«Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин…»

«Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин…»

«Заводов труд и труд колхозных пашен

Мы защитим, страну свою храня,

Ударной силой орудийных башен

И быстротой, и натиском огня.

Гремя огнём, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход.

Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин

И первый маршал в бой нас поведёт…»

23 августа 1939 года был заключён Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом. Иначе его называют сегодня пактом Молотова — Риббентропа.

При всем разнообразии оценок этого документа, попробуем всё?таки ещё раз понять главное из того, что же получил от него Советский Союз.

Я не буду останавливаться сейчас на полученных из Германии технологиях, станках и оборудовании. Хотя при тогдашнем остром голоде в СССР на все эти материи, это и имело, конечно, большое значение для страны.

Не буду здесь касаться и других, тоже важных аспектов — в политике, дипломатии и прочем. Остановлюсь на главном. Нет, главном не в моём понимании. В понимании главы государства, который пошёл тогда на этот шаг. Давайте послушаем.

Из радиообращения И. В. Сталина 3 июля 1941 года к советскому народу.

«…Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о ненападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение полутора годов и возможность подготовки своих сил для отпора, если фашистская Германия рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту. Это определённый выигрыш для нас и проигрыш для фашистской Германии…».

Эти слова Сталина долгие годы потом служили предметом пренебрежительных насмешек. Ну да, конечно, полтора года готовились, а ударил немец — и всё рухнуло так, что чуть не потеряли мы едва ли не всё. Готовился он. И чего эта его подготовка стоила?

И Германия была в 1939 году не так сильна, как в 1941–м. И мы, вроде бы, в 1939 году были не намного слабее, чем в 41–м.

Не намного?

А так ли это?

Рассуждения такие, в общем?то, простительны. Поскольку целыми десятилетиями народ слышал чуть ли не ежедневно про то, что» Красная армия всех сильней».

Понятное дело, говорились эти слова для поднятия духа этого самого народа.

Люди же в эти красивые слова с удовольствием верили. Если верили не целиком, то всё равно считали, что если вожди привирают, то не намного.

Между тем, ежедневные хвалы силе и непобедимости Красной Армии звучали тогда не только с самых высоких трибун. Эта мысль ежедневно звучала с газетных страниц и с экранов кинотеатров. В песнях и стихах. В радиопередачах и книгах. Аркадий Гайдар и Константин Симонов, Серафимович и Светлов, братья Васильевы и народный артист Бабочкин, и не менее народный тракторист Николай Крючков — всех их не перечислишь, чей талант вносил свою ноту в одну и ту же ораторию —»Великая и могучая Рабоче — Крестьянская Красная Армия».

Миф этот целенаправленно создавался для народа и для той же армии. Сразу скажу, что создавался совершенно оправданно и своевременно. Потому что являлся частью решения великой пропагандистской задачи, направленной в канун войны на поднятие силы духа как общества в целом, так и самой армии.

А сила духа армии и народа — это тоже оружие. Может быть, одно из самых сильных в человеческой природе. И, как любое оружие, требует постоянного ухода и совершенствования.

Однако, у той самой пропаганды имелись, конечно же, и побочные явления. Причём, явления настолько сильные, что живы они остались и до сего дня.

Выражены они в том, что сложилось в итоге прочно общее такое впечатление, что армия была тогда действительно могучая и, если не непобедимая, то одна из сильнейших в мире, это совершенно точно.

И танки — самолёты новые и артиллерия лучшая в мире. И командиры… Командиров, правда, лучших в мире Сталин всех поубивал, поэтому остались неграмотные да неопытные. Но зато был советский солдат — лучший в мире.

Самое смешное обстоит с теми, кто сегодня обличает сталинскую пропаганду. Эти борцы тоже, как это ни странно, незаметно для себя попали под ненавязчивое обаяние этой великой симфонии. Поэтому и разводят нынче руками от невозможности объяснить лёгкость, с которой рухнула летом 1941 года советская оборона. Ищут это самое объяснение в самых экзотических материях. Иными словами, тоже подсознательно впитали в себя внушённый когда?то обществу миф о немерянной силе Красной Армии.

Отсюда же, кстати, сегодняшние бредовые идеи о намерениях Сталина напасть на Германию в июле 1941 года. От бессилия понять простые, в общем?то, и закономерные причины катастрофы 1941 года.

Потому?то и уверяют они окружающих, что, если бы ударили по Гитлеру в 1939 году — в блин бы вермахт раскатали. Потому что немцы были тогда вдвое слабее, чем в 1941 году. А РККА в 1939 году по силе была примерно та же, что 41–м. Единственное отличие — танки — самолёты были не Т-34 с яками — илами. Но ведь и у немцев такого добра не было.

Так что, немножко только за время действия пресловутого пакта подштукатурили кое?что, да наштамповали кое — какого оружия. Только и немцы это время не дремали — тоже усиливались.

Вот и давайте посмотрим, насколько всё это соответствовало действительности.

***

Сначала хочу обратиться к мнениям людей, хорошо знакомым с реалиями того времени. Мнениям, не искажённым восторженными уверениями во всяческих наших военных благополучиях. А, наоборот, сложившимся под влиянием тех сведений, которые никогда не звучали с трибун или газетных страниц.

После Финской войны, как это всем известно, ошарашенный её ходом Сталин поменял руководство Наркомата обороны. Наркомом вместо Ворошилова был назначен Тимошенко, начальником Генштаба — Мерецков, следом за ним Жуков.

Так вот, первое и самое главное, за что взялся новый нарком обороны, это вовсе не вопросы высокой стратегии или создание супер — военной техники.

Самое первое и самое главное, за что пришлось взяться Тимошенко и чему он продолжал уделять главное внимание весь тот недолгий срок, что пробыл на высшем армейском посту, это была подготовка одиночного бойца.

