Глава 7 Флот великой империи

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 7

Флот великой империи

Турецкие султаны не знали формулы Петра Великого: «Если государство одну армию имеет, то оно одну руку имеет, а если еще флот — то обе руки». Но турки еще до взятия Константинополя создали самый сильный в Восточном Средиземноморье флот.

Ударной силой оттоманского флота были галеры.

Типовая галера конца XV — начала XVII века представляла собой килевые суда с длинным и узким корпусом, имевшим небольшое возвышение над уровнем воды. Длина галеры составляла 40—50 м, ширина около 6 м, а осадка 1—1,5 м.

Античный таран у галеры превратился в длинный 6—7-метровый выступ, так называемый «клюв», поскольку он находился выше ватерлинии, а не ниже. Европейцы называли клюв шпироном от немецкого слова «шпора». «Клюв» для тарана не годился, так как при его помощи можно было нанести удар только в надводный борт корабля. Зато во встречном бою нос против носа можно было обломать «клювом» несколько весел и покалечить гребцов.

На галерах пространство над палубой разделялось поперечными перегородками на несколько отделений, предназначенных под каюты и для хранения боезапаса и провизии. Вдоль судна, по его диаметральной плоскости, устанавливался помост, возвышавшийся над вершиной палубного свода на 60—70 см и служивший для сообщения носа с кормой. Оконечности галеры были покрыты площадками во всю ее ширину, этот помост назывался куршея. Над кормовой площадкой строилась трельяжная беседка, в которой на возвышении ставилось кресло для капитана.

От куршеи к бортам шли балки для гребцов. Вдоль верхней части борта, возвышавшегося над водой на 0,9—1,2 м, в некотором от него расстоянии протягивался брус, в котором делались уключины. Вдоль бортов над гребцами устанавливался помост-крыша, а с боков пространство между этой крышей и брусом с уключинами обшивалось досками, оставляя лишь порта для весел. Все это устройство называлось постицы.

Главным движителем галеры были весла, которых имелось 50— 120 штук. До конца XVI века весла делались небольшими, около 6 м длиной, на одного человека. Несколько весел выдвигались в один порт. Гребцы их сидели на одной банке, которая для этого ставилась наклонно к диаметральной плоскости. Чаще всего встречались трехрядные галеры, то есть на каждой банке сидело по три гребца. Позже длина весел увеличилась до 9—14 м, а число их уменьшилось: на каждом весле сидело 5—7 человек.

Между банками, внизу, имелись специальные брусья для упора ног. По бортам устанавливались рундуки, в которых гребцы спали и отдыхали.

Галеры в XV—XVIII веках были практически идеальными судами для действий в Восточном Средиземноморье, изобилующем узкостями и многочисленными островами. Где это возможно, галеры приставали на ночь к берегу, и их команды, за исключением невольников, прикованных к банкам, могли принять горячую пищу и отдохнуть.

Галеры имели и парусное вооружение. В большинстве случаев они вооружались двумя мачтами, но встречались и трехмачтовые. Как правило, все мачты несли косые (латинские) паруса. К шпирону крепился передний конец реи (райны), державший парус тринкетовой (фок) мачты галеры.

При свежем ветре с кормы на рее фок-мачты (передней) вместо латинского паруса могли поставить прямой парус. Когда же приходилось грести против ветра, то реи ставились вдоль оси судна. Причем для увеличения остойчивости реи опускали. Так же поступали и в бою — галеры шли только на веслах.

Галера (вид с кормы). (Die grosse zeit der galeeren und galeassen. Berlin, 1973)

Гребцов турки обычно набирали из невольников, пленных и преступников. На ноги гребцов часто одевали колоды, которые приковывали к упорным брусьям. Гребля представляла собой очень тяжелый труд, продолжавшийся без отдыха по 10—12 часов. (Каторга — далматинское название галеры, пришедшее в русский язык вместе с судами этого типа). Если кто-то из гребцов запаздывал занести в такт весло, то получал удар по голове веслом следующего за ним гребца, да и плеть подкомита (надсмотрщика) не замедляла прогуляться по его спине.

Для предотвращения расстройства гребли от утомления и голода подкомиты совали гребцам в рот куски хлеба, смоченного в вине. Если кто-то из них падал от потери сил, то ряд ударов плетью заставлял несчастного снова вскакивать и приниматься за работу или же окончательно лишал его сознания. Тогда бесчувственное тело выкидывали за борт.

