МУАВИЙА I

МУАВИЙА I

Муавийа принадлежал к знатному мекканскому роду Омейадов (Умайидов), члены которого оказали особенно упорное сопротивление распространению мусульманства. Отец Муавийи, Абу Суфайн Сахр, долгое время был непримиримым противником пророка Мухаммада и несколько раз возглавлял мекканцев в походе против него. Он принял ислам только в начале 630 года, когда ему фактически пришлось выбирать между признанием власти Мухаммада и изгнанием. Тогда же перешёл в новую веру Муавийа. В том же году он участвовал на стороне мусульман в сражении при Хунайн. Следующие два года Муавийа был личным секретарём Мухаммада и записывал его откровения. Его воспоминания о пророке впоследствии легли в основу многих хадис.

После смерти Мухаммада Муавийа с отрядом Халида ибн ал-Валила участвовал в походе в Йамаму и отличился в сражении у Акраба. При Умаре I он воюет в Сирии и быстро выдвигается на руководящие посты. В 639 году, когда здесь разразилась страшная эпидемия чумы и один за другим умерло несколько арабских военачальников, наместничество над этой богатейшей провинцией перешло к Муавийи. В его руках сосредоточились огромные материальные и военные ресурсы, которые он с успехом использовал сначала на благо государства, а потом в своих собственных интересах В 640 году была взята штурмом Кайсарийа (Кесария). Завершив затем покорение приморских городов, Муавийа в 644 году первым из арабских военачальников вторгся в Малую Азию и дошёл до Амореи. К 646 году он уже владел на полуострове несколькими крепостями. Однако Муавийа понимал, что пока византийцы господствуют на море, любая точка побережья Сирии и Малой Азии будет находиться под угрозой нападения. Чтобы обеспечить прочность завоеваний, следовало добиться господства на море, и Муавийа энергично принялся за новое для арабов дело создания флота. В 648 году он возглавил первую в истории Халифата крупномасштабную морскую экспедицию на Кипр. А в начале 656 года сирийские арабы дали византийцам первое морское сражение у Фойника (Малая Азия), завершившееся их полной победой.

Спустя несколько месяцев внимание Муавийи было отвлечено от внешних войн смутами в самом Халифате. В июне 656 года был убит в своём доме халиф Усман. Через несколько дней жители Медины избрали на его место двоюродного брата и зятя пророка Али ибн Абу Талиба. Большинство провинций признало этот переворот, только Муавийа наотрез отказался присягать человеку, руки которого, как он говорил, запятнаны кровью Усмана. Ибн Тиктака пишет, что когда в Сирию прибыли послы Али и потребовали принесения присяги, Муавийа выставил перед народом окровавленную рубаху убитого халифа, горько плакал над ней и потом приписал смерть Усмана проискам Али. После этого сирийцы единодушно приняли его сторону. Объявив себя мстителем за покойного, Муавийа стал готовиться к войне с Али. Сирийские арабы активно поддержали его в этой борьбе. В июне 657 года у селения Сиффин на берегах Евфрата разыгралась тяжёлая девятидневная битва. Когда победа стала клониться на сторону Али, Муавийа сделал ловкий дипломатический ход — он отправил во вражеский лагерь парламентёров и предложил разрешить спор миром. Али не смог отказаться от этого предложения, так как сам прежде неоднократно выступал с ним. К тому же все воины были страшно утомлены беспрерывными боями и нуждались в отдыхе. Противники договорились передать свой спор на рассмотрение третейского суда и разошлись.

Для Али это соглашение стало началом конца. Наиболее активные из его последователей были возмущены нерешительностью своего вождя. Они откололись от него и образовали собственную партию — хариджитов. Другие, не питавшие к Али особенной любви, но вынужденные повиноваться ему как своему халифу, теперь получили законную отговорку покинуть его войско, ибо, подписав равноправный договор с мятежниками, Али косвенно признал справедливость их обвинений. Дела Муавийи, напротив, стали быстро поправляться. В 658 году, когда военные действия возобновились, он сумел подкупом и лаской привлечь на свою сторону многих прежних сподвижников своего врага. К тому же Али пришлось вести войну с хариджитами, растрачивая в ней остатки своих сил. Натиск его на Сирию ослаб, и сторонники Муавийи перешли в наступление. Летом 658 года от Али отпал Египет. После этого Муавийа почувствовал себя настолько уверенно, что в июне 659 года официально провозгласил себя халифом. Его отряды совершали глубокие рейды вглубь провинций Али, и тому всё труднее было отражать их нападения. Однако неизвестно чем бы в конце концов закончилась война, если бы в неё не вмешалась третья сила. В 660 году хариджиты, равно ненавидевшие обоих претендентов, постановили убить их и тем самым положить конец гражданской войне. Покушение на Муавийю оказалось неудачным. Хариджит-убийца приблизился к нему в мечети во время молитвы и нанёс удар мечом, целясь в голову. Но Муавийа как раз склонился в земном поклоне, и от смерти его спасли толстые ягодицы, на которые пришёлся удар. Судьба Али, напротив, сложилась печально — в начале 661 года трое убийц-хариджитов напали на него в мечети и нанесли несколько ран, от которых он скончался.

