, кладут в горячую золу. По большим торжествам режут верблюжат и запекают в золе целиком. Это блюдо подается с крупнозернистым кускусом. При еде туареги, в отличие от мавров и оседлых берберов, пользуются ложками. С начала ХХ в. туареги стали пить зеленый чай с мятой, заимствовав обычай у арабов. Чайная церемония похожа на распитие чая у бедуинов. Иногда туареги добавляют в чай жареный арахис и миндальные орехи. Кофе, когда-то широко распространенный, ныне употребляется как лечебное средство при кашле или боли в желудке. Туареги очень любят жевать табак. В зоне Сахеля они усвоили негритянскую привычку жевать орехи кола.

Свобода женщин. Туареги – мусульмане-сунниты, но у них сохранились пережитки матриархата. Женщины пользуются невиданным у арабов уважением. Хотя ислам разрешает многоженство, туарег женится только один раз в жизни. Девочки с раннего возраста учатся читать и писать, а мужчины часто остаются неграмотными. Когда туарег женится, не жена приходит жить с родней мужа, а муж – с родней жены. В семье женщины владеют землями и семейными ценностями, и только им принадлежит право на развод. Дом туарегов называют по имени хозяйки – его главы. В случае развода муж покидает дом, оставляя там жену и детей. Женщины сами выбирают мужа, но только в пределах своей касты. Родовитая женщина не может взять в мужья простолюдина. Особо следует сказать о свободе туарегских женщин столь не похожей на затворничество, принятое у оседлых мусульман. Положение туарегских женщин вызывали шок у арабов. Известный путешественник Ибн Баттута, посетивший в 1352–1353 гг. туарегское племя муссафа, делится своими впечатлениями:

«Большинство жителей …принадлежат к числу берберов массуфа. Женщины их исключительно красивы и своим общественным значением превосходят мужчин. … Качества этих людей удивительны, а дела их странны. Что касается их мужчин, то у них нет ревности. Ни один из них не связывает свое происхождение со своим отцом, но связывает его со своим дядей по матери. Человеку наследуют сыновья его сестры, и исключаются его собственные дети. Такое же положение я видел только у неверных страны ал-Мулайбар в Индии. Что же касается этих массуфа, то они мусульмане, соблюдают молитвы, изучают законоведение и учат наизусть Коран. Что касается их женщин, то они не стыдятся мужчин, не закрывают лиц, несмотря на то, что усердны в молитвах. Если кто пожелает взять их в жены, он может это сделать. Однако они не следуют за своим мужем, если тот уезжает. Даже если бы какая-нибудь из них захотела сделать это, ее родственники непременно помешали бы ей».[289]

Здесь интересно сравнение туарегов с наирами Малабарского берега Индии (ал-Мулайбар). У наиров, та же матрилинейная система родства и наследования, когда нажитое мужчиной получают не его дети, а дети сестры. Что касается сексуальной раскрепощенности туарегских женщин, то она не идет в сравнение полигамными нравами наирок, нередко имевших по 8 – 10 мужей. Туарегскую аристократку скорее можно сравнить с французской дамой XVII–XVIII в., которая, не особенно скрывая от мужа, заводит поклонников на стороне. Ибн Батута возмущен до глубины души: одно дело – неверные наирские женщины в языческой Индии, другое – мусульманки, да еще берберки, ведь Ибн Батута сам из берберской семьи.

«У тамошних женщин бывают друзья и приятели из числа мужчин-чужестранцев, и точно так же у мужчин бывают подруги из числа посторонних женщин. И бывает так, что кто-нибудь из них входит к себе в дом, и находит свою жену вместе с ее другом, и не видит в этом ничего неприятного для себя. … Однажды я вошел к кади …, после того как получил его разрешение войти, и увидел, что у него находится молодая женщина изумительной красоты. Когда я увидел ее, я пришел в смущение и хотел уйти. Она же начала смеяться надо мной и не выказала застенчивости или стыда. Кади же спросил меня: «Почему ты уходишь? Это же моя подруга». И я подивился им обоим».[290]

Возмущают Ибн Баттуту и мужчины, допускающие подобный разврат:

