СРАЖАЯСЬ С ЗАХВАТЧИКАМИ

СРАЖАЯСЬ С ЗАХВАТЧИКАМИ

Когда властитель Боспора Асандр, дабы узаконить свою власть, женился на дочке погибшего Фарнака и внучке Митридата Евпатора царевне Динамис, для нее такой прецедент легитимизации оказался большим соблазном. А она была дамой не слишком уживчивой и любвеобильной. За полвека, с 41 г. до н. э. по 7 г. н. э., Динамис сменила четверых мужей, поочередно усаживая их на царство и свергая предыдущих. На пользу государству это не пошло. Все это время Боспор не оставлял попыток вернуть под свою власть Танаис и другие бывшие владения. Предпринимались походы, экспедиции. Но приазовские племена предпочитали номинальную власть росколанских царей, а боспорцев каждый раз отражали. В этих войнах Боспор только еще больше подорвал свои силы. В 7 г. Полемон, последний из мужей престарелой Динамис, погиб в войне с приазовским княжеством аспургиан. В Пантикапее его смерть подтолкнула к действиям оппозиционную группировку знати, недовольную правлением царицы. И пятого мужа ей найти не дали. Произошел переворот, Динамис свергли и убили. После нее над Боспором царствовали разные потомки Митридата Евпатора, действительные или мнимые, а царство совсем захирело.

В Риме на Причерноморье обратил внимание император Клавдий. В 46 г. он окончательно упразднил номинальное «царство» во Фракии, превратив ее в римскую провинцию. А потомка одрисских фракийских царей Котиса задумал в утешение посадить на трон Боспора. Чтобы заодно прибрать к рукам и это государство. В 47 г. была предпринята экспедиция в Крым. Помощь Клавдию оказал Херсонес — предоставил свой порт в качестве базы, обеспечил снабжение, дополнительные суда. Римские войска высадились в Пантикапее. О сопротивлении даже и речи не было, горожане поспешили выразить покорность. И на престол взошел Котис I.

Клавдий оказал своему ставленнику всяческую поддержку. И решил вернуть для него прежние владения Боспора. Римская армия и флот совершили поход по Приазовью от Тамани до Дона. Когда они подступили к одному из городов сираков, обитавших недалеко от Танаиса, то жители предложили откуп — пусть, мол, римляне отвяжутся, а сираки дадут им 10 тыс. рабов и рабынь. Отсюда, кстати, видно, что города в Приазовье были не маленькие и не бедные. Видно и то, что в здешних краях происходили весьма масштабные войны, раз в них захватывались такие количества невольников. Но откуп римских командиров не удовлетворил. По приказу своего императора они заставляли города и племена признать власть Боспора. Был взят и подчинен Котису Танаис. Легионеры перешли Дон.

Но… о форсировании Дона римские источники сообщают в победных тонах. И почему-то на этом замолкают. До селений роксоланов, лежащих где-то рядом, на Нижнем Дону, войско почему-то не добралось. И корабли вверх по Дону почему-то не проникли. А если вспомнить римскую традицию умалчивать о неудачах, то ясно, что без боев не обошлись, и роксоланы с приазовцами остановили здесь «хозяев мира». В пользу данной версии говорят и приведенные выше упоминания о воинственности местного населения, о недопущении роксоланами плаваний по Дону. Не допускали — значит, имели силу не допустить.

И устье Дона стало самой северной точкой экспансии римлян во все времена. Боспору восстановили старые границы, а сам он стал вассалом Рима. Правда, прямого наместнического управления тут установлено не было, сохранился статус царства. Но в Пантикапее стали чеканить монету с изображением римских властителей, в храмах ввели культ обожествленных императоров, в городах разместились римские гарнизоны. Однако Херсонесу за оказанные услуги Клавдий даровал полную независимость. Не распространилась римская власть и на Крымскую Скифию, на Ольвию, Борисфениду, Тирас и другие города Северо-Западного Причерноморья, зависимые от скифских и сарматских царей. Очевидно, император и его полководцы сочли за лучшее не связываться с этими государствами и не задевать их без нужды.