После смерти Али его сторонники провозгласили халифом его сына Хасана. Муавийа не признал этого выбора и в мае 661 года двинулся походом на Куфу. Хасан собрал под свои знамёна около 30 тысяч воинов и выступил навстречу врагу, но в Сабате его люди взбунтовались. Хасан был ранен, его сподвижники большей частью разошлись. Муавийа поспешил воспользоваться благоприятной ситуацией и подкупил одного из полководцев Хасана, Убайдаллаха ибн Аббаса, послав ему 500 тысяч дирхемов. Тот немедленно перешёл на его сторону и увёл с собой 8 тысяч человек. Шансы Хасана на победу после этого сильно уменьшились, и он стал думать о том, как выгоднее продать своё отречение. Когда начались переговоры, Муавийа сделал красивый жест: приказал принести чистый лист, подписал его, поставил свою печать и вручил послу своего противника со словами: «Отдайте его Хасану, пусть он впишет в него всё, что пожелает». Внешне безрассудный, этот шаг на самом деле был хорошо продуман. Муавийа понимал, что все претензии Хасана будут ничтожны по сравнению с расходами на кровопролитную войну. К тому же условия Хасана оказались вполне приемлемы: он потребовал себе 5 миллионов дирхемов и права считаться наследником Муавийи. Таким образом был заключён мир.

В конце июля новый халиф прибыл в Куфу, которая в тот же день присягнула ему на верность. По свидетельству арабских историков, Муавийа в это время был уже далеко не молод и неказист на вид: коренаст, коротконог, с непропорционально большой головой. Он очень любил хорошо покушать, имел большой живот и толстый зад. Своими манерами и поступками Муавийа также заметно отличался от первых четырёх («правоверных») халифов. Он, к примеру, был первым правителем Халифата, который окружил себя стражей и придворной пышностью — построил дворец и учредил полицию. На людях Муавийа появлялся только в сопровождении эскорта, а в соборной мечети он имел особое место, окружённое телохранителями. К нему уже нельзя было подойти запросто и поговорить, как с Умаром или Усманом. Враждебные ему историки упрекали за это первого Омейяда и говорили, что он сделался настоящим царём по примеру неверных. Впрочем, первый дворец был ещё очень скромным сооружением и вызывал насмешки у византийских послов, называвших его «скворечником».

В общении Муавийа был очень живым человеком: умел ценить острое словцо и заразительно хохотал, трясясь всем телом. Все средневековые авторы отмечают его снисходительность к незначительным проступкам и свойственную ему разумную сдержанность. Так, он никогда не обращал внимания на мелкие уколы или неучтивости своих не очень верных сподвижников. Однажды его спросили, как он может быть снисходителен к человеку, который был с ним груб. «Я не мешаю людям и их языкам, пока они не мешают нам и нашей власти», — отвечал халиф. Один историк сообщает о Муавийи: «Когда он слышал от человека неприятное, то отрезал ему язык подарками или прибегал к хитрости, посылая его на войну командующим. Большинство его поступков были уловками и хитростями. Сам он говорил о себе: „Я не применяю меч там, где мне достаточно бича, и не применяю бич там, где мне достаточно языка“». Он действительно старался не создавать лишних врагов и был сдержан даже по отношению к явным противникам. В целом он оказался очень даже неплохим правителем: обращал серьёзное внимание на отдельные отрасли управления, работал серьёзно и много, стараясь во всём ввести улучшения. Финансы находились при нём в образцовом состоянии — государство было в изобилии снабжено деньгами, при том что подати не казались особенно тягостными.

Мудрая политика позволила Муавийи довести до конца все его начинания. Он поддерживал очень хорошие отношения с сыном Али Хасаном, который официально считался его наследником. Но в 669 году Хасан неожиданно умер, и Муавийа поспешил закрепить престол за своим единственным сыном Йазидом. В 676 году жители Мекки и Медины должны были принести ему присягу как соправителю и наследнику Муавийи. В 670-х годах возобновились прерванные гражданской войной арабские завоевания. На востоке в 671 году был взят Балх. В 673 году арабское войско переправилось через Амударью и подчинило Бухару. Вслед за тем покорился Самарканд — главный город Согда. На севере продолжалась война с Византией. К этому времени арабы уже имели большой флот и с успехом действовали на море. В 667 году они взяли Халкедон и в первый раз опустошили Сицилию. Затем были подчинены Родос и Крит. В 674 году пал Кизик и возникла реальная угроза Константинополю. Но потом в военных действиях наступил перелом. Около 675 года византийцы впервые применили недавно изобретённый греческий огонь и нанесли арабскому флоту тяжёлое поражение. В то же время в Малой Азии потерпела поражение большая армия мусульман, возглавляемая Суфайном ибн Ауфом. Более успешно действовали арабы на западе — в Северной Африке. В 670 году был основан Кайруан, превратившийся вскоре в крупную опорную базу для операций против берберов. Город быстро рос, напоминая иракские гарнизонные города Куфу и Басру не только численностью населения, но и уровнем культуры. В 678 году наместник Ифрикии Абу-л-Мухаджир Динар взял Карфаген — столицу византийской Африки. После этого владения арабов достигли городка Мила (в 350 километрах к западу от Карфагена).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.