На Западном валу (линия Зигфрида) с 13 сентября по 22 октября 1944 года

На Западном валу (линия Зигфрида) с 13 сентября по 22 октября 1944 года

12 сентября 1944 года. На обратном пути в свой полк командир полка одолжил в одном из штабов большую карту, на которой были обозначены все доты со своими номерами на участке, который предстояло занять его полку. При занятии своих позиций на Западном валу подразделения полка активно пользовались этой картой, так как она оказалась единственной на весь полк и оставалась ею все ближайшее время.

Командный пункт полка располагается в Хабшайде в просторном бункере. Здесь подразделения получали указания, какой бункер или дот им следует занять. Из-за отсутствия достаточного количества карт офицеры и унтер-офицеры вынуждены просто записывать номера бункеров и дотов, в которых должны размещаться их подразделения. В полку считали само собой разумеющимся, что для распределения подразделений по бункерам прибудут специальные команды. Однако этого не случилось.

Поскольку из-за боев в Нормандии и при отступлении численность рот значительно уменьшилась, а в некоторых ротах осталась всего лишь четверть личного состава, то сначала бойцы размещались только в каждом третьем или даже четвертом доте.

На рассвете штаб полка занял штабной бункер под местечком Нидер-Юттфельд. Из-за того, что отдельные бункеры и доты отлично замаскированы, отделения и взводы не сразу находили предписанные приказом боевые укрепления. Только ближе к полудню 13 сентября подразделения полка заняли все предписанные приказом доты. Многие из них оказались закрыты на замок, поэтому сначала пришлось взламывать двери. Как мы узнали позднее, ключи от бункеров лежали в здании ландрата в Битбурге! Некоторые бункеры и доты местное население использовало как хранилища для картофеля, а на участке Ляйденборн, где находился 3-й батальон, они служили бомбоубежищами и давали приют тем жителям, дома которых были разрушены при бомбардировках! Поначалу местное население совсем не хотело покидать свои временные жилища. Но как бы печально это ни звучало, в интересах общей безопасности эти, ставшие вдруг бездомными люди, должны были освободить доты, уступив место войскам.

Итак, Западный вал – по крайней мере, на участке полка «Дер Фюрер» – оказался совершенно не подготовлен к обороне, о чем свидетельствуют приведенные выше примеры. Принимая во внимание развитие обстановки на Западном фронте, мы, в сущности, ничего другого и не ожидали. В полосе обеспечения Западного вала не были размещены минные поля, как это было первоначально предусмотрено. Некоторые из противотанковых надолбов были сильно повреждены. Поэтому 16-я рота заминировала все дороги, ведущие со стороны противника к Западному валу, и установила дополнительные препятствия.

Телефонные линии, ведущие к отдельным укреплениям, от рот к батальону и дальше к полку и дивизии, также оказались непригодными к использованию, так как они не были подключены. Бригады связистов целыми днями работали на отдельных командных пунктах, подключая соответствующие соединения.

Из-за появившихся тем временем новых видов оружия вооружение бункеров полностью устарело. Пулеметы MG 42 и противотанковые пушки невозможно было разместить в дотах на предназначенных для них местах, так как они просто-напросто не влезали туда, поэтому их приходилось размещать на позициях рядом с дотами.

14-й роте с ее 20-мм зенитными установками также пришлось занимать позиции на открытом воздухе. 16-я рота была разбита на взводы и помогла батальонам при инженерном оборудовании местности. 13-я рота заняла позиции в районе командного пункта полка.

Да и сами доты оказались совершенно не подготовлены к ведению оборонительных боев. В них не оказалось ни боеприпасов, ни запасов питьевой воды, продовольствия и перевязочного материала! Службы снабжения полка и батальонов славно потрудились в эти первые дни, да и позднее тоже, обеспечив свои подразделения всем необходимым. Тем самым они в значительной мере способствовали тому, что в таких условиях полк смог в течение пяти недель удерживать Западный вал.

В первые дни полк был вынужден вести оборонительные бои без какой-либо артиллерийской поддержки. Потом на участок фронта, занятый полком, был переведен 2-й дивизион 2-го артиллерийского полка дивизии СС «Дас Рейх». Этот дивизион, который почти всегда взаимодействовал с полком СС «Дер Фюрер», поначалу сильно страдал от нехватки боеприпасов.

Для занятия позиций на Западном валу, видимо, направлялись запасные батальоны, которые иногда разбегались уже при одном сообщении о предстоящей атаке противника.

По этой причине командир полка в первые дни даже не знал, удастся ли ему со своим ослабленным полком вообще хотя бы занять весь предписанный приказом оборонительный участок, не говоря уж о том, чтобы удержать его! Здесь от полка потребовали почти невозможного. Поэтому кажется настоящим чудом, что в таких условиях полк не только смог занять предписанные позиции на Западном валу, но и больше месяца удерживал их.

По счастливой случайности американские войска, которые неотступно преследовали немецкие подразделения, отступавшие к Западному валу, не атаковали его с ходу и не продолжили наступление. Имея огромное преимущество в живой силе и технике, они в этом случае без особого труда смогли бы прорваться через Западный вал.

Можно сказать, что именно в эти первые дни Западный вал устоял только благодаря Геббельсу. Очевидно, немецкая пропаганда настолько сумела убедить противника в неприступности Западного вала, что тот проникся большим уважением к его укреплениям и не решился атаковать с ходу.

