БАВАРСКАЯ СОВЕТСКАЯ РЕСПУБЛИКА

БАВАРСКАЯ СОВЕТСКАЯ РЕСПУБЛИКА

Бавария традиционно считает себя особой страной, мало связанной с остальной Германией. В начале XIX века, при оккупации Германии Наполеоном, баварская пресса писала, что баварцы происходят от галлов и не имеют ничего общего с германцами. Правда, на Наполеона это расовое холуйство никакого впечатления не произвело.

После провозглашения в 1871 году Германской империи Бавария сохранила свою автономию: собственную армию с Генеральным штабом, собственное военное министерство, собственную почту со своими почтовыми марками и другие атрибуты самостоятельности.

Баварских сепаратистов называли «бело-голубые», по цветам баварского государственного флага. После поражения Германии в 1918 году «бело-голубые» хотели возложить ответственность за войну исключительно на «прусский милитаризм» и снять с Баварии всякую ответственность за разжигание войны. Если так, то ведь можно и с Антантой договориться «полюбовно»: не выплачивать странам-победительницам колоссальной контрибуции.

Еще 2 ноября 1918 г. (за неделю до «официальной» победы Ноябрьской революции в Германии!) огромная толпа, состоявшая в основном из солдат нестроевой службы и деклассированных элементов, во главе с лидером «независимых социал-демократов» Куртом Эйснером (Соломоном Космановским) напала на расположенные в Мюнхене армейские казармы.

«Пруссаки, убирайтесь вон!», «Долой монархию!» Баварская королевская династия Виттельсбахов бежала из Мюнхена. Социал-демократическое правительство Эйснера провозгласило независимость Баварии. Население боялось вторжения войск Антанты и поддавалось пропаганде, обвинявшей «берлинское правительство» во всех бедах, свалившихся на Баварию и на всю Германию.

Независимая Бавария была отсталым и глухим углом Германии. Правительство социал-демократа Курта Эйснера пока что всех устраивало: лишь бы Бавария была самостоятельной, подальше от остальной Германии.

Но спартаковцы требовали «довести дело социалистической революции до конца». Спартаковцы и перешедшие к красным солдаты в ночь на 7 декабря 1918 года предприняли в Мюнхене попытку вооруженного восстания. Подавить их оказалось легко: верхушечный путч, без массовой поддержки.

Правых Эйснер тоже невероятно раздражал своим антимонархизмом и постоянными упоминаниями «попыток крайне правых повернуть колесо истории». Эйснер уходит в отставку… и в тот же день, 21 февраля 1919 года, его убивает из револьвера граф Арко-Валлей. Это скорее убийство от раздражения, чем политический акт.

Арко-Валлея изрешетили из револьверов красные. Приходили на квартиру добить его… Спасла случайность: явился за графом русский военнопленный, которому недавно спас жизнь врач-хирург Фердинанд Зауэрбрух. Хирург вышел от пациента к революционеру и уговорил его предоставить графа своей судьбе. Арко-Валлей отбыл длительное заключение, а в 1945 году был насмерть сбит мчащейся машиной американских оккупантов.

Смерть Эйснера нарушила хрупкое равновесие сил.

По радио были переданы обращение Баварского рабочего и солдатского совета к пролетариям всех стран, призывы сплотиться для защиты революции.

Анархисты во главе с Ландауэром, Яффе и Мюзамом готовились к «боям за безгосударственную демократию». Мюзам издавал журнал с характерным названием «Каин».

В середине марта власть в Мюнхене захватил самозваный Центральный Совет: коалиция социал-демократов, анархистов, Баварского крестьянского союза. Новое правительство Баварии возглавил правый социал-демократ Гофман, но оно уже никого не устраивало.

ЭРНСТ ТОЛЛЕР (1893–1939) (выглядывает на заднем плане).

Родился в богатой еврейской семье. На фронте проникся духом пацифизма, поддерживает солдатские бунты и братания. Сидел попеременно в тюрьме и в сумасшедшем доме.