Маршал на всю Красную Армию громко и отчётливо признал, что солдат в РККА не подготовлен в самом элементарном смысле. О том, что его надо просто учить самым началам — стрелять, бросать гранату, окапываться. Не в теории, теоретически он это, вроде бы, умел, а в полевых условиях.

Тогда возникает вопрос, как же и чему готовили солдата раньше?

«Если завтра война, если завтра в поход…» Бодрая маршевая песня уверяла всех на свете в могуществе вооружённого советского народа.

Между тем…

Глядя сегодня на реалии того времени, надо, повторю, отчётливо понимать, что, при всей политической уместности восхвалений Красной Армии, являлись они, конечно же, продуктом пропаганды. Когда талантливой, когда не очень, а когда и откровенно бездарной. Но пропаганды.

Пропаганды такой мощи, что советские вожди, зная, конечно же, истинное положение вещей, сами, тем не менее, попадали под гипноз ими же инспирированных пропагандистских клише. Такова была тогда сила воздействия на общественное сознание.

Я приведу для начала всего один пример. Анекдотичный, с одной стороны. Но предельно показательный, с другой.

Вот слова Народного комиссара обороны Союза ССР, Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова.

«…Рабоче — Крестьянская Красная Армия, как и весь советский народ, готова всегда жить в мире со всем миром, но Рабоче — Крестьянская Красная Армия также готова каждый миг в порошок стереть любого врага, дерзнувшего напасть на страну трудящихся.

Если враг навяжет нам войну, Рабоче — Крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда?либо нападавших армий…»

Привычные слова, не правда ли?

«Самая нападающая из всех… в порошок…»

Эти слова стало ещё модно приводить сейчас в» подтверждение» намерений Сталина завоевать мировое господство.

Да уж, господство…

Если посмотреть, где именно были вписаны эти самые слова, теряешь попросту дар речи.

Дело в том, что слова эти взяты не из бодрых лозунгов к очередной годовщине чего?то там.

Они взяты из вполне рабочего документа. А именно, из приказа, подводившего итоги боевой подготовки РККА за 1938 год. Весьма и весьма красноречивого приказа.

Приказ НКО СССР N 113 от 11 декабря 1938 г.

Примечание. Этот и все другие цитируемые здесь приказы Наркома обороны СССР находятся в свободном доступе. Вы легко их найдёте по адресу:

http://militera.lib.ru/docs/da/nko/index.html

Так что нет в моей статье никаких открытий. Читайте эти приказы сами и убедитесь, что ничего я здесь от себя не выдумал.

Для начала читаем упомянутый приказ всего несколькими строками выше хвастливых слов наркома.

«…1) Создалось совершенно недопустимое положение с огневой подготовкой.

В истекшем году войска не только не выполнили требования приказа N 110 о повышении индивидуальной стрелковой подготовки бойцов и командиров из всех образцов стрелкового оружия не менее чем на 15–20 % против 1937 г., но снизили результаты по огню, и особенно в стрельбе из ручных и станковых пулеметов.

Этому наиважнейшему делу точно так же, как и владению» карманной артиллерией» — гранатометанию, не было уделено должного и повседневного внимания со стороны военных советов округов, армий, групп и командования корпусов, дивизий, бригад и полков.

В то же время и сами высшие, старшие и средние командиры, комиссары и работники штабов не являются еще примером для войск в умении владеть оружием. Младшие командиры тоже не научены этому делу и не могут поэтому как следует учить бойцов.

В войсках до сих пор еще есть, правда, отдельные бойцы, прослужившие год, но ни разу не стрелявшие боевым патроном.

Необходимо твердо усвоить, что, не научившись по — настоящему стрелять, нельзя ожидать успеха в ближнем бою с противником.

Поэтому все, кто противодействует или пытается» не замечать» этого зияющего прорыва в боевой готовности войск, не могут претендовать на звание настоящих командиров РККА, способных учить и воспитывать войска. Прорывы в огневой подготовке рассматривать как главный недостаток в работе всех командных звеньев.

Умение командира, комиссара части и подразделения руководить огневой подготовкой и учить часть (подразделение) метко стрелять и хорошо владеть личным оружием отмечать при инспектировании частей, а также особо отмечать в аттестациях…»

В порошок, говорите. А это как?

Пехота в РККА образца 1938 года, оказывается, не умела стрелять. Ведь Ворошилов не зря, вместо привычных слов об» отдельных недостатках», сказал, ни много ни мало, но о» зияющем прорыве в боевой готовности войск». Неграмотно, конечно, потому что впору здесь говорить не о прорыве, а о провале. Но зато предельно откровенно. А откровенными наши вожди бывали только тогда, когда положение дел становилось попросту угрожающим для самого существования государства.

Итак, речь идёт о самых простых элементах боевой подготовки.

Понятно, что кто?то там в армейских подразделениях регулярно показывает» для проверяющих» чудеса меткости на стрельбище. Но самое?то главное для подлинной боевой готовности армии, общая масса бойцов и командиров — стрельбе не обучена. И не просто не обучена. Обратим внимание на то, что показатели по стрельбе не только не улучшились, пусть и на скромные несколько процентов, они, наоборот, за 1938 год ухудшились. Причём, ухудшились в первую очередь при стрельбе из всех видов автоматического оружия того времени. То есть из оружия, наиболее эффективного при поддержке в бою пехоты — из пулемётов.

Кроме того, в советской пехоте, оказывается, не очень знают, что это за зверь такой — ручная граната. Та самая граната, которой пользовались вовсю ещё в старой русской армии во время Первой Мировой войны.

И всё обстоит вовсе не так просто, как это кажется на первый взгляд. Подумаешь, не умеют. Так научить их — и всё будет в порядке.»Не можешь — научим…»

Но обратите внимание на такую чудовищную, в общем?то, фразу.

