2

2

Появление в Петербурге первого призрака городской фольклор датирует августом 1724 года, когда Петр I решает перенести останки святого покровителя новой столицы Александра Невского из Владимира в Александро-Невскую лавру Санкт-Петербурга. По легенде, Петр дважды привозил мощи Александра в Петербург, и каждый раз они не желали лежать в городе Антихриста и оказывались на старом месте, во Владимире. Когда останки благоверного князя привезли в третий раз, царь лично уложил их в раку, запер раку на ключ, а ключ бросил в Неву. Правда, как утверждает фольклор, не обошлось без события, воспоминания о котором не один год приводили в мистический ужас петербургских обывателей. Когда Петр в торжественной тишине запирал раку с мощами святого на ключ, то услышал позади себя негромкий голос: «Зачем все это? Всего на триста лет». Царь резко обернулся и успел заметить удаляющуюся фигуру в черном. Был ли это потревоженный дух Александра Невского, неизвестно, но следует напомнить, что князь Александр Ярославич был канонизирован Русской Православной церковью в 1547 году и в течение двух с половиной столетий, вплоть до начала XVIII века, изображался на иконах в черном монашеском одеянии, так как перед смертью принял постриг. И только по прямому указанию Петра монашеская одежда святого была заменена на воинские доспехи.

Через полгода после описанных нами событий Петр I умирает, а спустя еще полтора года фольклор впервые зафиксировал появление призрака почившего императора, который явился его вдове, императрице Екатерине I во сне. Это случилось накануне ее кончины. Ей приснилось, что она сидит за столом в окружении придворных. Вдруг появляется тень Петра в древнеримском одеянии. Петр зовет ее к себе, и они вместе уносятся под облака. Оттуда Екатерина видит своих детей, «окруженных толпою, составленною из всех наций, шумно спорящих между собою». Вскоре императрица действительно умирает, а в стране начинаются споры о наследовании престола.

Следующее появление призрака Петра I связано с установкой памятника ему в городе, основанном им и названном именем его небесного покровителя – святого апостола Петра. Памятник создавался по решению императрицы Екатерины II, которая для этого пригласила в Петербург французского скульптора Этьена Фальконе. Было известно и место установки памятника, определенное архитектором Юрием Матвеевичем Фельтеном еще во время работ по приведению в порядок набережных левого берега Невы. Для установки памятника он выбрал обширную площадь между западным павильоном Адмиралтейства и зданием старого Сената. Однако городской фольклор дает этому свое объяснение.

Согласно легендам, как-то вечером наследник престола Павел Петрович в сопровождении князя Куракина и двух слуг прогуливался вдоль набережной Невы. Вдруг впереди показался незнакомец, завернутый в широкий плащ. Казалось, он поджидал Павла и его спутников, и когда те приблизились, пошел рядом. Павел вздрогнул и обратился к Куракину: «С нами кто-то идет рядом». Однако тот никого не видел и пытался в этом убедить цесаревича. Между тем призрак заговорил: «Павел! Бедный Павел! Бедный князь! Я тот, кто принимает в тебе участие» – и пошел впереди путников, как бы ведя их. Затем незнакомец привел их на площадь у Сената и указал место будущему памятнику. «Павел, прощай, ты снова увидишь меня здесь». Уходя, он приподнял шляпу, и Павел с ужасом разглядел лицо Петра. Павел будто бы рассказал об этой мистической встрече своей матери императрице Екатерине II, и та приняла решение о месте установки памятника.

Еще раз Павел встретился с призраком своего великого предка уже в стенах торопливо выстроенного Михайловского замка. Сначала он услышал голос Петра, а затем увидел его тень. Прадед будто бы покинул могилу, чтобы предупредить своего правнука, что «дни его малы и конец их близок». Как мы знаем, предсказание вскоре исполнилось. Павел Петрович прожил в Михайловском замке всего сорок дней и был злодейски убит заговорщиками в собственной спальне.

Памятник Петру I был открыт в 1782 году. С тех пор подлинный образ императора и его бронзовая копия в сознании петербуржцев, многие из которых были его современниками, слились в одно неделимое целое. Ассоциации были настолько яркими, что многие при взгляде на монумент вскрикивали от изумления, уверенные в том, что всадник вот-вот сойдет с пьедестала и, как это было в недавние времена, проскачет на своем могучем коне по улицам своего города. По свидетельству одного из современников, во время открытия монумента впечатление было такое, будто «он прямо на глазах собравшихся въехал на поверхность огромного камня». Одна заезжая иностранка вспоминала, как вдруг увидела «скачущего по крутой скале великана на громадном коне». «Остановите его!» – в ужасе воскликнула пораженная женщина. Рождались соответствующие легенды.

Согласно одной из них, в 1812 году, сразу после того, как Наполеон перешел русскую границу и один из своих самых лучших отрядов направил в сторону Петербурга, некоего майора Батурина стал преследовать один и тот же таинственный сон: он видел себя на Сенатской площади, рядом с памятником Петру Великому.