Под римской эгидой Боспорское царство вступило в полосу нового расцвета. Оно стало главным поставщиком кубанского и приазовского хлеба для римских легионов, расквартированных на парфянской и дунайской границах. И одним из главных поставщиков рабов в страны Средиземноморья. Покупателей происхождение невольников не интересовало, их обобщенно называли «скифами» и брали оптом для перепродажи на рынках Родоса, Италии, Ближнего Востока. В Пантикапее полным ходом действовали и заведения по «доработкам» живого товара — оскоплению мальчиков и стерилизации девочек. По римским законам членовредительство категорически запрещалось. Но не торговля теми, кого уже «доработали». На такую продукцию был высокий спрос, она стоила дорого, а Боспор формально был другим государством, тут законы о членовредительстве не действовали. На чем и наживались местные работорговцы.

Между тем войны в Восточной Европе не прекращались. Из Приуралья сюда двинулась еще одна волна сарматских переселенцев — аланы. Народ суровый, мужественный и крайне воинственный. Аммиан Марцеллин писал: «То наслаждение, которое добродушные и миролюбивые люди получают от ученого досуга, они обретают в опасностях и войне. Высшим счастьем в их глазах является смерть на поле боя; умереть от старости или несчастного случая для них позорно и является признаком трусости, обвинение в которой крайне оскорбительно». Описывал он и некоторые их обычаи, похожие на скифские: скальпирование врагов, ритуал поклонения мечу — символу божества войны. По сравнению с языгами и роксоланами, их вооружение было более сильным и совершенным. Богаче погребения, найденные археологами. Они показывают высокое развитие ремесла, ювелирного искусства.

А традиции аланов во многом отличались от скифских, языгских, роксоланских. Они не создавали федераций с другими народами. И не делали их своими данниками. Побежденных они вбирали в свою этническую общность. По мере войн из античных источников исчезают названия аорсов, исседонов, сираков, иксаматов, писаматов. Все они были побеждены аланами — и стали аланами. Аммиан Марцеллин сообщал: «Своими повторяющимися победами они постепенно сломили народы, которые встречали, и подобно персам, инкорпорировали их под своим национальным именем».

Впрочем, во многом Аммиан Марцеллин ошибался. Он рисует аланов сугубо кочевниками. На самом же деле они во многом переняли культуру Парфии, строили постоянные селения. В предгорьях Кавказа обнаружены мощные аланские крепости. И сарматы-земледельцы Кубани, превратившись в аланов, так и остались земледельцами. На Дону роксоланы сумели остановить новых соседей. Но в результате миграций и войн возникло обширное аланское царство, охватившее Кубань, Ставрополье, Северный Кавказ. Его упоминают и китайские хроники, причем они называют аланов оседлым народом, а восточную границу царства обозначают где-то на Урале.

Второй эпицентр напряженности возник в это время на Балканах. Тут опять сумела объединиться Дакия, превратившись в могущественную державу. И повела себя сразу агрессивно. Около 50 г. даки вторглись на север, во владения языгов. Как сообщают Дион Хризостом и Арриан, они разоряли все на своем пути. Разграбили все причерноморские города от Дуная до Южного Буга, в устье которого взяли штурмом и дотла разрушили Ольвию. А она принадлежала Крымской Скифии и даже монету чеканила с именами скифских царей. Скифы объединились с роксоланами. Был заключен союз и с языгами. Присоединились бастарны и славяне, чьи земли попали под удар даков. И в разыгравшейся войне пришельцев разгромили. Сначала их оттеснили на юг, к Дунаю, а потом вообще выбили с морских берегов в горные районы. На Дунае языги и роксоланы встретились с римлянами и заключили с ними союз. На некоторое время совместными усилиями им удалось стабилизировать ситуацию.

Но дружба с Римом продолжалась недолго. Скифы и роксоланы затеяли очередную разборку с Херсонесом, требуя выплаты дани. Город запросил помощи у римлян. И энергичный наместник Нижней Мезии Тиберий Плавтий Сильван Элиан послал в Крым легионеров. Не только для помощи — римляне фактически оккупировали Херсонес, поставив там гарнизон. Подчинили тавров и захватили Южный Берег Крыма. Попытались продвинуться и вглубь, однако в степной части полуострова скифско-роксоланское войско их побило и не дало зацепиться.