«…Младшие командиры тоже не научены этому делу и не могут поэтому как следует учить бойцов…»

И ещё обратите внимание на красноречивое» тоже». Сказанное после» не ставших ещё примером» высших, старших и средних командиров.

Ворошилов прямым текстом говорит здесь о том, что не умеют стрелять, в первую очередь, командиры отделений, взводов и рот. Те, кто должен учить стрельбе рядовых солдат.

Это значит, что учить рядового солдата правильно стрелять и бросать гранату НЕКОМУ.

И это, заметим, признание высшего командира этой самой армии. Признание, имеющее соответствующий гриф секретности. Иными словами, то, что мы с вами только что прочитали — это как раз совершенно точно не пропаганда. Это — действительность. Действительность, смею предположить, ещё и ПРИУКРАШЕННАЯ к тому же.

Почему я так считаю? Да очень просто. Потому что хорошо знаю, что и как докладывали обычно советским руководителям их подчинённые.

Это в приукрашенном свете ни разу не стрельнули за год из винтовки» отдельные бойцы». В действительности таких» отдельных» было намного больше, насколько об этом можно догадаться.

Армия» от тайги до британских морей» не умеющая стрелять…

В порошок, говорите…

Между прочим, когда пинают красную пехоту за 1941 год, за массовые штыковые атаки. Вот вам самое простое объяснение этому.

«Дурость командиров». Да не дурость, а безысходность. Только штыковой атакой чаще всего можно было тогда хоть как?то попытаться уравнять силы с немцами. Любой огневой контакт с ними советская пехота проигрывала начисто. Даже без учёта артиллерии, танков и авиации. Я понимаю, что не учитывать их конечно же нельзя, поскольку немцы как раз без передышки и давили наши войска всеми этими разнообразными средствами.

Но даже обычная перестрелка всегда давала преимущество немцам. Потому что при стрельбе наши солдаты в цель не попадали. Немцы же попадали. Соответственно, наши несли потери, а немцы нет. Единственное средство против этого тогда было одно — рукопашная.

Вот вам и простая разгадка советской» глупости» тех горьких времён.

И главная беда была, повторю, не в том, что пехота не умела стрелять. Самое главное содержалось в том, что не умели учить этому командиры. И не только этому.

Читаем пункт два того же самого приказа.

«…2) Нетвердое знание начальствующим составом приказов, уставов, наставлений и неумение практически применять их в обучении войск…»

Заметим. Здесь тоже не прозвучало приглаженного оборота о» некоторых» из этого самого начальствующего состава. Спокойно и буднично сказано обо всех командирах Красной Армии. Об их основной массе, во всяком случае.

Что же получается?

Стрелять командиры всех уровней не умеют. Учить этому бойцов, естественно, не могут. Уставы и наставления не знают. Но служат.

Так чем же они занимаются?

Об этом в приказе сказано тоже вполне откровенно.

«…8) Пьянство, принявшее за последнее время чрезвычайно широкие размеры и ставшее бичом армии*…»

Между прочим, вопрос о пьянстве принял в то время такой острый характер, что уже вскоре Ворошилов был вынужден посвятить ему отдельный приказ по армии.

В силу того, что он исчерпывающе точно отражает положение в ней, приведу этот удивительный приказ полностью.

«ПРИКАЗ О БОРЬБЕ С ПЬЯНСТВОМ В РККА

N 0219 28 декабря 1938 г.

За последнее время пьянство в армии приняло поистине угрожающие размеры. Особенно это зло вкоренилось в среде начальствующего состава.

По далеко неполным данным, в одном только Белорусском особом военном округе за 9 месяцев 1938 г. было отмечено свыше 1300 безобразных случаев пьянства, в частях Уральского военного округа за тот же период — свыше 1000 случаев и примерно та же неприглядная картина в ряде других военных округов.

Вот несколько примеров тягчайших преступлений, совершенных в пьяном виде людьми, по недоразумению одетыми в военную форму.

15 октября во Владивостоке четыре лейтенанта, напившиеся до потери человеческого облика, устроили в ресторане дебош, открыли стрельбу и ранили двух граждан.

18 сентября два лейтенанта железнодорожного полка при тех же примерно обстоятельствах в ресторане, передравшись между собой, застрелились.

Политрук одной из частей 3 сд, пьяница и буян, обманным путем собрал у младших командиров 425 руб., украл часы и револьвер и дезертировал из части, а спустя несколько дней изнасиловал и убил 13–летнюю девочку.

8 ноября в г. Речице пять пьяных красноармейцев устроили на улице поножовщину и ранили трех рабочих, а возвращаясь в часть, изнасиловали прохожую гражданку, после чего пытались ее убить.

27 мая в Ашхабаде капитан Балакирев в пьяном виде познакомился в парке с неизвестной ему женщиной, в ресторане он выболтал ряд не подлежащих оглашению сведений, а наутро был обнаружен спящим на крыльце чужого дома без револьвера, снаряжения и партбилета.

Пьянство стало настоящим бичом армии. Отъявленные негодяи и пьяницы на глазах у своих не в меру спокойных начальников, на виду партийных и комсомольских организаций подрывают основы воинской дисциплины и разлагают войсковые части.

Значительная часть всех аварий, катастроф и всех других чрезвычайных происшествий — прямое следствие пьянства и недопустимого отношения к этому злу со стороны ответственных начальников и комиссаров.

Немало случаев переноса и отмены занятий и невыполнения плана боевой подготовки — это также результат разлагающего действия пьянства.

Наконец, многочисленные примеры говорят о том, что пьяницы нередко делаются добычей иностранных разведок, становятся на путь прямой измены своей Родине и переходят в лагерь врагов советского народа.