Вдруг голова Петра поворачивается, всадник съезжает со скалы и по петербургским улицам направляется к Каменному острову, где жил в то время царствующий император Александр I. Бронзовый всадник въезжает во двор Каменноостровского дворца, из которого навстречу ему выходит озабоченный государь. «Молодой человек, до чего ты довел мою Россию, – говорит ему Петр Великий, – но пока я стою на своем месте, моему городу нечего опасаться!» Затем всадник поворачивает назад, и снова раздается звонкое цоканье бронзовых копыт его коня о мостовую. Майор добивается свидания с личным другом императора, князем Голицыным, и передает ему виденное во сне. Пораженный его рассказом, князь пересказывает сновидение царю, после чего, утверждает легенда, Александр отменяет свое решение о перевозке монумента в Вологодскую губернию, как это было предусмотрено планами по спасению художественных ценностей столицы от вражеского нашествия. Статуя Петра остается на месте и, как это и было обещано во сне майора Батурина, сапог наполеоновского солдата не коснулся петербургской земли.

Тема спасения города Петром Великим становится в городском фольклоре сквозной. Во время Великой Отечественной войны памятник Петру не был демонтирован, его оставили на своем месте, укрыв от прямого попадания снарядов и бомб досками и мешками с песком. Говорят, когда после войны памятник освободили от укрытия, на груди Петра оказалась звезда Героя Советского Союза, нарисованная кем-то мелом.

Если верить современному фольклору, Медный всадник и сегодня охраняет нас и спасает. Согласно одной легенде, во время приближения наводнений статуя Петра оживает, и царь на коне мечется по городу, предупреждая горожан об опасности. Согласно другой, он поворачивается на своем гранитном пьедестале как флюгер, указывая направление ветра истории.

А еще говорят, что едва на город опускается ночная тьма, как призрак Петра покидает свою могилу в Петропавловском соборе и, «стуча по каменным плитам каблуками своих исполинских ботфортов и поскрипывая дубинкой, в зеленом Преображенском мундире и прострелянной треуголке» проходит по городу, по-хозяйски осматривая и оценивая все вокруг. И только когда куранты собора начинают отбивать утренние часы, он возвращается в свою могилу.

Кроме Петра I, посмертной жизни в городском фольклоре удостоились и другие представители рода Романовых. Так, незадолго до своей кончины с собственным призраком встретилась Анна Иоанновна. Однажды ночью, когда императрица уже удалилась во внутренние покои и у Тронной залы был выставлен караул, а дежурный офицер присел отдохнуть, часовой вдруг скомандовал: «На караул!». Солдаты мгновенно выстроились, а офицер вынул шпагу, чтобы отдать честь вдруг появившейся в Тронной зале государыне, которая, не обращая ни на кого внимания, ходила взад и вперед по зале. Взвод замер в ожидании. Офицер, смущаясь странностью ночной прогулки и видя, что Анна Иоанновна не собирается идти к себе, решается выяснить о намерениях императрицы. Тут он встречает Бирона и докладывает о случившемся. «Не может быть, – отвечает тот, – я только что от государыни. Она ушла в спальню». – «Взгляните сами, – возражает офицер, – она в Тронной зале». Бирон идет туда и тоже видит женщину, удивительно похожую на императрицу «Это что-то не так. Здесь или заговор, или обман», – говорит он и бежит в спальню императрицы, уговаривая ее выйти, чтобы на глазах караула изобличить самозванку Императрица в сопровождении Бирона выходит и… сталкивается со своим двойником. «Дерзкая!» – говорит Бирон и вызывает караул. Солдаты видят, как стоят две Анны Иоанновны, и отличить их друг от друга совершенно невозможно. Императрица, постояв минуту в изумлении, подходит к самозванке: «Кто ты? Зачем ты пришла?» Не говоря ни слова, привидение пятится к трону и, не сводя глаз с императрицы, восходит на него. Затем неожиданно исчезает. Государыня произносит: «Это моя смерть» – и уходит к себе. Через несколько дней Анна Иоанновна скончалась.

До сих пор в покоях парковых сооружений Ораниенбаума мелькают тени их владельцев. Призрак Екатерины II, склонившийся над стеклярусной вышивкой, можно увидеть в окнах Китайского дворца, а тень ее мужа Петра III – в личном кабинете его дворца. Современные сотрудники дворца давно заметили, что предметы личного пользования императора имеют привычку менять свое положение. То шпага окажется не в том положении, то ботфорты развернутся, то обшлага мундира загнутся. Поэтому у музейщиков выработалась привычка, входя утром в комнату императора, произносить: «Здравствуйте, Ваше величество. Извините, что мы вас побеспокоили».