После Крыма Плавтий Сильван предпринял поход и за Дунай. В 56 г. он дошел до Днестра и присоединил к римским владениям Тирас. Город сдался без боя — после разгрома даками он то ли не смог, то ли не захотел сопротивляться. А 100 тыс. жителей Приднестровья с «князьями и царями» римляне угнали за Дунай и поселили в Мезии. Бастарны и сарматы, естественно, возмутились, и началась война. Плавтий Сильван занервничал и предпочел пойти на мировую. Отослал царям роксоланов и бастарнов их сыновей, попавших в плен к римлянам. Но все равно прежний союз не восстановился.

Тем более что в Риме правил полусумасшедший Нерон, в голову коего взбрели колоссальные завоевательные планы. Он задумал захватить весь регион севернее Кавказа, от Азовского до Каспийского морей, и образовать там новую провинцию — «Сарматию». В 68 г. начались приготовления к грандиозной «восточной экспедиции». В Египте и на Дунае сосредотачивались войска. Но едва легионы стали перебресывать с Дуная в Закавказье для вторжения на север, римлянам довелось «пожать плоды» экспедиций Плавтия Сильвана.

Девятитысячное войско роксоланов вторглось в Мезию. Как сообщают очевидцы, это была тяжелая панцирная конница, вооруженная длинными пиками и двуручными мечами. Тацит писал: «Вряд ли существует войско, способное устоять перед натиском их конных орд». И действительно, две римские когорты, посмевшие встать на их пути, были сметены одним ударом. Степняки беспрепятственно погуляли по провинции, вдоволь пограбили. Но на обратном пути их подстерег 3-й легион. Роксоланы двигались уже отягощенные большой добычей, да и погода помогла римлянам — шел дождь, таял снег. Копыта лошадей скользили в этом месиве. И атакой пехоты роксоланы были разбиты, понеся большие потери.

Более благоразумные советники Нерона остерегали его от северного похода — прикидывая, во что выльется большая война с роксоланами и аланами. Но при этом императоре благоразумие было не в чести. Приготовления шли полным ходом. И остановил их лишь переворот в Риме и смерть Нерона. Империю расколола затяжная смута, драки за власть. Чем воспользовались соседи. На Дунае последовали новые вторжения роксоланов, даков, языгов, в Закавказье стали вторгаться аланы. Попытались использовать момент и покоренные народы. Произошел переворот в Боспоре. Там появился некий Митридат VIII, сверг Одрисскую династию, заключил союз с сарматами и отважился на борьбу с Римом. Бурлила восстаниями и Иудея, здешние «зилоты»(кинжальщики) без разбору резали всех «чужаков». Но полководец Веспасиан разгромил евреев. Выиграл он и гражданскую войну, став императором. И направил на Иудею сына Тита. Тут-то и последовала расплата за распятие Христа. Иерусалим был взят, еврейский храм разрушен. Мятежную провинцию римляне покарали очень круто. Множество повстанцев перебили, сотни тысяч обратили в рабство.

Митридата VIII римляне тоже быстро победили и казнили вместе со сторонниками. А на трон Боспора Веспасиан в 71 г. возвел Рескупорида I из той же Одрисской династии. Нероновский поход на север он, разумеется, похоронил. Но аланские набеги продолжались. Поэтому император приказал римским контингентам, расквартированным в Грузии, выдвинуться на линию Кавказского хребта и перекрыть перевалы. Тревожной оставалась и граница на Дунае. Веспасиан и его преемник Тит кое-как поддерживали здесь порядок. Но решающее столкновение произошло, когда императором стал второй сын Веспасиана — глупый и садистски-жестокий Домициан.

В Дакии в это время престарелый царь Диупаней уступил власть своему племяннику Децебалу. Который, как писал Кассий Дион, «был для римлян достойным противником». Он проявил себя великолепным организатором и дипломатом. Усилил центральные структуры государства, подавил оппозицию племенной знати. Ввел в войсках римскую дисциплину, привлек в качестве инструкторов дезертиров и перебежчиков из римской армии. Установил связи с роксоланами, свевами, квадами, языгами, карпами — карпатскими славянами. Децебал пытался заключить союз и с Парфией, однако она была далеко, на море господствовал римский флот, и послов перехватывали по дороге.