Все эти непреложные истины хорошо известны каждому мыслящему командиру и политработнику, и тем не менее настоящая борьба с пьянством не ведется. Пьянство процветает, оно стало обычным бытовым явлением, с ним смирились, оно не подвергается общественному осуждению.

Неисправимый, беспробудный пьяница и лодырь не только не берется под обстрел большевистской критики, не только не изгоняется из здоровой товарищеской среды, которую он компрометирует, но даже иногда пользуется поддержкой товарищей. Для него находят какие?то оправдания, ему покровительствуют, сочувствуют, его окружают ореолом» своего парня».

При таком отношении к пьяницам спившийся и негодный человек не только не стыдится себя и своих безобразных поступков, но часто ими бравирует.

Много ли случаев, когда командирская общественность потребовала удалить из своей среды какого?нибудь неисправимого пьяницу?

Таких случаев почти нет.

Это говорит о том, что запятнанная честь воина Рабоче — Крестьянской Красной Армии и честь войсковой части, к которой принадлежишь, у нас мало кого беспокоит. Многие не понимают, что каждый командир и политработник, равно как и красноармеец, в известной мере несет ответственность за поведение своего товарища по службе, что недостойное поведение одних набрасывает тень на весь товарищеский коллектив и на всю войсковую часть в целом.

В Красной Армии не место пьяницам. Защита Союза ССР с оружием в руках вверяется лучшим людям страны, патриотам своего Отечества, честным, храбрым, стойким и трезвым сынам нашей Родины.

Приказываю:

1. Во всех полках созвать совещания командного и начальствующего состава, на которых полным голосом сказать о всех пьяных безобразиях, осудить пьянство и пьяниц, как явление недопустимое и позорное.

2. На борьбу с этим злом мобилизовать все партийные и комсомольские организации, вменив им в обязанность борьбу с пьянством, как одну из главнейших задач.

3. Эту же задачу должны иметь перед собой как одну из важнейших и организуемые в войсках товарищеские суды*.

4. Командирам и военным комиссарам войсковых частей применять к злостным пьяницам самые суровые дисциплинарные меры.

5. Во всех служебных аттестациях, если аттестуемый пьяница, непременно это указывать. Указывать также и о том, насколько аттестуемый начальник успешно борется с пьянством среди своих подчиненных. Неисправимых пьяниц представлять к увольнению из армии.

6. Дела о преступлениях, совершенных на почве пьянства, заслушивать выездными сессиями военных трибуналов с привлечением внимания широкой армейской общественности (общественный обвинитель, газета).

7. Военным советам округов систематически заслушивать доклады командиров и комиссаров войсковых соединений о выполнении настоящего приказа.

8. Настоящий приказ прочитать на собрании командного и начальствующего состава и разъяснить красноармейцам.

Народный комиссар обороны СССР Маршал Советского Союза К. Ворошилов

Ф. 4, оп. 15, д. 19, л. 417–418. Типогр. экз.»

Мда.

«Пьянство стало настоящим бичом армии». Это не я утверждаю, или какой?то ещё критикан, бросающий тень на нашу армию. Именно это выражение применил тогда самый главный маршал этой самой армии. Это при том, заметим, что никогда ранее, имея в виду даже и царскую ещё армию, употребление хмельных напитков и не считалось чем?то из ряда вон выходящим. Мягко говоря.

И ещё заметим, что высказался он так, понимая конечно, что найдётся кому задать вопрос и ему самому:»А как же ты допустил такое во вверенной тебе армии?»

Тем не менее, применил он именно эти слова. Это каковы же были тогда действительные размеры этого явления? Насколько далеко всё зашло?

Думаю, всякому не очень наивному человеку должно быть ясно, насколько далеко. Это в приказе сказано про тысячу случаев в округе. А сколько было таких случаев не зафиксировано? Надо понимать так, что тысяча этих инцидентов связана с чем?то из ряда вон выходящим — преступлениями, потерей оружия или документов, иными заметными инцидентами. То есть, теми, что нельзя было скрыть от вышестоящих.

И о какой боевой подготовке здесь может идти речь?

Впрочем, может быть, приказ Ворошилова об итогах боевой подготовки за 1938 год сгустил краски? Ну, скажем, не в настроении был нарком. И спустил поэтому собак на вверенную ему рабочую и крестьянскую…

Проверить эту идею легче лёгкого.

Давайте заглянем в точно такой же приказ, но годом раньше. В приказ об итогах боевой подготовки РККА за 1937 год.

Этот приказ, за номером 0109 от 14 декабря 1937 года так и назывался.»Об итогах боевой подготовки за 1937 год и задачах на 1938 год»

Ну, поскольку мы с вами знаем уже, что задачи на 1938 год так и не были выполнены, упоминать о них не будем. А вот, интересно, как же выглядят в этом приказе итоги боевой подготовки» непобедимой и легендарной» за 1937 год?

Пожалуйста, это сегодня никакой не секрет.

После общих дежурных словес об успехах Ворошилов переходит к конкретике. К состоянию сухопутных войск.

«…1) Управление войсками, служба штабов, подготовка пехоты, конницы и специальных родов войск и служб для совместной работы на поле боя не достигли уровня, требуемого условиями современного общевойскового боя (ПУ-36,?? 105–139, 143, 164)…»

Виртуозно и дипломатично выразился нарком. Округло.

Впрочем, совместная работа, иными словами, взаимодействие различных родов войск на поле боя, это, конечно, высший пилотаж. А высший пилотаж возможен только после освоения пилотажа простейшего. И желательно, конечно, в трезвом состоянии. Этот уровень РККА преодолеет ещё не скоро, где?то году этак к 1943–му, не раньше.

Так что этот недостаток — это недостаток для 1937 года вполне ещё извинительный.

