II. ЗАРОЖДЕНИЕ «БУХАРИНСКОЙ ШКОЛЫ»

II. ЗАРОЖДЕНИЕ «БУХАРИНСКОЙ ШКОЛЫ»

Зарождение т. н. «бухаринской школки» относится еще к 1919–1920 г.г. Я читал тогда курс лекций /а равно и эпизодические лекции/ в Свердловском университете, и среди моих слушателей стал постепенно отбираться кружок, с которым я вел семинарские занятия. При этом с рядом участников этих занятий у меня установились и весьма близкие личные отношения: я заходил к ним на квартиру /напр. в общежитие в Страстном монастыре, где жил А.СЛЕПКОВ и другие/, помогал им в нужде и т. д.

Из наиболее близких тогда ко мне лиц могу назвать А. СЛЕПКОВА, Д. МАРЕЦКОГО, Д. РОЗИТА.

На этих занятиях, а равно и в разговорах на дому, которые тогда носили обычно теоретический характер, я развивал им свои антиленинские взгляды, шедшие в основном по линии проблем философии, теории исторического материализма и экономики.

В те годы /кажется в 1919 или 1920 г./ я писал большую книгу под названием «Теория исторического материализма» и каждую из написанных глав прочитывал в своем кружке, при чем эти главы горячо обсуждались. Здесь и была развита и полностью сформулирована вышеупомянутая антимарксистская теория равновесия, при чем диалектическая триада рассматривалась, как равновесие, его нарушение и восстановление; все процессы общества рассматривались именно с этой точки зрения.

Здесь же была развита и антидиалектическая концепция механического материализма, сводившая все процессы природы и общества к механическому движению материи.

Но так как эти в корне неверные теоретические установки сопровождались вовлечением в обсуждение и изложение большого количества литературы, в том числе и иностранной, то слушателям импонировала моя «эрудиция», а я был в восторге от того, что нахожу таких благодарных «учеников». Так складывалось превознесение моей особы, известная замкнутость кружка, как «своего», на основе антиленинских и антимарксистских теоретических установок, а обсуждение всех теоретических вопросов в этой, как мы тогда говорили, «мыслительной лаборатории» развивалось таким образом на базе антиленинских взглядов.

Росла связь между людьми, рос своеобразный кружковой патриотизм. Разумеется, дело отнюдь не ограничивалось вышепомянутой[362] книгой: обсуждение различных теоретических вопросов шло по широкому фронту и мало-по-малу стало переплетаться и с обсуждением вопросов текущей политики.

В 1921–1923 г.г. участники кружка в своем ядре поступили в ИКП, где я продолжал посещать их на дому /в общежитии ИКП/.

Состав группы был тогда примерно таков: А. СЛЕПКОВ. Д. МАРЕЦКИЙ, Г. МАРЕЦКИЙ, Д. РОЗИТ, И. КРАВАЛЬ, А. ТРОИЦКИЙ, А. ГУСЕВ, Ф. БОГДАНОВ, А. ЗАЙЦЕВ, Н. СТРЕМОУХОВ; близко к ним стояли МОНОСОВ, РАДИН. Не помню, когда появился А. СТЕЦКИЙ, П. ПЕТРОВСКИЙ, К. РОЗЕНТАЛЬ, Т. ЛЕВИНА, В. МЕЖЛАУК, а затем Я. СТЭН.

Нужно заметить, что к этому времени группа икапистов уже превратилась в организованную фракцию и выступала на выборах в организациях ИКП. намечала свои кандидатуры и проводила их на выборах.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.