В 1814 году, находясь в Париже, Александр I, склонный, как известно, к мистицизму, побывал у знаменитой парижской гадалки Ленорман. Ему захотелось узнать о своем будущем. Мадам Ленорман подвела его к «волшебному зеркалу», в котором он увидел все, что произойдет в Петербурге с момента его смерти до восстания на Сенатской площади и воцарения Николая I. Сначала он увидел в зеркале самого себя, потом на мгновение мелькнул его брат Константин. Тень Константина заслонила «внушительная фигура» другого его брата – Николая. Призрак Николая долго оставался без движения. После этого Александр увидел какой-то хаос и трупы. Если вспомнить, как развивались, стремительно сменяя друг друга, события в период между смертью Александра I и воцарением Николая I, то надо признать, что «волшебное зеркало» Ленорман оказалось пророческим. Константин, который по праву старшинства должен был стать императором, от престола отказался, и его место занял Николай, чье царствование началось с хаоса подавления восстания декабристов на Сенатской площади.

Среди сотрудников Эрмитажа живут романтические легенды о призраках императоров – владельцев Зимнего дворца. Понятно, что ведут они себя по-разному. Николай I «молчалив и крайне необщителен». О том, что это император, можно судить разве что по осанке, бакенбардам и строгому мундиру. Тень императора Николая II неслышно ступает по музейным паркетам, он скромен и застенчив. Чаще всего он появляется в так называемом «темном коридоре», рядом с которым находится «восковая персона» Петра Великого.

Однако вряд ли кто-нибудь более подходил для посмертной жизни в образе призрака, чем самый мистический император в истории России Павел I. Сорок лет терпеливого и напряженного ожидания престола, который, как он сам не без оснований считал, принадлежал ему по праву рождения и был вероломно захвачен его матерью Екатериной II, наложил определенный отпечаток на его психику. Фактически он был отлучен от «большого двора» и прозябал со своим «малым двором» в Гатчине. Среди современников Гатчинский дворец называли «Русским Эльсинором». Его владелец, как мы уже говорили, ассоциировался с оскорбленным и униженным в своем достоинстве шекспировским Гамлетом. Роли Гертруды и Клавдия достались Екатерине II и ее любовнику Григорию Орлову.

Едва вступив на престол после кончины матери, Павел приказывает строить Михайловский замок, сыгравший столь трагическую роль в его судьбе. Здесь он прожил всего сорок дней, здесь был убит и здесь же родились первые легенды о появлении его призрака.

Призрак убитого императора имеет почти точную дату рождения. В 1819 году Михайловский замок, долгое время пустовавший, передали Инженерному училищу, юнкера которого уверяли, что каждую ночь, ровно в 12 часов, в окнах первого этажа появлялась тень Павла I с горящей свечой в руках. Правда, однажды выяснилось, что этой тенью оказался проказник-юнкер, который, завернувшись в казенную белую простыню, изображал умершего императора. В другой раз таким призраком представился еще один шалун, который решил пройти из одного окна в другое по наружному карнизу садового фасада замка. Еще один озорник, стоя однажды на дежурстве, решил отдать рапорт якобы увиденному им призраку Павла I. Говорят, сил у него хватило только на то, чтобы отрапортовать. Затем он упал в обморок и долго лежал без сознания, пока не был приведен в чувство случайно проходившими товарищами.

Так будто бы начиналась долгая история знаменитого призрака Михайловского замка. Правда, еще строители, ремонтировавшие Михайловский замок накануне передачи его Инженерному училищу, если верить легендам, «неоднократно сталкивались с невысоким человеком в треуголке и ботфортах, который появлялся ниоткуда, словно просочившись сквозь стены, важно расхаживал по коридорам взад и вперед и грозил работникам кулаком». Если верить фольклору, призрак очень напоминал экспансивного и эмоционального императора Павла Петровича.

Многие современные обитатели замка до сих пор утверждают, что неоднократно видели призрак императора, играющего на флажолете – старинном музыкальном инструменте наподобие флейты. До сих пор в гулких помещениях бывшей царской резиденции таинственно поскрипывает паркет, неожиданно и необъяснимо стучат двери и при полном отсутствии ветра настежь распахиваются старинные оконные форточки. Обитатели замка, как завороженные, отрываются от дел и тихо произносят: «Добрый день, Ваше величество».

Встречается призрак убиенного императора Павла Петровича и в Гатчинском дворце. С его неприкаянным духом будто бы по ночам можно встретиться в дворцовых залах. С ним не раз сталкивались современные работники дворца-музея. А еще в ночных коридорах Гатчинского дворца можно расслышать едва уловимый шорох платьев. Это, утверждают они, проскальзывает тень любовницы императора, фрейлины Екатерины Нелидовой. Мистика витает и вокруг дворца. Проходя Собственным садиком, ночные прохожие вздрагивают от мерного топота копыт и приглушенного лая собак. Это напоминают о себе погребенные здесь любимцы императора Павла I – животные, сопровождавшие его при жизни.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.