«…Служба боевого обеспечения, особенно разведки, во всех родах войск организуется и проводится неудовлетворительно (ПУ-36,?? 18–39)…»

И войсковая разведка традиционно собирала шишки от командиров всех уровней чуть ли не всю войну. Так что здесь тоже ничего неожиданного нет.

«…2) Огневая подготовка во всех родах войск не дала роста…»

А. Вот и знакомая нам болячка. Только, если помните в 1938 году она не только» не дала роста», но ещё и ухудшилась. Хотя должна была поправить положение в этой области, сложившееся в 1937 году.

«…3) Служба ПВО, ПТО и ПХО не отработана (ПУ-36,?? 40–74)…»

Ну, химия — это дело не страшное, как выяснилось во время будущей войны. А вот, что означает, противовоздушная и противотанковая оборона» не отработана»? Её нет вообще? Или она есть, но только на бумаге?

Между прочим, именно в 1937 году в германской армии противотанковая артиллерия достигла такого качественного развития, которое уже в будущем 1938 году позволит немцам уничтожить при её помощи большую часть советских танков, направленных в Испанию.

«…4) Инженерные части не достигли необходимой тактической и технической мобильности для своевременного и требуемого обстановкой обеспечения войск, особенно в подвижном бою…»

То есть в обороне сапёры со своими задачами ещё справляются. В наступлении или при отходе дело обстоит хуже, но будем справедливы, не такое это простое дело. Не менее сложное, чем взаимодействие пехоты с артиллерией, скажем. Так что, хотя бы здесь служба была поставлена более — менее неплохо.

«…Во всех родах войск еще не освоена полевая фортификация и командиры не обучены сами и не обучают красноармейцев самоокапыванию в бою (ИНЖ-35,?? 321–419)…»

Вот.

Это как раз те самые азы полевой выучки войск, которым через несколько лет в спешном порядке придётся НАЧАТЬ учить солдат маршалу Тимошенко.

И заметим попутно, что азов окапывания не знают не солдаты (это само собой разумеется). Этих азов не знают опять?таки их командиры. То есть, когда будущий нарком обороны озаботится этим вопиющим недостатком в подготовке рядового бойца, окажется, что учить этого бойца некому. Окажется, что учить этому сначала придётся командира этого самого бойца.

Но это ещё только будет. В 1940 году. Мы же говорим о 1939 годе. Том самом, в котором, как нас уверяют, Сталин вполне мог двинуть Красную Армию воевать с вермахтом.

«…5) Все рода войск недостаточно тренировались в условиях длительного воздействия авиации и 0В…»

Да ничему эти самые войска не тренировались ни в каких условиях, неужели сегодня это не ясно?

Почему? Смотрите дальше.

«…6) Командный и начальствующий состав и штабы не полностью освоили технику скрытого управления и нарушают уставные правила пользования этим средством в бою…»

Иными словами, этот самый состав привык» тренироваться» условно. На словах. И на бумаге. Где всё, как известно, было гладко.

И снова — знакомое.

«…8) Все рода войск не полностью освоили эксплуатацию стрелкового и артиллерийского вооружения, особенно пулеметов, матчасти артиллерии и оптики и ремонт в полевых условиях…»

Ну, конечно,»не полностью». А как же иначе?

Ведь стрелять же не умеют. Оружие своё тоже, естественно, не знают.

А кто будет учить этому солдата? Командир? Командир этого тоже не умеет.

Почему, кстати? Водка — водкой. Но ведь кто?то когда?то этого командира чему?то учил? Так ведь? Или не так?

Пока подождём с ответом на этот вопрос.

А сейчас с приказом всё. Там много ещё чего есть. И по ВВС, и по флоту, и прочее, прочее… Но, думаю достаточно. Всё, по — моему, ясно.

Из года в год повторялись грозные приказы об одних и тех же недостатках в подготовке, а, фактически, о качестве и силе самой основы основ вооружённых сил Советского Союза. И ничего не сдвигалось с мёртвой точки.

Я знаю, что кому?то может показаться не очень существенным то обстоятельство, что рядовой боец Красной Армии был плохо подготовлен. Зато, готовы они возразить, в этой армии были КВ и Т-34, Ил-2, Пе-2 и» яки» с» мигами». И ещё тысячи единиц всякой иной техники, хотя и называвшейся впоследствии» устаревшей», но вполне конкурировавшей на самом деле с техникой немецкой.

Только, даже при том условии, что управляли всей этой техникой подлинные мастера своего дела (а это было не так, конечно же), всё равно вся эта военная машинерия ничего не стоила без добротной выучки пехоты.

Но, тем не менее, если кто?то, мыслящий исключительно глобальными категориями стратегии, полагает такие» недостатки» не очень существенной мелочью, предлагаю их вниманию документ несколько иного рода. Документ, красноречиво оценивающий уже более высокие тактические (и даже стратегические) категории. А именно качество управления войсками в Красной Армии.

Обратим внимание на приказ Наркома обороны СССР N 0104 от 19 июля 1939 года. Это о наиболее общих явлениях в работе штабов всех уровней Красной Армии.

Читаем.

«…Подготовка и работа войсковых и оперативных штабов продолжают оставаться на исключительно низком уровне.

Командование, как правило, само штабной службы не знает, подготовкой своих штабов не занимается, работой их не руководит и контролировать ее не может.

Начальники штабов по — настоящему организовать работу штаба и руководить ею, и особенно в условиях, приближенных к боевым, не умеют.

Штабы как органы управления не подготовлены, организовать бой не умеют, с работой по управлению войсками в ходе боя не справляются.

Исполнители своих обязанностей не знают, необходимых штабных навыков не имеют, в работе в усложненных условиях не натренированы.

Безусловная правдивость, исполнительность и безупречная точность в работе, без которых немыслима работа какого бы то ни было штаба, как правило, отсутствуют.