13 сентября 1944 года. 1-й батальон все еще не появился. Из-за ошибки при передаче приказа он занял свои позиции только в течение наступившего дня. На рассвете противник занял несколько дотов на участке обороны 3-го батальона. Штурмовая группа 3-го батальона под командованием блестящего командира гауптшарфюрера СС Пайхля атаковала эти доты и после тяжелого, кровопролитного боя заняла их. Эта удачная операция штурмовой группы имела для полка решающее значение при занятии и удержании всего участка на Западном валу. Вскоре гауптшарфюрер СС Пайхль, родившийся в Вене, получил за этот бой Рыцарский крест.

Противник атаковал в секторе обороны 3-го батальона в трех местах, однако его атаки успешно отражены. 14 сентября в состав полка вводятся: батальон люфтваффе, 78-й панцер-гренадерский запасной батальон (из Бонна, под командованием капитана Циммермана) и русский батальон.

Вплоть до 18 сентября правым соседом полка оставался 2-й танково-разведывательный батальон, который занимает и Брандшайд. С 18 сентября его сменяет русский батальон, подчиненный 2-му батальону.

Русскому батальону нельзя полностью доверять. Прихватив с собой оружие, некоторые русские уже оставили несколько дотов. По словам их товарищей, эти солдаты во главе с командирами своих отделений перебежали на сторону противника.

78-й панцер-гренадерский батальон занял позиции между 1-ми 2-м батальонами «ДФ», и он абсолютно надежен. С его командиром, капитаном Циммерманом, налажено отличное взаимодействие. Моральный дух в батальоне тоже хороший.

Батальон люфтваффе занял сектор обороны между 1-ми 3-м батальонами. Как ни странно, но он почти целиком состоял из летного персонала и поэтому располагал отличными кадрами. На одном из полигонов эти пилоты, за плечами которых было по 100–150 боевых вылетов, были срочно объединены в батальон, когда возникли проблемы с обороной Западного вала. Многие пилоты оказались здесь потому, что проштрафились, например когда пилот совершил аварийную посадку или же допускал еще какое-нибудь нарушение.

В батальоне был собран цвет люфтваффе, и он был оснащен самым современным оружием, авиационными пулеметами MG 15, базуками. Однако у него был один, но существенный недостаток: у личного состава не было никакого опыта ведения боя в пешем строю, и из его оружия не было сделано ни одного выстрела! Первые учебные стрельбы, так им было сказано, будут проведены на Западном валу… по противнику! Поэтому вначале боеспособность этого батальона была равна нулю.

Вот только один пример: противник захватил стратегически важный дот. У полка нет свободных резервов, чтобы собрать штурмовую группу. Когда батальон люфтваффе получил от командира полка четкое задание создать штурмовую группу и подробные инструкции, как это делается, он в светлую, лунную ночь направил к этому доту одну из своих рот, которая колонной двинулась в сторону этого объекта. Противник открывал по движущейся колонне ураганный огонь. Потеряв несколько человек убитыми, а еще больше ранеными, рота была вынуждена залечь.

Однако ради справедливости следует сказать, что в дальнейшем этот не имевший опыта ведения наземных боев батальон сражался просто отлично и действительно хорошо взаимодействовал с 1-м батальоном.

Позже в составе 3-го батальона сражались две роты моряков, которых этот батальон подобрал незадолго до перехода через Маас, так как они не получили приказ на отход и оставались на западном берегу Мааса без всякого руководства.

Обе эти роты состояли большей частью из семнадцати-восемнадцатилетних добровольцев. Большинство из них были выпускниками средних школ, которые записались в ряды так называемых «человеко-торпед». Но при отступлении наших войск это «чудо-оружие» не потребовалось, поэтому из них сформировали временные роты и направили в район Мааса. Это были отличные молодые люди с великолепным боевым духом и образцовой стойкостью. Наверняка это были лучшие представители немецкой молодежи, которые еще могли пополнить ряды вооруженных сил.

Поскольку в прошедших боях 3-й батальон понес наибольшие потери, то обе эти роты были включены в состав этого батальона. Они хорошо прижились в батальоне и отлично зарекомендовали себя в бою. Полку стоило больших усилий сохранить обе эти роты в своем составе, так как в дивизию, а затем и в полк через рейхсфюрера СС постоянно приходили запросы от руководства военно-морских сил в отношении этих рот. Это удалось сделать только со ссылкой на то, что вывод этих рот из состава 3-го батальона приведет к значительному ослаблению обороны на этом участке фронта и может закончиться прорывом вражеских сил, за который полк не будет нести никакой ответственности.

15 сентября 1944 года произошел прорыв вражеских войск в районе Лозензайфен – Кесфельд – Шпильмансхольц. К ночи положение так и не прояснилось. Еще не все доты имели телефонную связь с командными пунктами батальонов. Ночью в разведку отправились несколько разведывательных групп, чтобы установить, кто сидит в дотах – свои или чужие.

В эти недели основной удар наступающих войск противника почти исключительно принял на себя 3-й батальон под командованием гауптштурмфюрера СС Вернера. Гораздо меньше противник атаковал в зоне обороны батальона люфтваффе и 1-го батальона. И почти спокойной оставалась обстановка в секторе действия 2-го батальона.

В течение дня главнокомандующий войсками «Запад» (с 5 сентября снова фельдмаршал Рундштедт, а Модель стал командующим группой армий «Б». – Ред.) передал приказ, полученный из штаб-квартиры фюрера:

«1. В борьбе за Германию Западный вал имеет решающее значение.

2. Необходимо удерживать Западный вал и каждый отдельный дот до последнего патрона, не щадя своей жизни.

Адольф Гитлер».

Но этот приказ пришел слишком поздно. Дело в том, что уже целый ряд дотов был захвачен противником: в одних из них из-за нехватки личного состава просто не оказалось обороняющихся. Их, а также доты, взятые врагом в бою, позже не удалось отбить у противника из-за его подавляющего превосходства в танках и артиллерии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.