Во время сражения гребцам, занятым той же механической работой, запрещалось воодушевляться или стонать от боли. Висевший у каждого на шее кусок пробки вставлялся в рот и должен был заглушать всякий крик.

Опытные гребцы делали до 25 взмахов в минуту, что позволяло развивать скорость до 6 узлов. Все гребцы гребли только во время сражений или маневра, а в остальное время — только одна или две трети гребцов гребли, а остальные отдыхали.

Из-за своих конструктивных особенностей галеры не могли иметь мощное артиллерийское вооружение. Лишь на носу галеры (на помосте) устанавливались одна-три пушки среднего или крупного калибра.

Турецкая корабельная железная пушка XV века. Хорошо видно отверстие для зарядной каморы. Стамбульский Морской музей. (Фото А. Широкорада)

Галеас (Die grosse zeit dergaleeren und galeassen. Berlin, 1973)

Кроме того, иногда на помосте ставили и мортиры малого или среднего калибра.

На помосте в средней части корпуса на галерах ставили 2-3-фунтовые пушки на вертлюжных установках. Пушки на центральном помосте предназначались не только для стрельбы по неприятелю, но и для подавления бунтов гребцов.

На помосте в вертлюгах устанавливались также крепостные ружья, которые, как уже говорилось, достигали у турок очень больших размеров.

Как видим, серьезным недостатком галеры по сравнению с парусным кораблем была слабость артиллерии в целом и особенно в бортовом огне.

Поэтому итальянские инженеры создали в 60—70-х годах XVI века новый тип судна — галеас. Ну а после сражения при Лепанто (1571 г.) галеасы стали строить и турки. В первом приближении галеас — это огромная галера с мощным артиллерийским вооружением.

Галеасы строились более широкими и высокобортными, чем галеры. Длина их доходила до 80 м. Главным движителем галеаса был парус. Галеас имел три мачты с косыми парусами. В некоторых случаях турецкие галеасы несли и прямые паруса. Так, в Морском музее Стамбула есть изображение четырехмачтового галеаса султана Баязида II (1481—1512). Причем первые две мачты его несли прямые паруса, а две последние — косые.

Баязид II

В бою и в безветрие использовались весла. Обычно на галеасе имелось 32 банки, на каждой из которых сидело 6—8 человек. Таким образом, общее число гребцов доходило до 500—600, а всего на галеасе находилось до 1000— 2000 человек.

Вооружение галеаса доходило до 60 пушек, не считая мелких орудий и крепостных ружей на вертлюгах. Наиболее сильно были вооружены нос и корма. Там орудия устанавливались в два или даже в три яруса. Кроме того, пушки среднего калибра устанавливались и по бортам несколько ниже весел. Понятно, что в свежую погоду пользоваться бортовыми орудиями было нельзя.

Все орудия устанавливались на низких деревянных станках, не имевших колес.

Замечу, что больших галеасов в турецком флоте и во флотах его противников насчитывалось немного. Так, во флоте республики Венеция число галеасов не превышало шести.

Артиллерийский огонь галеасов был очень эффективен в больших сражениях, когда галеры противника буквально толкались друг о друга, как, например, в сражении у Лепанто. Достаточно эффективен был огонь галеасов и при действии по берегу.

Однако по скорости хода, как под парусом, так и на веслах, галеас проигрывал галерам. Мореходность галеасов оставляла желать лучшего. Был даже введен специальный штраф, который накладывался на капитана, выведшего галеас в море в плохую погоду. Наконец, строительство и содержание галеаса обходилось казне безумно дорого.

Недостатки галеасов заставили турок в конце XVII века начать строительство судов нового типа — шебек. Внешне шебека похожа на трехмачтовую галеру с большей парусностью, поскольку паруса являлись основным движителем, а весла — вспомогательным.

Бортовой залп шебеки был в несколько раз больше, чем галеры, за счет установки по бортам пушек среднего калибра на деревянных низких станках. Одна пушка ставилась между двумя банками с гребцами. Турецкие шебеки были вооружены 16—24 пушками, а экипаж их насчитывал 300—450 человек, две трети которых составляли солдаты.

