КРОВАВЫЙ ОМУТ КАРАБАХА

КРОВАВЫЙ ОМУТ КАРАБАХА

В Армении эту варварскую акцию объясняли «реакцией на события в Нагорном Карабахе», которые, как известно, начались в январе 1988 года, когда было принято решение о выходе ИКАО из состава Азербайджана и присоединении к Армении. О событиях в Нагорном Карабахе «по свежим следам» было написано множество статей, интервью, брошюр и книг. Большинство публикаций имели явно «лоббистский» характер и трактовали ситуацию исключительно в пользу той или иной стороны. А некоторые и вовсе носили дезинформационный характер. Они не проливали на события в ИКАО свет истины, а преследовали иную цель — еще больше накалить обстановку и разжечь вражду между армянами и азербайджанцами. Очень редкими были публикации, в которых содержалась правда, горькая для обоих народов.

К таким материалами относилась небольшая книга Ю.А.Помпеева под названием «Кровавый омут Карабаха», вышедшая в Санкт-Петербурге в 1992 году. В своем очерке известный ленинградский писатель-документалист прослеживает возникновение и эскалацию войны за Карабах, зловещую роль в этих событиях, унесших тысячи человеческих жизней, апологетов идейного национализма. Книга Помпеева не конъюнктурна — она объективна. Потому я и хочу прокомментировать некоторые его оценки и выводы.

Нельзя не согласиться с тем, что назревание кровавых событий в Армении и Азербайджане началось в 1987 году — уже на втором году перестройки. В начале 1987 года «Литературная газета» опубликовала статью Игоря Беляева «Ислам», суть которой сводилась к тому, что эта религия определенно враждебна и опасна для нашего государства, а мусульмане — народ коварный и вероломный. Напомню, что в ту пору еще шли бои в Афганистане и оттуда в цинковых гробах доставляли на Родину сыновей. Уже тогда в прессе началась кампания по расшатыванию народного сознания, по разрушению сложившихся у людей представлений — во всех сферах и по всем направлениям. Эта кампания преследовала две основные цели: посеять в людях сомнения во всем и вся, а также перессорить всех между собой. Статья Беляева и лежала в духе этой кампании.

Впрочем, не могу все-таки не поддержать мнения Ю.Помпеева о том, что «…это были лишь цветочки, ягодки вызревали на грядках «армянского вопроса», который для Запада всегда был пробным шаром для вмешательства во внутренние дела не только Закавказья». Иначе говоря, нельзя полностью исключить, что специалист по Ближнему Востоку опытный журналист И.Беляев хорошо знал, какова истинная цель его статьи, привлекшей общественное внимание. Тем более, она была как бы согласована по времени с некоторыми другими примечательными событиями.

В июне 1987 года Европарламент учредил «День памяти жертв геноцида в Армении». В Еревани в связи с этим заблаговременно был открыт памятник погибшим и выселенным во время резни 1915 года из восточных окраин Османской империи соплеменникам. Под высокими наклонными стелами, облицованными черным мрамором, круглые сутки звучала траурная музыка и горел вечный огонь. Посещения этого мемориала сопровождались рассказами о кровавых насильственных действиях султанских властей по отношению к армянскому населению в разгар Первой мировой войны. К этому следует добавить, что именно в то время появились произведения писателей Зо-рия Балаяна (тогдашний корреспондент «Литературной газеты» в Ереване) и Сильвы Капутикян, в которых ненависть к туркам неприкрыто переносилась на соседей-азербайджанцев, которых эти писатели тоже называли не иначе, как «турками».