В 85 г. даки начали масштабное вторжение на римскую территорию. Захватили Мезию. Части, размещенные здесь, были разгромлены, наместник Оппий Сабин погиб. Домициан сам выступил на войну, а непосредственное командование поручил префекту преторианцев Корнелию Фуску. После кровопролитных боев даки были отброшены за Дунай, и по этому поводу император в 86 г. справил пышный триумф. Предложение Децебала о мире Домициан отклонил. Повелел наступать в пределы Дакии. Но Фуск на перевале Ротен-Турм попал в засаду и был наголову разбит. Погиб сам, Децебалу достались все знамена, масса пленных и оружия.

В следующей кампании командование принял Тетий Юлиан и начал наступление с территории нынешней Сербии. Даки встретили его в ущелье Тапы у Железных ворот. Победу в сражении римляне приписали себе, но это ложь — они понесли такие потери, что дальнейшее наступление пришлось отменить. К тому же дипломатия Децебала дала свои плоды. Правда, маркоманы, свевы и языги, населявшие Моравию и Трансильванию, на стороне даков не выступили, но и римлян не поддержали, сохранили нейтралитет. Домициан счел это изменой союзников и решил отыграться на них. Послов языгов и свевов, явившихся к нему с объяснениями, он казнил и послал войско против этих народов. Чем, разумеется, толкнул их в противоположный лагерь.

Германцы и языги разбили и обратили в бегство направленные против них соединения, и теперь уже сами угрожали западному флангу римского фронта. И императору пришлось заключить с Децебалом позорный мир. Дакам обещали выплату ежегодной дани, возвращали трофеи и пленных. А Децебал в ответ обещал не трогать укреплений на Дунае. Причем император для сохранния реноме схитрил совсем уж по-детски — преподнес в подарок Децебалу диадему и как бы невзначай надел ее на царя. После чего объявил — дескать, тот принял корону из рук Домициана, а значит, признал себя вассалом. И по данному поводу император не постеснялся справить второй триумф.

В 92 г. Домициан попробовал реабилитироваться и совершил поход против дакских союзников — свевов, маркоманов, квадов и языгов. Но получил еще крепче. Языги окружили конницей 21-й легион и полностью уничтожили, перестреляли и перекололи длинными пиками. В итоге и этих противников император еле-еле сумел вытеснить с римской территории и замирился, ублажив их выплатой дани. Хотя теперь справлять триумф все же устыдился и ограничился поднесением «победного венка» Юпитеру Капитолийскому.

Возобновились боевые действия уже при другом императоре, Траяне, прекрасном полководце и государственном руководителе. Дипломатическими мерами ему удалось ослабить антиримскую коалицию, перетянуть на свою сторону языгов. Ив 101 г. он начал вторую войну с Дакией. Захватил укрепления Децебала в ущелье Железные ворота, выиграл сражение у Тапы. Но вмешались союзники Дакии. И в то время как римляне вторглись в нее с юго-запада, последовал ответный удар на другом фланге, в устье Дуная. Роксоланы и карпы вместе с даками атаковали в Нижней Мезии. Траяну пришлось отводить свое войско назад за Дунай и перебрасывать на участок прорыва. У Адамклисси произошло одно из самых жестоких сражений в этой войне. Которое римляне опять объявили выигранным. Но фактически оно завершилось вничью, с огромными жертвами с обеих сторон.

В 102 г. бои продолжились по всему фронту от Паннонии до Молдавии. Об их напряжении говорит тот факт, что римляне вынуждены были даже вывести гарнизоны из причерноморских городов, перебросив их в Дакию. И просили помощи солдатами-наемниками у царя Боспора, отдав за это под его юрисдикцию Херсонес. Войска Траяна одну за другой брали горные крепости, оборонявшиеся с крайним упорством. Измотались, несли урон. И к осени ни император, ни его полководцы не верили в успех. Но Дакия оказалась истощена сильнее римлян, ее силы были подорваны. И, к нежданной великой радости Траяна, Децебал вдруг запросил мира. Что ж, победители сразу воспрянули духом. И условия продиктовали жесткие — Дакии не вести самостоятельной внешней политики, уступить земли, которые были заняты римлянами, срыть крепости, выдать оружие и перебежчиков. Царю пришлось согласиться.