Непосредственным контролем за действиями войск, проверкой и изучением получаемых донесений штабы не занимаются, в результате — неосведомленность их об истинном, положении и состоянии войск и нередко ложная информация командования и вышестоящих штабов.

Стремления своевременно, полно и правдиво информировать вышестоящие командование и штаб, самим непрерывно искать с ними связь нет.

Организовать и обеспечить управление войсками в бою надежной, прочной связью штабы не умеют.

Радио — надежнейшее средство связи — не используется в бою даже при отказе остальных средств связи и, как правило, бездействует.

Работа внутри штабов не организована. Взаимная информация между отделами и отделениями штаба отсутствует. Еще хуже с увязкой работы общевойскового штаба со штабами специальных родов войск и особенно авиационными.

Руководство работой тыла в бою общевойсковыми штабами упускается.

Содержание и техническое оформление всей документации исключительно низкое.

Донесения и сводки неправдоподобны, противоречивы, а иногда и лживы, действительной картины боя как на земле, так и особенно в воздухе и истинного положения своих войск и войск противника, не говоря уже о их состоянии, потерях и трофеях, не дают.

Поступающие в штаб донесение или сводка часто противоречат данным, поступившим от того же штаба ранее, и никаких оговорок о правдоподобности или лживости того или иного документа не делается.

Представление сводок, донесений и ответов на запросы несвоевременное и требуется немало повторных напоминаний и приказаний, чтобы получить их.

Документы после изготовления исполнителем и лицами, подписывающими их, не проверяются, отсюда постоянные неточности и искажения.

Контролем за своевременной и правильной передачей документов и за получением их адресатами штабы не занимаются…»

Ну, дальше Ворошилов предлагает меры по возможному улучшению ситуации, сложившейся со штабной службой в РККА, но мы их трогать не будем. Потому что ясно, что в один день такие» прорывы» не исправишь.

Это, по — моему, не приказ. Этот документ, как мне кажется, можно назвать совсем иначе. Например, так.

Приговор Рабоче — Крестьянской Красной Армии.

Можно было бы, конечно, предположить, что приказ этот имел некоторый политический подтекст. Я имею в виду стремление опорочить репрессированного маршала Егорова, бывшего, как известно, до января 1938 года начальником Генерального Штаба РККА.

Этому, однако, противоречат три существенных обстоятельства.

Первое.

Со времени его снятия с высокого поста прошло уже более полутора лет. И должность эту всё это время занимал один из самых уважаемых Сталиным военных — командарм первого ранга Шапошников.

Второе.

К Генеральному Штабу как раз претензий в этом приказе не предъявлялось.

Третье.

Практически ВСЕ перечисленные в приказе пороки действительно проявились с первых же дней Великой Отечественной войны. Во всей вопиющей красе, так сказать.

И именно эта война подтвердила справедливость каждого слова этого беспощадно точного приказа.

Так что, давайте забудем наконец о песнях про непобедимую и легендарную.

Потому что вот это и была та самая Рабоче — Крестьянская Красная Армия.

Образца 1939 года.

Такая, какой она выглядела не с плакатов или поэтических страниц, а со страниц служебных документов, имеющих гриф» секретно».

Сталин, конечно же, читал эти приказы Ворошилова. И это, как минимум. Наверняка читал он и многое другое из того, о чём мы сегодня и не подозреваем. И силу Красной Армии оценивал, конечно, не по песне» Три танкиста…»

Преувеличивал эту силу, как это выяснилось вскоре, в Финскую уже войну, но преувеличивал, скорее, с позиции технократа. Он был твёрдо убеждён, что» будущая война будет войной моторов». И считал, в общем?то правильно, с одной стороны. Но и абсолютизировал, конечно, эту свою формулу. Поэтому, уделяя огромное внимание оснащению армии новейшим вооружением, полагал, судя по всему, что эти самые вооружения смогут возместить, до определённой степени, недостаточную выучку войск.

Это с одной стороны.

Но вот, с другой…

Нельзя забывать о том, что Сталин был, в первую очередь, управленцем высокого уровня. Поэтому, должен был понимать значение низкого уровня именно штабной работы для управления войсками, а значит, и для боеготовности армии.

***

Несколько лет назад я увидел случайно на канале» Культура» интересную передачу. Замечательный актёр Евгений Яковлевич Весник рассказывал о разных историях, приключившихся с ним и его знакомыми. Рассказал он, в числе прочих, и такую.

Где?то в шестидесятые годы ехал он в одном поезде с маршалом Тимошенко. Знаменитый маршал, узнав, что в поезде едет известный артист, пригласил его посидеть у себя в купе. Они и посидели. Судя по всему, хорошо и душевно.

Надо сказать, что Евгений Яковлевич воевал в корпусной артиллерии, так что о войне знал не понаслышке. Поэтому разговор получился интересный. В числе прочего, задал он маршалу такой вопрос.

«Товарищ маршал, а ведь немцы были намного сильнее нас. Как же так получилось, что мы войну всё?таки выиграли?»

На что маршал, помолчав, ответил:»А хрен его знает».

За буквальную дословность последних слов о пресловутом овоще я не ручаюсь, тем более, что произносились они, повторю, с экрана на канале именно» Культура». Но смысл ответа передаю точно.

Я знаю и другие версии этой истории. Но рассказал так, как видел собственными глазами и слышал собственными ушами. В исполнении автора.

Удивительно, что, встречая разные пересказы этой истории, я неизменно находил их в разделе курьёзов, юмора и сатиры. Вот, мол, какие дуболомы Красной Армией командовали. Тупыи — и-и. И через двадцать лет после войны так ничего и не поняли.

Дуболомов, конечно, хватало. Как среди генералов. Так и среди остального народа, кстати говоря. Что и показывает как раз то, что увидел этот самый народ в этой сценке один только юмор.