Совершенно прав автор книги «Кровавый омут Карабаха» и в том, что первый сигнал к волнениям в Карабахе поступил к нам «из-за бугра». Академик Абел Аганбегян в середине ноября 1987 года во время приема, устроенного в его честь Армянским институтом Франции и Ассоциацией армянских ветеранов, выразил желание узнать о том, что Карабах стал армянским. «Как экономист, — сказал академик, — я считаю, что он больше связан с Арменией, чем с Азербайджаном». Кроме того, в Москве широко распространились слухи о том, что Аганбегян сослался на свою беседу с Горбачевым, в которой всемогущий генсек ЦК КПСС якобы сказал, что Карабах будет передан Армении. Поразительно, несмотря на этот чрезвычайно устойчивый слух, ни тогда, ни позже, даже в разгар карабахской войны, Горбачев ни прямо, ни косвенно его не опроверг. А ведь тот слух был вполне «материальным», он сильно подогрел события в Карабахе.

Заявление Абела Аганбегяна мгновенно стало центральной темой для многих зарубежных армянских газет и журналов, для радиостанции «Айб» в Париже, а также армянских редакций радио «Свобода», «Голос Америки» и других. Оживились многочисленные политические организации зарубежной армянской диаспоры: партии «Революционные дашнаки», «Союз армянских революционеров», «Крестьянская свобода», «Восточные армяне Соединенных Штатов», «Киликия», «Жиранаир», «Защита Армении», «Юные армянские дашнаки».

Крапленая карабахская карта вошла в игру. Первое откровенное покушение на Конституцию СССР и Азербайджанской ССР, покушение, которое тоже постарались «не заметить» в Москве, стало пощечиной, ударом по самолюбию Баку. Ведь известно, что территориальные притязания больно ранят честь и достоинство народов. В результате прозвучавший в далеком Париже призыв к беззаконию стал по сути началом карабахского конфликта. Иначе и быть не могло, учитывая менталитет азербайджанцев, нашедший очень точное отражение в. древней притче о наглом госте.

Суть этой притчи такова. Гостя приняли, накормили и напоили, дали ночлег. Но он, зная местный обычай, начал хвалить все подряд, — ведь все, что нравится гостю, принадлежит ему: таковы законы гостеприимства. В результате гостю дали много подарков, однако перед уходом попросили его снять сапоги и стряхнуть с них землю. «Земля у нас одна, — сказали хозяева, — и мы ее никому не даем». К этому могу добавить, что азербайджанский национальный характер, по мнению ученых, сформировался под определяющим влиянием тюркского военно-феодального кодекса чести, хорошо узнаваемого в эпосе Кероглу: доблесть — выше пользы, бесчестье — хуже смерти; семья и дети — выше успеха и карьеры.

Есть в книге Ю.Помпеева весьма примечательная глава под названием «Февраль 1988 года: «корректоры», лидеры «Карабаха». В ней речь идет о конкретных лицах с той и другой стороны, виновных в развязывании «кровавого омута». Продолжая эту тему в других главах, он упоминает и некоторых других граждан СССР — среди них в качестве главного «корректора» назван один из бывших виднейших советских диссидентов:

«Первым, кто поддержал идею «исторической принадлежности» Карабаха к Армении, оказался академик Сахаров, выразивший в «Московских новостях» уверенность в том, что «Верховный Совет СССР еще вернется к этой проблеме и решит ее положительно».

По твердому убеждению Помпеева, среди главных действующих лиц карабахского кризиса была и госпожа Старовойтова, которую в этом регионе в разгар событий именовали «цинковой леди». Исследуя истоки карабахской трагедии, автор документально прослеживает роль в разжигании конфликта весьма любопытной «связки» Сахаров — Боннэр — Старовойтова и приводит слова Старовойтовой: «Даже если бы Армении не существовало, Азербайджану все равно пришлось бы иметь дело с карабахской проблемой».

Здесь небезынтересно подчеркнуть, что одновременно с карабахской проблемой вдруг возник вопрос и о самоопределении Крыма. Именно крымская карта, наравне с карабахской, была брошена на игральный стол еще одним «пробным камнем» перестройки. Не случайно этим двум проблемам посвятил в начале 1988 года свое письмо на имя М.С.Горбачева Сахаров. Он отстаивал право крымских татар жить на родине и требовал передачи ИКАО в состав Армянской ССР. В тот же период Старовойтова переехала из Ленинграда в Москву для работы в новом «Центре по изучению межнациональных отношений при Президиуме Академии наук СССР». Она активно занялась карабахской проблемой, причем явно не ставила перед собой цели достижения согласия между двумя народами.