Однажды я вошел к Абу Мухаммаду…, тому, вместе с которым мы прибыли …. Я нашел его сидящим на ковре, а посередине его жилища было ложе, с навесом для тени сверху; на ложе была женщина, и вместе с нею сидел мужчина. Они беседовали. Я спросил Абу Мухаммада: «Кто эта женщина?» И он ответил: «Это моя жена». Тогда я спросил: «А кто ей тот человек, что сидит вместе с нею?» Он же ответил: «Это ее друг». Тогда я спросил: «И ты допускаешь это? Ведь ты жил в наших странах и знаешь заповеди шариата!» Он же сказал: «У нас общение женщин с мужчинами происходит по-хорошему и приличным образом. В нем нет места подозрениям. Ведь наши женщины не похожи на женщин ваших стран!». Я же подивился его глупости, ушел от него и больше к нему после этого не приходил. Несколько раз он приглашал меня к себе, но я не ответил на его приглашение».[291]

Особо следует сказать о куртуазности имхаров — туарегов аристократов. Мужчины имаджеган похожи на средневековых рыцарей Прованса. Они не только грозные воины, но красиво ухаживают и посвящают возлюбленным стихи. Они умеют передать любовные сообщения втайне от присутствующих с помощью воспроизведения знаков тифинага на ладони собеседницы. Женщины аристократки достойны своих поклонников – они владеют грамотой, сочиняют стихи и песни и поют под аккомпанемент амзада – однострунной скрипки. Эти песни, а также эротические пляски исполняются на ахалах – собраниях незамужних женщин и юношей. Такой ахал описал А.В. Елисеев, побывавший у туарегов в конце XIX в.:

«Раз я попал даже на оригинальное пиршество, которое давал… один из вождей туарегов… Здесь кроме мужчин было много и женщин. Дочери пустыни были одеты в длинные голубые одеяния, украшены ожерельями и кольцами. Многие из них имели лица, окрашенные желтою охрою… Среди туареженок особенно выделялась дочь вождя, которая при своей красоте была кокетливо одета в белоснежное короткое одеяние с красным поясом… Эта красивая девушка… переносила все лишения не хуже воина-туарега, прекрасно владела луком, копьем и небольшим кинжальчиком, который она носила на левом предплечье… Ночь уже спустилась над пустыней, когда празднество началось. Около сотни туарегов обоего пола уже наполняли лагерь и шумно беседовали между собою. Старики сидели особо, пережевывая и нюхая табак с едким натром, между тем как молодежь затевала игры и пляски. Кружки с молоком и водою, приправленною душистым медом, обходили гостей. Девушки образовали хоровод, молодые мужчины – тоже свой круг, двинувшийся в противоположном направлении…».[292]

Среди туарегов всегда было много поэтов и романтиков. Следует сказать, что свободное общение полов практикуется у туарегов с детства. По мере полового созревания юноши и девушки получают сексуальный опыт, и потеря девственности не считается зазорной. Если девушка забеременела и родила ребенка, то тоже ничего страшного не случается. Собираются всей деревней на совет и пытаются найти похожие черты ребенка и возможных отцов. Когда предполагаемый отец найден, он считается отцом ребенка вне зависимости от его согласия.

Сексуальная свобода туарегских девушек и женщин, возможно, объясняет отсутствие у имхаров и имрадов педерастии, столь популярной у арабов Магриба и Египта. Лишь у икланов педерастия распространена, но именно молодые икланы испытывают трудности с сексом: лучших женщин, как наложниц, разбирают господа, а юношей посылают на выпас стад вдали от селений, и они по выражению жившего среди туарегов отца де Фуко «устраиваются, как могут».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 13 Вымирающее племя туареги Тассили

Из книги В поисках фресок Тассили автора Лот Анри

Глава 13 Вымирающее племя туареги Тассили Джебрин без конца выискивает предлоги для отлучки из лагеря и все чаще исчезает из моего поля зрения. Круг его обязанностей в связи с нашим длительным пребыванием в Сефаре значительно сократился. Весь массив был обследован, и


Туареги Сахары после Каддафи

Из книги Каддафи. Хроника убийства автора Егорин Анатолий Захарович

Туареги Сахары после Каддафи …Пустыня словно море. Мы смотрим на бескрайние и величественные песчаные дюны, и кажется, что это волны, которые вот-вот придут в движение. То там, то здесь на поверхности возникают белесые барашки-смерчи, мгновенно свертываются в вихрь,