И не увидел ничего иного.

Обычная история. Слабый шахматист видит, что можно» убить пешку турой и туре за это ничего не будет». А мастер эту пешку почему?то» не бьёт». Наверное, потому что просто не видит такую роскошную возможность. Зевает.

И невдомёк ему, что мастер всё прекрасно видит, в том числе и то, чего не видит наш шахматный» гений». А именно, то, что через шесть — семь ходов это взятие обернётся для берущего поражением.

Но надо видеть самодовольную ухмылку этого» гения» в тот момент, когда он рассуждает про тупицу — мастера.

Точно такое же выражение лица можно наблюдать у тех, кто гыгыкает по поводу тупого Тимошенко.

Между прочим, говоря о реакции на вопрос маршала, забывается почему?то интерес вопрошающего.

А ведь надо было бы обратить внимание и на то ещё, что не только маршал не знал ответа на этот вопрос. Его не знал и старый фронтовик тоже.

Пусть и невысокого чина был младший лейтенант Весник, но войну видел вблизи. В отличие от гыгыкающих. И армию нашу знал изнутри. Мог сравнивать с немцами. И, как человек думающий, не мог не задаться вопросом. Причём, впечатление от невозможности найти на него ответ было таким сильным, что и через двадцать лет после войны этот вопрос не забылся. И все эти двадцать лет не мог на него найти ответ фронтовик. Да и после этих двадцати лет, после разговора с маршалом, он не найдёт его тоже.

Но это так. Между прочим.

Вернёмся всё же к ответу маршала.

Гыгыкающим» гениям» просто не могла поместиться в голову простая, в сущности, мысль. О том, что Тимошенко, в отличие от подавляющего большинства людей, рассуждающих об этом предмете, было в мельчайших подробностях и больше, чем кому бы то ни было известно о том, что именно представляла из себя накануне войны Рабоче — Крестьянская Красная Армия. Помимо всем известных и поныне жарко обсуждаемых танков — самолётов.

Вот и всё. Отсюда и его ответ. Нормальный, в общем?то, если знать хотя бы малую часть того, что знал старый маршал.

Или вот слова Жукова, сказанные не с трибуны или страниц высочайше утверждённых размышлений. Крик души, так сказать.

«…Даже отмобилизованная армия 1942 года не смогла сдержать сосредоточенного удара немецких войск на Юге и покатилась на 700–1299 километров, тем более армия 1941 года. То есть потеря территории от Бреста до Подмосковья была объективно неизбежной и ситуация лета 1941 года определялась в целом не сцеплением ошибок и просчетов, а текущим качеством вооруженных сил, общим состоянием военного потенциала страны на тот период…»

Понятно, что Жуков этой самой» объективной неизбежностью», мягко говоря, старался спихнуть с себя ответственность за разгром 1941 года. Потому, хотя бы, что в» неизбежность» эту можно включить и его собственные грубейшие ошибки и просчёты. Которые, якобы, ничего не решали. А на самом деле очень даже поспособствовали этой самой» неизбежности».

Но будем справедливы. Потому что и правда в его словах тоже есть, несомненно. Ведь не объяснишь же одними лишь глобальными стратегическими причинами поражения лета 1942 года. Поражения, заметим, армии, имеющей уже боевой опыт, отмобилизованной и занимающей сплошные оборонительные порядки.

И ведь ничего же этого не было в 41–м.

Так что, понимая мотивы появления этих слов, прислушаемся всё же к их глубинному содержанию.

«Текущее качество вооружённых сил…»

О чём сказал маршал Жуков? Вернее, о чём он в очередной раз не сказал?

И что имел в виду Тимошенко, когда, отказываясь писать мемуары, буркнул короткое» Правды мне всё равно сказать не дадут»?

Вот и давайте попробуем разобраться хотя бы в малой толике этих самых недомолвок.

***

Приказы — приказами. Подготовка — подготовкой.

Ясно, однако, что всё это, особенно для людей штатских (а тот же Сталин был тогда ещё, конечно, штатским человеком), должно было выглядеть не очень убедительно. Если бы не одно» но». Если бы рядом не было более весомых поводов задуматься о том же самом.

Я имею в виду боевые действия.

Во всяком случае, принимая то или иное решение о выборе политики в отношении той же Германии, взвешивая при этом и сравнивая, естественно, силу РККА и вермахта, наиболее показательными для руководства страны были, конечно же, не итоги боевой подготовки. А зримое их воплощения в ходе реальных боевых действий.

В течение нескольких лет перед войной СССР принимал участие в нескольких военных конфликтах того или иного масштаба. Естественно, сила Красной Армии должна была оцениваться, исходя из того, как она себя там проявила.

До пакта это были.

Испания. Хасан. Халхин — Гол.

После пакта.

Поход 1939 года в западные области Украины и Белоруссии. Финская война.

Итак, принятие того или иного решения о политике СССР в отношении Германии принималось, исходя, помимо всего прочего, ещё и из представлений о силе или слабости Красной Армии и Вермахта. Как в 1939 году, так и в более позднее время, вплоть до 22 июня 1941 года.

Какими же могли быть эти представления?

Давайте попробуем понять это важное обстоятельство.

Испания.

Испанские события имели тогда большой резонанс в обществе. Много и справедливо говорилось тогда о героизме республиканцев. Участие в той войне советских добровольцев в то время не афишировалось, но было это, конечно, секретом совсем прозрачным. Особенно для армии, где то и дело исчезали, а потом появлялись снова загорелые сослуживцы с новенькими боевыми орденами.

Известно было также и о помощи оружием и техникой, которую оказывало испанским республиканцам советское правительство. Это тоже особо не скрывалось. Во всяком случае, в газетных репортажах оттуда высокие качества нашей военной техники отнюдь не замалчивались.