Но обе стороны понимали, что этот мир лишь временный, готовились к новой схватке. Римляне усиленно строили дороги, возвели большой каменный мост через Дунай. А даки укрыли от сдачи часть оружия, покупали и ковали новое, формировали армию. В 105 г. Рим начал дипломатические придирки, будто даки обидели его союзников языгов. Децебалу стало ясно, что враг ищет лишь предлог к войне. И он опять предпочел ударить первым.

Он хотел внезапным натиском выбить противника из оккупированных районов Дакии, занять и блокировать перевалы Железных Ворот. Но сыграли роль работы, произведенные римлянами, — по новым дорогам и мостам войска перебрасывались быстро, и вскоре против Децебала уже стояло 14 легионов.

Успешно действовала дипломатия Траяна — даки остались без союзников. Удалось внести раскол и в круги дакийской знати, подогреть межплеменную рознь. И часть районов подчинилась без сопротивления. На остальной территории бои шли до конца 106 г. Даки дрались насмерть. Жители Сармизегетузы после отчаянной обороны зажгли свой город и совершили коллективное самоубийство. Децебал погиб, а его отрубленная голова была привезена в Рим и брошена в грязь на Гемонской лестнице.

Дакия была превращена в провинцию. Население ее чрезвычайно поредело, и сюда направлялись переселенцы из других провинций. А уцелевшие местные жители обращались в рабство или депортировались. Траян захватил в Дакии 5 млн. римских фунтов золота, 10 млн. фунтов серебра, 500 тыс. пленных. Торжества по случаю победы длились аж 117-дней! Все это время римская чернь получала дармовые раздачи хлеба, вина, денег. Для ее потехи на арене лили кровь 20 тыс. гладиаторов, а вдобавок ей продемонстрировали травлю 11 тыс. зверей.

Римляне попытались проникнуть и дальше на север. Но были встречены в копья и мечи сарматами, славянами и бастарнами. Которые заставили их остановиться на достигнутых рубежах. «Велесова книга» утверждает, что Траян здесь имел столкновение с племенем дулебов: «Вспомним, как римские орлы были поражены от дедов наших близ устья Дуная, когда Траян напал на дулебов» (III 29). Римские хроники об этих событиях молчат. Но факты таковы, что «владыки мира» не только остановились, а начали строить пограничную систему Траяновых валов — две линии укреплений, шедшие от Прута к Днестру и заканчивавшиеся у города Тирас. Таким образом, в состав Римских владений вошли часть нынешней Молдавии и Украины.

При Траяне империя достигла максимального размаха и в других направлениях. Римские крепости строились на побережье Колхиды. Римские поселения возникли на Черноморском побережье в Фасиде и Диоскурии (Севастополь). Вассалами римлян стали кавказские народы — сваны, апсилы, лазы, гениохи, колхи, махелоны, абасги, сапиги. Их царей назначал или утверждал император. После Дакии Траян сумел нанести поражение и Парфии, низведя ее до положения вассального государства, римскими провинциями стали Армения, Ассирия и Вавилония. Но эти завоевания оказались уже непрочными. Новые провинции тут же взбунтовались, и император поочередно усмирял их, пока не умер. А при его преемниках все завоевания на востоке были потеряны.

Неспокойной осталась и северная граница несмотря ни на какие укрепления. Здесь продолжались удары сарматских отрядов, к которым присоединялись остатки дакских племен, славяне и германцы. Легионы тут постоянно находились в боевой готовности, хотя и это не помогало. И все чаще приходилось просто покупать соседей, оплачивая мир ежегодными «субсидиями». В общем, положение переменилось. Прежде царства и княжества, соглашаясь стать союзниками-«федератами» римлян, попадали от них в зависимость и постепенно подминались, превращались в подданных. Теперь «федераты» сами считали римлян своими данниками. В 117–118 гг. разразилась война с роксоланами — возможно, действовавшими в союзе со славянами. И император Адриан, прибывший на Дунай, поспешил вступить в переговоры с противником. Как сообщает биограф императора, «расследовав дело, он заключил мир с царем роксоланов, который жаловался на сокращение ему денежных платежей». Адриан быстренько отстегнул требуемые суммы, подтвердил договор о прежних размерах субсидий и разрядил обстановку.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.