После 1919 г. опять в тюрьме, где пишет пьесу «Освобожденный Вотан», с сатирически выведенным Гитлером как сумасшедшим парикмахером. Уверяет, что «Европу ждет царство фашизма, которое кончится ужасной войной». Был в СССР в 1926 и 1934 гг. С 1933-го в эмиграции. Поддерживал СССР. Боролся с Франко, как мог, собирал средства для помощи коммунистам и анархистам. 22 мая 1939 г. франкисты торжественным маршем прошлись по Мадриду. Не в силах этого вынести, Толлер повесился в ванной отеля «Мейфлауэр» в Нью-Йорке

6 апреля 1919 года в Мюнхенский дворец бывшей баварской королевы ворвалась группа вооруженных революционеров под предводительством авангардистского поэта и драматурга Эрнста Толлера и провозгласила Баварию Советской республикой.

Толлер и его сторонники заявили о своем намерении объединиться с Советской Венгрией и Австрией (где тоже со дня на день ожидалась социалистическая революция) в единую «революционную конфедерацию» и полном «разрыве с Берлином». Правительство Эрнста Толлера поддержали Советы рабочих и солдатских депутатов.

Толлер отменил деньги, объявил войну соседней германской земле — Вюртембергу и «буржуазной» Швейцарии, после того как Вюртемберг отказался объединиться с Баварией, а Швейцария отказалась передать принадлежащие ей паровозы «на нужды баварской революции».

Видя, что страна окончательно погружается в хаос, баварские коммунисты собрали в мюнхенской пивной «Гофбройгауз» совещание Советов рабочих и солдатских депутатов.

Совет избрал новое правительство: Исполнительный совет из 11 человек во главе с пламенным революционером Ниссеном-Левине и прибывшими из Советской России как корреспонденты советского телеграфного агентства РОСТА Максимом Левиным и Товией Аксельродом.

Баварская Советская республика (БСР) 7 апреля 1919 года связалась с Троцким и Лениным в Москве.

Наш соотечественник, уроженец Петербурга, ЕВГЕНИЙ ЛЕВИНЕ (1883–1919)

Прежнее правительство во главе с Адольфом Гофманом бежало из Мюнхена на север Баварии, в Бамберг. Оттуда Гофман заявил о верности своего правительства общему германскому правительству Фридриха Эберта. Это вызвало возмущение практически у всех — баварцы совершенно не хотели «вмешательства Германии во внутренние дела Баварии». Но часть баварских военных считает, что законное правительство надо защищать.

В ночь на 13 апреля часть гарнизона во главе со Шнеппен-хорстом, военным министром правительства Гофмана, подняла мятеж. Шнеппенхорст арестовал правительство Баварской Советской республики (БСР) во главе с Э. Толлером. Два дня шли ожесточенные бои. Дольше всего сопротивлялись войска Гофмана — Шнеппенхорста на Центральном вокзале.

Отряды коммунистов под командованием Р. Эгельгофера заняли и «зачистили» город, добивая раненых… не могу сказать, что они убили пленных, — в плен к коммунистам не сдавались.

И тут фабрично-заводской Комитет и солдатский Совет производят новый «переворот внутри переворота»: объявляют распущенным правительство Э. Толлера и создают новое правительство: Комитет действия во главе с Евгением Левине.

Заметим: военные стоят на стороне законной власти. Независимо от того, симпатичен ли им данный социал-демократ. Так в России Каппель стоял на стороне социал-демократического Комуча, а офицеры Деникина стояли за Учредительное собрание[27].

Захватив власть в Баварии, коммунисты во главе с Левине создали Комитет действия — по образцу якобинцев. Они разоружили Национальную гвардию, объявили незаконными офицерские отряды, создали Красную Армию под командой некоего Эгльгофера — а создавать ее было легко в портовом Киле, но далеко не так просто в тихой крестьянской Баварии.

Рудольф Эгльгофер, бывший военный моряк и участник событий в Киле 28 октября 1918 года, предвестника Ноябрьской революции. Эгльгофер быстро довел численность Красной Армии до 30 тысяч человек. Для красноармейцев ввели бесплатную еду, высокое жалованье, даром поили пивом и даром же предоставляли «обобществленных женщин».