Однако, мало кто знал тогда о другом.

Именно к 1939 году в Испании стали проявляться острые симптомы качественного отставания советской военной техники от немецкой.

Что же произошло тогда?

Начну с танков.

Наше оружие (и танки, в том числе) были испытаны там в реальных боевых условиях.

Поначалу это испытание показало преимущество наших танков. Однако, начиная с осени 37–го, а особенно в 38–м году положение резко изменилось. Немцы, учтя опыт боев 1936–1937 годов, спешно направили в Испанию свои новейшие противотанковые пушки.

И наши танки загорелись.

Имена героев — танкистов, отличившихся в Испании, хорошо известны. Мало кто только обращает внимание на тот факт, что большинство из них находились там, как правило, в 1936–1937 годах. Не очень известны имена тех, кто воевал там в 1938 году. Дело в том, что танковый полк (он назывался Интернациональным полком), который сменил там бригаду Павлова, потерял большую часть своих танков.

И в Москве сразу же начали принимать меры.

Была поставлена задача увеличить толщину брони наших танков.

Однако, основу существовавшего тогда танкового парка составляла техника, выполненная по колесно — гусеничной схеме.

И здесь конструктора столкнулись с проблемой. Утолщение брони, естественно утяжеляло танк. Его ходовые качества на колесах, вследствие этого, снижались. Он просто продавливался в грунт.

Кроме того, с увеличением веса возникала потребность в увеличении числа ведущих колёсных пар, что, конечно, технически усложняло всю схему, делая её ещё более уязвимой к неисправностям. А она была и без того уже до капризности сложна и уязвима.

Поэтому появилась идея отказаться от колесно — гусеничной схемы и перейти целиком на гусеничную. Что и привело в результате к появлению на свет танков КВ и Т-34.

Но для промышленного производства переход на новую технологию, да ещё под только ещё проектируемую технику, было нелёгким испытанием. Особенно учитывая те нереальные, казалось бы, сроки, которые поставил тогда перед танковыми конструкторами и танковой промышленностью Сталин.

Результат всё?таки будет достигнут. Но будет достигнут, естественно, позже, в 1940–м и даже 1941 году, в самый канун войны.

А вот летом 1939 года, когда перед советским руководством вставал во весь рост грозный выбор между пактом с Гитлером и возможной войной с ним, итоги этой работы были ещё весьма и весьма гадательны.

Но вот одно Сталин знал тогда совершенно точно. Он знал, что все имеющиеся на тот момент советские танки фактически бессильны перед немецкой противотанковой артиллерией.

Авиация.

«Чайки» и» ишачки» на момент создания были вовсе не плохими самолетами. Это доказали всё те же события в Испании. В 1936–37 годах они были значительно лучше итальянских и других аналогов и примерно равны и даже несколько лучше по качествам, чем МЕ-109В.

Да что И-16.Бомбардировщики СБ одно время летали там без сопровождения истребителей: у них скорость превосходила скорость истребителей всех зарубежных марок (до появления там первых» Мессершмиттов»).

Немцы, учтя опыт Испании, модернизировали свои самолеты. На заключительном этапе войны в Испании появился пушечный МЕ-109Е, сразу завоевавший господство в воздухе.

Надо сказать, что информация об этом до Сталина дошла не сразу. Мастерство лучших советских лётчиков, отобранных для войны в Испании, позволяло до определённой степени нивелировать техническое превосходство германских истребителей.

Хотя и делали они тогда, надо признать, что?то, на грани невозможного — противостояли почти на равных на своих И-16 и И-153 с пулемётным вооружением и скоростями не выше 430 км в час немецким» мессершмиттам», вооружённым пушками и легко достигавшим скорости 540 км.

Это позволяло руководству ВВС и авиационной промышленности до определённого момента бодро рапортовать наверх, что всё у них в порядке. И только, когда на самый верх стали доходить письма рядовых лётчиков, обеспокоенных происходящим, начались приниматься меры.

Меры, как это было в обычае у Сталина, были предприняты самые что ни на есть кардинальные.

Конечно, тягаться в высоких технологиях с одной из самых передовых и технически развитых держав Европы было, казалось бы, занятием попросту безнадёжным.

Только, Сталин, как всем это сейчас хорошо известно, был тупой. Поэтому, слова такого —»безнадёжность» — попросту не знал. В силу неграмотности.

Обратите внимание.

Именно тогда, накануне войны произошёл качественный скачок развития советской военной техники. Это все прекрасно знают.

А почему он произошёл?

Если бы советское руководство всё устраивало в качестве танков и самолётов, зачем нужна была тогда такая масштабная ломка производства? И ведь не улучшали же уже существующие модели, как мы знаем. Вместо этого создавали новые, часто принципиально новые системы.

Или, кто?то полагает, что произошло это само собой? Случайно?

Вот так, собрались случайно несколько гениев и случайно все вместе вдруг изобрели что?то выдающееся. Каждый в своей отрасли.

На самом деле, ясно, что всем им одновременно была поставлена некая задача.

Вот так всё тогда просто и обстояло.

Были найдены где?то в массовом порядке гениальные конструктора. И всем им была поставлены невыполнимые задачи.

Только и всего.

Это, кстати, для кого?то является доказательством подготовки Сталина к завоеванию Европы. Глупость этого мнения комментировать не хочется. Поскольку, когда давно и планомерно что?то готовят, вооружение готовят тоже давно и планомерно. Здесь же — скачок, взрыв, революция, если угодно. Так что причина здесь явно другая. Она и была другой.

Такие взрывы выдаются не в плановом порядке. Они случаются только тогда, когда кто?то что?то спасает. От смертельной опасности.

Но я несколько отвлёкся.

Ясно одно. Сталиным делалось тогда все возможное и невозможное для ликвидации отставания от немцев по вооружениям.