Внимательно изучая справочник «Кто есть кто», я обратил внимание на то, что «цинковая леди» при заполнении опросной анкеты указала: «разведена». По этому поводу газета «День» в аналитической статье под названием «Стратегическая измена» написала следующее: «Поскольку «нигде» политика не делается без денег и других форм вознаграждения, среди нардепутатов будущего блока были люди, «включенные в схему». Не секрет, что целый ряд демократических депутатов и активистов, имена которых хранятся в компьютерной памяти некоторых «политических штаб-квартир», получают вознаграждение за свою политическую активность в форме подарков (компьютеры, видеотехника, зарубежные приглашения с оплаченным проездом и полным содержанием для членов семей, реклама их деятельности, издание книг и статей за рубежом, приглашение читать лекции). Активистам демдвижения выделялись советские деньги, которые проводились по статье «на множительные работы». При этом самым надежным считался канал Фонда за выживание человечества, поскольку он, как сообщал доверительно сотрудник этого фонда, «не столь тесно связан с государством, как фонд Сороса».

В тот же период финансирование небезызвестной «Антидиффамационной лиги» (АДЛ) полностью шло из МВФ, на содержании которого находилась также сеть «Ротари клубов». В качестве каналов финансирования использовались отдельные совместные предприятия, кооперативы с выходом за рубеж и все тот же благотворительный Фонд выживания человечества.

В этом смысле интересна деятельность мужа Г.Старовойтовой — Михаила Борщевского, находившегося в Англии. Он занимался продажей персональных компьютеров в СССР. Похоже, для денежного вознаграждения лиц, активно работавших на «демократию», и существовал канал Борщевского».

Газета «День», как говорится, попала в точку. КГБ СССР на тот период уже располагал информацией, что названные в статье «фонды» и «клубы» были вскормлены ЦРУ США и другими иностранными разведками. А традиционным полем деятельности и особых интересов английских спецслужб всегда было Закавказье. Без их содействия мужу Старовойтовой никто не позволил бы переправлять крупные материальные средства в СССР. «Разведена…»

Можно привести еще немало фактов, неопровержимо свидетельствующих о том, что трагедия азербайджанского и армянского народов, стрелявших друг в друга в войне за Карабах, была спровоцирована. Зато Старовойтова, активно лоббировавшая Армении, стала народным депутатом СССР от Ереванского Советского национально-территориального избирательного округа № 393…

Возвращаясь к событиям в Нахичевани, которые стали следствием Карабахского конфликта, должен сразу сказать о том, что на примере этой небольшой автономной республики особенно явственно была заметна подстрекательская работа иностранных спецслужб, действовавших через свою агентуру, внедренную в руководство народных фронтов. В частности, НФ Азербайджана, практически овладев властью в Нахичевани, призывал население на борьбу с Арменией, на защиту своей земли от армянской агрессии. В городах и селах активисты НФА собирали деньги на приобретение оружия. А зарабатывали эти деньги так. Нахичеванцы покупали, например, советский телевизор, переправляли его через пограничную реку Араке на иранскую сторону, и там в обмен на него им охотно вручали автомат Калашникова. Этим оружием оснащались группы боевиков, причем в некоторых селах они насчитывали по 250–350 человек.

По другую сторону армянской административной границы происходило то же самое. Но там провокации устраивали отделения АОД — Армянского Освободительного движения, которое натравливало население на нахи-чеванцев. И, конечно, отнюдь не случайно сразу вслед за бесчинствами на советско-иранской границе в Нахичевани начался обстрел этой автономной республики со стороны Армении. Казалось бы, между этими событиями не должно было быть связи. Однако их скоординированность не вызывала сомнений. Те, кто на деле руководил из-за кордона противостоящими народными фронтами в Азербайджане и Армении, четко дирижировали действиями обеих сторон, преследуя цель дестабилизировать политическую ситуацию в этом регионе.