Поначалу обобществили только проституток, но планировали «национализировать» и все женское население Баварии. Замечу: идея «обобществления женщин» реяла над головами коммунистов и анархистов еще в XIX веке[28], в Советской России пытались перейти от теории к практике[29]. Потомкам и сама идея, и практика кажется чем-то совершенно невероятным, но — это было.

Мало того, что в числе главарей БСР были посланцы из Советской России, а Левине — русский еврей. 30 апреля

1919 г. паролем красного мюнхенского гарнизона было объявлено слово «Троцкий».

Многие баварские красноармейцы были навербованы из русских и сербских военнопленных. Эти люди ждали отправки на родину, но пламенные интернационалисты отпустили их из лагерей. А одновременно потратили на свои цели все, что отпускалось на содержание военнопленных. «Освобожденным» было физически нечего есть, а на «службе революции» им выдавали еду, пиво и женщин.

Красная Армия заняла все важные административные центры Мюнхена, после чего коммунисты «национализировали» банк и все крупные предприятия.

Волна возмущений? Но советское правительство тут же создало Чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией. Комиссия мгновенно раскрыла множество контрреволюционных собраний и заговоров. Кроме того, Комиссия по борьбе с контрреволюцией брала заложников из среды высших классов. Для видимости суда был учрежден революционный трибунал[30].

Трибунал никого не осудил, заложники прожили необычно долго. Только в самый последний момент существования советской Баварии «часть из арестованных деятелей этой организации (не было никакой организации. — А.Б.) была… расстреляна возмущенными красногвардейцами»[31].

Попросту говоря, 30 апреля 1919 г. во дворе Луитпольдовской гимназии г. Мюнхена баварские большевики расстреляли взятых в плен солдат-гусаров Линненбрюггера и Гиндорфа. Потом они убили членов мистического «общества Туле»: барона фон Зейдлица, скульптора Наугауза, художника-графика Дейке, секретаря Министерства путей сообщения Дауменланга, барона фон Тейхера, принца Густава фон Турн унд Таксиса, живописца профессора Бергера, секретаря общества Туле графиню Хейлу фон Вестарп.

Их не просто убили — зверски пытали несколько часов, Хейлу многократно насиловали.

Кроме очевидного мотива мести, заложников убили как свидетелей: у них побоями вымогали деньги и драгоценности.

Пример Баварии оказался заразным: 22 февраля 1919 г. в городе Манхайме по инициативе коммунистов демонстранты штурмом взяли здания суда и тюрем и освободили заключенных (причем не только политических — в точности как в России).

Вечером того же дня был образован Революционный совет, провозгласивший Советскую Республику Южной Германии.

Берлин между тем откликнулся на призыв о помощи правительства Гоффмана из Бамберга. В Тюрингии формировались добровольческие корпуса Носке: Германия не могла двинуть войска, но могла призвать добровольцев помочь братской Баварии.

В свою очередь Баварская Советская республика (БСР) обращается с воззванием к Советской России и Советской Венгрии, где объявляет о создании действительной советской республики в Баварии. В ответ Ленин дает телеграмму (датируется 27 апреля 1919 г.):

«Очень просим вас сообщать чаще и конкретнее, какие меры вы провели для борьбы с буржуазными палачами Шейдеманами и К°, создали ли Советы рабочих и прислуги по участкам города, вооружили ли рабочих, разоружили ли буржуазию, использовали ли склады одежды и др. продуктов для немедленной и широкой помощи рабочим, а особенно батракам и мелким крестьянам, экспроприировали ли фабрики и богатства капиталистов в Мюнхене, а равно и капиталистические земледельческие хозяйства в его окрестностях, отменили ли ипотеки и арендную плату для мелких крестьян, удвоили или утроили плату батракам и чернорабочим, конфисковали ли всю бумагу и все типографии для печатания популярных листовок и газет для массы, ввели ли 6-часовой рабочий день с двух— или трехчасовыми занятиями по управлению государством, уплотнили ли буржуазию в Мюнхене для немедленного вселения рабочих в богатые квартиры, взяли ли в свои руки все банки, взяли ли заложников из буржуазии, ввели ли более высокий продуктовый паек для рабочих, чем для буржуазии, мобилизовали ли рабочих поголовно и для обороны и для идейной пропаганды в окрестных деревнях? Самое спешное и широкое проведение таких и подобных мер при самодеятельности рабочих, батрацких и особо мелкокрестьянских Советов должно укрепить ваше положение. Необходимо обложить буржуазию чрезвычайным налогом и дать рабочим, батракам и мелким крестьянам сразу — во что бы то ни стало фактическое улучшение их положения»[32].