Один капитан алжирской (турецкой) шебеки утверждал, что матросы шебеки выполняют работу трех экипажей судна с прямыми парусами, чтобы всегда нести паруса, соответствующие состоянию ветра. Так, если ветер легкий и дует с кормы, то на фок- и грот-мачтах ставили реи со сравнительно широкими прямыми парусами. Если ветер приходил со стороны или начинал заходить, и прямые паруса не могли больше использоваться достаточно эффективно, то реи и паруса быстро снимали и заменяли длинными латинскими рю с треугольными парусами. Когда же ветер переходил в штормовой, спускали длинные реи и поднимали короткие рю с латинскими парусами на всех мачтах.

В начале XVII века в Европе главной ударной силой стали линейные корабли. (Точнее, их именовали просто кораблями, а прилагательное «линейные» появилось в XX веке.) Это были высокие и широкие парусные суда, артиллерия которых размещалась на двух или трех палубах (деках). Соответственно, их именовали двух- или трехдечными кораблями.

В середине XVI века в испанском, французском и других европейских флотах на базе парусно-гребных галеасов создаются уже чисто парусные суда — галеоны. Внешне от галеасов галеоны отличала более низкая кормовая надстройка, да и сама корма из круглой превратилась в прямоугольную. Галеоны несли от 3 до 5 мачт. Первые две-три мачты имели прямые паруса, а одна-две последние — косые. На галеонах пушки устанавливали на специальных пушечных палубах и вели огонь через порты — герметически закрывающиеся вырезы в бортах судов. На галеонах в XVI веке устанавливалось до 50—60 пушек.

В XVII веке галеоны трансформировались в классические корабли (линейные корабля). В конце XVI века галеоны стали строить и турки.

Любопытно, что в начале XVIII века корабли все еще именовались галеонами (Kalyon sinifi). Так, к 1710 г. в турецком флоте галеон первого ранга нес от 90 до 130 пушек, второго ранга — от 60 до 80 пушек и третьего ранга — от 40 до 55 пушек.

Особенностью османских судов XVI—XVII веков было наличие тяжелых мощных пушек. Несколько таких корабельных орудий выставлены у входа в стамбульский Морской музей. Замечу, что эти пушки не имеют табличек, так что обмер и датировка их произведены автором.

Шебека. XVIII в. 

Двухдечный турецкий корабль (Askeri muze torlar koleksiyonu. Istambul, 2009)

Самая длинная морская чугунная пушка относится к XVI веку. Ее калибр 260 мм, а длина 7,5 м. Цапф у орудия нет, а наведение осуществлялось с помощью двух колец (справа и слева), расположенных недалеко от дула. Кроме того, на казенной части есть по две небольшие скобы с отверстиями для крепления к станку. Дульный срез абсолютно плоский — им пушка упиралась в станок или корабельную конструкцию. Судя по всему, это орудие состояло на вооружении бомбардирских судов или галер и предназначалось в первую очередь для стрельбы по стенам прибрежных крепостей.

Далее мы видим на рисунках мощную пушку второй половины XVI века. Калибр ее 520 мм, а длина без торели и винграда 3880 мм, а с ними —4340 мм.

Еще одна пушка имеет калибр 400 мм, длину 3270 мм без торели и винграда, а с ними — 3600 мм.

Внешне обе пушки уже подходят к классическим корабельным орудиям XVII — первой половины XIX веков. Обе они отлиты из чугуна. Наличие цапф, винградов и торелей подразумевает и наличие классического деревянного корабельного станка. Пушки, естественно, имеют пороховые каморы. Стрельба могла вестись только каменными ядрами. При стрельбе чугунными ядрами стволы бы просто разнесло.

Русский посол Петр Андреевич Толстой, побывавший в начале XVIII века в Константинополе, описал один из крупных галеонов. «Капитани» нес 110 пушек на трех деках. В нижнем деке стояли 8 огромных пушек, стрелявших ядрами в 53,9 кг (3 пуда 12 фунтов)[15], а также 22 пушки, стрелявшие 1,5-пудовыми ядрами. На среднем деке стояло тридцать 36-фунтовых пушек, а на верхнем деке — тридцать 24-фунтовых пушек. На шканцах и баке стояло 20 пушек калибра 18 фунтов и менее. В числе их две сверхдлинные 15-фунтовые погонные пушки — кацатуры (колонборки, кулеврины). О них Толстой писал: «...те стреляют зело далеко».

Морская пушка второй половины XVI в. калибра 520 мм. (Фото И. Осиповой)

Кормовое украшение турецкого корабля XVIII в. Стамбульский Морской музей. (Фото А. Широкорада)

Данный текст является ознакомительным фрагментом.