Комментировать телеграмму я не вижу никакой необходимости.

Как и в России, белые силы оставались очень малочисленны. Отряд из 80 белых, которые подошли к городу, был разбит под Карлсфельдом. Наверное, белые надеялись на поддержку мятежных студенческих отрядов.

С 15 по 26 мая шли бои по всей Баварии. Красная Армия заняла города Карлсфельд, Розенхайм и Фрейзинг, завязала бои за Дахау.

В бою при Дахау баварская Красная Армия потеряла убитыми всего 8 человек. После чего Эгльгофер, в полном соответствии с ленинскими указаниями и советами Троцкого, приказал «в порядке революционного возмездия» расстрелять ВСЕХ белых, взятых в плен.

Эрнст Толлер устроил по этому поводу истерику и вопил о «революционном милосердии». Тогда Эгльгофер велел убить «всего» 40 человек: по 5 заложников за каждого убитого большевика.

26 мая командующий войсками БКА Э. Толлер совершает своеобразный поступок: он оставил подчиненные ему части Красной Армии и выехал в г. Мюнхен на заседание правительства БСР. Он официально отказывался от должности и заявлял: «На существующее правительство я смотрю как на бедствие для трудящихся Баварии. Лица, которые занимают руководящие посты, по-моему, опасны для самой идеи советов»[33].

Прозрение это или попытка спастись?

Во всяком случае, Эрнст Толлер (1893–1939) отделался пятилетним сроком заключения. Он покончил с собой много позже, в эмиграции. А в комфортабельной «буржуазной» тюрьме он написал несколько драм, которые ставили берлинские театры. В 1924-м Толлер вышел из тюрьмы прославленным драматургом.

27 апреля 1919 г. добровольческая армия пододвинулась вплотную к Мюнхену, вступила в бои с Красной Армией. А социал-демократы вышли из Комитета действия, призвали сложить оружие, не вести гражданской войны. Мол, целей углубления революции надо достигать другими средствами.

Как ругал, как клеймил их «предателями» Ленин!

1 мая в предместья Мюнхена вступили отряды фрайкора. С 1 по 5 мая 1919 года в Мюнхене шли тяжелые уличные бои. Красноармейцы потеряли только убитыми, по разным оценкам, от 800 до 1000 человек. Потери германских белогвардейцев составили 68 человек.

Интересно, что Центральный вокзал и в этом штурме держался двое суток.

Еще более интересно: многие рабочие дружины разошлись, потому что не получили поддержки «русских». Имелись в виду не «русские» из Советской России, а русские военнопленные. Правительство БСР ждало, что они массово присоединятся к революции, но большинство предпочли голодать, но не вмешиваться во «внутренние германские разборки».

Более 2000 спартакидов-спартанцев было приговорено к различным срокам тюремного заключения. Военно-полевыми судами был вынесен смертный приговор вождю баварских коммунистов Рудольфу Эгльгоферу, вожаку баварских анархистов Густаву Ландауэру (члену НСДПГ) и большевику Евгению Ниссену-Левине.

Евгений Левине на суде держался непримиримо. Он заявил: «… я знаю, что рано или поздно в этом зале будут заседать другие судьи, и тогда кара за государственную измену постигнет того, кто выступил против диктатуры пролетариата»[34].

Другой главарь БСР, Макс Левин, после поражения Баварской Советской республики жил в Москве, занимался историей. Как будто даже имел ученые степени.

В СССР полагали, что «малоизученный и фальсифицированный социал-фашистами и оппортунистами опыт Баварской Советской республики должен занять свое выдающееся место в деле большевизации секций Коминтерна, содействуя подготовке и проведению победоносной борьбы за диктатуру пролетариата на Западе, за советскую Германию»[35].

Остается добавить, что 14 августа 1919 года Веймарскую конституцию пересмотрели так, чтобы в состав Германии можно было включить и Баварию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.